Песнь последнего Лебединого рыцаря

      Джек резко вскочил с кровати, сжав ладонь в кулак. Ночь, рядом сопит Майк, орк выдохнул, ему вновь снились кошмары о войне, на которой он провёл много лет. Рыцарь видел смерть своих собратьев, убивал живых и мёртвых, ему приходилось принимать ужасные решения, чтобы спасти свой отряд, нашивки своих павших друзей он до сих пор носит на щите и доспехах. Ни одно существо не способно без последствий пройти через такое, Джек чувствует, что это было бесполезно; орды нежити всё равно прошли дальше, единого государства больше нет, рано или поздно конец придёт всему. На что он обрекает себя и свой отряд, сейчас рвение Майка сражаться вызывает у Джека ярость и отвращение; война приводит только к страданиям и лишениям, нужно быть дальше от войны, оставить её тем, кому нечего терять.       По телу проходит дрожь отвращения, от себя, от своей судьбы, от того, что происходит в мире, в государстве. Почему Джеку не всё равно на то, как он зарабатывает, проблем было бы меньше, в голову лезут сомнения. Ошибкой было спасать сбежавших магов, работать на инквизицию, ошибкой было оставить ту деревню на разорение монстрами, нужно было просто вырезать всех крестьян, чтобы не мучались. Ошибкой было брать Майка, он бы жил в этом постоялом дворе, не зная войны, смертей. Орк вскочил с кровати, мысли сковали его тело, он хотел уйти от них. Только светает, и Джек решает выйти на улицу, чтобы немного освежить разум. Ладонь погружается в деревянную бочку с водой и после омывает лицо, немного становится легче, и на смену этим мыслям приходят мысли о недавнем времени, проведённым с Майком. Джек не знает, правильно ли он поступает, вступая с Майком в такие отношения, он видит в парне одновременно себя, одновременно воспитанника, а после секса ещё и любовника, страсть действительно накатила на них волной, в момент спокойствия и безмятежности, когда мужчины всецело отдались друг другу. Не хочется обрекать Майка на страдания, но оставлять его нельзя, Джек сможет подготовить его и закалить, других решений он не знает, ему самому пришлось пройти через войну и преодолеть себя. Думать об этом больше нет никакого смысла, это всё равно ни к чему не приведёт. Он возвращается к Майку, приподнимая одеяло и забираясь к парню, прижимая его к себе и закрывая глаза. Чувства рыцаря и его оруженосца взаимны, ещё один боец для команды, ещё один друг и помощник, желающий сделать всё для того, чтобы помочь миру.       Утро оказалось весьма неожиданным, через серые тучи и облака, разогнав тьму, под сильным ветром, прорвались солнечные лучи. Шум деревьев на несколько секунд успокоился, и через окно спальни свет упал на спящего Майка, заставив его поморщится, ведь луч был у него прямо на глазах. Солнце редко прорывается из-за серой дымки, но тут его можно видеть по утрам и вечерам. Джека рядом нет, но ночью они спали вместе. По телу разливается расслабление и тепло, но вместе с тем парень явно выспался. Он потянул ноги и руки, ощущение, что не нужно никуда торопиться было потрясающим, мышцы и кожа в тонусе. Парень, размявшись, обнаружил, что вчерашняя рана зажила, на Майке всё заживает быстро.       Одевшись, Майк выходит из дома, слегка зевая, и видит во дворе орков, в том числе и Гатока, и эльсийца Аллесандра, что говорит с ними. У всех достаточно хмурые лица, значит что-то случилось. Парень подходит ближе, и молча слушает, не встревая в разговор, остальное он спросит у Джека. Капитан стоит прямо напротив эльсийца и слушает его, держа руки по швам и расправив грудь. — И в этих катакомбах живёт скверна, червоточина испускает отвратительную магию, а в руинах открыты выходы, через которые лезут демоны и прочие твари, — спокойно говорит эльсиец. — Ещё немного, и они доберутся и до деревни. — Тогда нужно выдвигаться немедленно, сразу после завтрака мы начнём готовиться, — кивнул Джек. — Я не знаю, насколько глубоко уходит это место, под руинами огромного и древнего храма скрывается зло, — Аллесандр стал чуть более обеспокоенным, в его голосе впервые за