Ты найдешь меня в художественной галерее…

      К Намджуну мы ехали в приятной ненавязчивой тишине. Я заранее нашла модель и размер обуви, которую ношу обычно и отправила их мужчине, чтобы помощник к моему уходу приобрел необходимые предмет гардероба.       Я просто меланхолично смотрела в окно, наблюдая как проплывают мимо меня небоскребы; на осенних улицах было много спешащих куда-то людей, несмотря на такой поздний час. Все было немного расплывчатым и замедленным из-за выпитого мной алкоголя. Посильнее запахнула полы пиджака Намджуна и погрузила нос в запах его владельца. Приятные нотки мужского парфюма навевали ассоциации светлой просторной гостиной в бежевых тонах, уюта и спокойствия.       В какой-то момент на мое закрытое тканью колено опустилась большая мужская ладонь и немного сжала. Я отвернулась от окна и вопросительно посмотрела на мужчину сбоку от меня.       – Почти приехали, – бархатный низкий голос, прекрасно уложенные волосы, мелькающие огни города за Намджуном создавали какую-то магическую картину. Я улыбнулась и сложила пальцы прямоугольником на манер художников и приложила к глазу как будто примерила кадр. А кадр в глубине души я действительно примеряла. Вся ситуация создавала чувство комфорта, удовлетворенности, возможно тепла как внешнего, так и внутреннего.       Намджун на мой жест широко улыбнулся, немного открывая зубы, и откинулся назад на кожу сидения.       – Ты не голодна? Хочешь что-нибудь на ужин?       Его забота такая тягучая и обволакивающая ужасно расслабляла. Вместе с таким видом, запахом, голосом я чувствовала себя ленивым довольным котом. В голове начала мелькать мысль о том, как сильно я не хочу окончания этого ощущения. Давно такого не было.       На мой подбородок опустился большой палец мужчины, разворачивая лицо в его сторону. Драконьи глаза оказались так близко с моими, что я могла рассмотреть в них блики за спиной. Я невольно выдохнула и сглотнула.       – О чем задумалась? Об ужине?       Черт, вопрос про ужин. Сейчас только хочется свернуться у ног Ким Намджуна, мурчать как кошка и получать нежные поглаживания по голове. Я насильно выдернула себя из такой заманчивой картины.       – Да, я бы поужинала, хочется итальянской кухни.       На мой ответ мужчина отнял руку от моего лица, коротко кивнул и уверенным жестом вытащил телефон. Я наблюдала за его точными движениями, потом за задумчивым выражением лица – его брови совсем немного нахмурились, губы сжались. Он выглядел как человек, решающий серьезные деловые вопросы, а не выбирающий ужин на вечер.       Когда машина уже подъехала на территорию апартаментов Намджуна, он заблокировал устройство и убрал его в карман. Водитель остановился и заглушил двигатель.       Мы вышли из автомобиля, я не стала дожидаться, когда мне откроют дверь (как просто с таким ухаживаниям привыкнуть) и скользнула в прохладу ночи как можно быстрее.       Свежий уличный ветер немного привел меня в чувства. Я снова была Элизабет, а не мурчащим котом на заднем сидении большой и красивой машины.       Мои каблуки бодро зацокали по бетону парковки, я подошла молодому человеку и немного смущенно взяла его за руку, за самые пальцы. В ответ он более уверенно перехватил мою ладошку и сжал ее. Второй рукой он потянулся ко мне и забрал мою сумочку. Такая мелочь, но мои щеки тронулись румянцем. Я так реально превращусь в кота. Как приятно он заботится обо мне.       Свободной рукой я придержала пиджак за лацканы, чтобы он не распахивался при ходьбе и мы вдвоем пошли ко входу в здание. Оно было достаточно помпезным, но фойе для жителей выглядело утонченным и стильным: минимализм, простые четкие линии, минимум лишних предметов мебели – журнальный столик для ожидающих и диван.       Мы прошли к лифтам, Намджун потянулся к кнопкам, не выпуская моей руки, вызвал его. Мужчина повернулся ко мне и с удовлетворением осмотрел мое лицо.       – Ты такая довольная сегодня вечером, прямо как котенок.       На его слова я громко засмеялась.       – Как будто мысли читаешь! Но с тобой трудно не превратиться в кошечку. Мужчина усмехнулся и покачал головой. К этому моменту двери лифта уже распахнулись и мы вошли внутрь. Нужный этаж оказался достаточно высоким – 37. Можно будет позалипать на вид ночного города. Мы очень быстро доехали наверх и вышли из дверей лифта.       Намджун открыл дверь в квартиру и пропустил меня вперед. Вспомнилось то, как мы возвращались после бара ко мне: такие разные ощущения! Тогда было жарко, душно, влажно от поцелуев, немного нетерпимо. Сейчас же мы были такими расслабленными и спокойными – полная противоположность.       Мужчина зашел за мной и закрыл дверь. Я в это время легким движением скинула лодочки, встала на мраморный пол прихожей и довольно застонала. Как бы я не чувствовала себя котенком, но неудобная обувь возвращала меня в реальность. Намджун засмеялся на мои стоны и снял с меня пиджак. После осторожно взял за руку и повел в гостиную.       Она, словно повторяя главное фойе, была светлой и не кричащей. Только если внизу все было в серо-черных тонах, то здесь преобладали коричневые и синие: прямо вайб владельца апартаментов. Горел тусклый свет, а в панорамных окнах открывался потрясающий вид на здания вдали, бесконечный лес небоскребов. Я улыбнулась и подошла поближе, разглядывая пейзаж.       Мои руки скользнули по подоконнику из темного дерева, я оперлась о него, будто хотела все рассмотреть вблизи, в деталях.       Молодой человек подошел ко мне вплотную, провел кончиками от основания шеи к плечу и оставил нежный поцелуй на коже плечика. По позвоночнику до макушки, слово электричество, пробежали мурашки. Мои губы приоткрылись сами по себе, выпуская вдох с немного сдавленным стоном.       Намджун усмехнулся и встал рядом со мной, выглядывая в окно.       – Что ты чувствуешь, когда смотришь на этот город?       Я задумалась. Это было достаточно интимный и глубокий вопрос.       – Свою ничтожность. Так много людей на улицах, эти здания с рекламой как триумф человеческого разума. Пышность жизни, но не отдельного человека, а какой-то общей.       – Ты боишься этого чувства?       – Нет, я смирилась, мне не нужно ничего доказывать своими достижениями. А ты что чувствуешь?       – Примерно то же самое, что и ты, но не всегда. Из-за этого и много работаю, – в конце фразы Намджун засмеялся. Я улыбнулась в ответ.       Спустя несколько минут на телефон мужчины пришло уведомление. Он посмотрел на меня прежде, чем пойти к входной двери в квартиру.       – Еда приехала, можешь переодеться в домашнее, футболка лежит в ванной на столешнице.        Я кивнула и мы разошлись в разные комнаты. Намджун к двери, я в ванную. Там, как он и говорил, лежала «домашняя одежда» – огромная футболка. Я вздохнула, сняла платье, натянула футболку, смыла остатки макияжа к вечеру и вышла к гостиную. Намджун уже расставил блюда и разливал вино по бокалам. Я легко застонала – снова пить уже не хотелось совсем.       – А можно мне чай? – мой голос зазвучал в коридоре. Мужчина поднял голову, кивнул и пошел на кухню.       В этот момент я плюхнулась на диван, подогнула ноги под себя и осмотрела ассортимент на ужин: две тарелки с пастой, салат с овощами. Все выглядело очень симпатично.       Мужчина вернулся ко мне с чашкой горячего чая в руках и поставил на столик перед диваном. Сам обогнул его и сел на пол, чтобы поближе пододвинуться к еде. Я тоже решила спуститься на пол и вслед за моим спутником потянулась к еде.       Ужин был очень хорош, Намджун постарался с выбором ресторана, я усиленно хвалила еду. Мы ели в тишине, иногда прерываясь на обсуждение новостей мира искусства. Когда мужчина закончил пасту и бокал вина, то поднялся обратно на диван и похлопыванием пригласил меня присесть рядом.       Я недолго задумавшись, села не рядом, а прямо на бедра мужчины, заглядывая ему в лицо. Лицо Намджуна украсила хитрая улыбка, глаза сузились и стали ну уж совсем шкодными. Я засмеялась и уже достаточно смело чмокнула его в ямочку на щеке. Отстранилась и осмотрела лицо мужчины.       