Тебе не понравится

I can see my baby swingin' Ooh baby baby bae, I love you I can see my baby swingin' Ooh baby baby bae, I love you I can see my baby swingin' Ooh baby baby bae, I love you I can see my baby swingin'

      В маленькой уютной кухне сидело только двое. Помещение быстро наполнилось холодом, девушка нервно поправляла волосы из одной стороны, в другую. Ее русые волосы от этих действий только сильнее торчали, впалые голубые глаза покраснели, в них чувствовалось искренний страх и безысходность. Она сидела в нежно-розовом топе и полосатых брюках. Красивая и очень печальная.       - В смысле уходишь?! То есть все что мы пережили уже не важно? - девушка в испуге срывалась на крик, - Что я маме скажу, она же уже свадьбы ждет!       - Тебе была нужна любовь и внимание, разве его не было? - сухо сказал Виктор и поставил стакан на стол, - А скажешь все то же, что и обычно. Я - мудак и бросил тебя, потому что...м-м-м...не знаю, карта так легла, меня в дурку увезли, наркодиспансер! Придумай что-нибудь, ты же это любишь!       - Я не понимаю, почему ты так резко стал холоден ко мне! - она дрожащими руками приглаживала волосы и взволнованно следила за каждым движение парня.       - Ты меня раздражаешь. - Он устало поднял глаза. Ульяна не увидела в его глазах ничего. Ни сострадания, ни чувств.       - Ну и?! Выгонишь меня? Не посмеешь!       - Сам уйду, - Виктор молча встал из-за стола и ушел в другую комнату. Девушка проследовала за ним не унимаясь:       - И куда ты пойдешь?! К друзьям своим поедешь, да не осталось их у тебя! - она как будто почувствовала, как пересекла черту, - Опять в оркестровой яме жить будешь? Ну и пусть! Ну и возвращайся к своим...своим...куртизанкам!       - Пока.       Он молча перебросил через спину потрепанный рюкзак и вышел из комнаты. Под крики девушки и скупые слезы, он согнулся и завязал огромные ботинки, схватил свою куртку и пинком открыл дверь. Он шел быстро и без остановки, прошел мимо старого лифта и направился на лестницу. Закурил. Задумался. Начал слушать гудки. Бьют по ушам. Ужас.       - Привет, Маргош. У меня тут проблемы с местом жительства. Не позволишь ли поспать у тебя на диване? Завтра утром поедем мои вещи забирать и выбрасывать. Да, обязательно жечь. Ага, бывай.

