Неудавшийся побег из твоего сердца

Саша чуть смутился. - Ты уверен? - Миша кивнул - что ж... тогда начнём. - Романов уложил Мишу на спину и взглянул в глаза, в надежде найти хоть какие-то противоречивые его словам эмоции. В синеве родных глаз было лишь доверие и робость. Саша улыбнулся и тут же напористо поцеловал Мишу. Поцелуи перешли на шею Московского. Укусив того за мочку уха, Саша прошептал: - Если будет неприятно, скажи. - в ответ раздалось тихое «угу». И вот Романов уже снимает одежду с Москвы, параллельно вспоминая, где смазка. Быстро найдя нужный тюбик, он обильно смазал пальцы своей руки. - А сейчас, прошу, расслабься и получай удовольствие. - Питер аккуратно ввёл первый палец. Почувствовав, как Миша сжался, он вновь нежно его поцеловал. - Миш, расслабься, иначе больно будет - свободной рукой Саша принялся надрачивать партнёру, дабы отвлечь от неприятных ощущений. Было непривычно, странно, сначала даже больно. Умелая рука Питера внизу, на члене, расслабляла. Саша ввёл второй палец, а после и третий. Москва из всех сил пытался вести себя спокойно. Привыкал он долго. Мише было 76, когда его изнасиловал Орда. И уже как 800 лет он не может забыть то отвратительное чувство. Заставляя себя расслабиться, он почти не слышал, что шепчет ему Саша. Вскоре, когда он привык, Саша вытащил пальцы. Внутри стало пусто. И только в этот момент Миша по-настоящему понял, что хочет Романова в себе: - Ты готов? - Миша быстро, несколько раз кивнул - тогда вхожу. Обильно смазав член смазкой, он аккуратно ввёл головку в Мишино нутро. Тот вновь сжался, доставляя боль и себе и Саше. Вновь послышался шёпот: - Миша, прошу, расслабься. Не делай себе больно - и вновь руки где-то внизу. Вскоре, почувствовав, что он всё-таки, чуть расслабился, Саша аккуратно продолжил. Московский жмурился от движений внутри. Его пальцы упрямо сжимали ни в чём не повинную простынь. Чувствовать внутри себя что-то без лишних мыслей было очень трудно. Миша вновь открыл глаза. Сашино покрасневшее лицо напротив, его серые обеспокоенные глаза благотворно подействовали на него. Москва дёрнулся и впился во влажные губя напротив. Чуть неаккуратно прикусив нижнюю губу, Миша притянул Романова ближе и зашептал на ухо: - Глубже... - он знал, что сам не решится, и только так может собраться на дальнейшие действия. Тем более удовольствие стало медленно разливаться по его напряжённому телу. Саша улыбнулся: - Как скажешь, дорогой - темп не замедлительно ускорился. Теперь Саша входил во всю длину. Равномерными и плавными движениями выбивая из Миши воздух, Романов тихо постанывал, тогда как Миша, крепко сжимая зубы, старался молчать. Но первым попаданием по простате у него полностью кончился воздух, а вторым из него вылетел первый, громкий протяжный стон. Тут же закрыв лицо руками, он сцепил зубы крепче. Саше это не понравилось: - Миш, открой лицо. Дай мне послушать твой голос - Романов убрал руки с его лица. Москва с красными щеками, широко открытыми глазами и светлыми волосами, разметавшимися по подушке, выглядел чрезвычайно мило. Теперь по комнате разлетались стоны двоих человек. Через несколько толчков, Саша понял, что движется к финалу. Пара секунд, и они оба тяжело дыша, смотрели друг на друга. Питер улыбнулся, целуя Мишу в уголок губ. - Понравилось быть на моём месте? - Саша лёг рядом. Миша лежал рядом, рвано дыша. Ощущения были минимум странные. Где-то посреди процесса, Мишу накрыла волна удовольствия. То, что только что было между ними, почти и не напоминало события прошлого. Там