Сто тридцать поцелуев

— Сфотографируйте на моём телефоне тоже! — попросил Паша, когда они собрались со всей группой перед самой большой картиной на выставке, чтобы сделать общий снимок. Экскурсовод неловко перехватила все переданные телефоны, фотографируя на каждом по очереди. Тем временем Максим оглянулся на Колю, который стоял в стороне, пока они с Петей и Пашей встали в центре. Он разрывался между ним и ребятами, не зная, куда себя деть, и не смог сфокусироваться на объективе камеры. — Ну что, идём отмечать? Тут же неподалёку был рестобар, да? Сходим туда! — радостно выкрикнул Паша, буквально выпрыгивая из дверей. Петя рассмеялся, наблюдая за ним. Максим проверил время на телефоне. В уведомлениях всплыли сообщения от Паши с сегодняшними фотографиями. Он просмотрел их, но вроде как его веснушки были не так видны. От сердца немного отлегло. Паша с Петей пошли вперёд, пока они с Колей немного отставали. Коля ссутулился, незаинтересованно осматривая растущие деревья и прохожих, и Максим чувствовал исходящее от него напряжение. Слова не складывались в предложения, и мысли путались, язык заплетался. Максим теребил пальцы, озираясь по сторонам, но решился и легко коснулся плеча Коли. Тот не сразу оглянулся. — Я думаю, мы ещё сможем успеть на филармонию, — приподнял уголки губ Максим. — Надеюсь на это, — выдавил из себя Коля и хмуро оглядел фасад ресторана, когда они подошли. Они поднялись по лестнице на четвёртый этаж. Светлые стены коридора сменились на фисташковые с коричневым потолком, сочетавшемся с мебелью и барной стойкой. Из окон проникал солнечный свет, освещая стоявшие на подоконниках комнатные растения. В воздухе смешался аромат наваристых супов и мясных блюд с запахом табака и ароматизаторов. К ним подошёл улыбчивый администратор, расположив их за деревянной перегородкой в центре зала. Вместо стульев были два широких дивана, на стене возле них висела картина. Паша тут же обратил внимание на кальяны, которые курили другие гости. — Э-эй, Макс, закажешь нам кальян? — предложил он, устраиваясь напротив. К ним подошёл официант, передавая книжечки меню. Максим перевёл взгляд с обложки на него и кивнул, тоже почувствовав, как потянуло в горле. Хотелось закурить, но перед этим нужно поесть. Они заказали несколько горячих блюд, закуски и бутылку красного вина. Коля решил ограничиться салатом, чем вызвал бурю негодования у Паши. Максим отвлёк его на себя, поинтересовавшись, зачем они приехали в Россию. И Паша на пару с Петей рассказали о том, как прокатились до Красноярска, потом до Томска, чтобы решить все рабочие вопросы. Решал их в основном Паша, а Петя был больше за компанию и водил машину. — Мне ещё с Татьяной Васильевной надо будет встретиться, — добавил Паша, засматриваясь на кальян, который им принесли. — Надо перетереть… в смысле, обсудить пару вопросов с поставкой нефти в ПНХЗ, — он неловко покрутил в руке шлангом. — Ты сможешь организовать нам встречу, Макс? — Оу, ты разминулся. Она приезжала ко мне в эти дни, не знаю, когда у неё ещё появится время, — ответил Максим, прикладывая мундштук ко рту, и втянул дым. — Паша боится позвонить сам? — полюбопытствовал Петя, ухмыльнувшись. — Всегда ж Макс нас собирал, ну… — проворчал тот, слегка надув губы, — ладно, значит, потом, — и тоже затянулся. — Кстати, а ты сам когда к нам подтянешься, Макс? Иртыш уже совсем заскучал без тебя. При мыслях о своей лошади Максим поморщился. Рядом сидевший Коля не участвовал в разговоре: только наблюдал и не вставлял никакие реплики. В груди Максима ещё сильнее сдавило. Он взглянул на их колени, но Коля держался на расстоянии. Даже их руки были далеко. Максим мотнул головой, вспомнив, что Паша к нему обращался. — Не уверен, что… осилю доехать до тебя. Я скорее всего возьму самолёт до Астаны. — О-о, так даже лучше! Заезжай, заезжай к Ануарчику! — воскликнул тот, ладонью рассеивая дым перед лицом. — Как раз продемонстрируешь ему, какой ты отличный наездник! И на этой реплике