По ту сторону бездны

Демоническое капище осталось позади, и перед оборотнем вновь потянулись долгие коридоры, анфилады и переходы. Первичное возбуждение как-то схлынуло, к антуражу Георгий присмотрелся, и теперь, по мере того как тянулись минуты одна за другой, ему всё больше становилось не по себе. Как бы ни романтизировался в человеческой культуре образ одинокого волка, в нормальной ситуации они стайные хищники, коллективные. Волк-одиночка слаб и уязвим, его некому поддержать или прикрыть, и для него будет гораздо сложнее добыть себе еду. Там, где стая этих лесных хищников справится уверенно и без потерь, отдельному зверю придётся или долго бегать, или сильно рисковать. В той же логике жили и Гару, даже рождённые людьми и выросшие в человеческом обществе. Семья, близкие и дальние родичи из числа тех, в ком есть кровь Воинов Гайи, но не выпало стать Меняющим форму. Племя, что принимает свежеобернувшегося новичка в свои ряды. Каэрны, места силы Гару, разные по своей природе, куда молодые оборотни приходят жить, постигать вновь открывшиеся грани собственной природы и культуру своего нового народа. Ну и, конечно же, стая – несколько Гару, объединившихся в группу ради единой цели и попросивших о покровительстве одного из великих духов, союзников Матушки Гайи. Обычно стаи собирают надолго для жизни и сражений бок о бок, но порой они могут быть предназначены для каких-нибудь конкретных задач, вроде экспедиций, боевых походов, порой даже особо сложных и ответственных ритуалов… И это не упоминая о разнообразны мелких рядовых дружественных духах, которыми неплохо знакомая Георгию земная Умбра населена довольно густо! В общем, Гару редко когда остаются совсем одни, без союзников, связи и даже знания обратной дороги… Это было жутко. И тяжко, до одури тяжко. Буквально до дурноты и привкуса желчи на языке. Вновь накатило, казалось бы, забытое уже ощущение собственной слабости и беспомощности. Так было в довольно далёком уже детстве, в неласковых стенах детского дома, когда маленький Гоша впервые со всей ясностью осознал: он сирота, один в этом мире, маленький, слабый и никому не нужный. Так и сейчас, на чужбине (в столь многих аспектах!), в окружении орд беснующейся нечисти и в реале, и – тем более! – в Варпе по ту сторону изрядно ослабленного барьера, тяжесть ситуации обрушилась на плечи Гончарова, высасывая силы и лишая надежды… «Нет!» «Стоять!» Встряхнувшись и мысленно отвесив самому себе звонкую оплеуху, Георгий ощерился. «Ты давно уже не ребёнок! Ты взрослый мужчина. Богат и успешен. Боец. Вожак стаи. Гару, рождённый в половинную фазу Луны, филодокс – судья и хранитель баланса между светом и тьмой! Воин матушки Гайи!» Тоскливо опустившиеся уши на волчьей голове Гару встали торчком, забившийся было между задних лап хвост вновь поднялся и горделиво расправился. Георгий, найдя точку опоры в своём с таким трудом найденном месте в жизни и предназначении, вновь расправил плечи и уверенно поднял голову, отбрасывая прочь липкие щупальца подступающего отчаяния. Частично это было самовнушение, но также и Дар – способность, полученная от духа Волка, когда Гончаров смог наконец принять собственную истинную природу и судьбу и начал продвигаться в новой для него иерархии общества волков-оборотней. Розовыми лепестками этот путь выстлан не был, пришлось и жилы рвать, и лишения терпеть, а порой и на отчаянный риск идти, ставя на кон здоровье и жизнь. Но теперь Гарри в формальных ситуациях мог отрекомендоваться как Фостерн – второй ранг в иерархии Гару, что уже заслужил право считаться независимым бойцом, доказал свою самостоятельность и право действовать по своему усмотрению. Заново обретённая уверенность в себе мятным холодком пробежала по телу, остужая и успокаивая расшалившиеся нервы. «Один и далеко от дома? Пусть так. Однако он есть, этот дом, и есть те, кто меня там ждёт. Я многое умею, знаю, могу. А значит – вернусь.» В