Двое против всех

С каждым новым днём боль всё больше разрастается по телу. Постоянный надрывный кашель, вырывающийся из прокуренных лёгких, от которого на бледной ладони остаются едва заметные кровавые капли. И всё равно он закуривает новую сигарету, вновь скручиваясь в приступе кашля. Голова словно на мелкие осколки раскалывается от назойливых болей, как будто червь прорывает себе путь к его мозгу. И каждый день словно мучительная пытка, как бы учёный хотел отбросить бесполезную человеческую оболочку, чтобы наконец всё это закончилось. Докурив сигарету и потушив окурок об пепельницу, мужчина вновь принялся за работу, пробегая взглядом по разбросанным по столу научным разработкам. Так отвлечёшься на минуту и уже ничего не можешь найти среди груды макулатуры. Об застывшую над письменным столом руку мордочкой трётся белая кошка с удивительными сапфировыми глазами — такое красивое и грациозное создание, а ведь учёный подобрал её на улице ещё в студенческие годы. Единственная, кто всегда остаётся рядом с ним, кто приносит ему радость в жизни, только жаль, что она уже не молода. Пятнадцать лет для кошки слишком большой срок, как бы учёный ни старался продлить её короткую жизнь. Та с каждым днём становилась всё более вялой, по долгу дремала на диване в его кабинете. Кажется, её конец уже близко. От этой мысли в груди начинало неприятно колоть. — Муся, я же говорил не ходить тебе по столу, негодяйка, — пожурил свою кошку Харитон Захаров, укладывая белый шерстяной комок у себя на коленях. Та, устроившись поудобнее, переминаясь с лапы на лапу, улеглась спать и довольно замурчала. Хорошо, что Дима позволил ему оставить кошку в своём кабинете, сам ведь практически в нём поселился. Сеченов вообще слишком многое ему позволял, даже курить на рабочем месте, хоть и частенько учёного-затворника за это впоследствии отчитывал. Однако отношения между друзьями в последнее время сильно накалились. Дима не одобрял исследований, над которыми тот сейчас кропотливо работал. Что ужасного в том, что он хочет спасти последнее дорогое ему существо, которое у него осталось? Мусе бы это дало новую жизнь, но Дима всё твердил, что его эксперименты не этичны, что Харитон думает только о своём благе. Но может же он хотя бы раз подумать о себе? Перед ним лежат чертежи модуля «Искра», оснащённый видом полимера, способного оцифровать сознание живого организма. Это изобретение позволит возобновить повреждённые клетки мозга, заменяя их работой модуля или даже скопировать все уцелевшие данные целиком, если мозг уже не функционирует. Муся будет первая, кто испытает на себе перенос сознания в новое полимерное тело. Ещё немного времени и работа над модулем «Искра» будет полностью завершена, осталось лишь отполировать несколько моментов. На секунду отвлёкшись от работы, Захаров заметил, что Муся, спящая на его коленях стала подозрительно тихая. Мужчина с силой потрепал её по спине, но та даже ушами не повела. — Блять! Я не успел! — судорожно выкрикнул Харитон, хватая кошку на руки, и прижал её к груди, слушая, как та всё ещё слабо дышит. Учёный тут же вылетел из кабинета и понёсся к лифту, ведущим на нижние этажи в лаборатории, по пути расталкивая сотрудников комплекса, которые удивлённо смотрели на торопящегося Захарова вслед. Спускаясь на лифте он продолжал крепко прижимать к себе тело животного, при этом задыхаясь в новом приступе кашля от беготни по комплексу. Сердце бешено билось, как будто сейчас вырвется из груди, трясутся руки и подкашиваются ноги. Кажется, так сильно он не паниковал ещё ни разу в своей жизни. — Муся, ты только подожди… Не покидай меня, прошу! Наконец учёный добрался до своей лаборатории, в которой как раз находилась Лариса Филатова, рассматривающая жизненные показатели на компьютере. Напротив неё находился большого размера инкубатор, занавешенный плотной тканью. Девушка аж вздрогнула, когда в помещение влетел чуть ли не задыхающийся профессор. Врач сразу поняла, что стряслось, кажется день икс настал, но всё равно она продолжала стоять на месте, испуганно глазея на Захарова с телом кошки в руках. — Лариса, операционную! — только когда севшим голосом крикнул на девушку учёный, та начала наконец шевелиться и побежала подготавливать инструменты. — Но, профессор, тело ещё не до конца сформировалось! — громко сообщила Лариса, высунувшись из-за ширмы, уже собравшаяся