ALTIVOLUS

Проще обидеть тех,

кого мы любим.

༺𓆩♡𓆪༻

— Тогда ладно... — это всё, что я услышал в ответ от Леви. Он посмотрел на меня так, словно я окончательно сошёл с ума, и на секунду я даже подумал, что так оно и есть. Ужасные слова, которое вырвались у меня из уст, вообще не должны были прозвучать, а мой рот сработал раньше мозга, как это всегда случалось в самые худшие моменты. Я даже не подумал, не выдохнул и не представил себе возможный исход, прежде чем заговорить, и в ту же секунду, как Леви с лёгкой усмешкой вышел из комнаты, я понял, что вся эта ситуация ещё аукнется мне. На какое-то время я сделал ещё один глубокий вдох и тоже вышел из комнаты, решив, что лучше поговорить с Армином, чем сидеть и дуться в одиночестве. Он всегда был моим светлым голосом внутри темного разума, сколько я себя помню. Он был моим мозгом, когда я действовал на эмоциях, и всегда находил выход из любой ситуации, как бы сильно я ни облажался. Я всегда полагался на его советы, когда они были мне нужны больше всего. Он вытаскивал меня из ситуаций, в которые я сам себя загонял, как бы глубоко я ни погружался. С учителями, с родителями, с Микасой — мне всегда было легче говорить с ним. Я не сомневался, что он сможет помочь мне и с Леви. Конечно, жизнь решила, что будет лучше, если всё станет немного хуже, прежде чем появится возможность сделать что-то лучше. Я знал, что каждый раз, когда я иду к Армину, есть вероятность столкнуться с Жаном, но я всё ещё надеялся, что мне не придётся иметь с ним дело каждый, гребаный, раз. Иногда, как, например, в тот раз, мне не везло. Я попытался отмахнуться от него, направляясь к двери, но рука, схватившая меня за правое крыло, помешала мне это сделать. — Что? — О, ничего. Просто захотелось. — Он даже не потрудился скрыть ухмылку на лице, и я был рад, что он пошёл дальше, а не стал настаивать. Как же не хотелось разговаривать с этой лошадиной мордой. Я открыл дверь и вошёл в комнату, даже не постучав, и успел заметить улыбку Армина, прежде чем он не обратил внимание на выражение моего лица и сам помрачнел. Он подвинулся на кровати и жестом пригласил меня сесть с другой стороны. Я со вздохом сел, куда он указал, и откинулся на спинку кровати. — Что случилось? — Я... заговорил…с ним. Снова. — Армин заметно вздрогнул и зашипел сквозь зубы, крылья натянулись у него на спине. Он подтянул колени к груди и положил на них голову, глядя на меня с жалостью. — Что ты сказал ему? — Я….я пытаюсь понять, что я имел ввиду. — Это было признание? — внезапно вмешался Марко. Я даже не заметил, что Марко был в комнате, хотя должен был догадаться, что он будет там, учитывая, что Жан ушёл до моего прихода. Ему было искренне любопытно, и мне было приятно видеть, что ему действительно интересно то, что происходило в моей жизни. Несмотря на то, что мы не слишком поддерживали разговор, когда я навещал Армина, я считал его другом. — Почти получилось, но… язык мой — враг мой. — Ох чёрт, Эрен, что ты такого наговорил? — Армин прижал руку к сердцу, явно испугавшись моих слов. Я и сам всегда боялся своих слов; в этом мы были похожи. — Я сказал ему, что все проблемы из-за него, и что он сам проблема, но разве это плохо? — Боже мой, Эрен, ты в своем уме? Не могу поверить, что ты так ужасно испортил исповедь. Как, чёрт возьми, ты вообще можешь назвать кого-то проблемой в хорошем смысле? — Марко был шокирован моими словами, но Армин лишь глубоко вздохнул, ничуть не удивившись, учитывая, что это в моем духе. Он слышал и похуже. — Я уверен, что твоё признание Жану тоже прошло не гладко. — Не совсем... потому что…. я ему ничего не говорил. Это он мне признался. Мы с Армином пялились на него не меньше минуты. Он неловко заёрзал под нашими взглядами, подтянулся на кровати и потёр шею. Тишина была напряжённой, но эта мысль не имела для меня никакого смысла. Армин заговорил