Set me free

      Утром Минхо просыпается с уже привычной тяжестью на груди. Волосы Джисона щекочут лицо, а от дыхания потеет шея. Минхо нащупывает телефон и смотрит на время — 11 августа, пятница, 12:47. Ощущение никчёмности появляется с осознание, что утром 13 августа возвращается Рюджин. Сегодня его последний день с Джисоном. — Сони, пора вставать, — шёпотом произносит Минхо, вырисовывая на талии произвольные узоры. — Гори в аду, — бубнит Хан и отворачивается на другой бок, укрывшись одеялом с головой. — Взрослый поступок, Джисон, — усмехается Минхо и уходит на поиски телефона.       Все это время он вспоминал о существовании жизни за пределами квартиры максимально редко.       На экране десятки сообщений: Рюджин, мама, Сонхва, Сан, кто-то с работы и снова Рюджин. Из всех сообщения Минхо обращает внимание лишь на одно. Рюджин: Не забудь, что самолёт 13 в 6:45. Жду нашей встречи. Люблю, скучаю. Минхо: Я помню. Жду.       Минхо оставляет телефон на диване и идёт на кухню. Стакан воды осушается 3 большими глотками. Блять. Он должен был отдохнуть, разобраться в себе, расставить все точки над i в отношениях с Джисоном, но по итогу лишь закопал себя глубже. За спиной слышится топот босых ног, и кое-кто ещё совсем тёплый после сна утыкается лицом в лопатки, окольцовывая талию руками.       Хан не произносит ни слова. Напряжение Минхо ощутимо на столько, что его можно потрогать руками. Ли все так же стоит спиной, упираясь руками в столешницу. — Я все понимаю, Минхо. Мне пора. Будь счастлив, — Хан сдерживает слезы и оставляет последний поцелуй на загривке.       Тепло резко пропадает, в коридоре слышится хождение между комнатами и вот хлопок входной двери, что разбивает сердце. Минхо плачет, как ребёнок, что теряется на улице и не может найти родителей. Он остаётся один, как и хотел. Спина ещё хранит воспоминание о тепле Хана. Парень опускается на пол и окончательно даёт волю эмоциям. Горло дерёт от крика, а ладони болят от ударов о пол. Дальнейшие дни проходят на автомате. Минхо вызывает клиниг, разбирает завал сообщений на телефоне и рабочей почте. В реальную жизнь его возвращает Рюджин, что с разбегу прыгает на руки и громко целует щеки. 13 августа — свадьба послезавтра.       За день до свадьбы Сонхва приезжает в офис к Минхо. Отчуждённое поведение друга напрягает его ни первый день. И если социальные сети можно легко проигнорировать, то лично ему не отвертеться. — Тебе повезло, что я хороший друг и совсем не обижаюсь за твой игнор, — Сонхва вновь влетает в кабинет, как к себе домой и встаёт в ступор от призрачного вида друга, — рассказывай и не вздумай врать.       Сонхва садится на стул напротив и скрещивает руки на груди. Внешний вид Минхо не подразумевает ничего хорошего. — Я изменил ей, Сонхва. В какой-то из дней, когда она выбирала свадебное платье, я был с Джисоном у него. Мы ели отвратительно — химозный рамен, а потом смотрели ужасы. Все бы ничего, но я их просто ненавижу! Рюджин раньше пыталась вытащить меня на них в кино или усадить дома, но я всегда оказывался. Есть же столько интересных жанров, но ее тянуло на тот, где предсказуемый сюжет и нереалистичные спецэффекты. В этот раз что-то пошло не так. У меня не повернулся язык и не нашлось слов, чтобы отказать ему. Мы переспали, когда уже был сумрак. Он решил включить гирлянду и был прекрасен в голубом цвете ламп, мне хотелось сфотографировать его на все, что есть в квартире. Знаешь, я думал остаться на ночь, но пока он был в душе Рюджин скинула фото ужина и написала, что ждёт дома. Первые