Лицо со шрамом.

      — Вот скажи мне, — выпивая третью бутылку виски сам, бормочет будто не в себе Чиж, сидя на диване, раскачиваясь от огромного количества выпитого алкоголя. — Чем я хуже всех них?       Они давно уже сидели дома у Кобры, который был явно трезвее всех из их пятерки. Самый старший всё-таки, как-никак должен позаботиться о том, чтобы каждый из парней успешно до дома добрался, а зная Чижа, он может что-то невозвратное выкинуть прямо на улице и живым до дома не дойти. Потому старший любезно принял этого алкаша у себя дома. Эд не успел войти и снять свою обувь, как молодой альфа тут же откопал подарочную коробку виски, которое было уготовлено для Китти, ведь у него скоро день рождения.       Мужчина не стал мешать своему другу делать то, чего он хочет, но его сейчас пока раздражает только то, что он повторяет уже сотый раз один и тот же вопрос. А всё из-за его глупой влюблённости в Рыся.       Эд уже миллион раз отвечал на этот вопрос и каждый раз одинаково, однако Чиж всё никак не унимался, не мог понять. Хотя какой человек нормально примет информацию, если он будет бухой до отказа. Вот и он не понимал, потому что нормально не то, что на ногах стоять — даже сидеть прямо не мог, раскачиваясь туда-сюда, а потом чуть ли не падая на ровном месте.       Старший ничего на это не ответил, лишь продолжил внимательно следить за поведением своего друга, иногда подрываясь к нему, когда тот начинал падать лицом в пол.       — Ты че мне не отвечаешь? Охуел? — нахмурился Чиж, недовольно смотря на товарища и косясь на него. — Не хочешь со мной разговаривать? Ну я так и знал. Кому я вообще сдался? — стал ныть альфа, с горем пополам вставая с обкуренного дивана друга и выпрямляясь. Плохо у него получилось, откровенно говоря.       — Куда собрался? — строго отчеканил Кобра, хватая младшего за запястье и усаживая обратно с такой силой, что тот ударился затылком об стену, а затем болезненно простонал, начиная ладонью тереть ушибленное место. — Никуда ты сегодня отсюда не выйдешь, — отдельно каждое слово выговаривая, злобно проговорил альфа, сжимая запястье друга в своей ладони изо всех сил, отчего тот стал шипеть и тщетно пытаться вырваться из сильной хватки.       Тхэн совершенно ничего не соображал из всего, что происходит и происходило до этого. Его состояние не позволяет сейчас здраво мыслить, потому он немного щурится и прикрывает свои глаза, полностью расслабляясь на диване и откидывая свою голову на спинку, совершенно не обращая внимания на боль в руке. Кобра облегчённо выдохнул, надеясь на то, что его дорогой друг уже готовится ко сну. Потому решил всё-таки встать и уйти на свою мягкую кровать. Время уже 4 утра, а он за это время не только не сомкнул своих глаз, но и не лёг ни разу.       — Куда? — резко проснувшись, крикнул Чиж и на сей раз схватил за руку уже старшего, заставляя обратно сесть на диван рядом с ним. — Не уходи, — жалостливо пропищал альфа, резко и вполне трезво вставая, усаживаясь на колени друга и крепко обнимая его. Эти действия больше были сделаны для того, чтобы Эд не уходил. Тот принял эти жесты вполне спокойно и, стараясь утешить этого ребёнка, обнял его в ответ. Как можно было напиться до такого ужасного состояния? Кобра никогда не поймёт этого.       Неожиданно младший стал плакать, при этом громко всхлипывая, обнимая старшего за шею и утыкаясь своим носом ему в шею. Вот эти действия заставили Кобру немного напрячься. Нет, ему совершенно не было противно (если не учитывать запаха, исходящего от этого чёрта), для него это совершенно обычно, просто его напрягает немного тот факт, что Чиж явно ведь не в себе, и от него можно ожидать чего угодно. Обычно парень никогда не напивался до такой степени, но сегодня у него явно удовлетворительная причина.       — Эд, — всхлипнул младший подрагивающим голосом, привлекая к себе внимание альфы, который над чем-то задумался и не воспринял голос друга. Но после он услышал следующий вопрос. — Я настолько отвратителен? — голосом полной надежды провопил Чиж, ещё сильнее прижимаясь к трезвому телу.       — Нет, с чего ты это взял?       Тхэн задумался на пару секунд, всё так же жалостливо смотря на мужчину напротив, а потом резко выпалил:       — Тогда поцелуй меня.       Вот чего-чего, а этого Кобра никак ожидал. Конечно, делать этого он не собирается чисто из принципа, что они оба — альфы, и это, строго говоря, не положено. Ненормально. Но кого это сейчас ебёт вообще? Возможно, именно Эда и ебёт, но никак не бухого в дрова Чижа, который стал засматриваться на своего друга и отмечать у себя в голове, насколько же он сексуален, горяч и красив. Плевать он хотел, что они оба одного пола. У него разбито сердце, и это сердце надо сейчас залатать, и почему бы не использовать для этого своего лучшего друга? Он родной, свой, всегда рядом, никогда не предаст и не отвернётся.       — Чиж, ты пьян, — это была единственная адекватная фраза, пришедшая в голову Кобре, ибо другого он сказать не мог. Не хотел обижать и так вдребезги разбитого друга. — Давай мы сейчас ляжем спать, и когда ты протрезвеешь, обязательно поговорим, — поглаживая младшего по спине, ласково проговорил Эд и прикусил свою нижнюю губу. Он почувствовал, как младший напрягся и сжался. Честно, чувствовать такое было невыносимо. Меньше всего он сейчас хотел расстраивать друга и заставлять того ещё больше плакать.       Чиж гортанно рыкнул. Он разозлился от этих слов, встал с дивана на шатающихся ногах, из кармана не снятой ещё куртки достал пистолет и направил дуло на своего друга. Его лицо было вполне серьёзным, хотя взгляд был затуманен пеленой алкоголя и желанием потрахаться и забыться с этим исчадием ада напротив.       — У Китти ты учишься совсем не тому, что тебе нужно, — совершенно спокойно и остроумно выдал Эд, не двигаясь ни на сантиметр с места, где сидел. Он знал, что Тхэн не выстрелит. — Во-первых, положи пистолет, а во-вторых, мы оба альфы, ты должен это понимать.       — Я отказываюсь. Тем более, тебя не ебало, что ты альфа, когда сосался в клубе с каким-то громилой. Помнишь, когда мы пошли отмечать выпуск из школы? Почему тебя сейчас волнует, какого ты пола? Или дело снова во мне?       — Тхэн, ты… — мужчина встал резко с дивана и в мгновение ока рукой провернул манёвр, откидывая направленный на себя пистолет в сторону и заставляя его на пол выкинуть. Он не нашёл слов, которые мог бы сказать в свое оправдание. Он не помнил, что это когда-то было, но это его немного задело.       Не дожидаясь каких-либо следующих слов или действий, Кобра, рукой, которой недавно откинул оружие, схватил младшего за талию, грубо сминая сильную кожу, полную мышц. Ощущения необычные, но оттого не менее приятные, и Эд в этом себе признаётся, ибо от собственных чувств никуда ведь не денешься. А Чиж тем временем выжидающе смотрит. Ждёт. Но это делать ему потребовалось недолго. Уже через три секунды он почувствовал грубый поцелуй, который так и приказывал заткнуться и лучше беспрекословноо исполнять всё, что скажет старший.       Нежность пропала.       Её сменила грубость, с которой мужчина набросился на губы своего друга. Никакой нежности и не следовало, на самом деле, ожидать. Никаких ласканий языком, никаких нежных объятий, никаких обжигающих кожу трепетных касаний. Лишь грубые укусы как на губах, так и на языках, сильный обхват талии руками, пальцы которой до побеления костяшек сжимали кожу партнёра. Младший альфа рвано выдохнул, но этот звук утонул, его Эд словно поглотил своим поцелуем, не давая ни единого шанса на отступление.       Они оба утонули. Утонули в собственных желаниях, совершенно наплевав на всякие предрассудки. Чиж влюблён в другого? Да плевать. Они оба альфы? Похуй.       