шаги оборотня вернулась упругая целеустремлённость, уши вновь чутко ловили доносящиеся издалека звуки, а ноздри влажного чёрного волчьего носа вбирали воздух, деловито распознавая наполняющие его запахи. Очень хотелось уже выбраться, наконец, из этого пропитанного страданиями и смертью лабиринта лестниц, анфилад и коридоров. Пусть даже рассудком Гарри и понимал, что на мирное небо и привычную городскую суету снаружи рассчитывать не приходится. …хоть Георгий, прокладывая себе дорогу среди трупов и завалов, и надеялся найти по дороге кого-то ещё живого из местных людей, хоть и прислушивался специально - донёсшиеся из-за поворота впереди голоса всё равно ударили по напряжённым нервам, как рокер по гитарным струнам. Возможно, всё дело было в звучании и интонациях? Потому что картину они рисовали в воображении оборотня... тревожную. Один из голосов - мужской, даже юношеский. Дрожащий, неразборчивый, парень явно находился в отчаянной ситуации, с трудом удерживаясь на грани паники. Слов было толком не разобрать даже острым волчьим слухом, однако, угадывались какие-то латинские корни. Император... спасение... видимо, молитва. Другой же голос... женский, уверенный, приторно-ласковый, чуть ли не мурлыкающий. И чувствовались в нём злобная радость, предвкушение, издевательская ухмылка. "Кто-то из местных людей попался... кому? Судя по интонациям, ведьме-культистке… а то и демонетке, если лор 40К актуален. Хреново в любом случае! Но и возможность для меня. Нужно только подобраться поближе." До нужного поворота оставалось уже немного, и Гарри с неторопливой походной рыси перешёл на стелющийся охотничий шаг, каким обычно скрадывал дичь во время тренировочных вылазок в частном глассволкерском заповеднике. Переход ситуации из «поиска» в «диверсию» словно сам собой заставил выровнять дыхание, пригладил эмоции. Тёмная шкура Гару, беззвучно скользящего вперёд по коридору, начала слегка сливаться с тенями, а волчьи лапы словно сами собой находили на полу чистые участки, где ничего бы не хрустнуло и не звякнуло под весом приближающегося к своей цели оборотня. Благословение от духа Крысы, избранного Георгием в качестве покровителя его стаи, всё ещё было при Гару, помогая скрытно подобраться к потенциальному противнику. Стальные крысы, диверсанты и партизаны бетонных джунглей человеческих городов, мастера ударов из засад и быстрых отступлений – такова была боевая философия Гончарова, принятая им дома, и сейчас, на враждебной и чуждой территории, она была даже ещё более уместна. Наконец, достигнув нужного поворота, Георгий осторожно, над самым полом, одним глазом выглянул из-за угла... Зрелище ему открылось прелюбопытнейшее!* Впереди, у стены Т-образного перекрёстка, находились двое… разумных. Одним из этой пары был, похоже, человек из местных. Во всяком случае, такие форменные штаны и высокие ботинки на шнуровке Георгий уже видел на ранее попадавшихся ему телах. А вот подробнее Гончаров его рассмотреть не мог, так как прижатого к стене человека загораживало спиной… нечто. Приличный рост, атлетическое «телосложение», грива роскошных пурпурно-фиолетовых волос, волной спускавшихся до середины спины. Длиннющие ноги, одетые в высокие, до самых ягодиц чулки (!); изящные обводы и женственные формы в основном обнажённого тела. На этом, однако, преимущества заканчивались и начинались недостатки: фиолетовая кожа, возвышающиеся над причёской затейливые рога, беспокойно хлещущий из стороны гибкий кожистый хвост с характерной «пикой» на конце, а вдобавок ещё и покрытые кислотно-розовым лаком копыта вместо ступней. «Демонетка!» Хоть лор – то есть, знание «игровой» реальности Вархаммера 40000 – и стоило переводить на реальную открывающуюся перед глазами практику с большой осторожностью, в данном случае сомнений не оставалось. Перед Гару, спиной к нему, стояла несомненная тварь Варпа из сонма слуг одного из Тёмной Четвёрки – Слаанеш, он же