Смирение/Усмирение

Он сидел на подоконнике на кухне, в пальцах тлела сигарета, которую рука иногда подносила к губам. В гостиной Мэтт и Сет смотрели какой-то боевик, в ночной тишине даже на самой минимальной громкости кажущийся уж слишком громким. Из окна дул уже холодный осенний ветер, напоминающий о том, что вторая неделя октября подходила к концу. Нил, утонув в мыслях, совсем не заметил, как комната погрузилась в сумрак, постепенно заполняя каждый уголок темнотой. И даже фонарь, освещавший территорию вокруг общежития, не мог добраться до кухни своим на удивление ярким светом. Сделав новую затяжку, он наконец-то вышел из прострации и, несколько раз моргнув, шумно выдохнул. Вдруг послышались шаги и на кухню зашел Мэтт, параллельно шаря рукой по стене в поисках выключателя. Щелкнув им, он поднял взгляд и, резко дернувшись, прижался к дверному косяку спиной: — Блять, ты хоть признаки жизни подавай, мы думали ты ушел. — Не так уж я долго тут сидел, — пожал плечами Нил, туша сигарету в пепельницу. — Мы уже два фильма успели посмотреть, — в опровержение заметил Мэтт. — Второй уже досмотрели? — Ага, Сет пытался уснуть уже на середине. — Попизди давай, — донеслось из другой комнаты. Мэтт только хмыкнул и достал бутылку воды из холодильника. Все было на удивление тихо и мирно, будто не было недавнего банкета, Рико, драки и переполоха в общежитии, когда они все вернулись и Сет все же предъявил свои претензии Нилу. Тот отреагировал спокойно, вероятно ожидая агрессии в свою сторону. — Это первое, что пришло мне в голову, — Нил не смотрел ему в глаза и всеми силами старался убедить себя, что он не избегает, а просто смотрит в окно, — но признаю, что силу не рассчитал. Сет, уставившись же на него свирепым взглядом, раздувая ноздри и стискивая зубы, сжимал и разжимал руки, будто боролся с намерением ударить. Сложно было представить, что сейчас творилось у него внутри, но догадаться о приблизительных мыслях было не сложно. Чувство, вызываемое мыслями о том, что существует человек, знающий о всех слабостях и в любой момент способный ими воспользоваться, действительно вынуждало мир шататься. В особенности, если он подчеркивал не случившуюся смерть девушке, которая могла потерять того, кого любит; к кому приходила каждый день в больницу вместо матери, которая в свою очередь не удосужилась даже ответить на звонок, и была готова на все что угодно, лишь бы вновь увидеть его в сознании. — Хорошо, — неожиданно для Нила и Мэтта, что стоял поодаль, на всякий случай готовый разнимать драку, произнес Сет и ударил все же кулаком по столу, — жаль конечно, что ты ему не так сильно втащил, но в итоге тоже неплохо получилось. И все. Больше он ничего на этот счёт не сказал, ни когда вернулся под утро пьяный, ни после. Нил ожидал и от Элисон хотя бы пощечины или, например: монолог на повышенных тонах. Но и она почему-то ничего не сказала и не сделала. Её взгляд подчеркивал лишь то, что она была раздосадована той же ситуацией, что и Сет, но не более. А Нил продолжал убегать. Знакомый стук в дверь вывел его из прострации и, несколько раз моргнув, он тряхнул головой и спрыгнул с подоконника. Кевин мрачнее тучи был с самого банкета и вечно поглядывал странным взглядом на Нила, который в свою очередь игнорировал это на всех частотах. Вот и сейчас, забирая его на ночную тренировку, он глядел на него немного исподлобья и сказал короткое: — Идем, — двинулся прочь. Что-ж, Нилу не привыкать, и о закидонах Кевина стоит беспокоиться лишь тогда, когда это мешает жить, сейчас такого даже на горизонте не намечалось. Поэтому пробежав глазами по его спине, он окинул мимолетным взглядом Эндрю, что, облокотившись на стену напротив дверь, держал руки сложенным на груди, и, захватив куртку, сказал Мэтту через плечо: — Я ушел. В ответ же ему прилетел вздох и понурое: — И чего на месте не сидится? — Мышцы затекли что-то, — только лишь ответил Нил и, закрыв за собой дверь, двинулся за Кевином, стараясь не обращать внимания на Эндрю, что замыкал строй. Пытаться завязать с Кевином разговор было не очень хорошей затеей, учитывая завтрашнюю встречу с Рико и всепоглощающие амбиции в осуществлении «идеального корта», которые возросли в геометрической прогрессии из-за как раз-таки близящегося матча против «Воронов». Когда дело касалось остальных членов команды, на которых Кевин порывался выместить весь свой накопившейся стресс, Нил сглаживал