всё время, что он говорил тут и на постоялом дворе, послышались нотки неуверенности. — Я пойду туда с вами, я должен быть там. Джек, скажи всё Майку. Поешьте и готовьтесь выходить, я буду в распоряжении капитана, но сначала облачусь в свои доспехи. Солнечные лучи сверкнули на золотых волосах эльсийца, и тот быстро взмыл в небеса, растворившись в ярком свете, оставив после себя едва заметное сияние, походившее на белоснежные крылья. Облака и тучи вновь стали затягивать небо, и солнце пропало за ними, лишь изредка прорываясь сквозь серую пелену. Джек рассказал Майку про то, что случилось. Инквизиция из столицы охотится на отряд орков из-за того, что Джек отпустил беглых магов вместо того, чтобы их убить, и указал неверное место их расположения. Когда обман раскрылся, орки сами стали целью для инквизиторов и их наёмников. И они напали на постоялый двор, где убили Кулрайна. Майк знал Кулрайна с самого детства, и старый кузнец был единственный, с кем парню было интересно и кому он хотел помогать; старик научил Майка многим вещам, полезным в хозяйстве, и от нежити они отбивались вместе. Стало очень тяжело на душе, Майк отвёл взгляд, сжав кулаки, сердце заколотилось — Я бы сейчас хотел что-нибудь ударить… — на выдохе произнёс Майк. Реакция была такой же, как у Джека.- Рана как раз ушла. — Мы немного отработаем удары, пока еда готовится. Ты сможешь нести оружие и применять его, и мы подгоним броню, — Джек скрутил канат и закрепил его стальным кольцом, понемногу нужно собирать вещи. — Гэток и Аллесандр нашли место, откуда лезут демоны. Это не дикая нежить, поэтому слушай все приказы. — Так точно, капитан. Демоны… я пару раз слышал, но не особо знаю… — Ну, так мы называем их, это любые агрессивные и неразумные твари, которые живут в мире, отличном от нашем. Это, вроде как, другое измерение, и оттуда они не должны выбираться сюда. Джек имел дело с демоническими тварями и сущностями, но это были только мелкие создания, хоть и отвратительные на вид. Некоторые такие твари могут завладевать разумом смертных, если те сильно связаны с магией, но оркам и Майку такое не должно грозить. Но во всём уверенным быть нельзя. Майк сходил в уборную, и после умылся тёплой водой из бани, которую растопили утром, таких удобств впереди, скорее всего, не будет.       Тренировка заняла час, Джек учил Майка правильно держать оружие и ставить удар, для этого требуется много практики, но без основ ничего не получится. Растянуть или порвать мышцы из-за неправильного обхвата может стать смертельным опытом, особенно когда держишь не топор двумя руками, а длинный меч в одной. Хоть Кулрайн и научил Майка держать топор, меч совсем по-другому ощущается. Широкое лезвие хорошо рубит, а острие позволяет делать сильный укол, оружие ощущается тяжёлым, но сбалансированным, держать его удобно, значит к тяжести легко будет привыкнуть.        Джек и Майк сталкиваются оружием и щитами, то и дело схватываясь в борьбе. Орочий бой щитом и мечом очень прямолинеен — если ты не убиваешь врага сразу своей силой и своим оружием, то ты пытаешься его отбросить или повалить на землю, чтобы там добить. Это совсем не похоже на фехтование или поиск слабостей, орк в бою должен использовать свои сильные стороны, и Майку это тоже немного передаётся.Джек отбивает удар Майка и тут же выводит свою ногу вперёд, толкая парня, тот держится, руки сплетаются в борьбе. Майк держится, сгруппировавшись, чтобы не упасть, очень тяжело, мечи выходят из ладоней, руки сбрасывают щиты, плечи сталкиваются в ударе.       