Вальс

      На улице было ужасно душно. Тёмные тучи всё сильнее сгущались прямо над зданием школы и прилегающим к нему двором, будто специально решив, что в качестве последнего штриха к выпускному не хватает дождика.       Напряжение медленно двигалось по всему телу, стекаясь к кончикам пальцев и заставляя те нервно подрагивать. До выступления одиннадцатых классов оставалось всего ничего. Четыре месяца тренировок – и вот он результат: каких-то три с половиной минуты вальс под липкими взглядами родителей и учеников. Потом будут наставительные речи от директора, завуча, учителей, уборщиц, дворников – всех, кого только удалось уговорить на это, лишь бы растянуть линейку на подольше. Радовало только то, что солнце спряталось за густыми тучами, а справиться с лёгкой духотой было куда проще, чем с жарой.       Лера стояла, прислонившись спиной к стене у выхода. В паре метрах от неё шумела толпа, состоящая из её одноклассников. Их перешёптывания были настолько громкими, что заглушали крики семиклашек, выступавших с очередной заезженной песней, что последние месяцы звучала ото всюду.       Среди этой толпы подростков – или уже взрослых? – Женя казалась своей. Её наряд, точь-в-точь как и у всех девушек в классе, делал её только моложе. Единственным исключением были чёрные брюки и отсутствие накрахмаленного фартука, – удивительно, но 11-Б и вправду решил одеться по всем традициям, более того, никто даже не возражал. Все одноклассницы Леры надели юбки и белые рубашки, парни натянули брючные костюмы и чёрные галстуки – все, кроме Лёши, у которого тот был ярко-жёлтого цвета, точно такого же, как и заколка в волосах его партнёрши.       Среди их всех одна Лера ощущала себя лишней. Она-то понадеялась, что хоть кто-то ещё – Женя не в счёт – осмелится надеть брюки. Хотя, какая разница? Она всё равно не будет танцевать. Свой шанс она упустила.       До ушей Леры порой доносились взрывы хохота, в ответ на которые она всё сильнее закусывала губу. Желание подойти к ним боролось с желанием убежать куда подальше и разрыдаться. В самых потаённых мыслях девушка даже надеялась, что во время танца вдруг хлынет дождь. Пусть Женя побегает.       Проведя прохладными ладонями по лбу, Лера отогнала плохие мысли. В конце концов, вся вина лежит только на ней. Не стоило тогда так вести себя. Плохие дни бывают у всех, в этом нет ничего удивительного, но ей хотя бы стоило извиниться. Сразу после случившегося это не дало сделать чувство страха и вины, больно кольнувшее в груди после того, как они встретились глазами. Взгляд Жени всего секунду был грустным, но через миг в нём уже пылала злость. Если Лера не сдержалась, то почему она должна? На следующий день от извинений Леру удержал стыд, ещё через пару дней исчез и он, оставляя вместо себя безразличие. В классе она обращалась с ней так же, не занижала оценки, не пыталась игнорировать, так что появилась надежда, что всё забудется само собой. С того самого дня их тренировки прекратились. Всего за каких-то три недели до выпускного. И нужно же было Лере всё испортить.       Девушка упрямо смотрела в спину Жени. За всё время перешёптываний с классом та всего пару раз повернулась назад, желая узнать, кто именно решил прожечь в её спине дыру.       Вдалеке послышался первый раскат грома. Ведущая зашевелилась и быстро закончила номер семиклашек, вызывая следующих. Ещё один номер, и придёт очередь вальса. Женя обернулась ещё раз. Её глаза остановились прямо на Лере. Последняя, переборов себя, в этот раз не отвела взгляд. Секундный контакт глазами прервался очередным раскатом грома. Уже ближе.       Женя отвернулась, дала какие-то указания, а после, развернувшись прямо на пятках, направилась к Лере. Девушка смотрела на белые кроссовки, что всё приближались и приближались к ней. Шаг, ещё один. Семь метров Женя смогла преодолеть за двенадцать шагов, а после остановилась напротив Леры.       Вдохнув полной грудью прохладный воздух, она взяла девушку за руку и затащила внутрь школы. Лера, тут же придя в себя, попыталась вырвать ладонь, но у неё не вышло. Женя упрямо вела её вперёд, даже не оборачиваясь. Вопрос так и не сорвался с её губ, и девушка послушно продолжила идти следом. Поворот налево, надпись над дверями, предупреждающая, что девушки зашли в правое крыло, плитка всех цветов, складывающаяся в причудливый узор на полу. Все двери были закрыты, так что свет в коридор попадал только с больших окон со стороны лестницы. Поднимаясь по той, ученики всегда могли лицезреть различные пейзажи, в основном – школьный двор и футбольное поле, виднеющейся где-то слева и вделеке.       