углы почти идеально, конечно, учитывая, что в ответ на него выливался ушат дерьма, где красочно рассказывалось о том, какой он прекрасный нападающий и все с этим связанное. Но это было терпимо. Что же касалось ночных тренировок, оба могли себе позволить друг друга обматерить, послать к матерям и даже дальше, учитывая, что никто не церемонился в выражениях. Не один Кевин нервничал из-за предстоящего матча. Душевное состояние Нила и его внутренние переживания можно было сравнить с вибрацией рельс при приближающемся поезде. Чем ближе был матч «Воронов», Рико и Тэцудзи, тем сильнее он вибрировал. Неделю назад Нил еще как-то старался, хотя это очень трудно назвать старанием, сдерживаться в выражениях и больше переводил все в шутку. Под конец же этой, он уже не скупился и по полной программе бывало разносил Кевина в пух и прах, да так, что некоторые ночные тренировки заканчивались, не успев начаться. Оба злые друг на друга и себя, тренировались отдельно, пускаясь, кто во что горазд. Эндрю же был молчаливым наблюдателем творящегося вокруг спектакля. Если положить руку на сердце, Нил был ему благодарен за отсрочку. Охваченный грядущими событиями, он совершенно не был способен еще и на то, чтобы завуалировать правду так, чтобы предоставить на блюдечке и не беспокоиться о последствиях. Однажды Кевин сказал: «трое могут хранить тайну, если двое из них мертвы», Нил как никогда осознал значение этих слов, взвалив на себя ответственность не только за себя и поняв, что многое им сказанное и сделанное обернется боком, если не думать наперед. — Неужели ворота настолько маленькие, что ты в них попасть не можешь? — Кевин резко повернулся к нему и, взметнув клюшку, указал на стену, — ты хотя бы тогда в стену попадай. Нил тряхнул головой и потер подбородок тыльной стороной ладони. Сгорбившись и облокотившись на клюшку руками, он уставился на пустые ворота как загипнотизированный, будто пытаясь в них просверлить дыру. Эндрю сегодня решил отлежаться на трибуне, как и вчера, и последнюю неделю в целом. Кевин, конечно, предпринимал попытки его опять затащить, но работало плохо. — Нет, хватит. Я выдохся. Кевин ожидаемо взвился от этой фразы и вперил на него яростный взгляд: — Я с тобой блять нянчусь, чтобы выбить из твоей пустой башки ненужные мысли, а ты почему-то решаешь, что на это можно хуй забить! — Я тебе безмерно за это благодарен, — Нил отмахнулся, на задворках уставшего сознания придерживая мысль о том, чтобы свести этот разговор на нет. — Еще раз, — Кевин особо сильно бросил мячик в корзину, но промахнулся и, задев ее, опрокинул назад, отчего все сложенные там мячи покатились по паркету. — Нет, — уже твердо ответил Нил, — хватит на сегодня. Он отстегнул застежки на шлеме и стянул его одной рукой, затем зубами стащил перчатку с правой руки. — Если ты не научишься нормально бить по воротам, то завтра, — начал было Кевин. — Что завтра? — резко рявкнул Нил и хмуро посмотрел на него, — что блять измениться? Ты гоняешь меня, как вшивую псину по корту, что я позволю делать, потому что нападающий из меня никудышный. Но ты блять посмотри на остальных! — Не передергивай, — процедил Кевин, подойдя практически вплотную. Их злые, загнанные от страха глаза метали искры, раскаляя вокруг себя воздух. — Начни с себя, — понизив голос ответил Нил, глядя исподлобья. Развернувшись, он двинулся к выходу с корта. Голову начали заполнять мысли о предстоящем матче, Рико, Ичиро, Тецудзи и медленно, подобно приливу, затоплять сознание. В какой-то момент Нил уже не видел ничего перед собой, кроме светлой дорожки паркета, аккурат перед его взором. Но мощный, пусть и очень кривой удар о ограждение рядом ввел его из прострации и, остановившись, он посмотрел на покатившийся к его ногам мяч. Недолго думая он обернулся и замер. Клюшка в руке Кевина тряслась будто в судороге оттого, как сильно ее сжимали пальцы. Его лицо побледнело, а глаза смотрели в пол. Поджатые губы и плотно стиснутые зубы выдавали в нем столько борьбы с самим собой, что Нил невольно выдохнул. Клюшка была в левой руке. Внимательно разглядывая представшую перед ним картину, Нил вдруг сам от себя не ожидая, подобрал мяч и запустил к воротам. Удар был паршивый. Такой же паршивый, как и у Кевина левой рукой, но тем не менее куда четче, чем все предыдущие разы за этот вечер. — На сегодня думаю достаточно, — сказал он. — Ага, — только и смог выдавить Кевин.