***

      - Привет, все нормально? - Ди придерживал телефон у уха и убирал с носа очки.       - О, привет! Да, все окей, только вот тут нужны лишние руки? Не против приехать помочь мне выбросить кучу хлама? - его голос казался таким далеким и чужим. - Я геолокацию скину.       - Без проблем.       Ди сразу же вызвал такси, сейчас он стоит у подъезда и вдыхает холодный осенний воздух. Машина подъехала. В салоне слабо пахло дешевыми ароматизаторами и острой едой. Ехать оказалось довольно далеко, а в машине играла восточная музыка. Дом, в котором жил Виктор, выглядел большим и очень пустым. Одиннадцатый этаж. 136 квартира.       - Опа, привет! - после звонка в дверном проеме появился сам парень, впустил в квартиру и неряшливо собрал волосы в хвост. - Будем сжигать мои вещи.       - Чем они тебя не устраивают? - Ди снял пальто и осмотрел прихожую. Тесная, но с хорошим ремонтом и явно аккуратными хозяевами. На отдельном стеллаже стояли две пары огромных кроссовок, несколько пар шпилек и ботинок на большой платформе. Кожаная куртка, огромное черное пальто, женский кардиган, розовая курточка. Здесь явно живут двое.       Кухня маленькая и такая же тесная. На деревянном столе несколько картонных коробок, криво подписанных маркером. Кофеварка шумела на всю квартиру, пока Виктор активно искал по холодильнику что-то съестное и курил, придерживая сигарету под вытяжкой. "О, йогурт Маргоши", - он улыбнулся и вытащил его из глубины холодильника.       - Так-с. Лот номер один: стопка пожелтевших книжек Лавкрафта.       - Не вздумай сжигать! - сказал Ди, ставя на стол кружку. Тот, посмеиваясь, поставил книги на подоконник и продолжил.       - Лот номер два: сборник Вивальди и еще какого-то хрена. Ну это мы точно оставляем. Далее - косметичка Марго. Ладно.       Так продолжалось еще несколько часов. Один за другим Виктор доставал из коробок странные вещи, разобрав все он вышел на балкон и забросил все ненужное в мусорное ведро(там оказались какие-то фотографии, пара футболок, банки из под газировки и другое). Он долго решал, бросать ли спичку, но принял решение, что будет лучше не сжигать квартиру подруги.       Девушка пришла спустя двадцать минут после того, как Виктор поставил чайник. Она ни капли не изменилась: рыжие кудри во все стороны, длинные стрелки, декольте. Марго осторожно била по плечу парня и ругала его за все, что вспоминала. Она в последний раз закатила глаза и бросила на стол свою сумку, перебрала вещи и опять ушла.       Виктор сразу после того, как она покинула квартиру бросился к бежевой кожаной сумке и достал что-то. "Вот это новинка" - он осторожно достал что-то и ушел в другую комнату. Ди только спустя время пошел за ним и остановился перед закрытой дверью:       - Я могу войти?       - Нет, не можешь. М...досчитай до 37 и заходи, - послышался голос из помещения.       Через 37 секунд Ди осторожно зашел в комнату и застал довольно ожидаемую картину. Виктор сидит на кровати, закинув голову назад и медленно дышит. В небольшой комнате совсем не было места для чего-то помимо кровати, стола и шкафа, все остальное было завалено инструментами. На столе стояли благовония(поверх стопки пыльных книг). Он приоткрыл глаза и медленно сказал: "Посиди со мной, пожалуйста". На самом деле, он ничего не делал, хотя и помещение ощущалось иначе. Как будто в комнате стало неуютно и странно.       - У меня перед глазами фейерверки, - он улыбнулся и начал часто моргать.       - Тебе принести воды?       - Нет. Не стоит, - он говорил протяжно, тянуче. - Я сейчас такое вспомнил. Я сидел дома, а потом уже нет. Но знаешь, чисто теоретически, ведь это все не важно, да? О чьих теориях мы говорим, если это не теория вероятности? - продолжил он. - Лобачевский, конечно, тоже крут, но я не вижу параллелей. Единственная параллель - человеческие судьбы.       Ди ни слова ни понимал из того, что говорит Виктор, его мысли спутались в клубок ниток, хотя, в целом, звучал он вполне вменяемо. Виктор медлительно поднялся и включил какую-то пластинку на странном магнитофоне. Вернувшись на место он плавно водил ладонью из стороны в сторону, блаженно прикрыв глаза.       - Ох, у меня началась ностальгия, как же классно было в школе учится, - тихо сказал Виктор. Он медленно поднялся с места и достал из под кровати побитую коробку серого цвета.       - Будто ты туда учится ходил, - усмехнулся Ди.       - Иногда ходил, ОБЖ предмет интересный и полезный. - он ненадолго замолчал, - но как же все-таки круто было, приходить домой и болтать на кухне с кем-то важным, просыпаться в теплой кровати и улыбаться.       - Ты и сейчас так можешь, просто раньше дел поважнее не было.       - Могу, но стал слишком взрослым. - он достал из коробки фотографию. - Смотри, какая красота, это парк аттра..атрава...атракцивонов, блять, аттракционов.       На картинке красовалась компания из около пяти человек, впереди - молодой Виктор(можно ли разделить Виктора на Виктора и Пыль?) и сам Ди, где-то в далеке Марго держала пиво, несколько других людей улыбались. В комнате стало немного теплее.       - Вот ты со мной общался, не мог мне про вот это вот сказать? - он ткнул пальцем в свой же лоб, на красноватую россыпь.       - Что не так?       - Ну не знаю, мог бы отправить меня, типа: "Иди умойся" или вроде того, я же до сих пор не вылечил эти ебаные комедоны. Может этим тогда надо было заниматься, я не знаю.       Ди в тот же момент заглянул в лицо Виктора. Его зрачки казались слишком огромными для всего лица, а собранные волосы уж слишком непредсказуемыми и торчащими. Его кожа сейчас была так близка, что ее было и не грех рассмотреть. На ней по правде было множество родинок и пару красных пятен(знакомая, учившаяся на лечебном факультете рассказывала об этом злосчастном недуге всех подростков, но так такового на лице Виктора не наблюдалось).       - Все у тебя нормально.       - Верю врачу. Но спину кремами мазать от этого не стану. - он замолчал очень резко, будто недоговорив. - Я сейчас усну, - он прикрыл глаза и обнял себя за плечи.       Ди, стараясь издавать меньше звуков, выключил музыку и вышел из комнаты, прикрыв дверь. В квартире слабо пахло женскими духами и мылом, на двери в гостиную мирно сушилась черная толстовка, на диване лежал клубок шерсти и спицы. Интересно, кто занимается вязанием? Нежные обои молочного цвета, пастельные шторы и столько диковинок на полках шкафа.       Он сидел на диване около часа и то читал новости, то проверял социальные сети, даже успел откорректировать свое расписание, перенося встречи с утра на день, как же не хочется работать.       - О, привет, - Марго махнула ему рукой, - а этот... гаврик где?       - Он уснул, я собираться дождаться тебя и уходить, - спокойно ответил Ди и убрал телефон.       - Все нормально? - девушка выгнула бровь и несмело улыбнулась.       - Да, абсолютно.       - Слушай, я все по глазам вижу, - она обаятельно похлопала ресницами, - если случилось чего, со мной всегда можно обсудить, но пойми, я знаю Виктора лет с десяти. Для него мало что имеет значение. Если бы ему не было все равно, он бы сейчас там не лежал.       - Не знаю, мне казалось, что раньше все было по-настоящему.       - Думаю, все сложно, - она грустно улыбнулась, - сказать могу точно, скоро уже проснется и у кого-то явно будет болеть голова.       - Это все в прошлом, нечего его ворошить, - Ди поднялся с дивана и направился к прихожей.       Все время, пока обувался он ловил на себе печальный взгляд Маргариты, думавшей о чем-то очень далеком, а может быть и о нем самом. Он собирался уже уходить, но прощаясь на секунду задумался о своей грусти и том, что будет делать дома.       - Спасибо, мне уже гораздо лучше, - как кстати появился из-за угла Виктор, - Если что-то будет нужно - обращайся.

Down on the West Coast they got a sayin' "If you're not drinkin' then you're not playin'" But you've got the music, you've got the music In you, don't you? Down on the West Coast, I get this feeling like It all could happen, that's why I'm leaving You for the moment, you for the moment Boy blue, yeah you