Коля поднял взгляд. Максим подавился при затяжке. Дым полез у него из носа и осел в горле, вызывая кашель, и он сгорбился над столом. — Н-не говори так, — попросил Максим охрипшим голосом. — Но ты верхом как Бог! — Павел! Паша притих, уставившись на него. Максим почувствовал, как часто и сильно забилось его сердце, закладывая уши, и внезапно его дыхание показалось слишком громким. Он сглотнул и заёрзал на месте. От осознания, что все сейчас смотрели на него, тело оцепенело. Пальцы впились в обивку дивана. — Максим, у тебя что, веснушки? — спросил Паша. Максима будто окатило ледяной водой. Он неловко улыбнулся, только сейчас осознав, насколько он покраснел. Чёрт. Надо было попросить Таню скрыть их. Они так пристально смотрели на него. Смотрели на веснушки и, наверное, думали о том, как нездорово это выглядело. Максим сделал глубокий вдох, считая до десяти. Взгляд скользнул по ладони Коли. — Сейчас же лето, — прервал неловкое молчание Петя, взглянув на Пашу. — Максим много работает под солнцем на заводе и в огороде. Только сейчас заметил? И произнёс это он таким будничным тоном, что Максим на секунду даже растерялся, сбившись со счёта. Он переглянулся с Колей, который наблюдал за ними, нахмурившись. — Ну да, я не знал, что у Максима они бывают… — пробормотал Паша, смутившись. — Тебе надо меньше ему в рот смотреть, — подтрунил его Петя, осклабившись. — А какой у него цвет глаз ты знаешь? — Конечно, они зе… — Паша повернулся к Максиму и с прищуром вгляделся в глаза. — Светло-зелёные? И Петя рассмеялся, похлопав его по плечу. Паша отвернулся, тоже покраснев до ушей, и прильнул к кальяну. Наконец, Максим выдохнул. Волнение улеглось, но пальцы продолжали покалывать. Он не мог избавиться о мыслях о том, что его веснушки так заметны для окружающих. Что, если Коле стыдно находиться рядом с ним? Максим взглянул на Колю, когда тот допивал своё вино. Тот зажимал тонкую ножку бокала, прижавшись губами к стеклу. Кадык подрагивал во время коротких глотков. Волосы из-за ветра немного растрепались, и пара тёмных прядок выпали к седой чёлке. Свет от маленьких ламп падал на скулы и нос, пока он взбалтывал остатки вина, а потом он запрокинул голову, опустошив бокал. Максим облизнулся. Коля вытер рот салфеткой и взял вилку, ковыряя салат. Теперь внимание Максима приковывали длинные пальцы с аккуратно подстриженными ногтями. Он отвернулся к своей порции, оттянув ворот водолазки. Что-то холодное коснулось живота, и Максим поджал губы, крепче стиснув мундштук в руках. Мысли метались в голове. Он сделал глубокую затяжку, прикрыв веки. Дым наполнил сознание, рассеиваясь в грудной клетке, и прилип к сердцу, заставляя его биться медленнее. — Выпей ещё, Николай, не стесняйся. — Нет, спасибо, не надо мне нали… — прошипел Коля и резко вскочил со своего места. Максим открыл глаза и оглянулся. Бокал Коли опрокинулся на стол, и вино растеклось по скатерти, запачкав костюм и рубашку Коли. Петя медленно поставил бутылку обратно на стол, поджав голову в плечи. Паша даже перестал дышать, метнув взгляд с красных пятен на друга. — Мне… нужно отойти, — процедил Коля, выходя из-за стола. Петя закрыл рот ладонями, высоко вскинув брови, и проводил взглядом удаляющуюся спину Коли. Максим поспешил вытереть вино, пока оно не впиталось в обивку дивана. Паша уже подозвал официанта, который убрал всё тряпкой. Над столом повисло напряжённое молчание, и Максиму стало тяжелее дышать. Он думал о том, как хорошо на Коле сидел тот бежевый костюм, о том, что эти пятна скорее всего не отстираются, о том, что это он виноват. Конечно, он виноват. Надо было сказать Паше с Петей, что у него планы. Они бы поняли его, просто позвали бы к себе, как обычно. Теперь они с Колей не смогут даже сходить на филармонию. Боже, Максим всё испортил. Испортил их свидание. Они так долго готовились, но из-за него всё испорчено. Ну почему он всегда всё портил? Он обхватил губами мундштук, делая глубокую затяжку, и вдохнул в лёгкие дым.

