Music is soar in the air

Рождество уже не за горами. Неповторяющиеся снежинки формируют огромные сугробы, деревья теряют остатки своей листвы, а школы по всему городу теперь украшены гирляндами и венками, напоминая детям о духе праздника и письмах для Санты Клауса. Карлу нравятся эти традиции. Однако ему не нравится то, что он состоит в клубе с идиотами. Каждому кружку было дано задание украсить одну из частей школы, чтобы ученики могли сплотиться в преддверии Рождества и почувствовать себя одной большой семьёй. (Таббо уверен, что Шлатт просто хотел воспользоваться бесплатной рабочей силой). Конечно, подростки не остались в стороне. И изначально всё даже шло хорошо. Ханна и Тина повесили несколько лент мишуры по всему периметру актового зала, Карл и Сапнап клеили разнообразные снежинки на стены, Ники и Уилбур пытались удостовериться в исправности одной из гирлянд (никто из них больше не доверяет это дело Таббо и Томми), а Каллахан вновь спал на одном из мягких сидений, на этот раз с красной рождественской шапкой на голове. Они весело переговаривались, обсуждая планы на каникулы, когда в двери влетела троица подростков. И теперь они все стоят посреди деревянной сцены и смотрят на украденную откуда-то ёлку. Это обычная карликовая ель, которая едва ли достигает им всем до пояса, но тем не менее это всё ещё настоящая ёлка в настоящем керамическом горшке. — Могу я спросить, откуда это у вас? — поднимает бровь Ники, смотря, как Ранбу и Таббо переглядываются. Томми стоит, явно гордый собой. — Это... — начинает подросток, но его друзья тут же закрывают ему рот ладонями. — Подарили, — произносит Таббо, с серьёзным лицом смотря на участников клуба. — Да-а, — неуверенно тянет Ранбу, — Эм... рождественское чудо? Девушка проходит взглядом по каждому из них, в итоге вздыхая. — И что нам с ней делать? — спрашивает Ханна, дотрагиваясь до зелёных иголок. — Наряжать, конечно же, — выбирается из захвата Томми. — Не думаю, что у нас есть нормальные ёлочные игрушки, — задумывается Уилбур. — Разве в подвале нет старых украшений? — спрашивает Тина. Карл ловит взгляды Сапнапа, Томми и Ники. — Я уверен, мы сможем найти что-нибудь здесь, — нервно смеётся Джейкобс, доставая из картонной коробки небольшого ангелочка на ниточке. Он проводит пальцами по месту скола, где раньше было одно из белых крыльев, и слегка улыбается, вешая игрушку на одну из ближайших веточек. В конечном итоге на дереве оказываются несколько побитых пластиковых шаров, куски порванной мишуры и полуработающая гирлянда. Каллахан также украшает самый верх ели блестящей звездой, которая держится настолько плохо, что им приходится примотать её скотчем. Карл, как и все, отходит на пару шагов от ёлки, осматривая проделанную работу. Маленькое рождественское деревце стоит на невероятно большой по сравнению с ним самим сцене, пока от побрякушек на нём отражается яркий свет ламп, посылая на пол парочку солнечных зайчиков. Это выглядит... по-своему уютно. — Я же говорил, что это хорошая идея, — ухмыляется Томми, толкая своего друга в бок. — Признаю, иногда ты можешь быть полезен, — хлопает его по плечу Таббо, — Я готов закрыть глаза на твои остальные недостатки. — На твои б кто закрыл, — фыркает подросток, тут же получая щелчок по носу. — Год наступает новый, а всё остаётся по-старому, — вздыхает Ранбу, наблюдая, как подростки почти начинают драку. Когда же они выходят из здания школы, то слышат, как Шлатт жалуется на то, что кто-то забрал ёлку из его кабинета.