***

На утренней тренировке все были необычайно молчаливы. Не только вечерний матч нагонял нервяков, но и в целом обстановка в университете, переполненном чересчур большим количеством из ниоткуда появившихся болельщиков не обнадеживала. С одной стороны, это было безумно приятно чувствовать, что в этот раз столько человек придет поддерживать. Но с другой, не привыкнув к такому ажиотажу, даже Дэн уже немного потряхивало, что уж говорить об остальных. Хотя впрочем близнецов это кажется вообще не задело, но стоит отдать должное Ники, он переживал за троих. Как к слову и Мэтт, который прекрасно мог выразить весь свой ужас на лице не только за себя, но еще и за Элисон с Сетом, которые в целом внешне никаких признаков не подавали, но по тому, как часто они стали пропадать вдвоем, было ясно, что за город они выезжают не просто потрахаться. Хотя, Нил предпочел остановиться именно на этом варианте. Ваймак же, верно оценив масштаб проблем из-за близящегося матча, сделал доброе дело и отпросил всех в этот день с пар. Поэтому, кроме Нила, Кевина и Эндрю, все засели на стадионе после утренней тренировки, как в бункере. Почему эти трое уехали в общежитие не знал никто, но и останавливать их не собирались. Каждый так сказать пытался собраться с силами и сосредоточиться перед игрой по своему. — А можно понежнее? — процедил Нил, сидя на табурете в ванной перед зеркалом. — Ты хочешь качественно или по-дурацки? — уточнил Кевин, расчесывая волосы и оттягивая их слишком сильно назад. — Я хочу не стереть себе зубы, — тот вцепился пальцами в край табуретки и подобрал ноги, таким образом видимо пытаясь уменьшить боль от расчесывания запутавшихся из-за краски волос. — Терпи, — отрезал Кевин и продолжил наносить краску так, будто имел с ней дел больше, чем с экси. — Как ножом по сердцу, ай! Блять! — Нил ударил кулаком по табурету, — руки вправь в плечевые суставы, я же не кукла в конце концов! — Это я-то криворукий? — возмутился тот, — да если бы ты нормально прокрасил волосы в прошлый раз, мне не приходилось бы сейчас возиться с каждой прядью. — Иди нахуй! Тебя ни в один барбершоп не порекомендую! — Больно надо! Ни один барбер бы не решился возиться с тобой так, как это делали мы с Жаном! — Жан хотя бы понежнее был! В отличие от тебя, он за своей шевелюрой хотя бы следит! — Попизди давай, еще расскажи мне, что не так в моей внешности. И пусть Эндрю зашел меньше минуты назад и слышал лишь часть разговора, ему все же предстала довольно забавная картина в ванной, когда он туда заглянул на шум возни. Нил, вскочив со стула, тянулся к Кевину рукой испачканной в черной краске и уже успел мазнуть ему над губой форму усов, а тот лишь крепко держа ладонью в перчатке макушку, пытался отпихнуть от себя. — Выкуси! Теперь ты Фредди Меркьюри! — Блять! — А тебе усы к лицу. Ехидная ухмылка, полное удовлетворение в глазах и расслабленная поза были редким у Нила явлением, но тем самым и запоминающимся. И пусть Кевин может и был этим доволен, но внешностью своей жертвовать не желал, даже ради этого. — Где спирт? — В холодильнике. — Нахуя? — Там ближе, чем сюда. Кевин, смыв большую часть краски водой, вылетел пулей из ванной, даже не заметив Эндрю, и умчался на кухню, параллельно бормоча трехэтажный мат. Нил же, глянув в отражение, осмотрел голову со всех видимых ему сторон и перевел взгляд на появившийся силуэт в проеме: — Если забыл, где ваша комната, то она вторая слева. Или мне считать это взломом с проникновением? — Шум был подозрительный, а я ответственный житель общаги, разве не видно? — сложив руки на груди, Эндрю скучающе осматривал обнаженный торс, руки и плечи Нила. — Значит таки взлом с проникновением, — подытожил тот, — что-ж, главное не отягощай свое преступление воровством или убийством. — Я подумаю. Кевин наконец вернулся, вытирая лицо полотенцем. Следов от краски почти на осталось, ну, конечно, если прям не вглядываться. В электрическом свете все было еще лучше. — Я думал, что ты, — он посмотрел на Эндрю снизу вверх, а затем, вздохнув, видимо передумал и добавил лишь: — будет кому заткнуть ему рот, когда он начнет опять орать. — Ты вообще со стороны себя слышал? — выгнул бровь Нил и наклонил голову на бок, — говоришь, как маньяк. — Завались, будь любезен, мне осталось чуть-чуть. Эндрю так и не