Майк рычит, резко разворачивая свой корпус, они оба падают на землю и траву. У Джека огромные и плотные мышцы, его шею сложно обхватить даже всей рукой, они скручиваются в борьбе, Майк оказывается в сильной хватке, но продолжает бороться. Джек хочет проверить силу жителя Небесного Бастиона, они должны быть способны справиться с сильным, натренированным и взрослым орком. Майк использует всё своё дыхание и импульс, чтобы ногой оттолкнуться от земли и повалить орка на спину. Сил удержать Джека уже не осталось, он просто оказался сверху, тяжело дыша и шмыгая носом. Орк улыбнулся, слабо ударив парня кулаком в живот. Эта борьба оказалась возбуждающей, у обоих выпирал стояк, Майк наклонился, пар горячими клубами вырывался из ртов и смешивался, расходясь вверх, Джек уложил ладони на его спину, а после взялся за зад, слегка прижав его. Они смотрели друг на друга, не произнося ни слова, и в конце Майк прислонился губами к пасти Джека, сливаясь с ним в неумелом, но страстном поцелуе, слегка подрагивая от напряжения в мышцах, но не останавливаясь. Парень доказал себе и Джеку, что сможет защитить его в случае опасности, или хотя бы попытаться это сделать, потому что у орка сейчас не было цели убить его. — Молодец, теперь на турники, разомнись, скоро завтрак, — Джек быстро поднялся, подтянув парня на верх и поставив на землю. — Только сложи мечи и щиты сначала. Майк занимался на турниках с подходами, все его мысли были заняты смертью Кулрайна и охотящихся за орками инквизиторов. Несколько раз он их видел, но не говорил, они скрытные и неразговорчивые, и закованные в закрытую броню, даже не угадать, мужчина там или женщина. Джек в это время говорил с Гатоком, солдат был озадачен, и говорил капитану всё, что видел и знал. — Это пространство плиточное, каменное, мраморное, и в проломах проходы, мы подошли, там ступени, а из проёмов видны следы когтей, — говорит Гаток, отпивая немного апельсинового эля. — Значит, они, скорее всего, рыли снизу, землю под катакомбами, — хмыкнул Джек, ровно сидя на лавке, поместив ладонь на колено. — Вот и я так подумал, только никого не нашёл, но вырывалась наружу мелочь, там проходы небольшие, нужно будет их разгрести. — Гаток хотел сказать что-то ещё, он всегда отворачивался, когда недоговаривал. Джек кивнул, положив ладонь на плечо собрата. — Когда Кулрайн умер, я попросил эльсийца его воскресить… Но он не сделал этого. Почему? — Не знаю, Гат. Может быть, он слишком долго был бессмертным, и видел столько смертей. Я спрошу у него, почему, — они поднялись с деревянной лавочки. — Скажи Ивару, пусть подгонит под Майка латы. — Латы? Капитан, а ему обязательно идти с нами? — Гаток фыркнул, посмотрев в сторону турников. — Он же человек, его тело, как ни крути, не приспособлено к тому, что мы можем вынести. — Он не обычный человек, он справится. За работу.        Майк решил немного смыть пот в ближайшей бочке с водой, осталось там немного, поэтому пришлось наклониться ниже, слегка поднявшись. Вода коснулась тёмной кожи, немного освежила, но пить её нельзя, она дождевая, а с небес часто идёт грязная, пыльная вода. После упражнений и тренировки Майк чувствовал пульсацию в мышцах, но они уже не так сильно болели, парень сел на корточки и спиной прислонился к бочке, быстро выравнивая дыхание. — Тебе нравится в отряде Джека? — Майк и не заметил, как рядом оказался Аллесандр, на эльсийце белые и золотые доспехи, идеально покрывающие высокое и совершенное тело, ткань нежно-фиалкового цвета покрывает сталь, ниспадая с плеч на руки, и до самой земли. Доспех выглядит так, будто создан только для защиты, как в нём драться, Майк представить не мог. Очень красивый и мягкий, но могущественный, слова заставили парня встать, наслаждаясь видом эльсийца. — Да, милорд. Меня обучают, кормят, заботятся. — А сам Джек? Что ты к нему чувствуешь? В твоей душе разливается прекрасное чувство, когда ты находишься рядом с ним, — несмотря на доброжелательный вид эльсийца, Майк не хотел ему вот так открываться. — Это чувство называется не только привязанностью, вы оба слишком быстро стали друг друга любить. — Он мой друг, мой учитель, мой капитан и… да. Вчера мы провели время вместе, в постели… — парень замялся, но он действительно не воспринимает Джека просто как любовника, хотя и сам не до конца понимает, как это правильно назвать. — Я его уважаю. И хочу помочь ему в его цели. Я не могу оставаться в стороне. — Всё уже решено до тебя, дитя. Эльсийцам не суждено вернуться, и никакими способами вы не вернёте их. — Но ведь мир страдает после их ухода, я не