***

Максиму всё ещё было неловко от того, как волновался и суетился Петя, пока Коля выглядел абсолютно равнодушным. Как только он доел свой салат, они решили, что на сегодня хватит. Паша потом подошёл к Максиму, попросив, чтобы он ещё раз поговорил с Колей. Максим обнялся с ними на прощание, после чего они уехали, оставив их на парковке. Он открыл дверь своей машины, но остановился, взглянув на Колю. Тот тоже замер у приоткрытой двери. — Передай сигареты, они в бардачке, — попросил Максим, — и зажигалку. — У тебя здесь всё ещё лежат презервативы? — усмехнулся Коля, открыв бардачок, потом передал ему пачку. — А куда они денутся? — осведомился он, вытащив сигарету из упаковки, и обхватил фильтр губами. Он прикрыл ладонью кончик и зажёг его, сделав первую затяжку. Пепел посыпался на асфальт. — Есть у меня пару идей… — хихикнул тот. Максим приподнял уголки рта, выпуская дым, и снова затянулся. Кончик сигареты загорелся, привлекая Колин взгляд. Подул ветер, от которого растрепало волосы, и кроны деревьев зашелестели. Максим убрал с лица выпавшие пряди, уже не обратив внимания на испорченную укладку. Сделав ещё одну тягу, он повернулся к Коле. Тот поднял взгляд с его губ на глаза. — Прости ещё раз за костюм, — протянул Максим, встряхнув пепел. — Он так хорошо на тебе сидел… — Я больше беспокоюсь о другом, — пожал плечами Коля, пнув камешек на земле, и засунул руки в карманы. — Если честно, я сегодня ревновал тебя к Павлодару. — Что? У Максима даже глаза округлились. Сердце пропустил удар, заполнив собою всю грудную клетку и сознание. Уши заложило, и он не мог поверить в то, что услышал. Ветер снова зашуршал, путаясь в волосах, и чёлка Коли упала тому на глаза. Пепел рассыпался и огонёк потух, дойдя до фильтра. — Он так часто обращался к тебе: Макс то, Макс это… — пролепетал Коля, смотря на свои ноги. — Ещё так ворвался в наше свидание, будто ему всё можно. Я понимаю, вы близки, ты приглядываешь за ним, но сегодня было наше время. Я хотел провести его с тобой наедине. Их взгляды встретились – и дыхание Максима замерло. Он смотрел в синие радужки, отливавшиеся голубоватым на солнце. Ресницы подрагивали, а белые пряди развевались на ветру. Коля смотрел так… пронзительно, что Максим не мог отвести глаз. Чувства наполнили его, заставляя кровь в венах кипеть, и мысли вдруг растворились вместе с тревогой, потому что, Боже, Коля не думал о том, что он плох. Он хотел быть с ним в эти моменты. Он не стыдился его. — Я тоже хотел провести время с тобой, — поделился Максим, стискивая в пальцах упаковку сигарет. — Но не мог же я их прогнать. Паша бы начал задавать много вопросов. Коля не сдержался от того, чтобы фыркнуть, но тут же прикрыл рот рукой. — Не сомневаюсь, но он вряд ли начал бы спорить с тобой, не так ли? — задал резонный вопрос Коля, прочистив горло. — Предлагаю в следующий раз сказать о наших планах прямо. Я помню, мы сошлись на том, чтобы скрывать от других городов наши отношения, но нет ничего такого, если мы захотим провести время только вдвоём. — Наверное, — вздохнул он, растрепав волосы на затылки. — Поехали ко мне? Попробуем замочить твою одежду с укусом или лимонной кислотой, они отмывают даже стойкие пятна. — Мм, вообще, мы ещё можем спасти наше свидание, — улыбнулся Коля, прикусив нижнюю губу. — Как насчёт сходить в кино? Максим кивнул, вцепившись взглядом в губы, и невольно облизнулся. Поймав себя на этом, он вытер рот и сел в машину. Коля рассмеялся, тоже заняв своё место на пассажирском. — Посмотри афишу, — указал Максим, вставив ключ в замок зажигания и проверив коробку передач. — Ты можешь выбрать фильм. — Не вижу в этом необходимости, — заявил тот, ёрзая на сиденье, — Тут же рядом есть кинотеатр? Поехали туда. — Да, давай, — согласился он, заводя двигатель. Они выехали на дорогу, где закатное солнце пробивалось через лобовое стекло в салон. Максим прищурился, опуская солнцезащитный козырёк, и Коля последовал его примеру. Они переглянулись в зеркале заднего вида, отчего Максима бросило в жар. Он старался не думать о своих веснушках и не слишком сильно краснеть. Вечер обещал стать лучше, потому портить ничего не хотелось. Во время сеанса будет темно, так что он мог не так стесняться своего внешнего вида. Это успокаивало.

