Ohne dich // Без тебя

      — РЕМУС!       Крик Сириуса эхом прошёлся по полю боя, заглушив собой все остальные звуки. Словно весь мир затих, останавливаясь в этот миг, давая немного времени на осознание произошедшего.       Тело Ремуса лежало в луже крови и грязи, а неподвижные глаза уставились на затянутое тучами небо. Вдалеке громыхнуло. Казалось, сама природа кричала от боли.       Вокруг Люпина валялись камни, которыми кидались в бою. Недалеко от его головы стояла сломанная колонна, которая смогла уцелеть, пройдя испытание временем, природой и человеком. Резьба на колонне сохранилась, но теперь в неё забилась пыль.       На фоне руин, что остались от заброшенного замка, Ремус казался неестественным. Словно попал сюда случайно, выпав из своего мира.       Зелёный свитер, подаренный Люпину Сириусом на годовщину их отношений, пропитался грязью и кровью. Сам Ремус умер без боли, в мгновение ока. Кровь принадлежала кому-то из Пожирателей, потому что тем, кто состоял в Ордене Феникса, запрещалось использовать непростительные заклинания в бою. Идиотское правило.       Если бы Сириус мог, он бы всех на этом сраном острове перерезал, лишь бы Ремус был в безопасности. Лишь бы Ремус сейчас встал, ухмыльнулся Блэку и, отпустив какой-нибудь саркастичный комментарий, ринулся в самое пекло битвы.       Но Ремус больше не встанет. Не улыбнётся ему за завтраком, не обнимет после очередного кошмара, не поцелует перед миссией.       Все закончилось в один миг, и Сириусу показалось, что ничего даже и не успело начаться.       Вся их история, которая началась в Хогвартсе на первом курсе, прервалась прямо сейчас. И они больше не смогут создать общие воспоминания. Потому что Мародеры — одно целое. Если одного из них убрать, они не смогут больше ими называться.       Было ощущение, что вокруг закружили дементоры, потому что всю жизнь словно высосали и выкинули, предварительно перемолов её в крошки.       Бой превратился в глухой шум на фоне. Заклинания вспышками мелькали на периферии зрения, а взгляд был прикован к мертвому телу.       Из транса Сириуса выдернула вспышка света, полоснувшая его по щеке. На скуле расцвела глубокая рана, по лицу потекла тёплая струйка крови, капая на одежду и грязь.       Блэку пришлось пересилить себя и свою скорбь, ведь Пожиратели наступали, и если сам он был готов отправиться на тот свет вслед за Ремусом, то убить Джеймса и Лили, что дрались в самой гуще, он не мог. Он должен защищать то, что осталось.       И он поднял палочку, направив её на Пожирателя.       В голове было пусто. Губы тихо прошептали два запретных слова, а рука легонько взмахнула.       Пожиратель отлетел и размозжил череп о бывшую стену замка. Блэк безразлично проследил за полётом тела.       Мозг отказывался работать, Сириус не слышал и не видел ничего вокруг. Он дрался с остервенением, пытаясь защитить то, что осталось, хотя на самом деле казалось, что больше нечего было защищать.       Тело двигалось на одних рефлексах, отражая и нанося удары. Перед глазами стояло мёртвое тело.       Один из пожирателей наступил на руку Ремуса, и Сириус кинул в него круцио. На задворках разума кто-то закричал. Блэк уже не видел, где свои, а где враги.       Рядом с головой пролетело заклинание, опалив кончики волос Блэка. А вот это было уже рисково, ведь испортилась его идеальная укладка, на которую, между прочим, ушла половина, сука, утра. За такое не прощают. За такое убивают.       Сириус быстро повернулся в сторону врага. Тёмная мантия пожирателя развевалась на ветру, а лицо прикрывала чёрная, с тонким серебряным узором маска.       — Еблет попроще, чучело огородное, — выкрикнул Блэк, прежде чем ринуться в бой.       Полетели проклятия. Лица противников озарялись вспышками света, а окружающий мир превратился в цветную мешанину, словно они попали в радужную блевотину единорога.       Любой другой Пожиратель уже давно бы кормил своей кровью землю, но этот хрен все никак не умирал. Стиль его боя был знаком Сириусу, ведь он сам дрался точно так же.       На голову наковальней упало осознание.       Регулус.       Регулус Блэк дрался как Сириус, потому что у них был один учитель.       