сдвинулся со своего места, пока Кевин не закончил с волосами. Нил в свою очередь продолжал скрипеть зубами от того, как сильно ему оттягивали прядь за прядью, прочесывая их в промежутках между прокрашиванием. Он чертыхался, скалился и покрывал Кевина матом так, что под конец, можно было сказать, что он украшен им, как конфетти. При первой же возможности, Нил слинял в комнату, оставив весь бардак в ванной на Кевине. Он сел на пол по-турецки рядом с кроватью Мэтта и, пошарив по карманам, достал сигареты. Как только струйка дыма потянулась к потолку, глаза устремились на Эндрю, а голос тихо позвал: — Эй, могу я попросить тебя об одолжении? — Попробуй, — чуть помолчав, также тихо ответил тот. Нил поерзал на месте, было видно, как ему не очень комфортно говорить следующие слова, что было ново в его поведении. Пальцы повертели зажигалку, и послышалось несколько щелчков. Только после этого, он заговорил: — Встань сегодня на ворота на весь матч. Эндрю, пока длилась вся эта напускная пауза, тоже успел закурить и сейчас лишь лениво перевел взгляд на Нила. Тот же глядел на него прямо и открыто, почти оголяя всего себя. Это был один из тех моментов, когда одно неверное слово или действие могли привести к бесповоротным последствиям. — И какая мне от этого выгода? — Я дам тебе правду без очереди. — Тебя память подводит? — Эндрю прислонился спиной к стене и выпустил дым в сторону Нила, — ты мне задолжал предыдущий. — Ты его и так сегодня получишь на матче. — Это так не работает. Нил внимательно оглядел Эндрю с ног до головы, затем фыркнул в сторону и, удерживая в зубах сигарету, без помощи рук поднялся на ноги. Приблизившись почти вплотную, он прислушался. В ванной шумела вода и слышались звуки уборки, видимо Кевин решил удалить в целом все следы их пребывания там. — Это не те следы, что могут остаться от обычных драк, — вдруг подал голос Эндрю. — А я никогда не говорил, что из обычной семьи, — последовало пожатие плечами. — И что же послужило тогда вспышкой гнева? — Ну, — Нил хмыкнул, — возможно им не стоило говорить за моей спиной о том, что мои шрамы уродские. С самого прибытия в «Лисью нору» он переодевался отдельно. Никто не задавал вопросов, списывая на то, что у каждого свои тараканы в голове. Поэтому наверное Эндрю бы удивила такая естественность и беззаботность в обнаженном виде, если не пересиливший интерес. — Как оказывается близка была кнопка, — хмыкнул он и пробежал глазами по нескольким ножевым ранениям в районе ребер, затем перевел взгляд на шрам от пулевого на плече и закончил следом от ожога. — Я не в восторге от этого, — Нил попытался криво улыбнуться, но не вышло, поэтому он просто показал жестом на всего себя и продолжил, — гордиться тут наверное можно только тем, что я выжил и до сих пор живу, но с другой стороны, намеренно это кому-то показывать нет смысла. Лицемерно или нет, вообще не важно, это ненужная информация, я все равно уйду скоро. Зачем забивать этим голову?.. Нил оторвал взгляд от Эндрю и повернулся к окну. Сделав пару шагов к столу, он потянулся к пепельнице на столе Мэтта, которую специально там оставил и потушил сигарету. — Так останься, — ударило в спину, как нож. — Ха, — последовала мгновенная реакция, — очень удачная шутка… Нил повернулся к Эндрю корпусом и, взглянув в глаза, замер. Усмешка так и застыла на его лице, а кровь отлила. — Нет, — выдавил едва слышно он, — это же глупо. Ты же знаешь причину. — И что с того? — прозвучал полный безразличия голос. — А то, что я не могу. — Не хочешь, — опроверг Эндрю. — Не могу, — выпалил Нил, — у меня слишком много всего!.. Что надо сделать. — Тогда просто вернись потом. Нил шумно выдохнул и уронил голову на грудь. Руки то разжимались, то сжимались в кулаки. Эндрю наблюдал за ним, продолжая чадить сигаретой. Он ждал ответа. Идеальную тишину нарушал только приглушенный шум воды в ванной. — Я же зомби, — донеслось тихое, и на толику показавшееся неуверенным, — я никогда не знаю, когда мне проломят голову. — Тогда надень до той поры шлем. Эндрю оттолкнулся от стены и в тот же момент из ванной выглянул Кевин со словами: — Время поджимает, пора смывать, — но увидев, в какой позе стоял Нил, посмотрел вслед уходящему на кухню Эндрю и спросил: — ты что с ним сделал? — Мозги мертвецу одолжил, — последовало в ответ.