помню, как было раньше, точнее не знаю. Но точно намного лучше, — парень возразил и сразу же столкнулся с холодным, пробивающим насквозь, печальным взглядом эльсийца, тело его сковали невидимые цепи, они впились в него страшной хваткой. — Мир страдал всегда. Мы сражались друг с другом за идеалы, в которые верили. Но сражаться за идеалы бессмысленно, когда твой конец предсказуем, — Аллесандр намекал на смертную сторону Майка и орков. — Но бессмертная жизнь ещё хуже, ты ничего никогда не поймёшь и не изменишь. — Тогда не мешай нам сражаться дальше! Зачем ты здесь? — выпалил Майк, отойдя назад, в его голосе решимость и несогласие. — Джек верит в тебя и в твою силу, и ты зачем-то пришёл сюда, значит не всё потеряно. — Я предал этот мир, и лишь хочу вместе с остальными принять его тьму. — Ты предашь, если прекратишь сражаться. — выдохнул парень. Его позвали есть. — Я думал, у вас нет сомнений… Наверное, хорошо, что я ошибался.       Аллесандр остался думать над словами Майка. Смертные оказались сильнее духом, чем небожители, покинувшие погибающий мир, внутри эльсиец почувствовал себя виноватым особенно сильно. Может быть, всё вокруг погружается во тьму и хаос, но хотя бы стоит попытаться. Если Аллесандр найдёт источник демонической угрозы, то сможет использовать эту энергию для того, чтобы призвать своих братьев и сестёр обратно, и убедить их вернуться. К тому же, Майк не обычный человек, хоть и сам этого не знает. В Небесном Бастионе рождались будущие защитники небожителей, люди, в чьих жилах текла сильная кровь. Если эльсийцы увидят, что не все они погибли, может быть, это поможет им остаться и раскаяться. Каша и рубленое мясо с варёными яйцами. Вот и вся еда, нечего отнимать у стариков больше, им и самим едва хватает, хоть они и готовы помочь.        В отряде Джека все готовы выходить. Каждый солдат орочьего отряда облачён в латы, подбитые кольчугой, кожей и тканью, они защищают их грудь, плечи и руки, стальные пластины закрывают бёдра, закреплённые ремнями на джинсовой ткани и ботинки, на которых тоже стальные пластины.        Ивар в отряде Джека отвечал за снаряжение и инструменты, это высокий орк, с тёмно-травяной кожей, на которой были слегка светлые пятна в области шеи и плеч, очень умный и начитанный боец, и нисколько в бою не уступающий своим братьям. С огромным щитом и алебардой эльсийского происхождения он сражается, как настоящий профессионал. С другой стороны, он учился в столице и посещал, помимо тренировочной площадки, оставшиеся целыми, лектории, где когда-то преподавали эльсийцы. У него из чёрных волос собраны тугие косички, заплетённые в такой же тугой хвост. Один глаз слепой, второй тоже проблемный, поэтому он носит очки. Он остался жив после того, как в него попал магический заряд, но один глаз ослеп сразу, а второй стал плохо видеть. Он единственный из отряда, кто очень следит за тем, чтобы не было никакой бороды, абсолютно выбритая челюсть, подбородок и шея. Именно Ивар сейчас подгоняет броню Майку. — Могу взять подержать? — спросил Майк, когда надел поддоспешник, смотря на стоящую у стены небольшой самодельной кузницы в сарае алебарду. — Хмм, ну попробуй. Она зачарована под мою руку и тело, — хмыкнул, ухмыляясь Ивар, работая над самыми маленькими деталями брони, креплениями для лат. Огромное древко из стали, но с каменной рукоятью, ладонь едва обхватывает её, широкое и длинное лезвие изогнуто с одной стороны, с другой лезвия расходятся в стороны, словно солнечные лучи. Парень берётся двумя руками, но алебарда даже не двигается, он не может поднять это оружие. — Что такое? Может я сильно устал после тренировки? — Никто его не может поднять, кроме меня и этого эльсийца. Оружие сделано и зачаровано для меня, — Ивар сделал пару ударов молотом по нагруднику. — Давай надевай, смотри ремни не зажми сильно, и спиной повернись, я помогу. — Это делают с оружием в столице? — Майк надел нагрудник и освободил ремешки, повернувшись спиной, Ивар стал надевать наплечники. — Делали. Сейчас такая наука, как зачарование, вне закона. Магию