***

— Зачем ты арендовал целый зал? — отчеканил Максим. — Я не хотел, чтобы ты переживал из-за того, что кто-то на нас посмотрит, — невинно ответил Коля, — так нам никто не будет мешать целоваться. Максим осмотрел пустые кресла и опустил на Колю напряжённый взгляд, но тот взял его за руку, заглядывая в глаза. Коля сжал его пальцы, массируя большим пальцем костяшки, и он вздохнул, присаживаясь рядом. Коля тут же убрал подлокотник и вытянул руку так, чтобы Максим мог лечь ему на плечо. — Мне приятно, что ты заботишься о моём комфорте, но не стоило так тратиться, — пролепетал Максим и вздрогнул, когда Коля положил свою голову на его. — Не бери в голову. Зато тебе будет спокойно, а значит, и мне тоже, — улыбнулся он, уткнувшись кончиком носа в висок. Зал погрузился в темноту, после чего на экране загорелась заставка киностудии. Далее последовали кадры из старой плёнки, отдающейся коричневыми цветами. На ней люди махали шляпами и руками, провожая в путь огромный пароход. — О, ты ещё и «Титаник» выбрал, — шепнул Максим, переплетая их пальцы. — Конечно, он идёт три часа, — заметил тот, поцеловав его ладонь, и перевёл взгляд на него. В зале снова потемнело, когда началась сцена с погружением на дно Атлантического океана. Слабый свет рассеивался на скулах Коли. Максим чувствовал его тёплое дыхание на своей коже, которое сменилось на мягкое прикосновение губ. Коля поцеловал под глазом, потом в щёку, нос и опустился к губам. Сердцебиение закладывало уши. Максим не слышал, о чём говорили в фильме, он закрыл глаза, полностью сосредоточившись на ощущениях. Коля целовал его, приобнимая за плечо, и он целовал его в ответ. Сминал чужие губы, причмокивая, водил губами вдоль линии смыкания. Ладонь Коли спустилась на талию, прижимая ближе. Максим чувствовал, как приятно она на нём лежала, чувствовал её хватку. Коля отпустил его руку, чтобы оттянуть ворот водолазки. Максим положил ладонь на его предплечье, стискивая пальцами ткань, и запрокинул голову. Кадык дрогнул на шее, и он попытался сделать глубокий вдох, хватая ртом воздух. Коля поцеловал под челюстью, спускаясь ниже, и обхватил губами кожу. Максим сжал его плечи, прикусывая губы. Тело горело, и тепло собиралось в паху. Кровь прилила к лицу, но здесь темно и никто их не увидит. Максим обнял Колю за шею, слегка приподнимаясь со своего места. Тот придвинул его ближе к себе и поглаживал поясницу, пытаясь вытащить заправленный подол водолазки из брюк. Мурашки пробежали вдоль позвоночника, когда Коля провёл подушечками пальцев по спине. Он прикоснулся ладонью, поглаживая, и Максим выпрямился, прижимаясь грудью к его груди. Сердце было готово выпрыгнуть. Фильм продолжал идти: команда уже отыскала остатки лайнера и сейф, но Максим вновь прикрыл глаза, подавляя стон. Потом Коля внезапно остановился и просто прижал его к себе, зарывшись в изгиб шеи. — Извини, я снова увлёкся. Всё в порядке? — прошептал он, оставив ладонь на лопатке. Максим сморгнул с глаз влагу, собравшуюся на нижних ресницах. Он запустил пальцы в волосы Коли и погладил шею. — Я… да, да, всё в порядке, — выдохнул он, опаляя горячим дыханием ушную раковину, и Коля смешно сморщился, отодвигаясь от него. — Мы не… это всё? — Я не хочу за раз исчерпать все свои поцелуи, — хихикнул Коля. — К тому же, боюсь, мы можем зайти слишком далеко, — как бы невзначай бросил он, выпуская Максима из своих объятий. Он неловко вернулся на своё