было больно, противно, грубо, а Саша был невероятно нежен. Аккуратные движения причиняли не боль, а удовольствие. Его губы отвлекали от неприятных ощущений. Его руки оглаживали влажную кожу. Миша бы соврал, если бы сказал, что ему не понравилось. Он тихо рассмеялся: - Будем меняться - чуть более серьёзно - иногда. Нащупав руку Саши в темноте, он прошептал - давай спать. Миша лежал к Питеру спиной. Тот обнимал его, тихо сопя куда-то в шею. Большая могучая красавица Москва, чуть ли не впервые в жизни, почувствовал себя надёжно защищённым. Мерное дыхание любимого успокаивало. Миша счастливо улыбнулся и, вскоре, уснул. *** В течение этого времени, они и не знали, что их слышит, пусть и не добровольно, еще один человек. Коля, который до приезда Питера гостил у Москвы, уже около часа стоял под дверью. Он всё слышал, и ничего не мог сделать. Было больно... Миша пропал после собрания. Пропал и Саша. Коля тогда так перепугался, когда ему сообщили, что те в мед. пункте. Именно он попросил сходить к ним медсестру. Проверить состояние. Вернувшись, та ничего особо не сказал, только смущённо мялась. Тогда на Сибирякова легла ноша разговаривать с финскими послами вместо Миши. Он был рад помочь тому. Нужно время, что бы поговорить с Сашей, отдохнуть, оправиться от всех волнующих событий. Завершив все дела за Москву, Новосибирск отправился домой, к нему в квартиру, где и обитал последние два месяца почти безвылазно, находясь рядом в случае чего и поддерживая её хозяина. А вот теперь стоял он под дверью и около полу часа слушал, как в дребезги разбивают его сердце. Николай соврёт, если скажет, что не знал, что так будет. Но ведь надежда умирает последней, так ведь? И он надеялся... Теперь, что бы забыть о всём этом дерьме в его жизни, Коля впервые наверное решил напиться до беспамятства. Через двадцать минут он уже был в ближайшем баре. Подозвав официанта, он произнёс: - Чего-нибудь покрепче. Две бутылки. Завтра он точно не вернётся домой. Да никто и не заметит даже, к слову говоря. А ведь обиднее всего, что он был почти прав... *** Проснувшись раньше Москвы, Саша оделся и побрёл на кухню, чтобы приготовить завтрак. Открыв холодильник, он убедился, что там была лишь повесившаяся мышь. Пришлось идти на улицу, хотя Романов был даже не против. Прохлада помогла полностью проснуться, ветер слегка трепал волосы. Пока шёл до магазина, успел несколько раз даже потеряться (дезориентация - побочка приёмов наркотиков и антидепрессантов(антоша: даже не спрашивайте, откуда я это знаю)), да и просто забыться в своих мыслях. Наконец дойдя до магазина, он стал тщательно выбирать продукты. Через пол часа, оплатив покупку картой Московского, он, с пакетом на перевес, пошёл прогуляться вдоль Москвы-реки, не замечая времени. Миша же проснулся только днём. В комнате было прохладно, он поёжился. В сонном мозгу он пытался отрыть, что же всё-таки случилось вчера. Но голова определённо отказывалась выдавать эту информацию. Вчера Миша очень устал, да и после таких-то событий, переволновался. На миг ему показалось. Что всё произошедшее - сон. Тревожность усилилась. Он встал со смятой холодной постели и отправился в душ. Прохладная вода взбодрила, и, одевшись, столица отправился на кухню. Дохлая мышь всё еще висела в холодильнике. Саши не было. Мысль, что всё это сон, не покидала его, а лишь усилила своё влияние на Мишину психику. Он встал у окна, созерцая город с вершины многоэтажки. Почему-то хотелось плакать. Саша вернулся только через час. Он шумно зашёл в