Выбор

Драко остановился посреди темного холла четвертого этажа и прислушался к шорохам за спиной. Под кожей защипало раздражение. Закрыв глаза, он медленно досчитал до десяти, задвигая мысли и очищая разум. Как Беллатриса учила его все лето и как он делал уже сотни раз до этого.        За это время он хорошо преуспел в окклюменции. Сдержанность в поступках и общении стала новой частью характера, и оказалась незаменимой в обстоятельствах, которыми он был скован в этом году. Теперь все было иначе. На нем лежало слишком много ответственности и он не мог позволить себе сорваться, в порыве совершить необдуманный шаг.        Он пообещал себе больше не терять контроль. Как тогда, в поезде. Было противно думать, как легко оказалось поддаться спусковому крючку ярости после нескольких месяцев воздержания от каких либо эмоций. Но, видит Мерлин, сломанный нос Поттера стоил того. Удовлетворение, которое он получил от вида окровавленной рожи можно было назвать почти блаженным.        И не успел Малфой согреть простыни в школьной кровати, как следом за золотым мальчиком, его терпение решила испытать грифиндорская грязнокровка. По-началу он не был уверен, подозревая себя в излишней паранойи, но вскоре сомнений не осталось — за ним следят. Дамблдорская крыса таскается за ним по пятам уже целый месяц. Просто смешно как ее дорогие сокурсники еще не догадались, кто на них доносит директору, продолжая верить в чудеса. Кучка идиотов.        Безмозглые, бесящие, захламляющие пространство…        Драко дернул головой, подавляя нарастающую злость. Последние дни ее стало сложнее контролировать. Похожая на концентрированный яд, она кипела в Малфое, доводя его до предела за несколько секунд. Он чувствовал как его выдержка трещит по швам, но пока, пусть и с трудом, ему удавалось сдержаться.        Волочившийся за ним хвост вынуждал его ходить по школе кругами, и придумывать новые и новые способы скрыться из виду. Это не могло не раздражать. Обычно он делал вид, что не замечает грязнокровку, игнорируя ее жалкие попытки следить за ним, но у всего есть предел. Пришло время поставить ее на место.        Он не собирался прибегать к этому до самого конца. Раз Дамблдор приставил за ним хвост, значит у него есть подозрения. Может даже больше. И Дамболдор хотел, что бы Драко знал об этом. Иначе не послал бы кого-то столь неумелого. Так что любая реакция со стороны Малфоя будет своего рода подтверждением подозрений старика, в чем бы они не заключались. С другой стороны открытую войну вести проще. Не придется притворяться слепым, пока грязнокровка мешается под ногами.        А возможно, ему следует сдать Грейнджер ее же друзьям и с наслаждением понаблюдать как рушится великая дружба.        Хотя скорее всего ее простят. Гриффиндорцы же любят поступать по-тупому благородно. Она расплачется, высыпет тонну оправданий и они сожрут ее раскаяние за обе щеки, выставив Малфоя злодеем. Или, что еще более вероятно, ему просто никто не поверит. По-опыту Драко мог сказать, что тактика «Придать огласке как Поттер и Компания облажались» не работает.        Нет. Тут нужно быть хитрее.        Старый добрый шантаж никто не отменял, в конце концов. Гриффиндорцы всегда на него ведутся. А Грейнджер — грифиндорка. Преданная, как слепой котенок, она и не догадывается, во что ввязалась.        Драко понимал, что все это не более, чем очевидный отвлекающий маневр, нацеленный сбить с толку. Бездействие становится губительным — пришло время сделать ответный ход.        Уловив в очередной раз движение за углом и шарканье ботинок, Драко скривился. Вывернув из холла в узкий коридор без окон, он спрятался в тени одной из ниш прикрытой гобеленом. Он сливался со стеной, оставаясь невидимым для чужих глаз, но его собственный обзор практически не был ограничен. Меньше чем через пятнадцать секунд послышались приближающиеся шаги и по полу засеменила длинная тень. Как и ожидал Драко, следом из-за угла показался нос грязнокровки. Она озиралась по сторонам, прежде чем проскользнуть в темноту коридора. Держась противоположной от Малфоя стены, она дошла почти до середины, замерев как статуя. В сумраке были различимы прямые плечи и копна волос. Малфой решил, что момент подходящий и бесшумно покинул свое убежище.        — Потерялась, грязнокровка?        Голос разлетелся эхом в тишине коридора.        Драко понравился произведенный эффект. Он подкрался к девчонке со спины, и она подпрыгнула как ошпаренная, развернувшись на месте и теперь смотрела на него с открытым ртом.        — Малфой… — угрожающе выдохнула девушка, стараясь вернуть самообладание.        Не теряя времени, Драко решил перейти в наступление, чтобы не дать ей времени собраться. Сыграть на ее нервах.        — Что же скажет Поттер, узнав, что его лучшая подружка шпионит для старика, мм? — насмешливо проговорил он, растягивая слова.        Грязнокровка побледнела, но быстро нашлась с ответом.        — Малфой, — повторилась она, — Я не понимаю, о чем ты…        — Избавь меня от этого, — отрезал он.        Вся его саркастичность испарилась. Голос стал тверже, на лице не играла даже тень эмоций. Он собирался загнать девчонку в угол.        Грейнджер вздернула подбородок, продолжая злобно смотреть на него.        — Я знаю, — он посмотрел на нее сверху вниз самым холодным взглядом на который был способен, — знаю, что ты являешься маленькой дамболдоровской крысой. И, поверь мне, если не перестанешь повсюду ходить за мной, я позабочусь о том, чтобы твои друзья тоже об этом узнали.        Грязнокровка продолжала настаивать на своем, повторяя будто вызубренный параграф из учебника:        — Не знаю, что за бредни ты себе напридумывал, но как я и сказала ранее, я не понимаю о чем ты говоришь.        — Я не шучу, грязнокровка. Прекрати таскаться за мной или тебе не поздоровится.        Грейнджер приподняла брови и скрестила руки на груди.        — Мир не вращается вокруг тебя, Малфой. Если мы оказались в одном коридоре, это не значит, что я, — она показала в воздухе ковычки, — слежу за тобой, знаешь?        Малфой ухмыльнулся. Хочешь поиграть значит? Ну давай поиграем. Ничего, я выведу тебя на чистую воду, крыса.        — Правда? — с фальшивой нигранностью спросил Малфой, — Хмм, ну что ж. Может Поттера заинтересуют мои бредни?        Девчонка побледнела, но не шевельнулась. Упрямая сука.        — Удачи, но я сомневаюсь, что он захочет тебя слушать.        — Хочешь проверить? — Драко сузил глаза, слегка наклонив голову набок, — я как раз держал путь через коридор, ведущий в гостиную Грифиндор. Думаю, можно сделать небольшой крюк…        Гермиона хмыкнул. Громко. Драко осекся.        — У тебя кишка тонка, — сказала она. Слова резали слух как лезвие.        — Прости?        — Я говорю, — повторила она громче, — у тебя кишка тонка. Ничего ты никому не расскажешь.        Сложив руки на груди, она посмотрела на него так нагло, что Драко повеселел. Такого поворота событий он не ожидал.        — Это можно считать призанием?        На лице Гермионы появилась растерянность, и улыбка Драко стала шире. Прокололась, девочка.        — Что, вся смелость закончилась?        — Ты ничего не докажешь.        — Да, да. Знаем, проходили.        Малфой рассмеялся. Гермиона продолжала смотреть на него из-под лобья. Даже в полумраке был заметен румянец на ее щеках.        Вдруг, в другом конце коридора раздались приближающиеся шаги. Гермиона вздрогнула, оборачиваясь.        — Бу, Грейнджер, - прошептал Драко.        Девушка покосилась на Малфоя, но как только шаги стали громче, развернулась и убежала.        Это выглядело настолько глупо, что от нового приступа смеха Малфою свело живот.        Он хотел крикнуть ей чтоб она бежала к своему старику и рассказала как облажалась, но не мог перестать смеяться.