кресло. — Да, пожалуй, мы увлеклись, — просипел Максим, проведя ладонью по шее, и поправил водолазку. Но про себя он подумал о том, что, чёрт, этого было мало. Он хотел ещё, только мог ли он об этом сказать? Коля приковал свой взгляд к экрану. Его волосы сбились ему на лоб, тёмные и светлые пряди перемешались. В темноте он не видел, покраснел ли Коля, но видел его часто вздымающиеся плечи и грудь. Максим приложил костяшки пальцев ко рту, прикусив губы, и почувствовал, как сдавило сердце и сжались внутренности. Перекинув ногу на ногу, он сидел, просто рассматривая сменяющиеся кадры. Взгляд упал на их соприкасающиеся колени. Коля по-прежнему приобнимал его за плечи и через какое-то время положил свою голову на его, но Максим хотел целоваться. Взять Колины щёки в свои ладони и впиться поцелуем в губы. Чувствовать его ладони на себе и, может быть, ох… Максим закрыл лицо руками, потом зарылся пальцами в волосы и убрал пряди со лба. Коля оглянулся на него, они встретились взглядами, но Максим нахмурился и повернулся обратно к экрану. Он не мог разобрать, что сейчас испытывал. Будто ком встал в горле, мешая перевести дыхание и успокоить мысли.

***

Приближался день города, поэтому Максим хотел провести последние свободные дни вместе с Колей. Он посчитал справедливым сходить с ним по магазинам, чтобы выбрать новый бежевый костюм. Обычно этим Коля занимался с Матвеем, поэтому он был в предвкушении. Из подъездной двери вышел Коля, улыбнувшись и взмахнув ладонью. Максим отзеркалил жест. Коля сел в машину и наклонился к нему, целуя в губы, и он потянулся за ним следом, когда тот попытался отодвинуться. — Погоди, там люди, — оповестил Коля, на что Максим цокнул языком, нахмурившись. Он проводил недовольным взглядом семейную пару, после чего Коля чмокнул ещё раз его в губы. Максим улыбнулся, смутившись собственных действий, и завёл двигатель. Пока они ехали, Коля постукивал пятками по полу, прикусив нижнюю губу, и теребил пальцы. Максим перевёл взгляд с его профиля на дорогу, после чего положил ладонь на его бедро, успокаивая. Коля вздрогнул, тут же остановившись. Они в его машине, поэтому их никто не увидит. Колено под рукой перестало подрагивать – и Максим провёл всей поверхностью ладони по бедру, не отвлекаясь от дороги. Коля свёл вместе колени, не решаясь накрыть чужую руку своей, и собрал пальцы в замок. Было приятно прикасаться к Коле. Было приятно инициировать прикосновения. Ещё было забавно, что обычно очень тактильный Коля мог смущаться из-за прикосновений. Максим усмехнулся при этой мысли. Машины плавно въехала на парковку, и они остановились. Коля осторожно метнул в него взгляд. Поставив машину на ручник, Максим взял в свободную руку щёку Коли и поцеловал его. Вторая ладонь оставалась на ноге, стискивая внутреннюю сторону бедра. Коля сделал глубокий вдох, замерев, и боялся даже шелохнуться. Максим смял его губы, напирая и целуя ещё, мягко коснувшись пальцами щеки и уха. У Коли задрожало дыхание, щекоча ему лицо. Позади раздался звук проезжающей машины, и Максим торопливо чмокнул его в уголок рта и отодвинулся. Коля покрылся румянцем, весь подобрался и вжался в себя. От такого вида Максим не смог сдержать улыбки. — Пойдём? — собрался выйти из машины он, но Коля внезапно вцепился ему в руку. — У, у нас… — пролепетал тот, запинаясь о воздух. Максим только заметил, как сбилось его дыхание. Хватка не ослаблялась, поэтому он отпустил ручку двери