***

Нил сидел в коридоре напротив мужской раздевалки на полу и вертел в руках шлем так, будто видел его впервые. Остальные также размазались вдоль стен по двое или трое, но вместо того, чтобы болтать, как это было раньше перед всеми предыдущими матчами, напряженно молчали, шуршали защитой, постукивали нервно ногами или теребили перчатки. Грохот стойки с клюшками вывел из транса и все взгляды мигом устремились туда. Ваймак остановился у выхода на стадион, где уже гудела толпа заполнившая все места до единого. — Все в сборе? — окликнул он их, и пробежав взглядом по головам, спросил, — где Эндрю? Тот не заставил себя ждать, выходя из раздевалки и закрывая за собой дверь. Под мышкой он держал шлем и выглядел настолько расслаблено, насколько взвившийся от напряженных нервов мозг Нила мог вообще здраво оценить. — Отлично, — Ваймак дождался, когда все к нему подойдут и оглядев вновь каждого с ног до головы, сказал, — ваша задача сегодня отыграть так, чтобы под конец игры не только у вас ноги подкашивались, но и у «Воронов» тоже. — Это оставьте Нилу, он загоняет кого угодно, — хмыкнул Сет и получил сзади под ребро, — ауч! — Без сюрпризов, — Ваймак указал сначала на Кевина, а потом на Нила, — угрожающих жизни. — Первое не обещаю, — пожал плечами второй. — Сегодня, — Ваймак сложил руки на груди, — вы играете не на победу, но дело и не в гребанном участии. Ваша задача сегодня выложиться по полной, да так, чтобы вы сами от себя удивились. «Вороны» смотрят на вас свысока, ну так и поддайте им… — Дэвид, — подала голос Эбби, стоя позади всех. — Кхм, — тот откашлялся и добавил, — ну вы поняли. — Купили все-таки учебник по мотивационным речам, а, тренер? — подал голос Ники. — Мы знаем, что мы знаем, что мы знаем, — промямлил Сет. — Мы готовы тренер. — решительно сказала Дэн, оторвав наконец взгляд от пола. Нил только фыркнул и поглядел на мрачного Кевина, который глядел перед собой. — Тогда выдвигаемся, — сказал Ваймак и распахнул двери вместе с Эбби. Воздух на стадионе почти дрожал, настолько он накалился от бурлящей энергии со стороны собравшихся фанатов, который кричали, вопили и ревели не в состоянии дождаться начала матча. После интервью с Кевином и внезапным появлением Рико, Нил мог поставить все свои припрятанные в шкафу деньги, что фанатов пробрало на новую волну любви к этим двоим. «Вороны» были объявлены следом за «Лисами» и вышли на стадион под еще больший рев толпы. Их форма, темп ходьбы и строй, заставили Нила замереть и уставиться, застопорив тех, кто шел следом. Но грубый толчок в спину вывел его из прострации и прозвучавшее на ухо: — Хорош зависать, — от Эндрю, протрезвило. Разминка прошла тихо, собрано и без пререканий. Нила это не удивило, но приятно порадовало, видимо «Лисы» и правда решили в этот вечер играть не на жизнь, а на смерть. Прозвучал сигнал и все покинули поле, кроме капитанов. Пока подбрасывали монетку, Кевин разминал правую руку, Эндрю перекидывался парой слов с слегка озадаченной Рене, которая в этот раз была одета в более легкую защиту, Элисон передавала Сету клюшку, Ники и Мэтт заняли скамейку, а Аарон встал перед ними. Так как Нил тоже не был в стартовом составе, он присел рядом с Мэттом и запрокинув голову назад, прикрыл глаза. Сосредоточившись на дыхании, он сделал глубокий вдох, а затем такой же выдох, полностью выпуская воздух из легких. Пахло деревом, отголоском лака, потом смешавшимся с запахом одежды и немного дымом от сигарет, потому что они недавно с Эндрю курили. Голоса рядом разговаривающих приглушились, шум толпы отошел на второй план. Наконец-то в голове на несколько секунд возник план, который они придумали с Кевином, и который должен был сегодня воплотиться в реальность. Зрачки под веками бегали туда-сюда, будто Нил видел все, что вообразил в сознании. На губах мелькнула легкая улыбка от предвкушения. Резкий гудок сирены заставил его податься корпусом вперед, распахнуть глаза и выдохнуть. Матч начался. Вытянув ноги вперед и сев как можно расслабленней, Нил стал болтать стопами из стороны в сторону, наблюдая за тем, как обе команды сорвались с места и бросились друг к другу. Сет и Кевин были сильными нападающими, и пусть играли в паре они хуже, чем Кевин с Нилом, это все равно не давало той слабины, которой от них судя по всему ожидали. — А чего Веснински сидит? — удивился Мэтт. — Не знаю, — пожал плечами Ники, — может готовят под конец? — Рико так хвастался им на банкете, — хмыкнул он, — должен признаться, мне самому интересно, что