Когда девушки дошли до двери с надписью «WC», Лера нервно сглотнула. Женя, как ни в чём не бывало, щёлкнула выключателем, зашла внутрь, утянув за собой и Леру, а после закрыла дверь на замок. Глаза последней непонимающе уставились на свою спутницу, пытаясь угадать, что же та задумала. Эти же глаза всего через миг стали ещё более изумлёнными, потому что Женя, достав помаду прямо из кармана брюк, наклонилась к зеркалу и стала красить губы в тёмно-бордовый. Они тут же растянулись в ухмылке, но девушку не остановилась, а лишь поймала взгляд Леры в зеркале.       Закончив, она с самым спокойным видом закрыла помаду, немного помедлив, вытерла кончиком пальца излишки помады, где слегка вышла за контур. Повернулась к Лере, сжав губы в тонкую полоску, и уставилась на неё с вопросительным видом.       — Будешь танцевать со мной? — словно в подтверждение этих слов через вентиляцию до них доносится голос ведущей, объявляющей, что уже через пару минут выпускники станцуют свой последний танец.       Ладонь ложится на щёку Леры:       — Хочешь, и тебе накрашу? — вкрадчивый шёпот растворяется в полумраке, стоящем в комнате. В мыслях мелькает вариант того, как можно было бы накрасить губы, не открывая при этом помады, и Лера краснеет, напрасно надеясь, что это не будет заметно. Одна из двух еле работающих лампочек начинает мигать, действуя на нервы.       Лера едва заметно кивает, и из-за последовавшей за этим паузы начинает думать, что её действие не заметили, как рука на её щеке слегка сдвигается. Женя проводит большим пальцем по чужим губам, смотря прямо в глаза. Видит, как зрачки Леры расширяются, и наверняка знает, что это вовсе не из-за освещения.       Снова открывает помаду, в пару умелых движений красит чужие губы, а после оценивающе касается их – в этот раз, увы, лишь взглядом. Улыбается, но царящую между девушками идиллию нарушает нервный голос ведущей, что уже не знает, как ещё можно потянуть время. Мысленно Женя безобидно проклинает её, а после берёт Леру за руку, – в этот раз нежно, не как минутами ранее, когда она с силой сжимала запястье, не позволяя вырваться.       Лера идёт следом практически бесшумно, опасаясь, что если она вздохнёт чуть громче, то всё вмиг исчезнет. Проходя мимо зеркала, она бросает мимолётный взгляд на него, и сердце радостно сжимается от увиденного. Их с Женей наряды до невозможности хорошо сочетаются, и Лера напрочь забывает о том, что с утра жалела насчёт надетых ею штанов. Будь она в юбке, всё определённо смотрелось бы в разы хуже. Белые рубашки, самые обычные, которые издалека можно принять за мужские, до невозможности хорошо сочетаются с тёмно-бордовым цветом помады.       Чем ближе они подходят к выходу, тем сильнее расслабляется Лера. В её голове всплывают все моменты, что они успели разучить на тренировках в классе, и внутри появляется уверенность, что всё пройдёт хорошо. Иначе и быть не может.       Когда они выходят на свежий воздух, мысли о мнении окружающих испаряются без следа. Лере по-прежнему душно, но она уже не знает, а в погоде ли дело, или в прохладных руках, что с первыми звуками музыки беззастенчиво ложатся на её талию, а после, словно опомнившись, занимают положенные им места. Хотя ладонь, которая должна находиться под лопаткой, лежит заметно ниже положенного.       От переизбытка эмоций Лера невольно сжимает чужое плечо, в ответ получая подбадривающую улыбку. Женя переплетает их пальцы, а после прижимается чуть ближе, не пересекая грани.       Глаза ни разу не опускаются в пол, ибо в этом просто нет необходимости. Ноги послушно слушают свою хозяйку, позволяя Лере расслабиться и наслаждаться танцем, музыкой и, в первую очередь, своей партнёршей.       Женя чувствует на себе, по крайней мере, с дюжину пар любопытных глаз, проживающих её спину. Сей факт заставляет её губы изогнуться в довольной ухмылке и, во время очередного движения, прижаться к Лере ещё ближе. Чуть ближе допустимого.       Холодная капля, упавшая на плечо и пославшая стадо мурашек по спине, слегка отвлекает. Лера поднимает глаза к небу, замечая, что вот-вот пойдёт дождь. В следующую секунду она наступает Жене на ногу, отчего та спотыкается при следующем шаге, и в результате девушки сталкиваются с парой, вальсировавшей справа от них.       