Он закусил нижнюю губу и осмотрел мой домашний наряд. Резко слегка наклонился и словил мои губы, буквально впиваясь. Его руки заскользили по моему животу, поднимаясь все выше и выше к груди. Я мгновенно напрягла плечи и отвела лопатки назад, открываясь перед Намджуном. Разорвала поцелуй, чтобы отдышаться, и откинула голову назад с судорожным вздохом.       Его губы, словно не выдерживая ни секунды разлуки с моим телом, опустились на шею, всасывая кожу, прикусывая, оставляя следы. В этот момент руки коснулись кожи груди и жадно смяли ее. Мой протяжный немного истеричный стон разнесся по пространству гостиной, Намджун вторил ему глухо и напряженно. Мы уже больше были похожи на струны, каждое движение вызывало дрожь в моем теле, в ушах поднялся гул.       Намджун дернул домашнюю футболку вверх и легко скинул с меня. Его глаза побежали по ключицам, впадине на шее, спустились на затвердевшие соски, кожу, покрасневшую от его взаимодействий, к пупку и ниже, ниже. Взгляд снова потемнел, так знакомо, я еле держалась что бы броситься с ним в эту темноту, быстрее-быстрее, там есть то, что мне так нужно сегодня, я не хотела что бы это прекращалось.       Я схватила его за пуговицы на рубашке, почти срывая их с петель. Так же жадно, как и мужчина, осмотрела его открытый торс, мягкую кожу. Припала к его шее, аккуратно отклонила пальцами его голову и провела языком по смуглой коже, словно самая дорогая на земле замша, кашемир, оставляя блестящий след, свой след и знак. Я почувствовала под пальцами напряжение скул, провела рукой ниже по шее за языком и словила движение кадыка. Наклонилась еще ниже, сгибаясь и целуя его напряженную грудь, поглаживая мышцы.       Я подняла взгляд на мужчину: он сидел откинув голову на спинку дивана, прикрыв глаза. Если не затаившиеся ожидание в теле, то можно было предположить, что он мирно спит. Меня так возбуждал его приоткрытый рот, подрагивающие ресницы, что не удержалась и соскользнула вниз на пол, прижимаясь грудью к коленям Намджуна.       Мои пальцы потянулись к застежке элегантных брюк и быстро расправились с ней. Я увидела натянутую ткань нижнего белья, сглотнула и оттянула резинку его трусов, обнажая твердую плоть. Мужчина опустил взгляд, совершенно черные глаза и с вызовом посмотрел на меня.       Я ухмыльнулась, приподнялась немного в локтях дотронулась губами кончика головки. Рука Намджуна дернулась, он очень шумно выдохнул и остановился на мгновение. Я приоткрыла рот и провела языком от уздечки вниз, до самого основания, удерживая головку пальцами. Мужчина легко задрожал подо мной, но мне было этого так мало!       Поэтому приоткрыла рот пошире и впустила часть его члена в себя. Губы сомкнулись на его коже достаточно туго, что мужчина вздрогнул еще сильнее, зашептал ругательства на корейском и сжал обивку дивана так сильно, что она затрещала под его ладонями.       Я продолжила уверенно двигаться вверх-вниз; мне хотелось смотреть ему в глаза снизу, но от одного представления открывающейся картины, внутри только сильнее загорался задор. Взять глубже, сомкнуть губы сильнее, начать действовать языком активнее. Чтобы он вился как змея подо мной, чтобы слышать его низкий сладкий шепот; он не следил за словами и просто ругался, клялся богом и просил, чтобы я не останавливалась, но я и не буду.       Мои слюни начали стекать по члену Намджуна, дышать стало все тяжелее и тяжелее, я двигалась быстро, настолько, что мужчина уже замер, его выдавали побелевшие костяшки пальцев, я слышала как шумно он вдыхает носом с каждым моим движением.       Когда я больше не могла двигаться и решила немного отдышаться, он схватил мои предплечья и с силой потянул на себя. Я поднялась с пола и вернулась к нему на ноги, расставляя бедра, но мне не дали сразу сесть на колени молодого человека. Он легко удержал меня, одной рукой ныряя под мои трусики, будто пытался удостовериться в чем-то. Он ощутил мою обильную влагу под пальцами, то ухмыльнулся, достал ладонь из белья и немного опустился на диване подо мной, чтобы головка члена оказалась между складками моей кожи.       