первым, озвучив шок, который, как я предполагал, мы оба испытывали. — Ты хочешь сказать, что этот нескладный, грубый, косоглазый шутник первым признался тебе? — На самом деле он довольно обходительный. Полный придурок, но обходительный. Армин моргнул. Похоже, эта мысль не укладывалась у него в голове. Но он отмахнулся от неё и откинул голову на колени, глядя на меня. — Тебе нужно поговорить с ним, Эрен. Необязательно прямо говорить «ты мне нравишься», но ты должен хотя бы извиниться и объяснить, что не хотел, чтобы всё так вышло. Поверь мне, мне бы это не понравилось и было бы безумно обидно, так что я не могу даже представить, о чём сейчас думает Леви. Он был прав. Я не знал, куда он ушёл и когда вернётся, но мне нужно было поговорить с ним об этом, когда я смогу. Я встал с кровати и поблагодарил Армина и Марко за поддержку перед уходом. Они попрощались со мной, и я пошёл обратно по коридору, думая о том, что собирался ему сказать. Когда я вернулся в свою комнату, Леви там не было. Я не придал этому особого значения, переоделся, выключил свет и лёг в постель. Наверное, ему нужно было кое-что сделать. Не моё дело, был он здесь или нет — он сам по себе, и у него свои дела. Извинения могут подождать до завтра. Хотя, признаюсь, я немного занервничал, когда я проснулся, а его не было рядом. Я вроде как привык к тому, что он был моим вечно недовольным будильником. Как только я посмотрел на часы, я не понял, что меня больше пугает: то, что урок начнётся через десять минут, или то, что Леви не пришёл. Пока что, думаю, первое пугало меня больше, чем второе. Я никогда в жизни не переодевался так быстро. Я схватил все свои вещи и направился в класс. Мои растрёпанные волосы и нечищенные зубы были не самыми важными вещами на тот момент. Паника, которую я почувствовал, почти сразу сменилась гневом, когда я заметил, что Леви сидит в классе и ждёт начала урока. Был ли этот гнев в его сторону, или же я злился на себя? Я не был уверен. Он мог бы сказать мне, что не вернётся, в то же время я мог бы вести себя не так глупо. Я разозлил его, но он мог бы что-то мне сказать, хотя бы предупредить. Я едва мог думать на протяжении всего урока. Я обдумывал каждое сказанное мной слово и придумывал все возможные извинения. Было так много способов исправить то, что я сделал, но ни один из них не казался мне правильным. Даже если бы я не сказал ему то, что хотел, у меня не было оправдания или другого осмысления моих слов. Как только урок закончился, я встал со своего места, но, к моему удивлению, меня тут же остановила Ханджи. Я ожидал, что Леви снова набросится на нее и оттащит от меня, выкрикивая оскорбления и закатывая глаза, но на этот раз он просто вышел из класса. — Эй, эй, посмотри на меня, — Ханджи помахала рукой перед моим лицом, приподняв брови. Я встретился с ней взглядом. — Во-от, спасибо. Я предполагаю, что Леви-Ли игнорирует тебя, так почему бы нам не пойти куда-нибудь поесть и поговорить? Можем сходить в «Макдоналдс» или куда-нибудь еще. — Нет, мне нужно поговорить с ним. Я плохо высказался в его сторону и… — Ш-ш-ш, я знаю. Вот почему я здесь рядом с тобой, — Ханджи была довольно настойчива. Я знал это достаточно хорошо, даже когда Леви был рядом, он еле как мог отцепить ее и утащить меня. Понимая, что выхода у меня нет, я сдался. Довольная улыбка осветила ее лицо и мы вышли из комнаты. Я улыбнулся в ответ. Ханджи потащила меня к своей машине, и я еле сдержал легкую дрожь, когда открыл дверь: количество оберток и пустых бутылок внутри застали меня врасплох. На сиденьях были пятна, а на приборной панели, я был уверен, не вытирали пыль с того дня, как купили машину. Я мог бы смириться с небольшим беспорядком, но это было уже слишком. Я забрался внутрь, несмотря на беспорядок, и закрыл дверь, взглянув на Ханджи. В каком-то смысле машина ей подходила. Там был освежитель