Голодная Сука, она же Князь удовольствий. Преодолевая немедленно поднявшие голову гадливость, отвращение (но и некоторое странное чувство постыдной очарованности, да), Гарри тихонько потянул носом воздух, запоминая на будущее запах этой твари, а затем и усилил эффект, используя Чувство Истинной Формы. Этот Дар обычно применялся, чтобы понять, действительно ли перед Гару человек – или же кто-то, человеком лишь притворяющийся. Сейчас природа стоящего впереди существа была очевидна, а потому могла послужить прекрасным примером для будущих проверок. Тем временем, паренёк пытался трясущимися, судя по голосу, губами продолжать молитву. На демонетку, однако, это не произвело никакого эффекта – тварь Варпа лишь мелодично рассмеялась, сказав что-то непонятное, но явно издевательское. «Чёртов языковой барьер!» Частичное решение этой проблемы у Георгия, впрочем, было. Чего не было – так это времени на эксперименты. Демонетка могла заметить его в любой момент (порождения Имматериума воспринимают окружающее пространство очень по-своему, для них иногда и простой внимательный взгляд может быть подобен тычку палкой), и также в любой момент она могла прикончить пойманного ей человека, а он был Гончарову нужен. «Решил – делай». Выдохнув и максимально успокоив эмоции, Гару двинулся вперёд, сосредоточив взгляд на берцах солдатика и оценивая положение демонетки лишь боковым зрением. Семь метров… Пять… Три… Последние несколько шагов Гарри преодолел, выполняя одновременно трансформацию в кринос. Смещая центр тяжести тела для стойки на двух ногах, оттолкнулся от пола передними лапами, и тот привычно отдалился, пока точка зрения перемещалась на высоту головы в боевой формы. Казавшаяся довольно крупной демонетка стала визуально существенно меньше и, поднимаясь во весь рост позади неё, поверх фиолетового плеча Георгий увидел, наконец, и лицо солдатика. Совсем молодой мальчишка, лет шестнадцати-семнадцати, бледный до синевы, вытаращенные перепуганные глаза на пол-лица – которые, однако, ухитрились стать ещё больше, когда боец встретился с Георгием взглядом (здоровенная мрачная волчья морда на высоте двух с лишним метров – то ещё зрелище!). Тут, почуяв, наконец, что-то неладное, начала оборачиваться и сама служанка Слаанеш – но было уже поздно. Свою жертву она притиснула к стене, как мажор школьницу в какой-нибудь сопливой романтической анимешке, но в захвате не держала, чем и воспользовался Гару. Схватив лиловую демонессу за плечо и горло, Георгий одним слитным движением оторвал её от земли, по крутой дуге перебросил через себя и мощным ударом впечатал шеей и спиной в пол. Для человека такой удар был бы как минимум калечащим, а то и смертельным, тварь Варпа получилось разве что сбить с ног и дезориентировать. Однако Гарри, помня об «игровых» свойствах подобных сущностей, подобного ожидал. Перехватив поудобнее шею демонической красотки… «Красотки?! О чём думаешь, дятел! Отставить!» …Гару потащил захваченного врага к ближайшему повороту, за которым можно было скрыться из виду имперца. Разговор всё-таки нужно было начинать, не компрометируя себя превращением в человека из жуткой мохнатой зверюги прямо у него на глазах. Демонетка, тем временем, вцепившись обеими руками в сжавшую ей шею когтистую лапу криноса, елозила ногами по полу, пытаясь найти копытами хоть какую-то опору. Параллельно она пыталась что-то прохрипеть, пробулькать, протолкнуть хоть пару слов через сдавленное горло. Георгий не слушал. Взяв в кулак собственные эмоции и обуздав дурную, явно навеянную извне похоть, он хладнокровно заволок демонетку за угол, за пределы видимости своего будущего контакта из местных людей. Теперь оставалось только разобраться с фиолетовой и вернуться уже в человеческом облике. Тварь Варпа, однако, покорной овечкой отнюдь не была, и даже, нечеловечески изогнувшись, странным текучим движением ухитрилась вывернуться из захвата. Впрочем, на этом её