пару дней после ее отлета я чувствовал себя счастливым. Мы провели их с Сони в моей квартире, вели себя, как школьники. Ну знаешь, спали до обеда, ели доставку и смотрели фильмы, не вылезая из кровати. Рюджин не позволяла себе такого даже в начале отношений. Все это было так правильно, что я вспоминал о своей невесте, Сонхва, только когда она писала мне. Я не помню, как прошли дни, когда за ним закрылась дверь. Я ревел, как ребёнок, когда он ушёл. Он так и не написал мне с того дня. Да, мы встретимся завтра, но я буду стоять у алтаря и произносить клятву, которую ещё не написал, а он будет регулировать звук. Это все будет жалким зрелищем, — Минхо наконец заканчивает свой монолог и откидывается на спинку кресла. Сонхва отмирает и не спеша подходит к столику с виски. За все это время он не произнёс ни слова, а лицо не выдавало никаких эмоций. Даже сейчас он молча наливает два стакана, отдаёт один Минхо и, сделав глоток, наконец произносит: — Все допускают ошибки. Вы с Рюджин так давно вместе, что она немного наскучила тебе, а Джисон просто стал чем-то вроде отдушины. Но подумай, разве одна непродолжительная интрижка может перечеркнуть те шесть лет, что вы вместе? У вас длинная история, знакомы семьи и большие планы на будущее, а что Джисон? Он не маленький мальчик, должен был понимать во что лезет. Он знал, что ты обручён и готовишься к свадьбе, знал Рюджин и какие деньги вложены в это мероприятие. Знал, но все равно пошёл на это все. Вы не давали друг другу никаких обещаний, у тебя своя жизнь, у него своя. Не думай об этом. Где вероятность, что Рюджин была верна тебе на Чеджу и не согрешила на девичнике? Мы никогда этого не узнаем, как и она не узнаёт о твоей интрижке. Завтра ты станешь мужем, Минхо, и Джисону нет места в твоей жизни, — Сонхва двумя глотками допивает алкоголь и покидает комнату даже не дав Минхо ответить. Комната погружается в тишину и лишь часы не дают стать ей гробовой. Минхо перекатывает виски в стакане и задумывается над словами друга. Сонхва бывает резок, но он всегда говорит правду и оказывается прав.

***

      Свадебное утро выдалось тяжёлым. Сон ночью совсем не шёл, поэтому вставать пришлось рано. Завтракать не хотелось от слова совсем, а костюм на видном месте давил на психику. Телефон разрывался от звонков и смс с поздравлениями. Друзья выставляли сторис как собирались на свадьбу, а Рюджин присылала фотографии со сборов невесты. Она была, действительно, счастлива. Карие глаза приобрели более тёплый оттенок, а улыбка не сходила с лица. Она отправляла голосовые как хочет, чтобы Минхо увидел ее полноценный образ, а она хочет скорее увидеть его. Все ее слова сжимали сердце словно в кулак. — Рюджин, прости меня, — повторял Минхо пока смотрел весь ее фотоспам.       Сборы прошли напряжённо. Казалась, что брюки облегали бедра совсем не так, как надо, белый оттенок рубашки совсем не подходил под тон лица, а галстук душил. Пиджак и вовсе был отдан организатору до начала регистрации. Парень смотрел на себя в отражении зеркала и не узнавал человека в отражении. Он даже не заметил, как весь персонал оставил его одного в комнате. — Сделай лицо проще, ты ни на поминки собираешься, — Сонхва возник из ниоткуда. Он вплотную подходит к Минхо, рассматривая его в зеркало. — Поминки холостяцкой жизни. Что ты здесь делаешь? — последний раз взглянув на себя, Минхо отходит от зеркала и наливает себе воды. Пить не хотелось, хотелось смыть все это и лечь спать. — Зашёл посмотреть как ты. Сан видел Рюджин. Говорит, что выглядит она восхитительно. — Чудно. Что-то ещё? — Почему ты злишься на меня? Я не сказал ничего такого, это была правда. В любом случае, я не заставляю тебя слушать мои советы. Тебя спросят перед алтарём, согласен ли ты — все в твоих руках. Давай. — Все сказал? Можешь идти. Увидимся на регистрации. — Мин, ты мой друг и я люблю тебя. Именно поэтому советую не делать решений, о которых ты пожалеешь потом. — Я услышал тебя. Все хорошо, оставь меня, хочу побыть немного один.       