квартиру, скинув обувь, последовал на кухню. Проходя гостиную комнату, он увидел Мишу, смотрящего в окно. Поставив пакет на пол, он подошёл к стоящему, и обнял со спины. Тот вцепился холодными пальцами в тёплую руку Романова. - Доброе утро. Как спалось? Ничего не болит? - он слегка рассмеялся, но видя подавленное состояние Миши, умолк. - Что-то случилось? - Саша развернул Московского к себе, и взглянул прямо в глаза. Тут вдруг крепко прижался к Саше, и зашептал: - Я думал это сон. Я боялся, что ты ушёл от меня, я думал, что не увижусь с тобой... - тихий поток слёз прерывало лишь частое шмыганье носом. Саша погладил его по спине: - Хей, ну ты чего? Не плачь, я тут, с тобой. Всё будет хорошо. - Миша замолк - Может, пойдём, полежим, и ты успокоишься? - Саша взял его за руку, вновь ведя в спальню. - Может, хочешь чего-нибудь? - они легли. Романов обнял Москву, притягивая к себе. Привычно водя носом по нежной шее столицы, Саша что-то мычал под нос. Табун мурашек пробежался вдоль позвоночника, добежал до рук и кончиков пальцев. Приятно закололо. Волосы Питера на влажном воздухе улицы вновь стали вьющимися. Миша вновь перебирал их пальцами. Без очков Саша выглядел моложе, но Московскому не нравилось. - Саш - тихо позвал он - Ты почему решил носить линзы? - спросил Московский, не выдавая своей позиции по этому поводу. Саша хмыкнул: - Просто... они удобные. Да и их не сломаешь, как очки - говоривший улыбнулся. - Тебе не нравится? - Романов засмеялся, поправив Мишины волосы. Тот уткнулся носом ему в макушку что-то недовольно замычав по поводу новых оптических приборов в Сашином гардеробе. - Знаешь, Миш. В Финляндии так холодно, умереть можно! Наша зима в этот раз теплее. - Миша заговорил. - Ага, похолодание обещали. Вот оно и наступило. Только не у нас, а у них. - телефон на тумбочке противно дзинькнул. Миша взял его, и прочитав сообщение хмыкнул: - У нас завтра встреча с Вашингтоном и Нью-Йорком. - Саша подскочил. - Ура! Мой зайка Нейтон! Это победа! - Саша светился от счастья, даже не думая, что Москва может и ревновать. - А во сколько? Миша вздохнул. Он помнил, чем в прошлый раз кончилась встреча этих двух друзьяшек. Но... приезжает и его друг - Джеймс. Значит, будет время как следует поговорить. Ревность всё же немного кольнула. - Прилетают завтра днём. Встреча будет вечером, но выбор места нам предоставили свободный. Значит, не будет настойчивых репортёров и чиновников. - его прервало урчание живота - Саш, ты же в магазине был? Пойдём, перекусим, может? Саша как на крыльях поднялся с кровати. Улыбка на пол лица слепила как солнце в Астрахани. Хотя наверное бы Саше не понравилось бы это сравнение. - Хорошо, сейчас сварганю нам салатик - Романов быстренько настругал овощей, полил маслицем, и поставил на стол. После торопливо достал тарелки, и дождавшись Мишу, сел кушать. *** После еды они захватили с собой ноутбук, и отправились в тёплую кроватку смотреть очередное кино. Вскоре Саша уснул, и Миша остался наедине со своими мыслями. Невольно думалось про этого ублюдка Вейно, про таблетки, про работу, про Колю... - «Коля. Спасибо ему. Незаменимый человек. Как бы я без него. Коля... - и тут Миша вскочил с кровати как ошпаренный. В голое крутилось лишь имя - Коля. Где Коля?! Московский моментально оказался в гостевой комнате. Может быть уехал? Нет вещи тут... Москва проверил телефон. От Коли одно единственное сообщение: - «Михаил Юрьевич, Вы дома?» Чёртов Сибиряков и его чёртова тактичность. Мог бы позвонить! Миша замер. И где он теперь?... ...