успехи и закончились: мощный вертикальный удар когтями практически пригвоздил демонетку к камню пола, затем последовал ещё один, и ещё. Не желая рисковать, Георгий бил сосредоточенно и беспощадно, буквально разрывал визжащего высоким женским голосом противника на куски, не давая опомниться и ответить. Как и в случае с сигилом Хаоса в недавнем капище, когти оборотня оказались отличным оружием против порождения Варпа – разорванная ими плоть не срасталась, раны перекрещивались и углублялись, а на полу вокруг разрасталась лужа стрёмного, маслянисто-радужного ихора. …А потом всё кончилось, словно выключателем щёлкнули. Достигнув какого-то неизвестного предела стойкости, демонетка просто истаяла прямо под руками Гончарова, причём истаяла без следа, вместе со всеми вытекшими и отлетевшими «запчастями». «Ну что же, в этом лор Вахи не соврал». Поднявшись на ноги, Гарри машинально отряхнул руки, на которых также не осталось ничего, кроме пыли с пола, возвратился в родную форму и глубоко вздохнул. Пора было идти общаться с местным жителем – и это было в некотором роде сложнее, чем разобраться с демоницей. Глубоко вздохнув, оборотень придал себе суровый серьёзный вид и уверенным шагом двинулся обратно к перекрёстку, где застал «сладкую парочку». «Хорошо бы этот обормот не сбежал, а то ищи его по следам… Морока.» Но нет, паренёк оказался там же, где Георгий его и оставил – сидел у стены, обняв подогнутые колени, моргая и крупно подрагивая. Видимо, от пережитого ужаса подвели ноги, и он просто физически не мог сбежать, даже до лежащей в стороне винтовки футуристического вида («лазган, что ли?») пока ещё не дотянулся. «Лучших условий для разговора у меня тут не будет. Приступим…» Наряду со способностью менять свою физическую форму и уходить при необходимости в нематериальный мир эмоций и мистических энергий одним из важных инструментов в арсенале Гару с незапамятных доисторических времён являлись так называемые Дары. Так волки-оборотни называли сверхъестественные возможности, которыми Воинов Гайи наделяли те или иные союзные Матушке Гайе обитатели Имматериума. Возможности в самых разных областях – Дары боевые и мирные, разрушающие и созидающие, дошедшие с древнейших доисторических времён и вполне современные. К иным из них доступ у Гару появился совсем недавно, когда в Умбре появились духи, отвечающие за кое-какие новые явления вроде сложной современной электроники. Заключая с этими духами договоры, пакты и соглашения, волки-оборотни приобретали способности, далеко выходящие за пределы возможностей как людей, так и волков. Одной из таких возможностей, например, стал популярный Дар «Речь мира». Не такой уж и простой в освоении, практически бесполезный в бою. Однако незаменимый, если нужно много путешествовать, да ещё и не по крупным городам, а по всяким отдалённым «медвежьим углам», где даже английским толком никто не владеет, не говоря уж о русском. Посмотри на человека, сосредоточься, воззови к памяти Предков и такой странной, абстрактной… больше концепции чем сущности, как дух устной речи – и сможешь понять иноязычного собеседника, а он тебя. И пусть речь твоя будет с заметным акцентом, а незнакомая письменность так и останется набором бессмысленных каракуль, всё равно это будет лучше, чем объясняться жестами или рисунками. Усилие воли… Тихое ускоряющееся гудение в голове, словно компьютер включил… - Здорово, боец. Понимаешь меня? Если понимаешь – кивни. Ошарашенные круглые глаза пробегают взглядом от берцев вверх по всему силуэту Георгия, останавливаясь на лице Гару. Дёрганый кивок. Отлично, работает! Теперь добавим ещё один Дар, простенький, доступный любому Гару из рождённых людьми, но от этого не менее полезный – Дар Убеждения, что делает слова говорящего более весомыми, незаметно побуждая слушателей отнестись к ним более серьёзно и с большим вниманием. - Хорошо. Встань, воин. Назови свои имя, звание и личный номер.