Потребность

      — Ты подумай только! Если однажды пересечетесь, никогда не вздумай играть с ней в карты! — возмущенно махнул рукой с Леонард, рассказывая очередную историю из жизни Красных Перчаток.       Леонард был таким же живым и хаотичным, каким Клейн его помнил. Они сидели за длинным столом собраний, на который Леонард привычно закинул ноги, скрестив сапоги, как обычно это делал в Тингене.       Клейн завороженно поглядывал на Митчелла: живая вздымающая от дыхания грудь, забавляющийся прищур зеленых глаз, размашистые движения…       — Что бы еще тебе рассказать… — Леонард задумчиво посмотрел на него и вдруг усмехнулся, — Хочешь услышать о новом артефакте? У него просто невероятно смешной побочный эффект. Начнем с того, что он с пути Демоницы.       Человеческий голос.       После блуждания по Земле Покинутой Богами наблюдать это было сводящим руки наслаждением. Видеть человеческое существо. Видеть Леонарда, который так напоминал родной Тинген, откуда все началось, родных Бенсона и Мелиссу, покинувших дом и переехавших в Баклаунд.       В Землях бродили только монстры. Постоянная тишина, раскалывающая только неестественными звуками и раскатами грома. Он был в ловушке, без возможности выбраться.       — Что-то случилось? — спросил Леонард и окинул его обеспокоенным взглядом. — Ты тихий.       Клейн молчаливо мотнул головой, грустно улыбнувшись и взглянул в глаза Митчелла, в ожидании ответа рассматривающего его в ответ. Это были обычные зеленые глаза, без вертикальных зрачков, без разорванных капилляров или, как плесень, покрывающего поверхность бельма. Обычные глаза.       Человеческое тепло показалось как никогда притягательным.       Клейн поднялся в конце стола и, ведя пальцами по столу, направился к боковому месту Леонарда.       — Не бери в голову, кое о чем задумался.       Леонард следил за другом настороженным взглядом. Не добавляло спокойствия и то, как Клейн спокойно поднялся с места и смело пошел к нему, свободно передвигаясь по залу над Серым Туманом, словно был у себя дома.       Да, Мистер Шут благоволил ему, но чужая смелость от этого не переставала казаться богохульственной. Сами они во время собраний редко отходили от обозначенных стульев.              Клейн молча подошел к нему, не отрывая глаз.       Леонард нервно снял ноги со стола и прилично сел, не понимания, что происходит.       — М?       — Ты такой… красивый.       Леонард недоуменно приподнял бровь, и уже было открыл рот, чтобы задать проясняющий вопрос, как чужие пальцы подхватили его под подбородок и приподняли лицо вверх. Своды туманного замка закрыло шутливо прищуренное лицо Клейна. Одним движением он прильнул к Митчеллу губами, проникая языком в приоткрытый рот.       Сердце Леонардо неровно забилось в груди. Он нервозно толкнул Клейна назад и резко повернул голову в сторону, где находилось место Мистера Шута. Их Божества не было на месте, но Митчелл кожей чувствовал, что Он наблюдает за эти местом, за своими владениями, за ними, до грубости невежественными гостями.       Леонардо сжался и испуганно зашептал, опуская взгляд в пол:       — Ты что творишь, совсем спятил?       Сверху раздался только самодовольное хмыканье.       — Ничего такого, чтобы Ему не понравилось.       Чужие руки обвили за плечи и жадно притянули к себе, сдерживая возражающего Леонарда. Клейн присел к Митчеллу на колени и прильнул к нему всем телом. Чужое дыхание жарко опалило кожу шеи. Клейн начал ласкаться к нему щекой. Митчелл сипло спросил:       — Ты точно… уверен?...       Клейн отнял голову и посмотрел глаза в глаза Леонарду. В зрачках Моретти плескалась безграничная теплота и спокойствие.       — Более чем. Он ничего сделает нам, я обещаю, — шутливые нотки не пропали из голоса бывшего напарника. Леонард все еще не мог понять, над чем тот веселится. Складывалось впечатление, будто его дразнят. Леонард нахмурился, подаваясь вперед и вызывающе целуя Клейна, чувствуя его улыбку. Тяжелая теплота разлилась по жилам, и Леонард сильнее толкнулся в чужие губы, разжимая их языком. Моретти глухо застонал.       К брюкам потянулись руки. Чуть отстранившись, Клейн расправился с ширинкой, и приспустил его штаны. Кромки живота коснулся прохладный воздух, и Леонард рвано вдохнул.       Клейн поднялся, чтобы сменить положение, и сел на чужие колени верхом для большей устойчивости. Довольно улыбнувшись, он охватил ладонью возбуждение Леонарда и на пробу провел вверх-вниз. Митчелл закрыл рот рукой и прикрыл дрогнувшие веки, осмеливаясь смотреть только вниз. Первородный ужас от того, что Клейн, самоуверенный дурак, мог ошибиться, и они своими действиями прямо сейчас оскорбляют Мистера Шута, леденящим крошевом стекла рассыпался под кожей, отчего, как на зло, вставало только крепче. Митчелл крепко зажмурился.       Прижатую ко рту руку кто-то мягко отнял. В напрягшуюся щеку уткнулся чужой нос, и теплое дыхание разгладило мышцы.       — Отдайся мне. Если я соврал, Он сведет с ума нас вместе.       Не прекращая двигать внизу рукой, Клейн нашел губы Леонарда, с жаждой разделяя чужой вырвавшийся стон.