Тебе не понравится

      Родители всегда хотят чего-то хорошего для своих детей. В этой истории хорошее — получить образование, которое сулит успех в будущем. Ди на самом деле никак не относился к своему же переезду. Ему казалось, что это никак не повлияет на его совершенно обычное бытие, ведь он не считал, что в прошлой школе успел привязаться хоть к кому-то, да и честно, не особенно-то и горел желанием.       Проблемы с социализацией могли бы быть только у Хэви, Ди же лишь нужно было бы только показать себя как умного и интеллигентного человека. Хорошая репутация — залог успеха в любой ситуации. Собирать вещи было не трудно, но довольно тяжело морально. Всю свою жизнь он провел в этом доме. В нем сохранились эмоции, воспоминания и отчасти он сам.       Провести два с половиной часа в машине в поисках правильного пути (одну и ту же стройку, кажется, они проехали несколько раз), даже учитывая, что семья не выезжала из города — то еще удовольствие. Подъехав к новому дому, Ди понял, что все не так уж и плохо. Дом казался довольно большим и ухоженным, рядом, совсем близко, было еще несколько точно таких же домов в том же сливовом цвете, с точно такими же ажурными черными перилами и белым крыльцом.       Рядом с домом уже стоял грузовик, ожидая приезда семьи. Но только вот помимо фуры не было никого, ведь арендодатель еще не пришла. Женщина казалась довольно приятной в переписке, ей вроде бы можно было доверять. Они простояли около дома несколько минут, пока Глэм писал сообщения арендодателю. На крыльце соседнего дома сидел высокий парень в наушниках и глазел в телефон. Он поднял глаза и, заметив небольшую компанию около дома пошел в их сторону. Широкими и неуклюжими шагами он пересек газон и невысокий забор, пошатываясь и стягивая с себя огромные наушники.       — День добрый, вы заселяться? — спросил он, неаккуратно поправляя волосы, и протянул руку в честь знакомства, — Я вместо Вареньки сегодня, она укатила куда-то, честно, даже сам не знаю куда, но связи у нее нет от слова совсем. Все документы, что нужно подписать у меня на руках, да и вроде, договор вы уже заполнили, пройдем на задний двор, там можно все подписать.       — Хорошо. Как можно к вам обращаться? — спросил своим беспристрастным тоном Глэм, пока парень рылся в сумке и доставал бумаги. В молчании мужчина перечитывал контракт и изящно расставил подписи, после чего передал их в руки молодому человеку, который также молча все проверил и отправил Варваре фотографию контракта. После этого сразу же все удалил и показал это.       — Эм? Окей, теперь я могу передать вам ключи. Пары всего две, копии делать можно, но будет лучше, если вы предупредите Варю перед этим. Ключ с небольшим знаком — от самой двери, второй — от прихожей. Это нужно, потому что первый будет у арендодателя, для каких-то там целей, это было в контракте, вода, свет и все остальное уже работает, ну а остатки уже знаете, — вопрос об имени он проигнорировал.       — Спасибо. Можно ли надеется на вас в случае каких-либо вопросов?       — Да, я могу записать вам свой номер. Я живу в соседнем доме, так что в целом можно и просто зайти. Думаю, все что мог я сказал, так что позвольте откланяться.       — До свидания.       Парень ушел все также забавно покачиваясь, а семья отправилась в дом, он был очень похож на тот, в котором они жили до этого. Комнаты казались пустыми и одинокими, но после размещения вещей (на что ушло довольно много времени) Ди убедился, что в целом, все довольно терпимо. Может комната и меньше, чем в прошлом доме, но она явно не хуже. Нет жуков и ладно. Это не то, как он хотел провести последний день лета, но лучшего и не дано. Он написал пару сообщений Лиф и принял решение лечь спать пораньше.       Сон не шел. Ему слишком сильно заполнился новый сосед. Его лицо было совсем пустым и безразличным, на весь мир он смотрел сквозь призму равнодушия.этим они были похожиПризнаться, Ди довольно давно не видел таких людей. Он был по-настоящему взрослым. Да, звучит странно, но это правда. Ему явно не было дела до учебы или глупых драм. Низкий голос. Острый нос с горбинкой, впалые глаза бледно-зеленого цвета, родинка под правым глазом, непослушные черные волосы до плеч и бледная кожа с мелкими высыпаниями. То ли веснушки, то ли акне, то ли поры.       Ди не хотелось думать о парне, когда он должен спать. Это не очень-то и нормально. Но этот человек никак не хотел покидать его голову. Лишь бы больше никогда его не увидеть. Это лицо застынет и больше ему никогда не придется его видеть. Он общается с Лиф. Не с человеком, имени которого он даже не знает.