────── • ──────

Вечер наступает незаметно. Небо, что минуту назад было оранжевым от заката, становится темнее и темнее, пока всё же не превращается в беспросветное месиво из тусклых звёзд и облаков. Карл напевает себе под нос какую-то мелодию, чувствуя, как Ковёр трётся о его ноги, пока он насыпает в её миску корма. — С рождеством, девочка, — улыбается Джейкобс, смотря, как кошка с радостью приступает к своему ужину. Внезапно во входную дверь кто-то стучит, и Карл идёт открывать её, чтобы увидеть на пороге взволнованного Джорджа. — Готов идти? — спрашивает парень, улыбаясь. — Да-да, дай мне минуту, — смеётся Карл. Он успевает только надеть свою куртку, когда его за руку вытаскивают на улицу. — Повеселитесь там, — Джейкобс слышит голос своей матери, махая ей на прощание. Они с Джорджем практически бегут к главной площади города, на ходу толкая друг друга в снежные кучи, словно маленькие дети. Когда они всё же пребывают на место назначения, то группа подростков уже ждёт их у входа на ярмарку. — Похоже, мы последние, — пытается отдышаться Карл, засовывая красные от холода руки в карманы. — Главное, что теперь мы все можем насладиться праздником, — уверяет его Ники. Паффи смахивает несколько снежинок с её шапки. Зимняя ярмарка — любимая городская традиция Карла. Он помнит, как каждый год приходил сюда с родителями и впитывал в себя сказочную атмосферу, которое это место могло предложить. Когда его ноги ступают на снежную дорожку, он понимает, что ощущение волшебства с возрастом никуда не делось, а стало лишь сильнее трепетать где-то в груди. Разноцветные лампочки гирлянд украшают различные прилавки, уличные музыканты пританцовывают в такт собственной мелодии рядом с группой детей и взрослых, а красиво украшенная ёлка выглядит настолько большой, что Карлу приходится поднять голову, чтобы увидеть роскошную белую звезду на её вершине. Не проходит и минуты, как подростки разбредаются по площади: Томми, Таббо и Ранбу убегают куда-то вперёд, смеясь с собственных шуток, Паффи утаскивает Ники в небольшую фотобудку, Ханна и Тина делают фотографии различных декораций, Джордж и Уилбур пробуют печенье с глазурью, а Каллахан... честно говоря, Карл не знает, где он, но он уверен, что с ним всё в порядке. Ну, Карл надеется. И вот так, они с Сапнапом вновь остаются наедине. — Это так завораживающе, — с улыбкой произносит Джейкобс, оглядывая всё вокруг. — Да, — соглашается Сапнап, не отрывая от него взгляда. Он позволяет Карлу вести себя по ярмарке, останавливаясь чуть ли не на каждом шагу, чтобы получше рассмотреть очередной узор на ёлочной игрушке или гравировку на одном из продающихся сувениров. Они даже отправляют фотографию, на которой они оба будто держат ёлку на собственных ладонях, сестре Сапнапа, на что та посылает им палец вверх и сообщение о том, чтобы они не отморозили себе задницы. Они вместе с остальными подростками наблюдают за небольшим представлением, в которое уличные музыканты каким-то образом втянули Таббо, когда Сапнап начинает слишком пристально смотреть на Джейкобса. — Тебе не холодно? — спрашивает Сапнап, Карл поворачивается к нему. — Ну, у меня не было времени думать о погоде, потому что меня буквально силой вытащили из собственного дома, — пожимает плечами он. Сапнап в ответ слегка усмехается, попутно начиная разматывать синий шарф на своей шее. — Лучше бы тебе не заболеть, иначе моя сестра убьёт меня, — Карл успевает лишь моргнуть, когда чужой элемент одежды начинают обматывать вокруг него. — О, нет, — протестует он, — Тебе не нужно... — Карл, — с улыбкой прерывает его Сапнап, — Это ничего, — он слегка щёлкает его по лбу, отворачиваясь, — К тому же, он подходит к твоим глазам. Карл чувствует жар на своём лице. Боже, этот парень решил его убить. Он кутается в ткань шарфа, пытаясь скрыть то ли собственное стеснение, то ли улыбку. — Спасибо, — тихо говорит Карл. Сапнап вновь смотрит на него, Джейкобс же отводит свой взгляд в смущении. Сапнап улыбается, касаясь кончиками пальцев его руки. — Эй, — вдруг зовёт их Джордж, — Вам лучше поторопиться, если не хотите пропустить фейерверк. — Уже идём, — слегка смеётся Сапнап, в этот раз полностью взяв руку Джейкобса в свою и начав бежать в сторону собравшейся толпы. Карл чувствует, как смех вырывается из его горла. Они подходят к подросткам как раз в тот момент, когда какой-то человек начинает давать обратный