с духом и готовая к работе. — Мне всё равно! Записанное сознание ещё не может храниться долго! Мужчина аккуратно уложил ещё живую, но уже находившуюся при смерти кошку на кушетку. Сдёрнув полотно с инкубатора, Харитон так и замер с тканью в руках, рассматривая плавающее в полимере пушистое тело животного. Всё было при нём — хвост, лапы, голова, — только вот не хватало морды и ушей. — Ничего, и так сойдёт… — тихо прошептал учёный, надевая на руки медицинские перчатки и закутываясь в белый халат, — Лариса, начинаем! После трёхчасовой операции, Харитон Захаров без сил опёрся руками о лабораторный стол. Всё прошло успешно, хоть и не без трудностей, но Муся будет жить, даже если в таком несовершенном теле. Они только что совершили прорыв в науке, подарив умирающему существу новую жизнь, скоро подобные операции можно будет производить и на людях! Но как на это отреагирует Сеченов… Перед глазами всё плывёт от постоянного недосыпа, переработки и стресса, он чуть ли не валится с ног, теряя сознание. Если бы не подхватившая его вовремя Лариса, то вскрывать мозг уже понадобилось бы учёному. Перепуганная девушка приводит Харитона в чувство, похлопывая ладонью по впалым щекам, помогает сесть на стул. — Харитон Радеонович, вам бы отдохнуть немного… Вы совсем плохо выглядите, — склоняется напротив учёного Лариса. — Всё нормально, ещё много работы, — прикрыв глаза отвечает ей Харитон. В голове всё вертится, а виски словно пробивает током и он опять скручивается в ужасном кашле, а на ладони остаётся уже привычная кровь. — Харитон Радеонович… — настаивала Лариса, хоть и знала насколько упёртым может быть профессор. Врач руками придерживала мужчину за плечи, чтобы тот не упал на твёрдый кафель. Она не раз уже наблюдала подобные приступы, но всё ещё не могла к ним привыкнуть. — Тихо… Голова болит. Учёный отодвинул от себя Филатову и, тяжело поднявшись со стула, на трясущихся ногах зашёл за ширму, где лежало новое тело Муси. Та, хоть ещё и не двигалась, но уже могла самостоятельно дышать всем своим полимерным организмом. Изначально это тело планировалось как абсолютная копия животного, но на это, к сожалению, не хватило времени. Харитон аккуратно запустил руку в белую шерсть, легонько поглаживая живот. На ощупь она была совершенно идентична её прошлому телу — такая же мягкая. *** — Ай, блять! ХРАЗ, ты чо?! — неожиданно очнулся майор и вскочил с кровати от того, что его левую руку бесперебойно херачит током. — Извиняюсь, товарищ майор, я не хотел. Видимо произошёл сбой в программе во время спящего режима, — виновато опустил жгутики ХРАЗ. — Тебе кошмар что-ли приснился? — Роботы не видят снов, майор. Лучше скажите, как вы себя чувствуете? — Отстойно, меня как будто кошак срыгнул. Майор лениво потянулся, хрустя затёкшими конечностями и, когда поднимался с кровати, случайно наткнулся ногой на лежащую у изголовья бутылку, та тут же полетела к остальному хламу. — Ебучая помойка! — выругался Нечаев, пошатываясь вылезая из грязного дома. — Полностью с вами согласен! Не зря я вас отговаривал! — самодовольно произнёс ХРАЗ, бодро покачиваясь жгутиками из стороны в сторону. — Да иди ты! — беззлобно бросил ему Нечаев, поправляя растрёпанные волосы. Выйдя из дома, он полной грудью вдохнул свежий воздух. На дворе стояло раннее утро, по траве разлёгся густой сизый туман и отовсюду доносились петушиные крики. Хоть майор совсем не помнил своего детства, однако вся эта чудесная картина отдавалась ностальгией по беззаботным дням у бабушки в деревне. Главное, что мужчина чувствовал себя уже намного лучше, не считая небольшого похмелья. Тут майор услышал тихое шевеление в ближайших кустах и уже было хотел достать оружие, но оттуда выпрыгнул шустрый серый котёнок, который пытался своими короткими лапками допрыгнуть до вынырнувшей из тех же кустов пчелы-ремонтника, благо та оказалась безопасной. Честно сказать, эта нелепая ситуация Нечаева знатно повеселила. — Эй, серый, пчёлы невкусные, иди-ка сюда! — позвал котёнка Сергей, но как только животное его увидело, то сразу же на него тихо зашипело и бросилось наутёк, спрятавшись за домом. Мужчина тут же ринулся бежать за ним, пытаясь догнать юркого кота. — Вот ведь шустрый! — Майор, вам совсем не обязательно гоняться за кошками! Просто оставьте еду около дома, — пытался образумить неугомонного майора ХРАЗ. — Нет уж, сука, я его поймаю и дам