Iurisconsultus qui nimium novit./Адвокат знающий слишком много.

Солнечная и светлая погода в ужасные дни жизни её ещё больше выбивала из колеи. И вновь ярко светило. Будто-бы и не должно было пропадать никогда, даже немного заходить за облако. - Как же это беспокоит мою утончённую душу. - проговорила растягивая слова в медленном темпе дабы не вырвалось непрошенное слово, что не относилось к языку таких профессий. - Прости, что и я теперь беспокою. - Аллах мой, ты чего без штанов, Алинеп? - спросила своего старого знакомого, которого не видела несколько лет; он выезжал на поиски вдохновения, так как пристрастился к рисованию десять лет назад. - Потому что у меня их теперь нет, забрали в одних, изрезали, чтобы я не мог сбежать и рассказать о такой подлости прямо под носом у президента, столичной полиции и у тебя даже. Пропал известный актёр, его семья просила это не пускать в новости, но скрыть не удалось никак. В общем, Исмаил в плену тех, кто тебя пытался убить с помощью своих людей. - Чёрт с штанами… Культурное утро перестало быть таковым. Исмаил Демирджи, у которого жена и собака? - Да, он. Ему не получится никак самому… даже попытаться… Сразу же убьют, ведь он очень ценный пока ты не начнёшь предлагать за него выкуп. - Ещё чего. - гордость играла и сейчас, характеризуя её как человека, что не терпел подобных людей, из-за обычного предательства, что ни разу не являлось таковым. Выглядело очень похоже, но он сам страдал. Тогда от действий семьи, а теперь от своих нежных чувств, что не позволили даже оставить себя частичку ей, не смотря на методы. Он не мог просто позволить себе так обойтись с той, которая смогла разбудить в нём того мальчика, что был готов исчезнуть с жизни не оправдав ожиданий любимой. - Хочу… - Что? - глянула в чёрные глаза и слегка отпрянула, ведь разминутся они не могли не касаясь друг друга. - Зачем ты стал именно так? - Для того, чтобы ты не увидела страшного… Представь себе, что бывает… в таких условиях, что нам пришлось перетерпеть, точнее, мне… Ты же сможешь помочь, станешь? - вопросы были настолько наивными после той интонации. - Не сейчас уж точно. Позавтракаем вместе. Хорошо? - спокойно поинтересовалась, но услышала громкое предупреждение о эвакуации. Только у неё в квартире и из нового умного прибора для квартиры, что должна была защищать. Сейчас же появились некоторые подозрения. Не было совсем суеты, от чего и появились тяжёлые мысли, которые просто раздирали её изнутри. Да ещё и накатывала волна паники. Нургюль чувствовала, как кровь забила ей в виски, сердце учащенно забилось, а грудь сжала неистовая тревога. Её тело стало невероятно тяжелым, будто бы её ноги вдруг превратились в каменные блоки. Ей казалось, что она не может двигаться, не может дышать, не может даже помыслить. В голове зазвучало громко и неестественно, словно отдаленный гул, который она не могла отделить от своих мыслей. Нург попыталась вздохнуть, но горло затянуло настолько, что она не смогла выдохнуть воздух. Она начала задыхаться и понимала, что не может остановить этот ужасный процесс, который захватывает всё сильнее и сильнее. Внезапно голова заболела так сильно, что она чувствовала, будто в ней что-то взорвалось. Женщина понимала, что её паника была нарастающей и она не могла остановить её. Нур начала махать руками, пытаясь сбросить эту тяжесть с себя, но подобные действия только усугубили всеобщее состояние. Вокруг всё стало казаться размытым, будто бы её глаза не могли зафиксировать взор ни на чём конкретном. Она почувствовала себя