и выпрямился. Коля бросил взгляд вниз, потом снова на него. Тогда Максим тоже опустил глаза и увидел, как натянулась ткань его джинс в районе паха. — У нас возникла… небольшая… проблема, — прошептал Коля, сглатывая и прикусывая губу. — Небольшая? — переспросил Максим, продолжая смотреть вниз. — Брось, Коль, ты себя недооцениваешь. — Макси-им, хватит! Я и так смущён!.. — Ну я же не спец… оу, — сглотнул он, отвернувшись, и почувствовал, как у него самого загорелись щёки. Сердце гулко забилось, приливая кровь к мышцам. Жар пробрался под кожу. — Я тоже не специально! — поклялся тот. — Мне просто… просто нужно немного времени, хорошо? — Мне оставить тебя одного? — Нет! — вскрикнул Коля, усилия хватку, но испугался своего охрипшего голоса и убрал руку. — Или, может… — он растерялся, бегая взглядом по салону, — д-да, пожалуйста, мне сейчас очень неловко. Наверное, я переволновался… — Бывает, — хмыкнул Максим, прикусывая щёку изнутри. — Я пойду тогда вперёд, посмотрю магазины, — и дёрнул за ручку, открывая дверь, — думаю, тебе нужен костюм с плотной тканью, раз у тебя, ну, может так легко… — Максим! — завопил Коля, но Максим выпрыгнул из машины. Он смеялся, направляясь ко входу в торговый центр. Плечи дрожали и ноги ощущались ватными, пока он шёл. Мысли до сих пор не могли утрястись. Боже, вау. Это было неожиданно. Улыбка так и застыла на его лице. Двери открылись перед ним, впуская в помещение. В будние дни здесь было меньше людей, чем обычно, поэтому Максим прошёлся по почти пустому холлу. Редкие прохожие сидели на скамейках и прохлаждались под кондиционерами. Максим разглядывал витрины, манекены с подобранными образами, и остановился возле магазина с мужской одеждой. Взгляд скользнул по его отражению, когда он вошёл внутрь. В этот раз он надел свитшот с джинсами и, вроде как, он не выглядел в этом таким тощим. Оглядев себя, Максим ссутулился и прошмыгнул к полкам, когда заметил замаячившую в поле зрения консультантку. Он поймал себя на том, как раскачивался с носка на пятку, пока перебирал висевшие пиджаки. Даже пальцы покалывало от волнения. Он приложил ладонь к сердцу, чувствуя, как подскочил пульс. И лицо красное, Господи, с веснушками. Прочистив горло, Максим зашагал дальше и чуть не врезался в манекен, когда к нему подкрались из-за спины. — Добрый день, вам подсказать? — улыбнулась женщина. — Эм, м-мне? — замялся он, поёжившись от её изучающего взгляда. — Нет, я смотрю для пар… для друга. — Может быть, я смогу сориентировать вас по фасонам и размерам? — настаивала она, и Максим чуть было не врезался в стену, но на входе показался Коля. — Спросите у него, — протараторил он, кивая, и женщина отстала. Они переглянулись, и сердце Максима пропустило удар, когда он увидел, каким по-прежнему разгорячённым и растерянным выглядел Коля. Тот даже не сразу смог сформулировать своё предложение, обращаясь к консультантке. Его жесты казались скованными. Максим ходил по залу, не понимая, куда себя деть, пока Коля подбирал нужный оттенок бежевого. Наконец, он подошёл к нему, приобнимая себя за плечи. — Как тебе? — поинтересовался Коля, разворачивая пиджак передом. — Выглядит симпатично. Что насчёт ткани? — уточнил Максим, почёсывая свой локоть, и взглянул на него. Коля выдержал на нём тяжёлый взгляд, стиснув челюсти. — Достаточно плотная, — процедил Коля, продолжая смотреть на него. — Вы можете примерить костюм, — подсказала женщина и указала