Тебе не понравится

You're no good for me Baby, you're no good for me You're no good for me But baby, I want you, I want

      Ди проснулся позже чем обычно, ближе к полудню. Он тихо заглянул в комнату, где всю ночь спал Виктор, но там никого не оказалось. Одеяло, не очень аккуратно, сложено на полу и лежит будто стопкой. Ушел. Наверное, так и должно было быть. Надежда на разговор утром, просто разговор - уже глупость. Не стоило бы об этом думать даже.       Парень уже собирался пойти покурить на балконе, но заметил на балконе худую фигуру. Серая полосатая рубашка свисает на теле как мешок, из под нее выглядывает черное тату и белая кожа. Черные волосы растрепаны. На балконе Ди стоит настоящий призрак. Он тяжело вздыхает и открывает дверь. Это короткая моральная подготовка.       - Доброе утро, - сказал Ди, заходя на балкон. В ответ Виктор лишь кивнул и неряшливо поправил расстегнутую рубашку. Кажется, он ничего и не делал. Просто смотрел на город за тонким окном.       - Я протрезвел и вспомнил тебя. Доброе утро, Ди, - улыбнулся он сквозь силу. - Нужно начать диалог. Как там твой потрясающего ума отец?       - Понятия не имею, я с ним не общаюсь, - усмехнулся Ди и точно также облокотился на балкон. - Он эгоист, я это понял только после того, как начал считать эгоистом тебя. Можно сказать, ты открыл мне глаза. Я научился ненавидеть.       - Ненависть - чувство сильнее любви. А еще это мое любимое занятие.       - Как я понимаю, вы с Марго продолжаете общаться?       - Не то, чтобы общаемся. Живем в одной съемной квартире, пока я делаю ремонт, ссоримся десять раз на дню, вместе поем в паре ресторанов. А так, ну, мы вроде как друг другом дорожим. Она мне как еще одна сестра.       - А как там Валя?       - Да кайфует. Они с отцом и матерью уехали жить в другой город. А малая молодцом, вот только-только институт окончила, теперь она экономист, будет бизнес матери перенимать. У меня еще два года назад братишка родился, так что, они полноценная семья, - Виктор улыбнулся, но как-то грустно. - Я будто даже и не нужен.       - Не думаю. Твой отец в тебе души не чает. Я уверен, все нормально, - Ди повернулся к нему и столкнулся с тяжелым давящим взглядом. - А Сергей?       В момент, когда Ди спросил, лицо парня переменилось. На долю секунды его глаза показались мокрыми и испуганными, но он сразу же начал дергать веками, потирать лицо рукой. Кажется, у него начала дергаться челюсть. Он вскинул брови и, тяжело выдохнув, начал медленно говорить:       - Нет его. Умер от передозировки чуть больше года назад, - он громко сглотнул, - П-представляешь, я просыпаюсь, у меня важный сольный концерт на виолончели, я весь вечер просидел в звонке с Серегой и слушал о том, что он обязательно придет и бросит мне в лицо букет полыни, чтобы я задохнулся. Я отглаживаю пиджак, мою голову и мне звонят. Марго чуть ли не задыхаясь говорит, что ей позвонили какие-то пиджаки и сказали, что на нас оформлено завещание Сергея Васильевича. Что он умер этой ночью, - он еще раз тяжело сглотнул и закрыл лицо руками, - Прости, пожалуйста, сейчас через пару минут успокоюсь.       - Ничего такого. Ты, молодец, что можешь нормально говорить об этом. Это достойно уважения.       - Говоришь как мой прошлый психолог.       - Возможно, потому что я работаю психологом.       - Серьезно? - улыбнулся Виктор и убрал в сторону прядь волос.       - Ага. Подожди, я должен все же спросить, узнать правду спустя столько лет. Ты употребляешь? - Ди медленно посмотрел вниз. Атмосфера резко стала слишком серьезной.       - Так, уточни вопрос. Употреблял ли я, когда мы были вместе или употребляю ли я сейчас? - без лишних слов спросил он сквозь свой низкий и тихий смех.       - А что...ответ может отличаться? - голос предательски дрогнул.       - Отличается.       - Употребляешь ли ты сейчас?       - Да, - без тени сомнения ответил он и положил голову на ладонь, - А вот раньше не совсем. Мне поставили не тот диагноз и прописали препарат с очень сильным привыканием. Так что я как дурачок ничего не понимал и вообще, чего это меня ломает.       - Ясно.

***

      Поздний вечер. Квартира опустела. Ди молча сидит на кухне и перебирает бумаги. Делать вид, будто он работает - единственное, что он умеет делать хорошо. Его мысли заняты только одним - Виктор. Какое же все-таки красивое имя. Но так оно режет слух. Не Виктор. Пыль.       Где тот парень, никогда не серьезный, с этим вечно потерянным и веселым взглядом. Тот, кто был готов на любую авантюру и никого не уважал. Шутил, кричал текст своей любимой песни и обнимал холодными руками. Его я больше, наверняка, не увижу. Остался только Виктор.       Виктор с синяками под глазами, редким трезвым взглядом, тихим и неприметным голосом. Сонный, без энергии и сил. А у Ди перед глазами все те же воспоминания. Песни по вечерам, короткие сообщения днем, брошенные у пепельницы спички, утренний кофе и зевки, спрятанные в простынях, пахших стиральным порошком. Время, когда я распускал волосы, радовался куда больше, знал, ради чего я просыпаюсь утром.       В голове всплывало все это. А теперь, он смотрит на Виктора и чувствует дежавю. Он видит, как точно также Виктор курит, курит Пыль. Потирает глаза и дергает челюстью, когда волнуется. Интересно, он все еще просыпается от панических атак? Все еще ищет рукой тело рядом на кровати.       Мысли закончились, как только Ди заметил на столе папку с расписанием приемов и консультаций, которые он должен провести на этой неделе. Работать не хочется. Он поднимается из-за стола и смотрит в окно, ничего не видя. Ничего не интересует.

***

Хэви 12:03 Привет! Слушай, у меня тут такое дело Короче У меня тут с гитарой проблемы Сломалась походу Поможешь ? Ди 12:06 Отец тебе на что? Хэви 12:06 А если я ее испортил?? Он же меня убьет Ди 12:09 Я больше не играю на гитаре. Это твоя специальность. Хэви 12:09 Да ну блин Ты мне не поможешь? Ты же знаешь что делать Ди 12:13 Не знаю. У меня работа.       Сколько бы лет не прошло, отношения между братьями лучше не становились. Завидует ли Ди Хэви? Нет. Точно нет. Они просто стали слишком разными людьми, ответственность появилась незаметно и разлучила всю семью. У Ди все чаще было чувство, что у него вообще нет семьи. Он перестал общаться со всеми, кроме матери, он будто и не нуждался ни в ком другом.       Ни брата, ни отца он не понимал. Кажется, отец был настолько счастлив видеть младшего сына музыкантом, что уделял ему все свое время и силы. Они сидели с Чесом днями и ночами, пытаясь вдолбить в рыжую голову бесконечные знания по сольфеджио.

Baby, put on heart shaped sunglasses 'Cause we gonna take a ride I'm not gonna listen to what the past says I've been waiting up all night Take another drag turn me to ashes Ready for another lie? Says he's gonna teach me just what fast is Say it's gonna be alright