Письма.

Прошел долгий месяц с того… дня когда он остался один. Мужчина, который так и не смог отпустить войну. Доктор, который спасал людей. Этот месяц казался непроглядной тьмой, пробирающей до костей, та что не дает остаться наедине, погружая в пучину невыносимых мыслей. По ночам его мучали кошмары, а день казался кошмаром наяву. Квартиру на Бейкерстрит он покинул, вернувшись в ту где жил после возвращения с войны. Пистолет, все тот же, лежал в комоде, ничего не изменилось здесь и ничего не напоминало о нем. Вот только, даже без единой вещи, что пробуждала бы воспоминания, они никуда не уходили. Прошел месяц. Джон лежал на старой кровати, со скрипучим матрасом и одеялом, что даже не пыталось выполнять свою функцию, смотря в потолок. Свет фар проезжающих мимо машин и холодный свежий воздух пробивались сквозь открытое окно, напоминая о реальном мире. В голове не было мыслей, в ушах звенел белый шум и где-то за пределами сознания гремел дождь. Глаза приходилось держать открытыми, иначе тот день мелькал перед ними, заставляя проживать его снова и снова. Доктора мучила нескончаемая бессонница, из-за чего его рассудок был слегка помутнен, а спутанные фрагменты прожитых дней вызывали галлюцинации. Телефон лежал на тумбе справа, туда уже очень давно не приходило сообщений, да и звонить было некому, социальную жизнь Ватсон не решался вести уже месяц. Медленно сев на кровати, расчесав пальцами голову, мужчина протянул руку к верхнему ящику комода, откуда вскоре появилась поблескивающая в лунном свете, ручка пистолета. После он облокотился о стену приложив дуло с глушителем к виску. Он был военным, поэтому палец без труда нашел спусковой крючок. Джон не боялся смерти, как и его друг. Одно мгновение и его страданиям конец. Одно мгновение и воспоминания не будут преследовать его. Одно мгновение и он не будет винить себя в произошедшем. Но что-то все же останавливало, было то что заставляло остаться здесь. Что-то доброе и светлое напоминало о себе, отрывая руку от пушки. Из-за чего пистолет в руке благополучно отправился в случайный угол маленькой комнаты. Трясущимися руками он взял телефон, а после обессилено упал на подушку, сильно зажмурив глаза, пока не увидел до боли знакомые кудри. Сердце пропустило удар, а по щекам потекли горячие слезы. Он не переносил в себе этой слабости, старался всеми силами жить дальше и отпустить прошлое. Но не мог. И сам не знал почему. Прошла пара минут и наконец собравшись с силами доктор открыл телефон. Единственное почему он до сих пор хранил его, это возможность бесконечно взывать Холмса к совести ибо то, как он поступил, было слишком даже для такого человека. JW. 04.07. -Ровно месяц как тебя не стало. Прошу, прекрати это. 00:38 Лунный свет становится ярче, когда на другой телефон приходит сообщение. Где-то на другом конце такого необъятного города письмо находит получателя. Правда телефон куда оно пришло уже давно не тот, для того чтобы можно было лишь наблюдать, без участия в диалоге. Дождь бьет по крышам домов, витринам и лужам, отзываясь импульсами по телу, разгоняя дрожь. Его кудри отросли едва ниже плеч, под глазами и на теле синяки становились все больше. Раньше он был худым, а сейчас же по нему можно было «изучать анатомию». Горло болело, голос сел, а дыхание было сбитым, легкие пострадали от ужасной привычке курить около пачки в день. Здоровье едва ли заботило детектива. Неаккуратная щетина, к которой уже давно не прикасались, росла хаотично и уже напоминала собой короткую бороду. Человек в большой, невзрачной и легкой толстовке, джинсах до того обтягивающих ноги, а сейчас предательски промокших, сидел на ступенях где-то в Лондоне, встречая и провожая взглядом прохожих, в надежде увидеть знакомую походку военного. Он замерз, но не чувствовал этого, сосредоточившись на поиске, мыслях, на том что его решение возможно было неправильным. Сейчас 04.06, ровно месяц назад, из-за очередной игры, его жизнь в корни изменилась. Уже месяц он был мертв, был мертв в представлении тех кого знал, его тело лежало под могильным камнем, а у надгробия начинала расти трава. Целый месяц его оплакивали, тогда, когда он стоял всего в паре метров, смотря. Все это было результатом его «смертельной» игры с опаснейшим элементом преступной паутины, которую теперь старался распутать. Его состояние было похоже на то, будто он - призрак, которому стоит завершить незаконченные дела на земле. Но вернемся в реальность, лишь пара дел связанных с его «главной и последней проблемой» были успешно раскрыты, а сообщники отправлены за решетку. Была сделанная ничтожно малая часть работы, предстояли еще долгие годы поисков и разгадок новых головоломок, которые Джим оставил уходя. Хотя теперь это не приносило и части того, что он мог чувствовать оставаясь «живым». Телефон хоть и привлек внимание мужчины, но ненадолго, ведь по соображениям детектива это мог быть лишь его брат, Майкрофт. Обычно братских чувств не хватало чтобы ответить сразу, но на этот раз что-то подтолкнуло его прочитать сообщение. Руками, на которых кое-где виднелись следы от сигарет, он осторожно проверил отправителя, собираясь уже вернуть телефон в карман штанов, но остановился, застыв. На небольшом экране появились инициалы «JW.» Джон.- мелькнуло в голове после чего пальцы сильнее сжали корпус. Он не верил своим глазам и еще долго протирал их руками, стараясь убедиться в подлинности происходящего.