Сначала взгляд цепляется за ярко-жёлтый галстук, и только потом поднимается выше, к лицу. Оно было совершенно спокойным, и только глаза, в которых плясали смешинки, выдавали парня. Лёша, подхватив свою затормозившую партнёршу, вновь повёл их пару.       Где-то справа ярко мигнула молния, заставив дёрнуться от неожиданности. Ровно через семь секунд послышался раскат грома, а после пошёл дождь. Пару капель, упавшие с неба и поначалу не напугавшие людей, быстро превратились в самый настоящий ливень, заставляя людей растеряться и начать оглядываться по сторонам.       Лера с Женей с момента столкновения так и остались стоять на месте, тем самым создавая некую преграду для других пар, которым приходилось совершать незапланированные манёвры, чтобы обогнуть девушек и не врезаться в них. И если в первые секунды Женя стояла, с силой закусив губу, то после начавшегося ливня и всеобщей суматохи она вдруг рассмеялась, вызывая недоумение на лице напротив. Впрочем, в следующий миг Лера беззаботно рассмеялась в ответ, а после ни с того ни с сего, прижалась к Жене всем телом, обнимая её. Рубашки на обеих промокли насквозь, противно прилипая к телу и вызывая лёгкие мурашки, сбегающие вниз по спине. Или всё дело было в тепле чужого тела, к которому Лера прижалась со всей силы?       Ведущая с десятком парней из старших классов наспех собирала оборудование, родители и учителя прятались от дождя под деревьями и крышами, а дети в это время выбежали на середину двора, подставляя лица прохладным каплям.       Лера резко перестала смеяться, сделавшись чересчур серьёзной. Схватив Женю за руку, она потащила её в здание школы, про которое все почему-то забыли и не додумались спрятаться в нём.       Слишком быстро они преодолели коридор, в котором из-за начавшегося ливня стоял полумрак. Так быстро, что Лера даже не успела до конца продумать свой план, а ведь этот путь был её последней надеждой. Она так и замерла посреди коридора, и от неожиданности Женя врезалась ей в спину. Она схватила девушку за талию, пытаясь удержать равновесие.       Вскоре всё стихло. Единственным звуком в полумраке, царящем вокруг, было дыхание девушек – одно сбитое то ли от быстрого шага, то ли от тепла чужого тела, прижавшегося сзади; а второе спокойное и размеренное, сопровождаемое лёгкими прикосновениями к спине и плечам Леры.       Она задержала дыхание, ощущая, как чужие руки с талии плавно перемещаются на спину, а после ложатся на плечи, слегка массируя их. Глубоко вздохнув, Лера поворачивается лицом к Жене. Её губы сами по себе растягиваются в довольной улыбке – их разница в росте составляет всего пару сантиметров, и именно она вселяет странную уверенность.       Лера медленно наклоняется вперёд и замирает, давая Жене время на раздумья. Прикрыв глаза от лёгкого испуга, она ждёт ответных действий от неё. Неожиданно прохладные ладони ложатся на её щёки, и только сейчас девушка понимает, что они горят от смущения. Несмотря на полумрак, она почему-то уверена, что Женя заметит её стеснение.       Когда чужое горячее дыхание невесомо касается губ, она на миг замирает, а затем подаётся вперёд, растворяясь в мягком поцелуе. Чужие губы кажутся слишком сладкими, и этого ощущения не портит даже привкус помады на языке. Руки Жени с щёк соскальзывают на шею.       Ладонь Леры осторожно пристраивается на чужой спине, сама она прижимается ближе. Кончиками пальцев касается поясницы, и щёки вспыхивают ещё сильнее от мысли, что промокшая рубашка – единственное, что мешает ей коснуться чужой обнажённой кожи.       Женя отодвигается назад, разрывая поцелуй. Прижавшись своим лбом ко лбу Леры, она блаженно прикрывает глаза, наслаждаясь уютной тишиной. Где-то вдалеке по-прежнему слышатся крики людей, бегающих под дождём. Резкий раскат грома пронзает тишину, и девушки распахивают глаза, отмечая, что в коридоре стало светлее.       Зрачки расширены от возбуждения, глаза бегают по лицу напротив, всматриваясь в каждую чёрточку. Она проводит большим пальцем по помаде, что от поцелуя размазалась по лицу Леры; девушка следит за этими действиями, втайне наслаждаясь нежными прикосновениями к губам.       — Танцор из тебя никудышный. В самый ответственный момент взяла и наступила мне на ногу, — наблюдая за тем, как Лера в недоумении хмурит брови, Женя не может содержаться, и её тихий смех заполняет всё пространство вокруг. — Но ничего, мы ещё потренируемся, — Женя игриво приподнимает бровь, вынуждая Леру вспыхнуть от смущения. В этот раз покраснели даже уши.       Довольно улыбнувшись, она притягивает к девушку к себе, накрывая её губы в тягучем поцелуе.