воздуха с запахом клубники, который явно давно не меняли. На приборной панели, стояла одна из тех гавайских фигурок, которые покачиваются при движении. На заднем сиденье лежали стопки дисков, некоторые из них были с трещинами или без обложки, на которой был указан исполнитель. Что-то в этой атмосфере было странно успокаивающим, даже несмотря на сопровождавший её мусор. Машина довольно быстро завелась, и мы направились в ближайший фастфуд. Он находился в пяти минутах езды от кампуса. Я был рад, что всю дорогу в машине играла знакомая мне рок-музыка. Ханджи постукивала пальцами в такт, а её и без того растрёпанные волосы колыхались при каждом движении. Когда мы подъехали к ресторану, она заглушила машину и жестом приказала мне выйти. Ещё я не мог не заметить довольно большие крылья у девушки. Раньше у меня не было возможности как следует их рассмотреть. Перья были не совсем примятыми, и я могу сказать, что никогда раньше не видел такого фиолетового оттенка на чьих-либо крыльях. Так же я отметил, когда она немного приподнимала их, что нижние перья почти касались земли. Они бы идеально подходили для полёта при таком размере. Ханджи настояла на том, чтобы заплатить за мою еду, как только мы встали в очередь. Я хотел бы возразить, но передумал. Я не довольствовался тем, что заказываю много вещей, когда за них платит кто-то другой, поэтому взял только картошку фри. Через несколько минут мы сели за ближайший к окну столик и принялись за трапезу. Я наблюдал, как Ханджи ест свою картошку фри. Она определённо не была самым чистоплотным человеком на свете. Время от времени она роняла несколько кусочков картошки и громко облизывала губы. Это было отвратительно, но я мог это стерпеть. Позже она перестала чавкать и поласкать свой рот едой и взглянула на меня. — Леви понятия не имел, что ты пытался сказать ему прошлой ночью, чувак. Он не был злым, просто немного поворчал и переночевал в моей комнате. У меня нет соседа, так что не было проблем оставить его, пока он хандрил. Что ты ему вообще сказал? — У тебя нет соседа по комнате? — Нет. Я скажу тебе почему, если ты объяснишь, что ты ему сказал. Я воспользовался моментом, чтобы взвесить свои варианты. Я мог бы сказать правду ей, подвергая при этом свою репутацию, или же солгать, но мне кажется, что она в любом случае узнает правду. Если бы я солгал, то ещё глубже погрузился бы в гноящуюся дыру чувств, из которой пытался выбраться. Это не было бы ложью, если бы я сказал, что «не знаю», потому что всё это было ужасно. С другой стороны, мне хотелось довериться Ханджи. Ее крылья были немного взбудоражены, очень, но у меня было такое чувство, что я могу ей все же доверять. — Ты сейчас будешь надо мной смеяться, но... это было что-то вроде… признания? — Глаза Ханджи расширились, и я уже чувствовал, как краснеют мои щёки от смущения. — Признание, да? — Она наклонились вперёд, оперевшись головой на руку. Я воспринял это как сигнал к действию. — Да. Я не хотел, чтобы все вышло так, как сейчас. Я хотел больше времени, чтобы подумать об этом или, может, подумать над тем, чтобы признаться ему, но потом произошло это. Было неловко и ужасно, я случайно повысил голос и... черт. Пожалуйста, не говори ему ничего. Я отвел взгляд так быстро, как только мог: ни за что не стал бы наблюдать за реакцией Ханджи. Внезапно мне принесли мой заказ картошки фри и я сразу же начал его уплетать. Надо же, вот какого это, вкус отвлечения. — Я не буду. Обещаю. Но, чёрт возьми, тебе нужно научиться лучше формулировать свои мысли. Посмотри, на чём ты специализируешься. — Я знаю, я в курсе. Я учусь на журналиста и даже не могу подобрать слова. Теперь твоя очередь объяснить, почему ты в комнате одна без соседа. Она кивнула в ответ и закинула в рот ещё по несколько картофельных чипсов. Прошла ещё минута, прежде чем она наконец заговорила снова. — Персонал не