пытаются контролировать и подавлять, поэтому маги сбегают, их ловят, они начинают защищаться своей силой… И такой круг бесконечен. Это тонкая наука, требующая концентрации, сосредоточения, понимаешь? — дальше налокотники, Ивар помогает Майку закрепить их, с каждым новым элементом доспех становится тяжелее, но сидит на теле очень удобно, чувствуется надёжность. — Я пробовал учится, но магия не течёт в моей крови. Я могу выучить формулы, произношение и даже знать, что нужно делать, но это всё бесполезно. — Капитан сказал, что вы ловили беглых магов, это с ними вы получили раны? — Не с ними. Беглые маги напуганные дети, в основном, не более, часто добрые. Те были демонопоклонниками, ну, понимаешь… Их души были настолько ранены, что они нашли утешение в другом мире… Ивар объяснил Майку некоторые разделения между теми, кто способен владеть магией. Некоторые маги связывают себя с существами других планов и измерений, чтобы Академические слова, выученные в столице, он для Майка разжёвывал до мельчайших деталей.        То ли от плохой жизни, то ли от хорошей, то ли от скудного ума или высокого самомнения, эти маги часто попадают под тлетворное влияние тех уголков вселенной, что пытаются вырваться из бездны безымянного существования. Демонические сущности проникают в их разум, захватывают его и изменяют, завладевают физической оболочкой, меняя характер владельца до неузнаваемости. Искажённый такой силой маг становится послушной игрушкой разрушительных сил. — И если убегающим от преследования магам я хотел помочь спасением и защитой, то этим… только быстрой смертью. Никто не заслуживает такой судьбы, — пока Ивар объяснял, он полностью снарядил Майка в броню, надёжную, крепкую, хорошо сидящую и удобную. — И хоть они всего лишь марионетки, сила в них ещё есть. Одной вспышкой хватило, чтобы двух наших братьев не стало, удар молнии и огня пролетел прямо перед моим лицом. Я метнул алебарду в сторону безумного хохота, и он прекратился… — Аллесандр тоже маг? — спросил Майк, отходя в сторону и немного разминаясь. — Все эльсийцы маги, и они подарили магию смертным. — Значит это было ошибкой. Из-за таких, как он, всё это произошло, — нахмурился парень, поднимая сумки и закрепляя их на себе, чтобы нести, там походное снаряжение и шлем. — Я тоже так думаю, но он хотя бы пытается исправить ошибку свою и своего народа. Если бы он был нашим врагом, хватило бы одного эльсийского взгляда, чтобы нас убить. — Ты доверяешь ему, Ивар? — Да, доверяю…        К полудню отряд прибыл к нужным руинам, Аллесандр был вместе с остальными, он очень легко передвигался, словно в невесомости отталкиваясь от земли, несмотря на надетые доспехи. Немного передышки, чтобы попить и оставить вещи, но возникла проблема. Среди деревьев Клайт увидел несколько растяжек, его орлиный взгляд понял это по едва заметному блеску от света эльсийца, он сразу же остановил всех и показал, где находятся ловушки. Трава в некоторых местах прижата к земле, заросшие травой руины на углах оголены, кто-то готовился к засаде, но неизвестно на кого, на эльсийца, орков или демонов. — Тут опасно, кто бы вы ни были. Уходите отсюда! — громко сказал эльсиец. Все повернулись к нему удивлённо, уже достав оружие и надев шлемы. — Мы не причиним вам зла! Тут опасное место. Среди руин послышалось шевеление, и из-за каменного ограждения, что повыше остальных, вышло двое мужчин в меховых одеждах и кожаных накладках, они были восхищены и напуганы одновременно, смотря на эльсийца, что был с орочьим боевым отрядом. — Мы просто охотники, милорд. Сейчас уйдём, спасибо вам… — они быстро собрали вещи в рюкзаках и через деревья ушли прочь. — Аллесандр, больше так не делай. Ты должен слушать мои приказы. А если бы там были не охотники? А если они работают на тех, кто нас ищет? — Джек вышел вперёд к Аллесандру, достаточно грубым голосом разговаривая с ним. — Я… прошу прощения. Я совсем позабыл, Джек… я совсем не привык… — Аллесандр выглядел разбитым. С одной стороны он поступил честно и открыто, но с другой проявил ненужную инициативу. На глазах у эльсийца внезапно появились слёзы. — Ладно, спокойно, не волнуйся… Блядь, — смягчился Джек, смотря на такую реакцию. Это нежное существо, стоило ему всё объяснить заранее, а капитан молча вёл всех вперёд, он привык к тому, что его солдаты всё понимают. — Всё нормально, прости. Просто не привлекай внимание.        