***

      Утро выдалось не простым. Суета вокруг дня знаний всегда раздражала Ди, не оставалось ни малейшего желания идти хоть куда-то. Никогда и не для кого это событие не было особенным. Белая рубашка, черные джинсы, ботинки. Волосы, как и всегда уложены в низкий хвост, макияж — такой же как и каждый день. Словом, праздником даже не пахнет. Хэви по традиции проспал свой будильник и теперь его пришлось опять ждать. Парни собрались и пошли прямо по улице в сторону школы.       Перед ними шел человек в черном плаще с огромным чехлом за спиной. Он шел медленно, немного раскачиваясь, как будто смотрит в телефон. Всего по одной пряди волос, что выбивалась из-под капюшона Ди понял, кто он. Хэви же был просто в шоке от габаритов инструмента за спиной парня и решил подбежать к нему. Вот она — душа экстраверта. Старшему брату, к сожалению, пришлось идти рядом, чтобы Хэви никуда не убежал, не упал, не сделал что-то глупое. Ну, а если это будет смешно, нужно кому-то это снять.       — Привет, ты что тоже идешь в десятую школу? Это гитара у тебя за спиной? — начал задавать вопросы парнишка, подходя все ближе к довольно высокому человеку. Его ну очень воодушевил вид инструмента.       — Эм, ты кто вообще? Ну, допустим, иду, — зевая сказал парень. Голос низкий. Не такой, как у отца, когда он злится или как у Чеса, или друзей матери. Он как будто постоянно хрипел, но звучало это приятно, — Не видел я таких гитар, чтоб туда подошла.       — Хэви, это невежливо. Ясное, дело, он несет виолончель, — закатил глаза Ди. На его голос повернулся брюнет и посмотрел довольно удивленно, хотя не сказать, что эмоций на его лице было много. Его глаза опустились вниз, снова поднялись вверх и он безразлично хмыкнул. Наверное, это был весь его эмоциональный спектр.       — Ага. Эта бандура с зимним чехлом весит под десять кило. Пыль, — парень протянул руку.       — Я Ди, — сказал он и пожал руку. Пальцы очень длинные и тонкие. Ногти ярко-розовые и ровные (даже отец не всегда добивался такой аккуратности в маникюре), на каждой фаланге блестящие металлические кольца. Рука ужасно холодная.       — Какой класс?       — 9 Б, походу.       — Мне бежать надо, вы или идите быстрее и я вас провожу, или мне придется удалиться, — сказал Пыль, опять прикрывая рот во время зевка. Видимо, он сразу понял, что в школе мы будем первый раз. Или у него просто есть причинно-следственная связь. Хотя, маловероятно, что он их запомнил.       — Придется поспешить, — ответил Ди, убирая руки в карманы косухи.       Парни шли молча, каждые пару минут их «проводник» зевал и смотрел по сторонам очень потерянно. Ди старался не рассмеяться, но когда Пыль ударился головой о школьные металлические ворота и громко сматерился, все же усмехнулся. Он неестественно согнулся, потирая голову, но не остановился.       — Да, твою дивизию, я больше не буду сюда приходить, — вскрикнул он и печально посмотрел на Ди.       — Защита от голиафов.       — Школа для укороченных, пропускаем только гремлинов, — подхватил парень и ускорил шаг. — Ахуевшие твари блять, куда деньги из фонда идут. На вот это говно металлическое.       В школе Пыль показал, где находятся раздевалки и доска с расписание, хотя так себе объяснение, конечно. Он просто махнул рукой в право, потом себе за спину. Сказал сразу идти в актовый зал слушать директора. Сам он убежал в глубь коридора и скрылся в толпе из накрашенных девушек в коротких юбках и усатых старшеклассников в спортивках. Ди проводил его взглядом и посмеялся над тем, как тот снял с себя виолончель, начал делать зарядку и разминать спину.       Актовый зал показался довольно большим, хотя парень без особых проблем нашел учителя (им оказался мужчина средних лет в строгом костюме) с листочком А4 и названием класса. Их рассадили на пластиковые стулья вырвеглазного синего цвета и после слов картавого завуча на сцену вышел директор. Выступление звучало немного натянуто, хотя, наверняка он говорит одни и те же слова каждый год, куда интересней было наблюдать за его туфлями странного цвета и еще более странной квадратной формы. После этого пара детей зачитали стихи и наконец, завуч объявила выступление оркестра.       