в дальний угол, — примерочные вон там. И Коля развернулся на пятках, направившись туда. Максим снова пропустил усмешку, прикрыв рот ладонью. Консультантка вернулась на кассу, принявшись что-то высчитывать. В зале никого, кроме них, не осталось. Остановившись возле стойки с галстуками, Максим вспомнил, как Коля выбирал ему галстук. Брал зелёные и подносил к его лицу, чтобы сравнить с цветом глаз. Это было мило. — Максим, можешь подойти посмотреть, пожалуйста? — раздался Колин голос издалека. Максим прошёл через весь магазин и осторожно заглянул через проход. Коля показался за шторкой – и тут же потянул его за руку. Максим подался вперёд, чуть не споткнувшись о свои ноги, и врезался спиной в стену примерочной. Воздух выбило из лёгких. Он не успел вдохнуть, как его губы накрыли поцелуем. Коля прижался всем телом, надавливая грудью, и стиснул в ладонях узкую талию. Внутренности Максима собрались в тугой ком, живот защекотало от адреналина. Влажный язык прошёл по линии смыкания губ, углубляя поцелуй. Он замычал в чужой рот, зажмурившись, колени подкосились. Кислород в крови вмиг выкипел, отчего лёгкие загорелись, покрылись пламенем. Коля сминал губы, продолжая напирать, и зарылся пальцами в русые волосы. Вторую руку он запустил под свитшот, опаляя прикосновениями впалый живот. Максим вздрогнул всем телом. Стон застрял в горле. Он схватил его за плечи, рвано выдыхая горячий воздух через ноздри, и почувствовал, как между ног протиснулось колено. Максим запрокинул голову, вытягивая шею и сжимая губы, пока поцелуи Коли спустились ниже. Ладонь придерживала за затылок, а вторая оглаживала бок. Максим извивался, выпуская воздух через стиснутые зубы, и крепче вжался в его плечи. Но Коля только теснее прижался к нему, проведя носом вдоль шеи и уткнулся кончиком в ухо, щекоча её своим дыханием. Максим боялся даже пискнуть. Перед глазами начало плыть. Он уже плохо различал очертания примерочной, видя перед собой только раскрасневшееся лице Коли. Его ресницы подрагивали, он смотрел на него – и от это взгляда внутри Максима всё трепетало. Жар в теле делал его слабым, и он был готов повиснуть на Коле. Кровь приливала к низу живота, заставляя его неловко переставлять ноги. Максим обнял Колю за шею, прижимаясь всем корпусом. Тот усмехнулся, глядя на него, погладил по волосам и пояснице. От его прикосновений кожа будто плавилась. Было так горячо и так хорошо. Максим прикрыл глаза и потянулся за поцелуем, но Коля остановил его, приложив пальцы к губам. — Погоди, кажется, у нас возникла ещё одна проблема, — заметил он, опустив взгляд вниз. — Какая проб… — Максим прищурился, отчётлива ощутив собственную эрекцию, которая упиралась в ширинку джинс. — В этот раз я специально, прости, — хихикнул Коля, чмокнув его в щёку, и отодвинулся. — Ты… — подавился воздухом Максим, уставившись на него с округлёнными глазами, — ты издеваешься, да? — Мне оставить тебя одного? Он дёрнул шторку, выходя из примерочной, и в зеркале напротив он всё равно видел самодовольную улыбку Коли. Максим ещё сильнее покраснел, спрятав щёки за рукавом свитшота, и вернулся в зал. Консультантка оглянулась на него, но он опустил голову и выбежал из магазина. Образ Коли всё ещё стоял перед ним, как и ощущение его губ и ладоней. В груди разлилось что-то горячее и едкое, делая его движения медленными и тяжёлыми. Он сжал кулаки, почти впиваясь ногтями в кожу. Напряжение не думало его покидать.

