I Kissed Hannibal Lecter

— Я поцеловал Алану Блум. В комнате на мгновение повисла тишина. Ганнибал изо всех сил старался сохранять спокойствие, хотя на самом деле желал свернуть тонкую шейку психиатра. Он тут же отвернулся, замирая, словно статуя, и спросил: — Почему ты это сделал? — Я-я не знаю… Она просто была там, и… Я просто поцеловал её, — сказал Уилл с нарастающей паникой в голосе, словно он находил это чем-то невероятным и непредсказуемым для себя. Ганнибал был уверен, что Уилл по уши влюблен в Алану, и поэтому такой перемены совершенно не ожидал. — И какова была её реакция? — спросил доктор, оборачиваясь к Уиллу и следя за ним, будто детектив, по обыкновению сидящий в своем черном кожаном кресле. — Она ответила мне… — пробормотал Уилл, и Ганнибал, услышав это, пытаясь держать под контролем свой гнев, сжал пальцы в кулак так, что ногти впились в кожу. — И как ты себя чувствуешь? — Странно… — Не хочешь объяснить? — спросил Ганнибал, усаживаясь в кресло напротив Уилла. Доктор снова ожидал множество различных непохожих ответов, нечто, связанное с радостью или счастьем, или облегчением от того, что Алана ответила на его поцелуй. — Просто… Я не знаю… — неуверенно произнес Уилл, пожимая плечами. — Я чувствовал, что это неправильно. — Ты упоминал, будто бы услышал белку или какое-то другое животное в стенах дома и затем позвал доктора Блум? — Да… и было что-то такое в её взгляде. Словно Алана знала, что я беспокою её по пустяку. Но она промолчала. — И, полагаю, ты поцеловал ее после этого? Уилл кивнул и посмотрел на Ганнибала. Тот был абсолютно спокоен. Возможно, Уиллу не следовало рассказывать об этом поцелуе. Но доктор был единственным, с кем он был достаточно близок для того, чтобы доверять столь личные вещи. Уилл слегка расстроился, что безо всякой причины поцеловал Алану. Он ощущал, что поступил неправильно, и поэтому не чувствовал себя счастливым. Даже в самой малой степени. — Тебе нужно душевное равновесие, Уилл. Поэтому ты и поцеловал ее, здесь нет ничего необычного. Это неизбежно бы случилось, окажись вы наедине. Уилл скептически поднял бровь. — Тогда как так получилось, что это никогда не происходило с нами? По вечерам мы всегда остаемся в вашем кабинете одни. Так почему же это не происходило? Молчание, снова повисшее в комнате, заставило Уилла мысленно выругаться. Отлично, теперь ему придется уйти и заставить доктора нервничать. — А ты бы хотел, чтобы нечто подобное произошло между нами? — полюбопытствовал Ганнибал, явно заинтересованный такой возможностью. — Я… не знаю… — тихо сказал Уилл, но тем не менее поднялся с места и, проглотив комок страха в горле, приблизился к Ганнибалу. — И ты уверен, что хочешь этого? — вновь спросил доктор, наблюдая, как Уилл опустился перед ним на колени и коснулся его лица; до Уилла никто не осмеливался этого сделать. — Никогда не узнаешь, если не попробуешь, — прошептал Уилл, заключая его лицо в свои ладони. Все было, безусловно, иначе. Уилл чувствовал напряжение в воздухе, словно между ними проскакивали искры. Ганнибал продвинулся вперед, расставляя ноги и тем самым позволяя ему приблизиться. Мужчина наблюдал, как Уилл наклонился, опустив веки, его руки не сменили положения. Ганнибал последовал его примеру и так же закрыл глаза, а затем, почувствовав теплое дыхание Уилла, прищелкнул языком, увлажняя губы. Единственное, что мешало им, было легкое стеснение, и поэтому доктор не смел двигаться дальше. Он позволил Уиллу полностью контролировать ситуацию, потому что это было тем, в чем он действительно нуждался: в контроле над кем-то, чтобы стабилизировать самого себя. То, чего не нашел Уилл в Алане, он нашел в нем, в Ганнибале. Целоваться с ним было истинным наслаждением. Уилл наклонился, взяв руки Ганнибала и положив их себе на плечи. Он вздрогнул, когда доктор сам настоял, чтобы тот приблизился, и сменил положение. Искры проскочили вновь, но уже тогда, когда их губы соприкоснулись и когда Ганнибал притянул пациента ближе, перебирая его волосы. Язык Уилла скользнул меж губ. Он самодовольно усмехнулся, когда доктор издал чуть слышный рык. Ганнибал наслаждался этим так же сильно, как и Уилл, и это только подстегнуло его. Ганнибал был вынужден признать, что Уилл целовался хорошо. Язык Уилла будто перебирал все чувства в Ганнибале, а сам пациент лишь с жадностью теснился ближе. Но мысли о том, что Алана целовала его первой, и о том, что этот язык и эти губы касались Аланы прежде него, порядком разозлили Ганнибала. Он грубо сжал пальцами волосы Уилла и дернул от себя, тем самым разрывая поцелуй. — Простите… — пробормотал Уилл губами, припухшими от поцелуя. Ганнибал свирепо смотрел на него, и Уилл пытался понять, что сделал не так. Разве тому не понравился поцелуй? — Извинений не достаточно, Уилл, — произнес Ганнибал. — Почему ты сразу не обратился ко мне? Почему Алана стала первой? Разве она твой психиатр? Уилл смутился. — Нет… она не мой психиатр… Но я не думал… Я не думал, что вы ответите… Ганнибал увидел грусть, промелькнувшую во взгляде Уилла, когда тот отвернулся от него. Доктор ослабил хватку на его волосах. — Почему же? Ты же знаешь, что я беспокоюсь о тебе, Уилл Грэм. — Да… — В таком случае, почему ты не обратился ко мне первым, когда нуждался в помощи? — Я не знаю… Мне казалось, что вы не захотите слушать о моих проблемах в нерабочее время. Тем более мы редко говорим о чем-либо другом. — Тебе трудно довериться мне, потому что ты думаешь, что мы общаемся строго в рамках «врач-пациент», — произнес Ганнибал, которому, безусловно, не хотелось иметь подобные отношения с Уиллом. Если бы это был какой-либо другой пациент, например, Франклин, тогда да, он бы предпочел исключительно профессиональные отношения с ним. Но не с Уиллом. Уилл кивнул. — Вы намного интереснее, чем я думал… и… — он отвернулся, смущаясь своих слов, — поцелуй с вами — настоящий. Ганнибал улыбнулся и провел рукой по волосам Уилла, а затем, переместив ее к затылку, притянул к себе. — Я рад этому, — прошептал он, прислоняясь своим лбом к его лбу, — и с этого момента я запрещаю тебе целовать кого-либо еще. Ты понимаешь? Уилл был немного напуган тем серьезным тоном, каким Ганнибал говорил об этом, однако кивнул в знак согласия, обнимая доктора, его поддержку и опору. «Я поцеловал Ганнибала Лектера».