Вот зачем он притащил виолончель. Помимо него в оркестре было около семи человек в отглаженных белых футболках и рубашках и темных брюках. Сам Пыль не вписывался. Не вписывался от слова совсем. Он сидел в серых джинсах и безразмерной толстовке. Ди не мог отвести от него взгляда, он даже не запомнил никого из окружающих. Или разговор сидящих рядом новоиспеченных одноклассников. Он откровенно пялился на сцену, глазел на музыканта с неаккуратно собранными волосами и сосредоточенным взглядом. Произведение было слишком коротким.       Его пальцы быстро и методично скользили по грифу инструмента. В такт движению музыки он сгибался, отводил взгляд и взмахивал рукой. Казалось, что он живет произведением. Он сам — музыка. Вот, после кульминации резкая пауза, Пыль вскидывает голову вверх, проводит пальцами по одной струне, ловко поворачивает смычок и все заканчивается. Зал сидит в тишине еще десять секунд. После взрывается аплодисментами. Все музыканты встают, кланяются, а он лишь неловко опускает голову. Весь коллектив, с инструментами в руках, уходит. Лишь через пару секунд он и еще один парень возвращаются и уносят складные стулья. Зал уже опустел. Мне пора искать свой класс.       После концерта все школьники разбрелись по кабинетам, а новый классный руководитель заставил Ди представиться перед толпой пятнадцатилетних. В первый день, естественно, уроков не было, получилось уйти домой почти сразу после разговора с старостой, которая заставила его добавится в группу. Там президент просила хоть кого-то пойти вести уроки у младших классов. Ну, или вступить в волонтеры. Или хотя бы поучаствовать в жизни школы. Нужно ее заблокировать, когда будет время. Учебники получены, расписание тоже. День относительно продуктивный.

***

      Утром следующего дня Ди уже сидел в кабинете и слушал лекцию двух старшеклассников, которые очень старались объяснить новую тему по биологии. Очень жаль, что она перестала его интересовать еще в прошлом году. Рисовать клетки и органоиды, вот скука. Органическая биология, больше похожая на химию, его точно также не заинтересовала. К металлисту продолжал набиваться в друзья парень по имени Олег, который, кажется, надеялся показать школу и стать друзьями.       — Ди, нам дальше в 114 кабинет, это история. Как думаешь, кто будет вести замену?       — Не знаю, следовало бы спросить старосту.       В кабинете было довольно шумно, Ди сидел на одной из первых парт и читал «Хоббита», ожидая урока. Вокруг не было учителя, даже после звонка на урок, только с опозданием на минут пять в класс ввалилась громкая, смеющаяся троица парней, явно не соблюдающих школьный дресс-код. Одним из них оказался и сам Пыль. Заходяв кабинет, парни пересекались с одноклассниками Ди и, видимо, зная из, здоровались, жали руки и обнимались. Пыль по-хозяйски сел в учительское кресло, пока бритый парень в толстовке начал рассказывать:       — Ребят, такая тема. Те, кто реально хочет заниматься историей — садитесь на первые парты, сейчас вам конопатый даст конспект, — Пыль лениво помахал рукой и закивал, его лицо выражало самую большую степень серьезности. А потом в момент, когда продолжил говорить его друг, серьезность исчезла и на его худом лице растеклась широкая улыбка, — остальных прошу сидеть тихо, если надо, я могу раздать интернет. На этом все, веселитесь!       Забавно, что на первых партах остался только сам Ди. Примерно этого он и ожидал, и терпеливо смотрел в сторону парня. Тот же поднялся из-за стола и подсел к нему, открыл на телефоне фото и положил экран перед ним. Металлист молча кивнул и начал переписывать конспект в тетрадь по истории. Они сидели молча, Пыль смотрел в экран телефона и Ди даже не обращал на него внимания, пока не услышал звук, который издают электронные предметы во время работы. Ну, знаете, когда компьютер не выключен до конца, он издает это шипение. Когда парень повернул голову, компьютера, естественно, не оказалось. Старшеклассник прикрывал рот огромным рукавом толстовки и продолжал смотреть в телефон.       — Что? — спросил он, подняв на него взгляд. Из его рта вырвался небольшой клуб дыма. От него странно пахло. То ли чем-то горелым, толи ароматизаторами.       — Может ради приличия лучше в туалет выйти?       — Всем похуй. — ответил он и снова посмотрел в телефон. Ему явно действительно не было дела. Даже немного неприятно от такого отсутствия авторитетов. А если бы зашел учитель, чтобы проверить, что происходит?       — Что здесь написано? — спустя время спросил Ди, чтобы хоть как-то развеять этот холод.       — М? Провозглашен, провозглашен правителем, — сказал Пыль. Он явно не знает, что такое личное пространство, музыкант придвинулся близко, почти положил голову ему на плечо.       — Что слушаешь? — спросил Ди, глядя на парня. У него под волосами скрывался наушник черного цвета. Да и на таком маленьком расстоянии музыку было слышно.       — Тебе не понравится.       — С чего бы это? — выгнул бровь он. Руки дрожат, буквы получаются неровными.       — Ты не выглядишь как целевая аудитория эмо-панк-рока, глич-кора или фонка.       — Дай второй наушник.       Пыль молча достал из сумки второй наушник и уложил в ладонь парня. Коробочка захлопнулась громко. Нельзя сказать, что музыка, которую слушал парень была отвратительной или плохой. Первые несколько секунд у Ди немного болели уши от голоса исполнителя и других громких составляющих. Эта музыка сделана плохо, но несет смысл. Так говорил знакомый который слушает подобное. Но в целом, неплохо. Создавалось ощущение, будто он попал на волну Пыли, как бы странно это не звучало. Покачивания его головы и бормотание уже не казались странными.       — Как называется группа?       — Полматери. Песня — маша, моя любимая, — ответил он, Ди спокойно отдал наушник и продолжил писать.       После этого Ди еще несколько раз переспрашивал пару слов, но начинать диалог не хотел. Да и не получалось. Последующие уроки не были интересными, как и все в целом. Ди планировал сразу же уйти домой, только вот Олег очень активно зазывал его в туалет, говоря, что там якобы что-то важное происходит («Ты не понял пока что, если хочешь узнать самые свежие новости об учителях или просто сплетни, надо идти туда». Как будто Ди это было интересно). Честно говоря, там не было ничего особенного, только кучка парней с сигаретами. Обычный туалет, выглядит не очень, везде шумно и сильно пахнет ядреным куревом.       Блондин простоял там недолго и уже собирался уходить, когда из дальней кабинки показалась темная макушка и низкий голос сказал: «Серый, ну что за хуетень, с вами та-а-ак скучно, я пожалуй, пойду». Пыль посмотрел на него несколько секунд, схватил за руку и затащил в кабинку, попутно закрыв дверцу на щеколду. Казалось, дверь скоро отвалится.       — Будешь? — он протянул ладонь с электронной сигаретой и на отрицательный ответ задымил сам.       — Ну и зачем мне здесь сидеть? — спросил Ди.       — Давай пообщаемся. Я ради приличия вышел в туалет, — он забавно вскинул брови, но скро они вернулись в обычное положение.       — В моей прошлой школе не было таких пробелов в дисциплине.       — В твоей прошлой школе не было придурков без морали, а школа точно такая же.       — Ты так и не сказал, как тебя зовут.       — Меня зовут Пыль, а имя у меня скучное, по прозвищу лучше, оно же от фамилии.       — Ясно. Оставишь мне свой номер? — спросил Ди, доставая телефон.       — Без проблем, записывай, — сказал парень и опять поправил волосы в сторону, взгляд очень тяжелый. Глубокий и красноречивый взгляд. Мысль одна: «Прекрати так смотреть на меня, мне тяжело дышать».       После этого парни обменялись парой слов и Ди ушел первым, оставив Пыль сидеть все там же на подоконнике, задумчивый. Но потом он тоже вышел и удалился в направлении школьного двора. От него создавалось впечатление незащищенности. Как будто он слишком общительный. Такие люди всегда пугали металлиста, он слишком быстро оказался близко.       Дома Ди все же посмотрел, о какой группе говорил парень, и послушал пару песен. Что он понял? Пыли явно не нравится его длинное лицо и он точно хочет его слез. А еще он не может слушать подряд больше шести песен ПОЛМАТЕРИ, из-за головных болей.