знал, с кем меня поселить, — короткая пауза, — я тоже не знала. Мне было некомфортно делить номер с каким-то случайным незнакомцем, потому что я знала, что они сразу начнут подозревать меня о моей ориентации. Я вообще избегала этого и в итоге получила номер на одного. Никого не касается, что у меня там внизу, понимаешь? Было проще доплатить и ни о чем не беспокоиться. — То есть, ты трансгендер? — Да. — Значит, тебе будет удобнее, если я буду называть тебя «они»? У меня и в мыслях не было подобного, но из-за того, что Леви постоянно был рядом с тобой, у меня не было возможности спросить тебя об этом. Я даже не знал, с чего начать. — У тебя такое испуганное и растерянное выражение лица, — Ханджи наклонилась над столом и взъерошила мне волосы, тихо усмехнувшись. — Всё в порядке, правда. Ты можешь называть меня любым местоимением, каким захочешь. Не будь придурком, и всё будет хорошо. На этом разговор иссяк, мы оба доели свою еду и убрали со стола. Ханджи вывела меня из ресторана и разблокировала машину, мы оба сели в неё и поехали обратно в Сину. Я определённо отбросил все первоначальные сомнения по поводу того, чтобы гулять с Ханджи в одиночку было плохой идеей. Да, это было странно. И она немного шумная. По пути обратно в кампус она задавала мне бесчисленное количество вопросов о моих крыльях, к моему первоначальному неудовольствию. Несмотря на то, как с ней обращался Леви, она не так уж плоха. С Ханджи было приятно проводить время. Когда мы вернулись в здание, Ханджи шла рядом со мной. Она объяснила, что Леви, скорее всего, вернётся в ее комнату, а не в мою, так что лучше мне вернуться к себе, пока она будет с ним разговаривать. Мы немного помедлили, прежде чем разойтись, но решили сначала пойти ко мне, так как она была дальше от того места, где мы находились. Мы не спеша шли, почти не обращая внимания на прохожих. Я заметил, что их было немного. Те немногие, кого мы видели, были заняты своими телефонами, книгами, явно о чём-то думали. Однако единственным человеком, который выглядел не к месту — фигура в конце коридора: светлые волосы развевались во все стороны, розовые крылья широко раскинулись в стороны. — Эй, Эрен! Я как раз тебя искал! — Армин пробежал остаток коридора, подпрыгнул и буквально влетел в мои объятия. Ему было плевать на всех вокруг. — Ты не поверишь, что только что произошло со мной… Он отвел от меня взгляд и заметил Ханджи, и я не смог сдержать лёгкого смешка, когда его лицо покраснело от смущения. Он отстранился от меня и засунул руки в карманы, глядя куда угодно, только не на нас. — Простите, я вас не заметил. Меня зовут Армин. Ханджи без колебаний пожала ему руку и широко улыбнулась, похвалив за внезапное появление. — Я никогда раньше тебя не видела. Почему ты мне о нём не рассказал? Выражение лица Ханджи было пугающе похоже на кое-что. Точно, когда Армин отомстил мне после того, как я его дразнил и смотрел с таким же взглядом. Я хотел их остановить, но они продолжали болтать и распинаться, даже не взглянув на меня. Я попытался отключиться после фразы«да он влюблен», во второй раз за день обнаружив, что неодушевлённые предметы гораздо интереснее. На этот раз я по-новому взглянул на ковровые покрытия и крашеные стены. Двери тоже были прекрасны. — ...видишь?! Мы могли бы помочь тебе! — Армин тряс меня за плечи и я пришел в себя. В его глазах было столько восторга, что я едва не растаял. Едва. — Мне больше не нужна помощь. Мы с Леви можем всё обсудить и… — Эрен, пожалуйста. Он никогда не произносил моё имя таким образом, если только не пытался серьёзно заставить меня что-то сделать. Было бы глупо позволить ему и Ханджи помочь мне? Наверное, нет. Хотел ли я врезаться лицом в стену и забыть о своих чувствах? Без сомнения. Но согласился ли я в итоге и позволил двум студентам колледжа потерять самообладание посреди коридора? Чертовски верно.