Сонхва пару секунд смотрит на Минхо и кивнув уходит.       Минхо бесцельно ходит по комнате. Стены начинают давить, а часы идут слишком громко. Нет, все не может быть так. Они обязаны поговорить.       Пройти мимо родственников оказывается проблематично. Каждый пытается завести с ним диалог или хотя бы просто поздравить. «Я спешу» бросает он каждому и идёт дальше.       Хана он находит возле аппаратуры. Он что-то объясняет команде и не отвлекается ни на что. Парень в чёрных зауженных брюках и чёрной рубашке, рукава которой закатаны до локтей. Он отходит от всех, что-то печатая в телефоне. — Джисон, мы можем поговорить? — Господин Ли, я не уверен, что нам есть о чем разговаривать. Скоро начнётся регистрация, вам стоит подготовиться. — Сони, хотя бы выслушай меня. Для начала я хочу извиниться, что все произошло… так. Я не думал, что мы зайдём так далеко, что нам будет так больно. Все, что было между нами нельзя исправить или забыть, но знаешь, я бы и не хотел этого. Ты стал для меня чем-то особенным, ты стал моей мечтой. Если бы мы встретились хотя бы полгода назад, то все было бы абсолютно по-другому. Просто знай, что ты всегда можешь обратиться ко мне за любой помощью и по любому вопросу. Я всегда буду рад помочь тебе и в любой день найду время для тебя. — Просто ответь мне, Минхо. Ты ведь был счастливым, когда был со мной, правда? — Господин Ли, вот вы где. Регистрация начнётся через пару минут. Ваша невеста с отцом готовятся к выходу, вам тоже пора занять свою позицию. Все готовы.       Парень слегка подпрыгивает от неожиданности и устремляет своё внимание на девушку. Тяжело вздохнув, Хан обходит Минхо и направляется к своему рабочему месту. Минхо провожает его взглядом и поворачивается к девушке. — Спасибо, Карина.       Минхо заходит в шатёр, из которого он будет выходит, и всматривается в гостей. Родители Минхо и мать Рюджин стоят вместе за посадочными местами и что-то обсуждают. Парень не слышит, о чем они говорят, но уверен, что они обсуждают происходящее. Они счастливы, счастливы гости, что наконец погуляют на свадьбе, кажется, даже погода на их стороне. Счастливы все и всё, но почему-то не Минхо. Сонхва, что проходил мимо родителей, случайно ловит взгляд Минхо и поднимает бокал шампанского в знак приветствия. Он не выглядит счастливым, как остальные, не выглядит уверенным, как на крайней их встрече перед свадьбой или в комнате пол часа назад. Даже улыбка, которую он посылает, выглядит слегка натянуто. Зрительный контакт длится пару секунд, и он уходит к своему месту. — Минхо? Я и забыл, что ты будешь выходить. Как настрой? — Сан слегка обнимает парня за плечи и только сейчас улавливает в выражении лица что-то не то. Минхо отвечает, не дав задать ещё вопрос. — Я в порядке. Просто чувствую себя странно. — Что ты имеешь в виду? — Что, если я допускаю ошибку? — У тебя предсвадебный мандраж, все через это проходят. — Хотелось бы верить в это. — Мин, ты можешь рассказать мне всё, ты же помнишь? — Я не хочу свадьбу, я так устал. Родители с рассказами о семейной жизни, Рюджин с чертежами дома и детьми в планах… я не хочу этого. Это не моя жизнь. — Честно, ожидал чего угодно, но не этого. Как ты пришёл к этому? — Я понял это так поздно… — Мин? — Самое грустное, что я не могу ничего исправить. Не могу сказать ей, что не хочу и все отменяется. Надеюсь, хотя бы она будет счастлива. — Минхо, да что происходит? Я ничего не понимаю. — Господин Ли, все готово, мы начинает. Господин Чхве, займите своё место, пожалуйста. — Минхо? — Иди, Сан. Мы начинаем.       