он из себя представляет. — Да такой же безбашенный, как и Рико, — нахмурилась Дэн. Сказала как отрезала, что Нил даже усмехнулся. Наверное в этих словах была крупица истины. Первый забитый гол в ворота «Лисов», как и последующие три не вызвали особого впечатления. Это было ожидаемо, и то, что Эндрю встал на ворота, как и обещал, не делало его непобедимым. Поэтому, после того, как «Вороны» вырвали свои первые четыре очка, произвели замену. Мэтта выпустили, Ники и Дэн, которая встала на место Сета. — А как так получилось, что Эндрю встал на ворота? — растерянно спросила Элисон, усаживаясь рядом. — Вот у этого спроси, — ответил Ваймак кивая на Нила. — Я ему сделал предложение, от которого он не смог отказаться, — пожал тот плечами. — А ему норм будет? — Элисон наклонила голову на бок и перевела взгляд на ворота. — Он уже так делал ведь, — уверенно заявил Нил, — так что не впервой. Замену провели не только «Лисы», но и «Вороны». Джонсона сменили на Лейн, девчонку, что Сет не смог не прокомментировать с облегчением: — Этот двухметровый шкаф изрядно помотал мне нервы. — Хуже, чем тот здоровяк из «Шакалов»? — подстегнул его Нил. — По десятибалльной шкале оцениваем? — Ага. — Тогда тот упырь — десять, а этот — двенадцать с половиной. Нил хохотнул и подавшись вперед упер ладони в колени. Да, Грэйсона Джонсона он готов был удавить в «гнезде» еще когда они с Жаном остались вдвоем без Кевина и этот двухметровый кретин постоянно играл на его нервах. Но обстоятельства сложились иначе и Нил успел вытащить Жана раньше той черты, которую этот уебок мог перейти. — Добавлю от себя два с половиной, потому что мы с Кевином видели его на записи нескольких игры, — Нил посмотрел Сету в глаза, — он та еще заноза в заднице, но ты отлично с ним справился. Сет только лишь посмотрел на него странным взглядом, но ничего не ответил. К тому же, к обсуждению подключился Ваймак, в свою очередь добавив: — Ты правда неплохо справился, но работа в команде, особенно с Кевином в паре у тебя хромает на обе ноги. И даже слышать не хочу, как он тебя достал и прочие «весомые» аргументы. Вон у Нила поучись терпению. Сет, глядя на тренера, приоткрыв рот хотел было что-то добавить, но последние слова заставили его захлопнуться, и взгляд упал на довольную моську Нила, который в свою очередь сказал: — Зови меня сенсей. Элисон и Рене прыснули, а Ваймак закатил глаза. Тем временем, когда у «Воронов» уже было семь очков, «Лисы» только лишь подбирались к третьему. Его забил Кевин и не успев затормозить в момент, когда ворота противников загорелись красным, налетел на своего опекуна, который в свою очередь не постеснялся заехать тому клюшкой по шлему. — Зейн, — резко и очень неожиданно для всех рявкнул Нил, но его заглушил глухой удар трости об ограждение, и поэтому сев обратно добавил лишь, — мать твою. Дерущихся разняли, а Зейну выдали красную карточку. «Лисы» готовились бить пенальти. Атмосфера накалялась до предела. Дергающаяся нога Нила была сбита толчком от Элисон и тихими словами: — Скамейку качаешь. Пока Зейн уходил с поля, а трость еще несколько раз едва слышно, из-за шума толпы, стукнула об пол; пока черная фигура знакомой спины двигалась к темной массе запасных, взгляд Нила блуждал по противоположной стороне ограждения, задерживаясь на лице тренера Тецудзи и его мимике. Он совсем не замечал мелькающие перед ним фигуры. То, как загорелись ворота, после забитого Кевином пенальти. Как закончился первый тайм и игроки хлынули прочь с поля на перерыв. Его сердце отбивало ритм не забытый, но такой незнакомый и странный. Уши улавливали звуки с запозданием и только эхом. А расфокусированный взгляд смог сосредоточиться лишь, когда вратарская клюшка мелькнула перед глазами и свет от прожекторов заслонила фигура Эндрю. — Эй, — позвал тот. — Эй, — едва заметно улыбнулся Нил, глядя ему в глаза. После этого, особого труда не составило подняться со скамейки и последовать за остальными, пусть эхо трости и отдавало ритм по затылку. В перерыве все молчаливо пили воду, разминались и толком даже не обменивались и парой слов, не то что переговаривались. Ваймак в свою очередь, оставался тренером, объясняя как лучше действовать дальше и где образовались слабые места. «Лисы» должны были открыть второй тайм очень ярко. И Нил охотно бы признал, что мурашки по спине и подрагивающие от напряжения кончики пальцев — от волнения в предстоящем исполнении их с Кевином плана, но это было бы ложью. — Надеюсь у тебя остались силы, — сказал он, когда