отсчёт. Они все присоединяются к нему, медленно начиная с десяти. Когда хор голосов доходит до цифры один, в небо запускается несколько залпов, а после взору толпы предстаёт множество цветных взрывов, которые кажутся настоящим волшебством в созданной обстановке. Джейкобс улыбается, смотря на небо. Сапнап улыбается, смотря на Джейкобса. Проходит пара мгновений прежде, чем парень замечает это. — Что? — слегка посмеиваясь, спрашивает Карл. — Ты знаешь, что нравишься мне, верно? — мягко улыбается Сапнап, всматриваясь прямо в чужие глаза, в которых отражаются цветастые огни. Улыбка падает с лица Карла, он смотрит на Сапнапа в тишине. Но с той же скоростью, с которой его охватывает удивление, где-то внутри него зарождается что-то новое. Давно забытое чувство, которое, словно этот же фейерверк, устраивает в груди Карла взрыв яркой краски. Ему кажется, будто собственная кровь превращается в золотую жидкость, что разносит по организму потоки непроизвольного трепетания. Карл слегка улыбается, медленно дотрагиваясь до чужой руки. Вдруг он вновь сжимает ладонь в кулак. Что, чёрт возьми, он делает? Лишь на секунду ему внезапно показалось, что всё действительно может быть хорошо, но затем все страхи и сомнения обрушились на его плечи с новой силой. Что, если он снова ошибётся? Что, если его снова обманут? Что, если в этот раз будет ещё хуже? Слова Джорджа сами собой всплывают в его памяти. «Это значит, что ты лечишься. Должно пройти время, чтобы ты увидел, как легче всё на самом деле будет теперь, когда ты принимаешь вещи, о которых так беспокоился раньше.» Карл смотрит в глаза Сапнапа, которые, кажется, наполнены теплом тысячи огней, и не понимает, как он может думать что-то подобное об этом человеке. Сапнап делает его счастливым, он действительно заботится о нём и не сделал ничего, что заставило бы Джейкобса сомневаться в нём. Его сердце готово растаять каждый раз, когда Сапнап дарит ему шанс увидеть свою улыбку или почувствовать, как его руки обнимают его. Господи, Сапнап буквально поцеловал его, и это было лучшее, что Карл чувствовал за последнее время. Мысли в его голове проносятся без остановки, но Джейкобс успевает найти момент, чтобы решить: к чёрту. Плевать, если он ошибётся. Он всё ещё достоин любви. Он хочет позволить Сапнапу любить его. Он хочет позволить себе любить Сапнапа. В один момент они смотрят друг на друга, а в другой Карл притягивает к себе чужое лицо, целуя розовые губы, пока на небе появляется ещё один яркий узор фейерверка. Его глаза закрыты настолько плотно, что он физически чувствует боль в своих мышцах, однако всё это разом испаряется, как только ладонь Сапнапа ложится на его щеку. О, Карлу следовало сделать это уже давным давно. Кажется, что этот момент длится вечность, не меньше. Джейкобс отстраняется лишь на несколько сантиметров, слушая, как на заднем плане люди хлопают и поздравляют друг друга. И всё, что происходило с Карлом до этого, кажется таким неважным, а этот момент — таким имеющим смысл. Как минимум, потому что он может смотреть в эти тёплые до боли в груди глаза. — Значит... это да? — хрипло спрашивает Сапнап, взглядом изучая чужое лицо. Карл тихо хихикает. — Да. Думаю, это да, — отвечает Джейкобс. На нём отражаются все его чувства, — С рождеством, Сапнап. — С рождеством, Карл, — улыбается парень, — Я... — он не успевает договорить, потому что в его лицо прилетает снежок. Карл отходит на пару шагов назад, в шоке уставившись в сторону Джорджа. — С рождеством, любовнички, — ехидно ухмыляется он. Джейкобс замечает, как Таббо достаёт камеру телефона. В следующую секунду Сапнап медленно убирает снег со своей щеки и начинает идти к парню, в итоге набрасываясь на Джорджа, попутно стараясь закапать его в снег, пока тот тщетно пытается выбраться, прося о пощаде. Карл смотрит на своих друзей, половина из который пытается помочь Сапнапу, а вторая половина — делать ставки на победителя, и не может не залиться смехом, который тут же перебирается на всех остальных. Может быть, они все немного уставшие и у них есть куча забот, с которыми им предстоит разобраться завтра, но в этот конкретный момент, на этой самой площади, с ног до головы покрытые в этом самом снегу, они счастливее всех на свете. Карл думает, что в этот раз всё на самом деле может повернуться в лучшую сторону, а затем идёт помогать Джорджу, пока его всё-таки не задушили.