Под аплодисменты гостей Минхо выходил словно в вакууме. Он сотни раз видел в фильмах как женихи выходят к алтарю — они бегут, улыбаясь, что есть силы, отбивают пять гостям и с замиранием сердца ждут, когда в зоне видимости окажется невеста. Минхо чувствовал себя Русалочкой из оригинальной сказки. В голове крутилась одна мысль «пути назад нет». Рюджин выходила под руку с отцом. Казалось, улыбка застыла на лице, словно маска. Она ни на секунду не переставала улыбаться, приветствуя всех гостей. Отец шёл с дочерью, как с самой большой наградой. В глазах застыли маленькие капельки слез. Вот сейчас он отпустит руку Рюджин, и они покатятся вниз. Он целует девушку в щеку, крепко обнимает Минхо и садится рядом с женой. Речь о «самом запоминающимся дне» Минхо слушает в пол уха. Девушка напротив смотрит на жениха не отрывая глаз и даже сзади сидящие могут пересчитать звёзды в ее взгляде. Минхо смотрит на щёки, что когда-то покрывал поцелуями без остановки, губы, что кусал в порыве страсти. На кончике носа и на скулах немного хайлайтера, а волосы собраны так, что можно рассмотреть каждый сантиметр шеи. Минхо смотрит куда угодно, но лишь не в глаза.       У Рюджин в руках оказывается микрофон и парня прошибает холодный пот. Клятва.       Девушка говорит о том, как счастлива стоять здесь, как ждала этого дня и как гордится, что ее муж — Ли Минхо. Минхо пытался сосредоточиться и вслушаться в речь, но глаза невольно скользят за плечо Рю, где в паре метров под навесом с аппаратурой стоит Джисон. Его лицо не выдаёт абсолютно никаких эмоций, тело напряжено, а в глазах за пеленой слез видно разочарование. -…я счастлива считать себя твоей женой. Обещаю быть верной супругой и примерной матерью для наших детей. Хочу официально стать Ли Рюджин. Я люблю тебя. Ничто нас не разлучит. Никогда.       Аплодисменты звучат так громко, что оглушают сознание. Рюджин аккуратно вытирает пару слезинок и передаёт микрофон, а Минхо понимает, что кончился как человек.       Он последний раз обводит взглядом присутствующих и поворачивается к невесте. В горле стоит ком, что мешает сделать глубокий вдох. — Я так счастлив рядом с тобой, — глаза Рюджин вновь наполняются слезами, и она даже не понимает, что эти слова адресованы не ей. Кажется, этого не замечает никто, кроме конкретного человека, — все, что было между нами я сохраню так глубоко в сердце, что ничто живое не сможет достать это. Знаешь, будь я котом, я бы посвятил тебе все 9 жизней. В каждой новой вселенной я бы хотел находить тебя и влюбляться заново, — не в силах больше сдерживать свои эмоции, Джисон пытается незаметно стереть слёзы. Попытки не увенчаются успехом и Хан, пользуясь моментом, что никто не обращает на него внимание, уходит. Его команда справится сама. Он в ней уверен. Минхо ещё пару секунд смотрит в след парня, который даже не оборачивается и наконец смотрит в глаза Рюджин, — я обещаю стать хорошим мужем.       Гости заполняют поляну аплодисментами и счастливыми возгласами. Рюджин утягивает Минхо в поцелуй, размахивая в воздухе рукой с обручальным кольцом. Вот и все. Они женаты.