Тхэн заскулил от переживаемых сейчас ощущений. Руками он отчаянно хватался за те, что сжимали его торс с неимоверной силой. Было приятно. До одури. От Кобры можно опьянеть не менее, чем от самого дорогого и вкусного алкоголя мира. И младшего сейчас откровенно не волнует, что он под градусом целуется и отдаёт в этом поцелуе всю свою душу тому же полу, что и он сам. Ему определённо нужно отвлечься от навязчивых мыслей о Рыси, от картинок, которые засели в его голове, как в клубе прямо на танцполе ему в штаны лез какой-то большой альфа. Это невыносимо, а в руках друга можно об этом всём забыть и насладиться моментом уединения. Как Чиж мог быть так слеп? Влюбился в какого-то придурошного и простодушного омегу, когда рядом с ним маячил такой родной Эдди, такой красивый, сильный и в придачу старше него самого. Этого альфу собирали по частям специально для него? По другому как ещё можно объяснить это сборище всех фетишей в одном человеке?       — Я хочу смыть, — не отстраняясь от губ старшего, простонал Чиж, перемещая свои руки на плечи Эда и изо всех сил сжимая их. Хочу смыть противные картинки с глаз, хочу смыть ощущение разбитости и усталости от мыслей, что не хочу больше так жить. — Помоги мне. Пожалуйста.       И оба знали, что именно он имел в виду, говоря эти слова.       — Тхэн, нет, — шепнул Кобра, горячо дыша прямо в губы младшего и ловя своими губами его жалостливое хныканье. Недоволен. — Солнышко, ты слишком пьян. Давай ляжем спать и завтра обязательно поговорим с тобой на трезвую голову. Обещаю, — в очередной раз попытался отговорить друга от непоправимых действий Эд, чувствуя, что ещё немного, и у него полностью слетят тормоза. Этого нельзя допустить. Ни в коем случае.       Молодой альфа всхлипнул и носом своим уткнулся другу в шею, начиная вдыхать его аромат всеми легкими. Из-за того, что перед ним стоял такой же альфа, что и он, лёгкие немного жгло, на языке появлялась неприятная кислинка, которая так и говорила, вбивала в голову, что всё это неправильно, так не должно быть, но плевать Чиж на это хотел. Ему хорошо. А от того, как ласково назвал его Кобра, вовсе начал тихо мурчать, словно маленький котенок, жаждущий тепла и ласки.       — Давай спать. Поговорим завтра, — сделал заключение старший всему, что сейчас происходит. Поставил на сегодняшнем дне жирную точку и, крепко взяв за запястье своего друга, повёл его, хныкающего нытика, в сторону своей комнаты, аккуратно уложил в постель и укрыл пледом.       Чиж вырубился моментально, стоило его голове лишь прикоснуться к мягкой поверхности подушки и почувствовать ожог от руки Кобры и тепло, которое невольно обволакивало всё его нутро. Он не выдержал, и организм его тоже и тут же решил отключиться от мира. Эдди, смотря на младшего, кратко кивнул и ушёл в сторону гостиной, где всё и произошло. Поспать ему явно уже не удастся. У него было много мыслей насчёт всего, что сегодня произошло, а ведь произошло многое. Только вот у Кобры кроме мыслей был ещё и некий страх. Страх утра. Уже сегодняшнего.

***

      — Моя голова больше напоминает сейчас, блять, итальянский булыжник, или как его там. Вот эта хуйня тяжеленная. Сколько мы выпили вообще вчера? — стал ныть Китти, сидя в какой-то дешманской забегаловке и уложив свою голову на спинку мягкого дивана.       Они с Коброй решили встретиться. Всё-таки альфа не смог уснуть и, когда часы «пробили» 9 утра, он позвонил Китти с просьбой о встрече. Омега очень долго отнекивался и искал всякое оправдание, лишь бы не пойти, и несколько из них были действительно правдивыми, а остальные казались таким сущим бредом, что Эд невольно задумывался о том, на какую пьяную голову можно было такое придумать. Ведь в это не поверит даже ребёнок. Но, в конце концов, как мы видим, парни сейчас сидят друг напротив друга и попивают мирно кофе. Точнее, пьёт лишь один, а второй распластался на диване, как морская звезда.       — С Рысью пить нельзя, ты же знаешь. Я только помню, что мы вчера чью-то тачку разъебали битами,— усмехнулся альфа. Напиздел и не покраснел. Каждый ведь из нас знает, что он помнит абсолютно все предыдущие сутки. — Я вообще-то не вчерашний день с тобой обсудить хотел, а поговорить и спросить совета. Всё-таки ты уже это… Да блять. Опыт у тебя есть в отношениях, вот, — нервно хихикнул Кобра и тут же поймал на себе заинтересованный взгляд.       — Да ну, ебать. Ты запал на кого-то, что-ли? — глаза Чимина блестели и, сказать точно, Эду очень нравится это зрелище.       — Да подожди ты. Сначала ответь на один вопрос… — старший задумался, не знал, как преподнести правильно то, что он хотел сказать. По правде говоря, он даже немного боялся осуждения со стороны этого омеги. Почему не с другими? С Чижом? Вы издеваетесь над ним? С Рысью? Совершенно нет. В отношениях он очень плох. С Ди? Засмеёт сразу и начнёт стебать, несмотря на то, что сам почти подкаблучник Китти. Вот Чимин и остаётся единственным адекватом среди остальных, именно поэтому Кобра решил поговорить с ним и попросить совета именно у него, но он боялся реакции на то, что хочет завести отношения со своим полом. — Ты как смотришь на однополые отношения? И… Ну, в общем, да.       Пак нахмурился и задумался. Он никогда не думал над тем, как относится к людям, которые любят и предпочитают свой пол. В принципе, это ведь даже не его дело. Он предпочитает альф, как среднестатистический омега. А то, что кто-то любит трахаться со своим полом, его совершенно ведь не касается. Так ведь?       — Тебя привлек альфа? Не Чиж, случаем? — Чимин решил немного разбавить с каждой секундой нагнетающую атмосферу и пошутить так, как они с Ди шутили всегда. Только вот проблема в том, что в каждой шутке есть своя доля правды.       Кобра замолчал и опустил свою голову. Чимин приоткрыл свой рот в изумлении и ещё шире улыбнулся.       — Так это правда? А он как на это смотрит? Ты разговаривал с ним? — стал усыпать вопросами старшего омега и при этом ярко улыбаться. Честно, Эдди никогда не видел Чимина таким. Неужели он действительно настолько рад за них?       — Мы с ним вчера пытались о чём-то заговорить. Но он был просто в доску пьян, понимаешь. И ничего у нас не получилось… А… Он просил меня поцеловать его, а я отказывал, потому что не понимал, что я чувствую и что вообще происходит. Может, я понимал, что отношений между альфами… ну, блять, ненормально это, но мне тогда даже плевать на это было. Вот. После этого он использовал твой приём и приставил к моей голове пистолет, — с этих слов Чимин засмеялся, невольно вызывая смешок и друга своего. — Я тогда разозлился. Он на ногах-то еле стоял, а пистолет, ясен перец, держал, как не знаю что. Я так разозлился, сбил с его рук сильно оружие и… грубо поцеловал его. Он против не был, сразу же ответил, а я это… В ступор впал со своих же действий, но продолжал. Потом он почти в штаны стал мне лезть, но я его спать всё-таки уложил в свою комнату, а сам ушёл в гостиную. Я не мог уснуть всю ночь, думал над этим всем.       Кобра сжимал свои ладони, которые были поставлены перед его лицом на столе. Альфа не поднимал своего взгляда. Он нуждался в поддержке. Чимин положил свою тёплую ладонь на его дрожащие руки и улыбнулся. Тема отношений для него всегда была чем-то таким несвойственным его натуре, но он был рад с кем-то что-то насчёт этого обсудить.       — Ему нравится Рысь. Даже не просто нравится. Любит он его. А вчера… Это было просто для успокоения его души, — выдохнул старший, ещё ниже опуская свою голову. А от этой вести Чимин изумлённо приоткрыл свой рот. Чижу. Нравится. Рысь. Вот это новости. Вообще столько новостей за один день. Уму непостижимо. — Знаешь, во время поцелуя с ним я почувствовал такое облегчение. Как будто всё, что во мне копилось ещё с тех пор, как мы начали с Чижом дружить, просто вышло наружу, и это было так приятно ощущать. Но потом уже, когда он спал в моей комнате, я понял, что он просто мной воспользовался. Точнее, моим присутствием. Я уверен, что он бы попросил это сделать кого угодно, кто был бы вчера на моём месте. Ты, Ди или уж тем более Рысь. Его бы он первым без промедления засосал. Я просто под рукой оказался.       — Рысь — не тот человек, которого можно любить. Чиж должен понимать, что ему это ни к чему. Он свою свободу ни на какие отношения не променяет. Даже если кого-то полюбит. А вообще. Рысь не способен любить. Он может лишь присваивать, если захочет этого, — серьёзно сказал Пак, поглаживая большим пальцем напряжённые руки старшего и стараясь его тем самым подбодрить.       — Я ему пытался это объяснить, но он не слушал меня. Или просто не хотел слушать, — Кобра поднял свою голову, с глазами полной надежды смотря на своего собеседника, который раздумывал над всей этой ситуацией.       — Будь пока что рядом с ним. Ему это необходимо. Чиж не такой тупой, каким может показаться на первый взгляд. Он поймёт, какой человек ему нужен, когда этот кто-то будет постоянно ошиваться рядом, поддерживать и всячески руку помощи протягивать.       — Китти, я так тебя люблю, ты бы знал, — Кобра ярко улыбнулся, и от его грусти не осталось и следа.       — Потише с выражениями, — засмеялся омега и убрал свои руки от ладоней довольного всем раскладом альфы. — А где сам Чиж, кстати?       — Он спит ещё. Вчерашнее отсыпает. А Ди где? Я думал, ты его с собой сюда притащишь.       — Уехал с Барсом в офис, там кто-то пытался взломать их систему безопасности. Как понимаю, Ди дадут задание убить этого человека. Он хорош в этом, — улыбнулся Китти, в голове своей представляя, как Юнги в очередной раз поедет на такое опасное задание и будет лишать кого-то жизни. Чимин всем своим нутром чувствует, что Мин — единственный, кто имеет право судить и убивать людей. Тем более, убивает ведь он не просто кого-то, а тех, кто действительно это заслужил.       — Надо же, недавно в тюрьму попал, обвинялся в убийстве. Не успел сбежать и уже принялся опять за старое. Ничему его жизнь не учит, — смеётся Кобра, попивая свой утренний кофе.       — Сейчас другой случай. Вся ответственность за убийства тех или иных людей лежит не на нём, а на его боссе, — усмехнулся Чимин. — Иногда меня, конечно, настораживает поведение Барса и его вечно улыбчивое и довольное жизнью лицо. Выглядит так, будто он что-то задумал. Так он хороший и понимающий, вроде, человек. Много, кто ещё бесит меня в его доме. Есть одна особа, которая из меня все тормоза выёбывает. Так бы и застрелил эту суку на месте.       — М? Кто это? — делая очередной глоток, заинтересованно спросил Эд и посмотрел на Чимина.       — Да девка одна. Линда зовут. Но и её, вроде, на место я сумел поставить. Позавчера на её глазах прям потрахался с Ди. Ох, как это прекрасно было, — блаженно улыбнулся омега.       «Я люблю тебя, Пак Чимин», — единственное, что сейчас в голове у Чимина крутится голосом Юнги.       — Ох, ну ты-то да. Способен красиво указать на место человека. Я даже не сомневаюсь в этом. Эх, счастливый ты, Китти. А я вот буду вечно гореть в своём огне невзаимной любви…       — Да ладно тебе, Кобра. Перебесится, а потом ещё и… — Чимин явно хотел сказать что-то ещё, но на всё здание кафе, заглушая приятную музыку, стал звонить телефон Китти. Тот спохватился и немного вздрогнул от слишком громкой музыки, но трубку взял и, улыбнувшись, сказал: «Да? Алло?»       Эдди громко обречённо выдохнул и опёрся спиной и спинку дивана, перед этим допив свой напиток. Он стал наблюдать за каждой меняющейся эмоцией на лице своего друга, пока тот полностью не перестал ярко улыбаться, как до этого. Лицо его стало озадаченным, а потом шокированным. Альфа лишь понял то, что Китти разговаривает на данный момент с Ди. Тот говорил что-то очень громко, но слова разобрать было нереальной задачей. Говорил быстро, громко и, кажется, с ноткой паники.       — «Кого ты убил?» — тихо переспросил Чимин, сглатывая вязкую слюну и водя пальцами по лакированному столу. Его взгляд немного бегал, но волнения, как такового, там не было, лишь шок, от которой со временем не осталось и следа.       Когда был сказан ответ, Пак отнял телефон от своего уха, поставил вызов на громкую связь и попросил:       — «А теперь повтори ещё раз. Кого ты убил?» — Кобра выпрямился и стал слушать внимательно всё, что происходит на том конце линии.       — «Да блять, Барса я убил».