Двойное признание

Последний луч закатного солнца ненадолго осветил комнату, прошёлся по коже и окончательно исчез, оставляя после себя лишь вечернюю прохладу. Эмма неуютно поёжилась, поморщилась и обхватила плечи руками. По телу пробежались мурашки от внезапно наступившего холода, и она покрепче прижалась к лежавшему рядом Рэю, дабы хоть немного согреться. Тот, почувствовав непривычную близость, наконец оторвался от книги, которую всё это время читал, и взглянул на неё. Она ничего не сказала, лишь плотнее прильнула к нему, уткнулась лицом в плечо. Он как всегда был невероятно тёплым, и ей нравилось вот так прижиматься к нему, дабы согреться. А он, кажется, и не возражал. Напротив, лишь беззлобно усмехнулся и аккуратно накрыл её талию одной рукой. — Что, замёрзла? — спросил он. — Ага, есть немного, — она кивнула и устроилась поудобнее рядом с ним, обхватив руками его торс. Он снова беззлобно усмехнулся и прикрыл глаза, проведя ладонью по рыжим кудрям. — Тогда, может, нам стоит согреть тебя, а? — протянул он и, многозначительно улыбнувшись, взглянул на Нормана, который устроился с другой стороны от Эммы. Тот, услышав его слова, залился краской. — Р-Рэй… — хотел было возмутиться он, однако она не дала ему договорить. — А знаешь, это неплохая идея, — сказала она, взглянув на Рэя, и в её зелёных глазах промелькнули озорные огоньки. После она повернулась к Норману и улыбнулась. — Давай, иди сюда, снежок, и согрей меня. Мне о-о-очень холодно. Норман уже было раскрыл рот, дабы что-то возразить, однако, быстро поняв, что спорить с этими двумя бесполезно, лишь тяжело вздохнул и придвинулся ближе к ней. Эмма растянула губы в удовлетворённой улыбке и, отпустив Рэя, перевернулась на спину, так, чтобы ему было удобнее. Он слегка приподнялся, убрал с её лица съехавшую рыжую прядь. Погладил по щеке, обводя пальцами каждую веснушку, спустился ниже, к шее. Она тихо выдохнула, прикрыла глаза. У Нормана были холодные, даже ледяные руки, и оттого по коже вновь пробежались мурашки. Однако на этот раз они были приятными, особенно на контрасте с теплом Рэя, который, устроивший с другой стороны, уже поглаживал её по талии. Ей нравилось, когда они трогали её с двух сторон, нравилось ощущать обжигающий жар одного и морозный холод другого. Вот и сейчас она наслаждалась их ласками, прикрыв глаза и периодически подставляясь под их руки. Какое-то время они не делали ничего особенного, только поглаживали её по плечам, талии и животу. Однако в какой-то момент Норман всё-таки осмелился перейти к более решительным действиям. Наклонившись к Эмме, он накрыл одну её щёку ладонью, а ко второй прильнул губами. Сначала он оставил на ней один поцелуй, затем другой, третий, четвёртый. Он целовал её не только в щёку, но и в подбородок, нос, уголки губ и шею. А она только тихонько вздыхала, запрокинув голову назад, и цеплялась тонкими пальцами за его рубашку. Рэй так же не терял времени зря. Запустив руку под её одежду, он стал оглаживать её талию и живот уже так. Иногда он спускался ниже, иногда поднимался Выше, к рёбрам, отчего она вздыхала ещё громче. Второй рукой он слегка раздвинул её ноги и провёл ладонью вдоль внутренней стороны бедра. Как только он это сделал, Эмма протяжно простонала и крепко впилась ногтями в плечи Нормана, отчего тот едва слышно прошипел. — П-прости… — тут же извинилась она и виновато посмотрела на него. — Сильно больно? — Нет-нет, всё в порядке, — он отрицательно качнул головой и добродушно улыбнулся. — Не переживай. Она открыла было рот, дабы сказать что-то ещё, однако он ей не дал. Он наклонился к ней и быстро накрыл её губы своими, тем самым затянув в жаркий поцелуй. Она на мгновение вздрогнула, замерла на пару секунд, явно такого не ожидая, однако после ответила и аккуратно обхватила его шею руками. Он погладил её одной рукой по щеке, другую же запустил ей в волосы. Слегка сжал, так, чтобы ей не было больно. Эмма тихо выдохнула сквозь поцелуй, как всегда это делала в подобные моменты, и прильнула к нему покрепче. Краем глаза она заметила, как Рэй, всё это время наблюдавший за ними, недовольно нахмурился. Очевидно, ему тоже хотелось присоединиться. И действительно, вскоре он так же поцеловал её, но уже в шею. И в отличие от Нормана, он