они вместе с Кевином вышли на корт, — ты будешь один. — Не один, — уверенно ответил Кевин, перебрасывая клюшку из одной руки в другую, — ты будешь за моей спиной. Если бы не шлем, он бы увидел, как с лица Нила сошло несколько эмоций подряд: удивление, замешательство и еще одно, которое тот не смог внутренне идентифицировать кроме как что-то схожее с признанием. На миг запнувшись, он поспешил следом за Кевином, начав привычную байку: — О господин, я раб ваш, целую ноги и преклоняю колени… Но его перебил приглушенный, но хорошо слышимый возглас Рико с другой стороны корта: — Четвертый на поле! Произнесено это было на японском, а в придачу к этому еще и подстегнулось ударом трости со стороны скамейки запасных, которой тренер Тецудзи видимо случайно задел ограждение. И Нил пришел в себя. Словно облитый ведром ледяной воды, он остановился чуть поодаль от своей позиции и медленно повернув голову к Рико. Их взгляды держались чуть меньше двух секунд, но этого оказалось более чем достаточно. Нил резко развернулся к воротам, на которых уже стоял Эндрю и, приблизившись к нему, сказал: — Ни один мяч Рико не пройдет к твоим воротам. — Удиви меня, — пожал тот в ответ плечами. Все встали на свои места. Дэн пришлось встать на место Сета, как и в прошлой половине матча, неплохо играя с Кевином в связке. Элисон стояла на своем месте, а вот Рене встала в защиту, как и Нил, чью позицию стадион встретил хоть и озадаченно, но с не меньшим энтузиазмом. — Кто-нибудь мне объяснит, что происходит? — спросил Ники, глядя на Нила, который занимал его законное место. — Тренер? — Мэтт наклонился вперед, чтобы посмотреть на лицо Ваймака хотя бы сбоку. — У этих двоих вечно что-то на уме, — только и ответил он. Прогудела сирена и игроки сорвались с мест. Нил выдохнул и ощутил, как гул утихающего сигнала заполняет уши. Перед глазами, сквозь шлем, рябил свет прожекторов: бликуя, ослепляя, погружая в состояние транса. Ноги двигались сами, автоматически, помня каждое движение, будто это было вчера. У Нила не получалось уловить шум стадиона, криков игроков на поле. До его сознания доносился только стук крови в ушах и его собственное дыхание, на которое он ориентировался как на маяк. Первое столкновение с Рико произошло внезапно. Тот влетел в него со всей силы, стараясь повалить на пол, но Нил увел корпус чуть в бок, чтобы удар пришелся и по грудной клетке, а не задел только плечо. В этот же момент на уши обрушился весь шум, что переполнял стадион. Из груди вырвался хрип и он пошатнулся, но устоял, как и Рико. Их взгляды встретились и было видно, что капитан в ярости. И далеко не азартная ярость. Это больше напоминало желание убить. — Нил! — он повернул голову на крик и увидел открытого Кевина. Что именно нужно делать, Нил понял лишь тогда, когда мяч уже прилетел к Кевину и ворота «Воронов» загорелись красным. Тогда он вновь повернул голову к Рико, который уже выпрямился и пришел в себя от столкновения. Его рука легла на плечо Нила и в ушах, где вновь звучал лишь гул крови и собственное дыхание, прозвучало: — С возвращением! Когда к Нилу подбежали Элисон и Дэн, чтобы осведомиться, в порядке ли он, Рико уже ушел. — Ты в норме? — Может тебе передохнуть? — Нет, — ответил он, широко распахнув глаза и сжимая в руках клюшку до отрезвляющей боли, — меня и Кевина не менять. Мы справимся. — Эй, — Элисон схватила его за плечо и тряхнула, — ты в норме? — М? — Нил поднял на нее взгляд, — да, а что не так? — Твои глаза, — начала было Элисон, но вмешался Кевин, толкнув Нила в шлем сбоку. — Соберись, — прорычал он. И игра продолжилась. «Вороны» и «Лисы» произвели замены. На поле вышел Грейсон и Уэйн, вместо Жасмин и Кэмерона. А Дэн заменил Сет, как Элисон передала эстафету Мэтту. Нил, Рико, Кевин и Эндрю были теми, кого не меняли. Все были на последнем издыхании. Рико по большей части из-за Нила, который ему не давал продохнуть, не говоря уже о том, чтобы забивать. Пока производилась замена, Нил стоял на своей позиции и переводил дыхание, глядя в одну точку и не реагируя на посторонние шумы. От редкого моргания глаза слезились вынуждая картинку расплываться и терять четкие разграничения. Оторвав взгляд от паркета и своих ног, он поднял голову к прожекторам и от слишком яркого света зажмурился. Проморгавшись и тряхнув головой, он распахнул глаза, всматриваясь вперед. Рико схватив Грейсона двумя пальцами за решетку на шлеме и притянув к себе что-то яростно говорил. Наверное что-то в духе: «Убери от меня ненужный мусор». Уэйн