Аллесандр явно не готов к походной и военной жизни, его от такой, на мнение остальных, мелочи, пробило на слёзы. Капли, сошедшие с щёк на землю, оставили там мерцающую пыль. Гаток фыркнул, в руках у него длинный и широкий меч, двуручный, с большим обхватом и закруглённой гардой, лезвие в некоторых местах сколото, на нём следы от частых битв, даже больше, чем у остальных. — Но как ты хочешь нам помочь? Ты ведь не держал оружия в руках, так? — спросил Арэн у Аллесандра, закрепляя кастеты на больших кулаках, шипастая сталь блестела на свете, который исходил от эльсийца. — Он спас Гатока от смерти. Кто знает, что там может быть… — ответил Клайт, разведчик отряда подготавливал магазины арбалетных болтов, чтобы потом их удобнее менять.Аллесандр слегка вытянул безымянный палец и приподнял руку, яркая вспышка. Вся сталь на отряде стала мягко, но уверенно светиться солнечным светом, оружие испускало лучи яркого света, и это делали даже наконечники болтов, вплоть до того, пока сталь не стала похожа на раскалённый металл, но не обжигающий. Мерцающие сплетения стали окружать всех, связывая нежной нитью магии эльсийца, можно было увидеть белоснежные крылья, укрывающие Джека, орков, Майка и Аллесандра. — Это будет вас защищать и наполнять оружие магией моего народа. И я смогу лечить ваши раны и освещать дорогу в темноте… — Тогда хорошо, что ты с нами, Аллесандр, — кивнул довольно Арэн, натягивая на себя закрытый шлем. — А демоны девушки там бывают? Не хочу, чтобы мне откусили член. — Да они его не отыщут, не парься! — Джек толкнул своего солдата в плечо, все загоготали. — Давайте разгребайте завал, вот эту колонну надо поднять и дверь выбить. Аллесандр, посвети немного.       Среди каменных завалов в небольшой низине действительно виднелись оцарапанные отверстия, через старые мраморные колонны, опавшие ещё очень давно, кто-то лез, и кто-то залезал, и едва ли это были животные, которые водятся в этих местах. Арэн и Гаток быстро избавились от руин, камни с треском отлетели в сторону, свет из ладони Аллесандра направился в темноту. Вниз идут ступени, пространство высокое и широкое, так как это катакомбы, место, где были расположены усыпальницы, крипты и места для ритуалов. Воздух оттуда не самый приятный, Клайт сразу уловил очень тонкий запах гари и серы, но вскоре и все остальные смогли это учуять. Отряд стал проходить и спускаться, складывая рюкзаки у входа, утоляя жажду, пока ещё есть время. У выхода остались Аллесандр и Майк, и парень кивнул эльсийцу, чтобы тот перелез через то, что осталось от каменной двери, и как только небожитель сделал шаг, как в его спину со свистом вонзился стальной болт. Эльсиец вскрикнул и склонился, Майк сразу же встал перед ним со своим башенным щитом, полностью скрывая Аллесандра. На возвышенности он увидел группу людей. Через несколько секунд из катакомб выскочили орки во всеоружии., болты засвистели ещё сильнее, но не пробили ни щиты, ни доспехи. — А вот и вы! Из-за вашей выходки, идиоты, мне придётся вас убить! — властный женский голос оказался знакомым Джеку, это одна лордов-инквизиторов. — Охотники мне сказали, что вы здесь. А что, в Иргон ехать не захотели? — А с каких пор леди-инквизитор сама занимается убийством? — крикнул Джек в ответ. — Ты знаешь, что у нас тут эльсиец? — Лжец! Как и эти крестьяне! А я хотела провести этот вечер не с тобой! — стальной женский голос исказился от гнева. — Я теперь не лорд-инквизитор! Из-за тебя! — У неё орочья погибель! Держи дыхание! — крикнул Клайт, попав в одного из арбалетчиков, с криком тот упал на камни и скатился вниз. Склянка с ядом разбилась на камнях рядом с отрядом, орки стали пятиться в сторону, почувствовался насыщенный сладковатый запах, который Майк совсем не почувствовал, хотя его сердце бешено билось внутри, он держался рядом с капитаном, переступая с ноги на ногу и держа щит поднятым. — Ну! Принесите мне их головы! — женщина закричала сильнее. Никто из врагов не горел желанием драться после того, как увидел орков, быстро выбегающих из прохода, со светящимися доспехами и оружием. Но участь их может быть страшнее, если они этого не сделают. Их начинает стегать плеть хозяйки, слышаться громкие раскаты стального хлыста.       