был более груб и настойчив. Он целовал жадно, страстно, оставляя на коже яркие красные засосы, и это создавало особенно приятный контраст. Эмме нравилось это в них обоих. Нравилось чувствовать одновременно нежного Нормана, который относился к ней с необычайным трепетом, и грубого Рэя, который никогда особо не церемонился. Пока же она наслаждалась их поцелуями, они оба времени зря не теряли. Норман принялся стягивать с неё футболку, а Рэй, в свою очередь, шорты. С этим они справились довольно быстро, и потому уже через пару минут она лежала между ними в одном нижнем белье. Тогда они оба наконец отстранились от неё и окинули влюблёнными взглядами. Сегодня Эмма надела своё фирменное кружевное бирюзовое бельё, которое особенно нравилось Норману. В нём она выглядела невероятно соблазнительно и красиво, и потому он совсем не мог отвести от неё взгляд. Он водил глазами по её телу, изучая каждый изгиб, каждую родинку, каждую деталь, и никак не мог налюбоваться. В какой-то момент он даже медленно провёл пальцами по её телу, отчего она тихо выдохнула, и по её коже пробежалась стайка мурашек. Он слегка улыбнулся, погладил её по мурашкам и впился ключицу новым поцелуем. Руками он принялся расстёгивать бюстгальтер, поскольку Рэй уже занимался нижней частью белья. — Какая же ты всё-таки у нас красивая, — томно прошептал Митчелл, продолжая покрывать её шею мягкими поцелуями. — Ты так думаешь? — спросила у него Эмма. Она уже знала ответ на этот вопрос, но всё равно не могла не задать его. — Мы это знаем, глупая, — ответил за Нормана Рэй. Она расплылась в счастливой улыбке и нежно запустила пальцы обеих рук в их волосы. — Как же я вас люблю, мои хорошие, — на одном выдохе прошептала она, и это было последнее, что она сказала прежде, чем они окончательно раздели её. После того, как бельё оказалось на полу вместе с остальной её одеждой, Эмма наконец ощутила сначала Нормана, а потом и Рэя. Они входили по очереди и очень-очень медленно, так, чтобы не причинить ей боли. Каждый раз, чувствуя в себе их плоть, она закусывала губу и цеплялась дрожащими пальцами за простыню. Внизу живота бесновались сине-зелёные бабочки, и она не могла, да и не хотела их останавливать. Наоборот, она желала, чтобы они продолжали порхать там, внутри неё. А когда Норман и Рэй наконец начали синхронно двигаться в ней, ей и вовсе показалось, будто они сейчас вылетят наружу. Но она, в общем-то, была и не против. Она наслаждалась их безумными танцами, как и движениями самых дорогих ей людей. Она извивалась, словно кошка, впивалась ногтями в плечи Нормана и надрывно стонала, так, что слышали, наверное, все соседи. Она просила, нет, требовала их продолжать, и они покорно исполняли её просьбу. Они двигались по-разному: Норман — медленно и осторожно, а Рэй, напротив, резко и быстро, и это сводило её с ума. Иногда она несдержанно выкрикивала их имена, когда чувствовала, что терпеть уже невмоготу. А они слушали её, слушали и наслаждались, каждый постепенно ускоряя свой темп. Однако всему хорошему рано или поздно приходил конец. Вот и сейчас Норман и Рэй одновременно почувствовали, что близки к пику, и уже через несколько секунд их обоих накрыл оргазм. Эмма между ними в этот момент дёрнулась, коротко и громко простонала и обмякла на подушке. Закрыла глаза, тяжело дыша, убрала с лица прилипшие рыжие пряди. Норман обессиленно плюхнулся с ней рядом, так же восстанавливая дыхание, и приобнял её за талию. Рэй сделал то же самое, когда вышел из неё, и натянул на них троих одеяло. По телу разливалась приятная нега, и уже не хотелось ничего: ни вставать, чтобы сходить в душ, ни одеваться снова, вообще ничего. Хотелось только лежать, нежась в объятиях друг друга, и наслаждаться теплом. Собственно, этим они и занимались. — Ну что, уже не так холодно, правда? — восстановив дыхание и беззлобно усмехнувшись, спросил Рэй. — Ага, теперь тёпленько, — Эмма слабо кивнула и улыбнулась самыми уголками губ. После она уронила голову ему на плечо и сладко зевнула. — А ещё теперь спать так хочется… — Вот и засыпай тогда, принцесса. А мы будем охранять твой сон, — он негромко посмеялся и покрепче прижал её к себе. Она снова кивнула, обняла их с Норманом за руки, и вскоре послышалось её тихое сопение.