Я почувствовала его жар, посмотрела его дивные драконьи глаза, которые остро наблюдали за моей реакцией и узел в моем животе начал затягиваться туже и туже. Я ощутила, как сильно хочу его, как мне хочется ощутить его внутри меня. Пальцы Намджуна оттянули ткань моих трусиков куда-то в бок, второй рукой он придерживал меня за ягодицы, направляя. Головка члена уперлась во вход влагалища, и я начала медленно опускаться на него.       Мне немного саднило, тянуло, но эта боль разливалась волнами удовольствия по моему телу – его член большой, он наполнял меня туго, до самых краев. Мой живот напрягся, плечи взметнулись вверх, когда я полностью села на бедра мужчины. Мои глаза были подернуты туманом, я снова стала тем самым мурчащим котом в неге, с членом Намджуна внутри, его пальцы сжали мои ягодицы, он тоже тяжело задышал.       Мне понадобилось где-то полминуты, чтобы придти в себя, свыкнуться с этим новым, тянущим ощущением. Мне было действительно больно, но от самой мысли, что я сейчас начну двигаться на нем, ощущать его каждой мышцей, каждым участком кожи, вызвала во мне нереальный экстаз.       Я положила руки на его плечи, немного сжав для равновесия и начала двигать бедрами, немного по диагонали, чтобы не приподниматься очень высоко. Ловила каждое ощущение: тепло, боль, запах, звуки дыхания, которые сливались в одно неразделимое месиво нашего взаимного невыносимого желания. Это все гнало меня, быстрее двигаться, сильнее вжиматься бедрами в его пах, срывая все новые вздохи и стоны с его и моих губ. Мы были теперь как один стонущий, вздыхающий и пульсирующий организм.       Мои движения стали все более рваными, дрожащими, мои бедра уже не выдерживали напряжения, я двигалась на пределе возможного, когда уловила это чувство внутри – еще немного и мне буквально захотелось бы кричать и рыдать. Ком закручивался сильнее и сильнее, я собрала оставшиеся силы и задвигалась еще быстрее, приближая эту волну расслабления.       – Я больше не могу сдерживаться, – зашептал Намджун, припадая к моей шее. Я только кивнула, потому что ощущала то же самое. Еще немного, совсем немного, пара движений и мышцы моего влагалища сначала сжались, а потом начали усиленно пульсировать.       От этой резкой перемены в ощущениях он буквально скинул меня со своих ног, роняя на пол. Его сперма упада мне на грудь и живот, в руках не было силы, и я повалилась дальше, утаскивая Намджуна за собой. Мое тело все сокращалось: ноги и пальцы дрожали, мышцы живота сокращались, я была вся как электрический импульс. Это продлилась еще несколько секунд, а после как водопад, спало с меня. Я грузно упала на паркет, тяжело дыша.       Мужчина моментально вскочил, потянулся за салфетками на столике и стер с меня остатки его возбуждения. Кажется, что такой неожиданный финал выбил его из колеи. Мне же не хотелось подниматься с пола. Только что бы меня оставили так до утра, я очнусь, сама приму душ и займусь своими делами. Эти мысли выдавал пустой взгляд в потолок, который еще сильнее обеспокоил Намджуна.       – Прости пожалуйста, давай я тебя отнесу в спальню, – одна рука проскользнула под мою спину, а вторая под мои полусогнутые колени. Он легко поднял меня с пола, отнес в спальню и уложил на мягкую постель. Во взгляде читалась обеспокоенность.       – Все в порядке?       Я меланхолично молчу в ответ, спустя несколько секунд киваю и немного сдавленным голосом отвечаю:       – Да, просто немного нужно придти в себя.       Выражение лица мужчины заметно смягчилось, он вышел из спальни и вернулся через несколько секунд обратно, поставив на столик возле кровати стакан с водой. Сам снял с себя штаны и плюхнулся в постель рядом со мной.       На кровати он потянулся ко мне, взял за плечи и прижал к своему горячему телу. Снова хотелось прямо мурчать. Мне было так уютно и необъяснимо радостно. Мужчина зашептал на ухо:       – Побудь со мной несколько дней. Я по тебе соскучился.        Я хихикнула, но кивнула.       – Тогда придется сдать билеты в Корею.