Джек, Ивар и Майк стояли впереди с щитами, они приняли на себя основной удар, меч Гатока уже вонзился в кричащего противника, завязалась жуткая и кровавая драка. Кровь сразу же окропила землю, доспехи, оружие и щиты, Майк почувствовал железистый запах, отрубленные конечности оставляли после себя грязные дорожки, парень наступил на чьи то внутренности, а после на разбитый в труху череп. Арэн быстро бьёт противника в голову, разнося её на куски, кости громко трещат. Алебарда Ивара разрубает врагов на части, они несколько минут пытаются шевелиться в мучениях, захватывая последний воздух. У Майка пытаются вырвать щит, парень взмахивает мечом и острие вонзается в сначала в кольчугу, он делает резкий выпад, используя свою силу, бьёт мечом по голове. Джек рядом, он защищает свой отряд от выстрелов, помогает остальным расправляться с противниками.        Враги бросаются в стороны, напуганные силой и мастерством орков, несмотря на численное преимущество, они не могут одолеть даже одного, отряд Джека действует как единое целое. Прилетает ещё одна склянка, попадает прямо в шлем Гатока, тот сразу сбрасывает его с себя, слегка царапая кожу на шее. Орки отступают назад, на них набрасываются. — Атоаль! — слышится властный и громкий голос Аллесандра. Невидимая и мощная сила сковала всех, остановила сражение. Эльсиец был рассержен, он вышел из прохода, и никто не мог ему сопротивляться, все подчинялись, как бы ни пытались сделать обратное. Чувство полного отсутствия контроля, не просто онемения, а как будто тела нет и никогда не было. Золотые волосы Аллесандра горели ярко, он медленно подошёл к инквизиторше. — На колени, рабыня.        Она выполнила его приказ беспрекословно, словно даже и не она его делала. Он резким движением сорвал с неё маску        — Мой… владыка… — вырвалось у неё, точёный подбородок дрожал. Джек увидел её лицо. Леди Нириэль, эльфийская дева, чистая и прекрасная, которую он навсегда запомнил когда-то. У неё напуганное, но искажённое гневом лицо.Он бы запомнил её голос тогда, если бы она говорила с орком. Она всегда была чудовищем, или же работа инквизитором сделала её такой. Аллесандр коснулся её лба пальцем, и солнечный огонь стал прожигать её кожу, кости и мозг. — Неет… Она погибла медленно, мёртвое тело упало вниз по камням, которые раздирали её облегающие одеяния. — Этот эльф недостоин своего бессмертия, — Аллесандр ослабил свою магию, враги стали разбегаться в разные стороны. Но на орков попал яд.        — Ивар, достань противоядие! — задыхаясь, сказал Джек, в глазах помутнело, он чуть было не упал, его поймал Майк, с трудом держа капитана. Эльсиец быстро спустился, свет стал ярче, по телам орков прошлась волна энергии, словно из них вытягивают эту отраву. Запах понемногу пропал, и орки очень быстро пришли в себя. Ещё немного, и их бы удалось победить с помощью Орочьей Погибели. Аллесандр вытянул этот наркотик с помощью своих сил, из глаз его пошли слёзы, пальцы дрожали, он тоже был напуган.        Мёртвые тела лежат в лужах крови, с отрезанными кусками плоти, разможжёными черепами, разломанными конечностями, иногда дёргаясь, это мышцы сокращаются после недавней схватки. Майка тошнит и рвёт от этого вида и запаха, Джек поддерживает его и даёт воду, держа шлем своего оруженосца. В первый раз у всех так бывает.        — Молодец, но в следующий раз бей врагов почаще. Они тебя захотят убить. Но ты молодец. Пойдём внутрь теперь, — Джек похлопал парня по плечу, тот кивнул, приходя наконец в себя и вновь надевая шлем, чтобы зайти внутрь.