Перед глазами пронеслось все детство. Тренировки до изнеможения, удары матери, холод подвала, в котором их запирали за то, что они плохо работали на дуэли, отвратительный запах мази, которой их смазывал Кикимер, чтобы от ран не осталось шрамов. Вальбурга Блэк учила своих сыновей сражаться до последнего вздоха, закаляла их волю и ковала из них великолепных дуэлянтов. Сириусу и Регулусу были знакомы самые тёмные и древние проклятия, про которые никто давно не слышал. Никто, кроме старинных семей, вроде Блэков. Огромная библиотека в их фамильном поместье хранила такие тайны, что волосы вставали дыбом лишь от одного осознания того, что именно там находилось.       Бесконечные стеллажи с древнейшими фолиантами, маленькие потайные комнатки, крошечные тайники между книгами, в которых были спрятаны магические артефакты.       В этом росли братья Блэк. Сириус сбежал из дома в шестнадцать, но до этого он успел узнать достаточно ужасов, на которые способны обитатели дома на Гриммо, двенадцать. А вот Регулус сбежать не смог.       Сириус оставил брата на растерзание, а сам убежал к Поттерам. Он должен бы вернуться за ним. Но он не вернулся.       А сейчас его, относительно брата, хорошая жизнь разрушилась.       Впервые Сириус осознал, что на самом деле идёт война. Лишь после потери кого-то близкого понимание происходящего обрушилось на него. До этого момента все воспринималось как игра, словно очередной розыгрыш мародеров в Хогвартсе. Но детские шуточки остались на потом. Реальная жизнь придавила весом ответственности и жестокости, открыв наконец глаза на настоящий мир.       Регулус метнул очередное заклинание, которое Сириус успешно отразил. Желание драться исчезло. Только не сейчас. Только не с Регулусом. Не с его младшим братом, которого он любил, которого он защищал от матери и укрывал в своих объятиях по ночам.       Но Регулус сделал свой выбор. Он метнул заклинанием в брата, показав этим, что он определился со стороной.       Противники двигались по кругу, но один из них перестал кидать проклятия. Теперь Сириус только отбивался, потому что любовь к брату связывала ему руки, не позволяя причинять боль Регулусу.       Тем временем, младший Блэк почувствовал, что Сириус не может его атаковать, и решил использовать это в своих целях. Он направлял заклятия в разные стороны, чтобы загонять брата, но все же перешёл со смертельных на более безобидные.       Вдруг из-за спины Сириуса пролетела зеленая полоска света. Регулус едва успел отразить удар, почти сразу кидая проклятие в ответ.       Сириус поспешно отошёл подальше, успев оглушить Пожирателя, который намеревался напасть на него со стороны.       Наконец Блэк увидел, с кем боролся Регулус.       Джеймс Поттер воинственно наносил удары по Регулусу, не понимая, кто перед ним.       На периферии зрения мелькнул огонёк рыжих волос, и рядом с Джеймсом выросла Лили.       Теперь Эванс и Поттер дрались вдвоём, но даже так Регулус не сдавался. Бой стал ускоряться, и стало понятно, что это была попытка измотать противника.       Но Регулус был один против двух, и конец битвы был предсказан изначально. Блэк-младший стал замедляться и отходить назад.       Сириус решил вмешаться, сделав шаг, но не успел. Джеймс кинул режущее заклинание, а Регулус не успел отбить его. Красная молния пронзила плоть.       Регулус пошатнулся, осознавая, что его ранили, после чего он упал на колени. На его животе расцветало красное пятно. Плечи начали быстро двигаться, грудная клетка судорожно пропускала воздух.       Сириус оцепенел. Его брат умирал, а он не мог сдвинуться с места. Ноги словно вросли в землю, не позволяя делать ни шагу.       Слишком много всего. Слишком много смерти, слишком много крови, слишком много боли, слишком, слишком, слишком.              Крики Джеймса и Лили звучали как будто из-под толщи воды. Тело перестало нормально функционировать и подчиняться приказам мозга. Только глаза неотрывно смотрели на то, как Регулус захлебывается в своей крови.       Из транса Сириуса вырвала рука Джеймса, который потащил друга с поля боя от греха подальше. Только сейчас Сириус понял, что Поттер и Эванс не знали, с кем дрались.       — Регулус… — прохрипел Сириус.       — Регулус что? — переспросил Поттер.       — Это был Регулус… Он… Он умирает, — слова застревали в горле, но теперь, озвучив произошедшее, до Сириуса наконец дошло, что его брат сейчас стоит на коленях в луже крови и со сквозной дырой в животе.       