тебе погладить! — не унимался майор, с головой шаря по кустам и вскоре вышел на задний двор, где котёнок уже с интересом обнюхивал труп свиньи, — Блять, ну ты чо! Дохлая свинья тоже невкусная! Кот, услышав голос своего преследователя, тут же ощетинился и убежал прочь. А вот Серёжу заинтересовал уже лежащий труп свиньи, который по неизвестной ему причине, кажется, разговаривал! Не просто человеческий труп, к которым он уже привык, а ебучая свинья! Майор уже было подумал, что он в конец тронулся умом, но тут мёртвое животное снова заговорило: — Хочу идти. Еда. Впереди. Голодно. Очень давно не ела! — ХРАЗ… Я слышу голос свиньи… — в ахуе застыл Нечаев над говорящим трупом, почёсывая бритый затылок. Не начались ли у него галлюцинации? — Я тоже часто его слышу, когда вы начинаете излишне волноваться, — никак не прибавлял Сергею уверенности в ясности своего сознания напарник. — Яблоко. Хрусть. Немного гнилое хорошо. В грязи. Много яблок. — Я серьёзно, это говорящий труп свиньи! — ошарашено воскликнул Сергей, тыча в говорящую свинью пальцем, якобы показывая: «Смотри, ХРАЗ, я ещё не совсем с ума сошёл!» — Не может быть. Хм, и правда. Это… определённо отклонение… Эм… Я… — несколько замялся ИИ, что происходило каждый раз, когда что-то выходило за пределы его знаний. У майора в такие моменты возникал неподдельный приступ злорадства, наблюдая, как этот умник пытается найти ответы в своей программе. — Ты понимаешь, каким хреном это может быть? — Ну… Свиньи и люди во многом схожи, майор, и я сейчас это говорю без сарказма. Вероятно, особый нейрополимер, который есть в местной фауне, позволил даже свинье стать частью остаточной памяти… кого-то… Наверное… — и вот опять умнейший Хранитель Знаний в чём-то неуверен. Невольно на лице майора проскользнула ехидная улыбка. — Люблю когда кабан приходит. Сорок минут радостно. Потом кушать и спать. Рожать не люблю, — продолжала причитать мёртвая свинка. — Если честно, это самая жуткая хрень за последнее время… — Буду откровенен, товарищ майор. Я и сам, как вы говорите? Охуел… Сергей тут же разразился смехом, таким искренним и тёплым. И вот в нём опять разливаются эти странные чувства, от которых, как он думал, уже избавился. Хотелось бы ХРАЗу почаще слышать этот приятный слуху смех, а не язвительные комментарии, направленные в его адрес. Но главное то, что майор больше не был таким подавленным, как прошлой ночью и даже мог наконец смеяться! Только бы больше на его лице не было слёз. — Ладно, идём уже искать кота! — успокоившись скомандовал майор и выбрался из кустов. На деревянной лестнице уже как будто поджидал своего угощения голодный кот, лениво вылизывая свою серую шёрстку и греясь под утренним солнцем. Когда Сергей подошёл ближе и тот недоверчиво отбежал чуть подальше, однако остался сидеть на траве у дома, внимательно рассматривая огромного человека, который ставил перед ним открытую банку аппетитно тушёнки. — Я бы такую тушёнку и сам бы сожрал, налетай! — отошёл чуть подальше Сергей, чтобы боязливый молодой кот наконец подошёл к лакомству. Мужчина уселся на ступеньку и достал из кармана пачку сигарет, благо та не помялось после его ожесточённых схваток с роботами. Относительно давно он уже не курил — в последний раз во время обезвреживания прожорливого Борщевика, да и то нормально расслабиться не удалось, а тут ведь подвернулся такой удачный момент. Сергей прикурил сигарету от зажигалки и выпустил в воздух сероватый дым. — Вы же не собираетесь отбирать еду у кота? — внезапно вылез из перчатки ХРАЗ. — А может и отберу, жрать ведь хочется… Когда в последний раз я ел нормально? Где-то в ВДНХ кажется… — задумчиво почесал бороду майор, — Лучше скажи, как думаешь, шеф даст мне по ебалу за моё своеволие? — Даст ещё как! Но я вас понимаю… Вам это было нужно. Судя по моим данным, Петров ещё не успел передать всю информацию на запад. Видимо, произошли некие межличностные разногласия. Это значит, что время ещё есть, но вам всё же следует поторопиться! — Ну если так… Пока майор вдыхал сигаретный дым, кот уже успел разобраться с едой и деловито сел рядом, довольно облизываясь. Майор осторожно поднёс левую руку с ХРАЗом ближе к коту, так, чтобы тот перчатку не исцарапал. Однако кот, кажется, и не желал сопротивляться ласке и с громким мурчанием принимал почёсывания за ухом. — Любят же тебя хвостатые, а, ХРАЗ? — И я их люблю.