***

      Погода стоит по осеннему пасмурная. Сегодня передавали дождь сразу после обеда, поэтому на обычно оживленных улицах Нью-Йорка совсем мало народу – все предусмотрительно попрятались, ожидая истерики стихии за окном.        По улице двигается пара. Молодой человек и его спутница, одетые с шиком и вкусом.        На мужчине расслабленный брючный костюм (один из его, как оказалось, огромной коллекции) вторивший цвету неба сегодня. Девушка в черном кожаном тренче до щиколоток, ботильонах на каблуках, тоже черных и из кожи. На плече висит сумка известного бренда. Оба человека в одинаковых очках: только на мужчине они немного крупнее (подарок от его спутницы).       Они останавливаются возле кофейни с террасой, и между ними происходит молчаливый диалог: решается то, проведут ли они здесь ближайшие пару часов. Дождь наверняка застанет их здесь, поэтому можно будет заняться делами. В итоге они решают зайти внутрь.       Девушка уверенно двигается к стойке. Бариста подходит к кассе и радушно здоровается.       – Два американо. Один со льдом, второй без. Пожалуйста, на зернах без сильной обжарки.       Девушка тараторит, но потом спохватывается и добавляет:       – У вас на террасе можно курить?       Бариста отвечает утвердительно и сообщает, что принесет напитки по готовности к столику пары. Молодые люди выходят наружу, в спертый воздух. Кажется, что он тоже затаился в ожидании. Терраса с добротным навесом, что хорошо.       Девушка выбирает столик ближе к окну кофейни и садится за него. Вокруг не было ни души. Мужчина следует за ней и садится рядом. Их взгляды обращены на улицу. Они не снимают очки, поэтому невозможно сказать за чем именно они так задумчиво наблюдают.       Первым свое наблюдение прерывает мужчина. Аккурат к тому моменту, как он садится поглубже на стул и выуживает книжку из внутреннего кармана пиджака, подходит официант и ставит напитки на столик. Мужчине кофе со льдом, девушке – в белой фарфоровой чашечке с блюдечком.       Неуверенно начинает крапать дождь.       Девушка достает ноутбук из сумки и открывает ее. У нее много работы. Одной рукой она уже вводит пароль на устройстве, второй хватает чашечку и отпивает немного горячего кофе. Хорошие зерна. Надо запомнить кофейню.       Она напряженно смотрит на монитор компьютера, что-то усиленно печатает; была свободна предыдущие два дня, но работа снова хватает в тиски. Но в этот раз красавица не отдаляется от мужчины рядом с ней. Они решили идти вместе, им хорошо вдвоем.       Мужчина рядом бежит глазами по строчкам книжки, но неожиданно отвлекается и смотрит на свою партнершу.       – Ты же знаешь японский?       – Ой совсем немного. Не сказала бы, что очень хорошо.       – Сможешь объяснить в чем тут смысл?       Он протягивает книжку девушке и указывает длинным пальцем место для пояснения. Она приближает текст к глазам и глубоко задумывается.       – Его имя можно написать другими иероглифами, это жареные каштаны, – она берет телефон, быстро набрасывает нужные черты на экране и протягивает мужчине. Он сосредоточенно следит за объяснениями. Девушка продолжает: – Тут говорится, что он так подписывал картины, что-то типа шутливого псевдонима.       Молодой человек мычит в ответ и забирает книгу.       – Мне иногда кажется, что ты знаешь все на свете.       – Не поверишь, но о тебе я думаю то же самое.        После взаимного перебрасывания комплиментами наступает тишина. Дождь все больше набирает силу. Молодые люди сосредоточены своим.        Через несколько минут все худшие прогнозы синоптиков сбываются и ливень обрушивается на город сплошной стеной воды.        Девушка отрывает глаза от монитора, убирает ноутбук на столик и с загадочной улыбкой смотрит за буйством природы. Стоит сильный гул от капель дождя. Даже немного знакомый. Истерика природы, как истерика ее тела рядом с этим мужчиной. Молодой человек вторит ей и откладывает книгу на столик корешком вверх и смотрит на пейзаж вне террасы.        Дождь настолько сильный, что не видно ничего даже в пяти метрах от пары. Он закрывает мир вокруг, скрывает и их от внешнего мира, словно купол.       – Ты со мной вернешься в Сеул?        Мужчина поворачивается к спутнице. Она продолжает смотреть на улицу с той же улыбкой.       – Да, с тобой.        Он кивает и возвращается к наблюдению за буйством осенней погоды.       – Тогда я познакомлю тебя с родителями.

Конец.