Джеймс резко остановился, и Сириус чуть не упал на него. Рядом из ниоткуда появилась Лили. Поттер быстро передал заботы о друге ей, а сам пошёл к Регулусу.       Опустившись рядом с уже лежащим на земле Регом, Джеймс аккуратно стянул с него маску, и тупо уставился на бледное, перемазанное в крови лицо.       Лицо младшего брата Сириуса. Лицо, что смотрело на него в поезде, когда Сириус привёл брата знакомиться со своими друзьями. Лицо, что тоскливо смотрело на них со стола Слизерина, прежде чем научиться контролировать эмоции, прежде чем осознало, что пути братьев слишком сильно разошлись.       Регулус нашёл глазами Сириуса, и взгляды братьев встретились. Никто не отводил взор до того момента, пока грудная клетка младшего Блэка не перестала двигаться. Пока веки не закрылись сами собой, но теперь уже навсегда. Даже после этого Сириус все ещё вглядывался в лицо брата, будто этим он смог бы вернуть его к жизни.       Лили мягко потянула Сириуса за руку, переводя внимание на себя. Только сейчас Блэк понял, что он плачет. Слезы катились по щекам, капая с подбородка, а Эванс мягко убирала их рукой.       В голове мелькала мысль о том, что они стоят почти в самом центре битвы и сейчас не самое лучшее время для того, чтобы стоять и плакать. Сириусу пришлось мысленно дать себе подзатыльник, собраться с силами и начать с самого ужасного.       — Ремус погиб.       — Что? — мягко переспросила Лили. Через секунду её глаза распахнулись, осознав, что только что сказал Сириус.       Она молча уставилась на Блэка, ожидая, что он сейчас скажет, что это шутка. Но шутки закончились, как только они переступили порог школы и вступили в Орден. Возможно, они закончились ещё на пятом курсе, когда Сириус решил разыграть Снейпа, но из-за этого пострадал Ремус. Как только Блэк впервые увидел Люпина после того самого полнолуния, что-то внутри Сириуса сломалось. Это была точка невозврата, и именно тогда все полетело в глубочайшую и непросветную задницу.       Немую сцену прервал подошедший Джеймс.       — Выглядите так, как будто у вас запор. Что произошло? — невозмутимо произнёс Поттер.       — Ремус погиб, — тихо прошептала Лили.       — Что? — Джеймс решил, что это такая шутка. Даже в самые ужасные моменты он умудрялся предполагать хорошее. — Ремус погиб? О, нет, он не мог. Я ему не разрешаю. Это какой-то розыгрыш? Если да, то у вас очень убедительно получается играть скорбь.       Лили перевела вгляд на Джеймса. В её глазах стояли слезы.       — Это не шутка, — слеза прокатилась по её щеке, и очертив челюсть, упала.       Довольное выражение лица Поттера медленно сползло вниз, а глаза погасли.       — Ремус не мог… — неуверенно произнёс он, — Ремус не мог умереть. Он один из лучших дуэлянтов Ордена, он не мог так просто…       — Ремус мертв, — Сириусу пришлось выдавить эти слова из себя, но в горле встал ком от осознания.       — Где он? — тихо спросила Лили.       Возможно, им нужно было увидеть тело своими глазами, чтобы до мозга наконец дошло, что Ремуса больше нет в живых.       Сириус заставил себя двинуться. Он шёл, и каждый шаг отдавался в голове ударом. Аккуратно обходя трупы и отражая проклятия, они двинулись к руинам.       Ремус лежал все там же: в пыли, грязи и крови. Сириуса замутило, и он еле сдержал тошноту.       Лили кинулась к телу друга, но мимо неё пролетело заклинание, и она испуганно отпрянула. Сириус позволил друзьям окружить труп, защищая их от Пожирателей. Он встал спиной к трупу, отражая проклятия и отбивая камни, что отлетали к ним.       Вдруг повалил белый дым. Пожиратели ринулись прочь и, спотыкаясь друг о друга, ослепленные яркой вспышкой, закричали. Вскоре из этой дымки повалили люди — Орден прислал подмогу. Полетели новые проклятия, освещая вспышками лица людей и руины.       На опыте Сириуса такой бойни ещё не случалось, или же обстановка не накалялась настолько, чтобы понадобилась помощь.       Вдруг Лили резко схватила его за руку, притянула к себе и быстро прошептала:       — Валим отсюда, пока нас не заметили.       Намек был понят моментально. Лили и Джеймс тренсгрессировали почти сразу, а Сириус задержался, чтобы аккуратно взять тело Ремуса на руки. Быстро оценив обстановку, Блэк взглянул в лицо Люпину. По щеке пробежала одинокая слеза, и Сириус вместе с трупом исчез с мягким хлопком.