***

В итоге, Максим уехал из торгового центра без Коли. Всё равно у него в городе есть метро – не пропадёт. У него были ключи от его квартиры, так что он зашёл без проблем. Занял кровать и лежал, игнорируя сообщения, и смотрел телевизор. — Максим? — донёсся Колин голос из коридора, но Максим оставил его без внимания. Так, как он должен был сделать в магазине. — Ты где? Он заглянул в спальню, и Максим нехотя убрал лодыжку с колена, чтобы взглянуть на него. Коля поставил пакеты у двери и прошёл вглубь, присаживаясь на край кровати. Матрас прогнулся под его весом. Максим убавил громкость и бросил пульт в сторону. — Знаешь, я не буду обижаться из-за того, что ты уехал без меня, но не делай так больше, ладно? — попросил Коля, проведя ладонью по его колену, но Максим убрал ногу. — Ты сам предложил оставить меня одного, — фыркнул он. — Резонно, — согласился Коля, пожевав губу, и невзначай поинтересовался: — Максим, знаешь, что я вспомнил? Тот подобрался, поджав плечи, когда Коля перекинул руку через него и нависнул над ним. Сердцебиение застряло в горле вместе с дыханием, и Максим попытался отползти назад на локтях, но замер под взглядом Коли. Воздух между ними раскалился. — У меня ещё остались тридцать шесть поцелуев, — заметил он, наклоняя голову. Тёмные пряди спали на его челку. — Я могу их получить сейчас? — Ты – маленький вымогатель, Коля, — пробурчал Максим, но позволил Коле накрыть его губы своими. Коля взял его за подбородок, фиксируя положения головы, чтобы углубить поцелуй, и Максим, недовольно промычав в чужой рот, приоткрыл прищуренные глаза. И Коля на мгновение отдалился – они встретились взглядами – и Максим увидел, какое у него самодовольное выражение лица. Коля облизнулся, устраиваясь между ног Максима, и снова потянулся за поцелуем. Но как только они соприкоснулись губами, Максим укусил его за нижнюю губу. Коля тут же попытался отпрянуть, но Максим схватил его за затылок и продолжил кусаться. Он улыбался в поцелуе. Дыхание Коли сбилось и рассеивалось на его лице. Коля выпрямил руки, но Максим потянулся следом, не разрывая поцелуя, крепко держал чужую голову. И в следующее мгновение Коля провёл пальцами по его боку, щекоча. Максим выгнулся всем телом, отпрянув. — Что ты делаешь? — недоумённо спросил он. Но Коля молчал и не сводил глаз от своих рук. Даже не обратил внимания на свои обкусанные губы. Затем Коля сел на колени и схватил Максима за бока. Тот попытался увернуться, но не успел – и проворные пальцы Коли залезли под свитшот. Дрожь пробежала по всему телу. — Эй, прекрати! Коля! — дёрнулся Максим. Смех вырвался наружу, и он не мог не улыбнуться. Коля уворачивался, тоже смеялся, но упрямо продолжал. Щекотал бока, живот, подмышки и колени. Максим под ним извивался. Его лицо покраснело от смеха, а щёки и живот уже начало сводить. Внутри всё буквально забурлило. Боже, Господи. Максим раскрыл глаза, пытаясь отдышаться. Мышцы тянуло от спазмов, он едва мог хватать воздух ртом. Влага собралась на глазах, и образ Коли размывался перед ним. — Ты сам напросился! — выкрикнул Коля, хихикая. Но он отвлёкся, и Максим схватил его за запястья. Матрас снова прогнулся, когда он поменял их местами. Коля уставился на него с широко раскрытыми глазами. Максим уложил его на спину, прижав запястья к кровати, и крепко держал. Сидел на его животе, не позволяя двинуться, и Коле оставалось только беспомощно смотреть на него. — Ты сам напросился, — передразнил Максим, наклоняясь к его уху. Он чувствовал, как Коля под ним вздрогнул, подобрался, шумно втянув воздух. Коля попытался вырвать руки, но пальцы только усилили хватку. Улыбка самопроизвольно появилась на лице Максима. Кажется, он тоже может быть инициативным.