встал на позицию Рико и разминал то левое, то правое запястье. Освещение корта как-то странно померкло, возможно из-за того, что в глазах по краям сгущалась чернота из-за недавнего взгляда на яркие прожекторы. Нил посмотрел на тренера Тецудзи, что хмурясь, стоял скрестив руки на груди. Затем перевел взгляд в сторону, где должен был стоять Ники, но там никого не оказалось. Глаза напряженно метнулись на ворота — они были пусты. Поглядев на линию нападения, он не увидел Кевина и Сета. В ушах вновь прозвучало эхо: «С возвращением!». А, ну тогда все логично. Кевина тут и вовсе быть не должно, он же ушел. «Лисов» тут тоже быть не может. Ему надо встать на ворота? Нет, Рико хочет, чтобы он стоял в защите. Ну, лучше, чем на воротах быть избитым. Только зачем он поставил тогда на свою позицию Уэйна? Хотя за логикой точно не к нему. Натаниэль прошел вдоль по площадке, пока перед ним не возник силуэт появившийся как из густого, черного тумана. Жан? Нет, должно быть это Зейн. — Встань на мою позицию, — прохрипел он. Что-ж, если Рико хочет пройти к воротам, ему придется попотеть. Так просто Натаниэль не даст ему туда прорваться. Он же не самоубийца. Первое столкновение после замены оказалось значительно мощнее, чем до этого. Рико буквально намеревался снести корпусом Натаниэля с ног, но тот в ответ целился в клюшку, плюя на боль, которая была вполне привычной. Рико не Грейсон, они почти одинакового роста и телосложения, а свой вес он уж точно способен сдержать. Мяч улетел в сторону ворот «Воронов», а Натаниэль уставился на Рико, что стоял в сгорбленной позе и таращился на него в ответ. Его руки с клюшкой были опущены почти к полу, грудная клетка и плечи вздымались от тяжелого дыхания, глаза пылали бесконечной яростью. — Мешаешь, — процедил он. — Это моя работа, — отчеканил Натаниэль, не моргая. Следующие несколько минут Рико его не толкал, а только разменивался на пасы с Уэйном. Уже стало гораздо заметнее то, что он выдохся, но тем не менее двигался он все в том же темпе, только одышка выдавала в нем загнанность. Он, как и Натаниэль, двигался на последних запасах энергии. Прозвучал сигнал, оповещающий последнюю минуту. Осталось чуть-чуть. Натаниэль потеребил застежку шлема на подбородке. Снять бы его. Но тогда ему точно в голову мяч прилетит, как пить дать. Когда Рико вновь заполучил мяч и бросился к воротам. В момент, когда расстояние между ними было не больше шага, он резко нагнулся и подался всем телом вперед, из-за чего Натаниэль не успев выставить клюшку, как блок, получил мощный удар в грудную клетку. Силы хватило, чтобы он упал, чего Рико и добавился. Возможно, со стороны могло выглядеть так, что Натаниэль не встанет от такого. Но стоило его спине коснуться пола, как он перекатился на бок и поднялся. Хотя впрочем, это уже было неважно. Он пропустил Рико за спину. Натаниэль выдохнул, вновь ощущая легкий звон в ушах и абсолютную тишину, за которой было слышно эхо его тяжелого дыхания. Невидящий взгляд следил за Рико и пустыми воротами, ожидая настигающего конца. Клюшка замахнулась и отправила мяч в верхний правый угол ворот. Натаниэль ждал, когда красный свет вспыхнет ярким пламенем, но вместо этого, взревевшая сирена, оглушила на несколько мгновений его барабанные перепонки, вынуждая проморгаться и взглянуть на табло. Двенадцать. Именно столько Эндрю пропустил мячей за этот матч. И было бы тринадцать, если бы последний удар не был отражен. Он опустился на одно колено. Ноги его не держали, мышцы не были готовы ни на что кроме отдыха. Нил уронил голову и хрипло засмеялся. Вяло помахав рукой под подбородком, он попытался нащупать застежку шлема, но пальцы тоже не слышались. Надо бы снять перчатки. Взгляд слабо следил за тем, как Эндрю опустился на пол и сел по-турецки. Кажется ему тоже не лучше. К нему подошла Рене и присела рядом на корточки. Они что-то стали обсуждать активно жестикулируя. — Эй, — послышалось сбоку, прорываясь сквозь звон в ушах, — встать можешь? Глаза поднялись вверх и сформировали перед собой образ Кевина. — Что ты тут делаешь? — слабо спросил Нил, — ты разве не ушел? — Нет, — последовало твердое, — без тебя не уйду. После этого, Кевин, наклонившись и перехватив руку Нила, перекинул себе через шею и помог подняться, позволяя навалиться всем весом. Тот в свою очередь, понурив голову, бормотал что-то невразумительное, совершенно невозможное разобрать за ревом толпы и криками. «Лисы» может и проиграли сегодня, но по реакции стадиона этого сказать было нельзя.