Сыграем, Грейнджер?

Гермиона откинулась на спинку стула, устало сжимая переносицу между большим и указательным пальцами. Пятница ещё никогда не была такой напряженной и заваленной. Перед глазами плыли строки документов, которые Грейнджер изучала в течение последних нескольких часов. Дубовый стол едва ли не гнулся пополам от количества пергаментов с одной стороны и множества стаканчиков с недопитым кофе с другой. Напольные часы в углу кабинета глухо пробили шесть вечера, отмеряя конец тяжёлой недели. Гермиона, сделав глубокий вдох и медленно выдохнув, бросила взгляд на кипы бумаг и фолианты и поджала губы. Ещё, как минимум, два часа она проторчит тут, разбирая всё это и раскладывая в нужном порядке, хотя рабочий день к тому моменту для остальных сотрудников Отдела магического правопорядка уже завершится. Но только не для ведущего специалиста Сектора выявления и конфискации поддельных защитных заклинаний и оберегов Гермионы Джин Грейнджер. Разумеется, она работала сверхурочно. Засиживалась в Министерстве до полуночи, брала документы домой, перечитывала их по двести раз и сверяла информацию на бумагах с действительностью. Страницы небольшого, но толстого ежедневника с каждым часом полнились новыми заметками и замечаниями, которые уже на следующий день в официальной форме лежали на столе Главного аврора Гарри Поттера. Вот бы кто сделал замечание самой Гермионе за то, что она так нещадно гробит свой организм вечными недосыпами и смертельной дозой кофеина по утрам. Однако, к сожалению или к счастью, Грейнджер ещё сама не определилась, упрекнуть её в полной отдаче «любимой» работе не мог ровным счетом никто. В свои двадцать восемь Гермиона по-прежнему жила одна, деля небольшую квартиру в маггловском районе Лондона со своим котом. Как только закончилась война, Грейнджер отправилась в Австралию, дабы вернуть родителям память. По мнению колдомедиков, шансы восстановить все воспоминания были далеки от ста процентов в связи с тем, что прошло немало времени с момента Обливиэйта, но гриффиндорское упрямство, безмерно большое количество ночей, проведённых за поисками зелья, надежда на лучшее и удача сыграли свои роли в этом деле, подарив Гермионе желаемый результат. Память вернулась почти полностью, не считая мелких и незначительных вещей, однако перебираться обратно в Англию мистер и миссис Грейнджер не пожелали – Австралия явно пришлась им по душе. Они уговаривали Гермиону остаться с ними, но та отказывалась, каждый раз ссылаясь на работу, когда мама поднимала эту тему. И, как итог, их дочь стала жить обособленно, успешно строя карьерный небоскрёб и так же успешно разбирая по кирпичикам свою личную жизнь. А на вопрос родителей о том, когда же она всё-таки обзаведётся хотя бы молодым человеком, не говоря уже о муже, ответ был всегда один: – Возможно, позже. Не могу совмещать работу с романтикой. И пускай Гермионе было странно слышать от самой себя о неумении совмещать несколько дел друг с другом, тема её отношений с мужчинами автоматически закрывалась после этой фразы. Романтика и дела интимного характера с Роном закончились во время одной из их ссор и последующим переездом Уизли в Румынию. Они остались друзьями и иногда общались, но любовные отношения довести до ума всё-таки не смогли. Гермиона аргументировала это разностью в характерах, жизненных целях, интересах и планах на будущее. Хоть противоположности и должны притягиваться, в данном случаем тела стремительно отталкивались друг от друга. Грейнджер закрыла глаза и провела ладонью по волосам, приглаживая выбившиеся из пучка пряди назад. Ей определённо потребуется отдых. В противном же случае Министерству потребуется новый ведущий специалист Сектора. Гермиона закрыла папку с документами и отлевитировала все стаканчики в мусорное ведро. Она поднялась со стула, взяла сумку, взмахнула палочкой, выключая свет, и быстрее обычного покинула кабинет, направляясь к лифтам. Оказавшись на улице, девушка полной грудью вдохнула прохладный летний воздух и с лёгкой улыбкой на лице зашагала домой. Сегодня она планирует расслабиться на месяц вперед. Никаких документов, никакой работы. Только отдых. Первые нормальные выходные за минувший год. *** Теодор приехал в Лондон на день раньше положенного. Магическая часть столицы Англии радушно встретила его огромной и шумной толпой на вокзале Кингс-Кросс. Нотту пришлось приложить немало усилий, чтобы выбраться из бешеного потока людей целым и не потерять при этом ничего из своих вещей. Через слово броня отборным трехэтажным матом всё и вся на белом свете, Тео всё-таки смог добраться до Нотт-мэнора. Последние десять лет Теодор провёл в Германии. Ещё будучи подростком, он интересовался немецкими волшебниками, которые достигли невероятных успехов в изобретении контрзаклинаний и различных защитных чар. В основном, они применялись против проклятий и позволяли обезвреживать тёмные артефакты. Окончив школу, Тео почти сразу уехал заграницу на стажировку. Министерство магии Германии обеспечило его обучение, приставив Нотта в качестве ассистента к одному из профессоров, работающих в Отделе тайн. По окончании практики «наставник» составил огромное рекомендательное письмо, в котором представил Теодора как «ответственного и способного ученика, не брезгующего длительными поисками необходимой информации и жадного до получения идеального результата». Благодаря этому документу Тео всё-таки смог получить место в Отделе магического правопорядка, куда он изначально и хотел попасть. Работать аврором Нотт не имел никакого желания, а вот различного рода возня с древними артефактами и изобретение обезвреживающих заклинаний привлекала его ещё лет с шестнадцати. Изучив личное дело Теодора, глава Сектора выявления и конфискации предметов тёмной магии назначил его личным консультантом, а спустя пять лет порекомендовал Тео на своё место. Карьерная лестница Нотта не просто уходила, а стремительно быстро улетала в небеса. Заполучить такого сотрудника хотело чуть ли не каждое Министерство, но, получая предложение о работе или переводе на новую должность в другую страну, Теодор всегда отказывался. Однако неожиданно появившееся в один из дней на его столе письмо от Министра магии Великобритании заставило Тео задуматься. До того момента Кингсли на горизонте не маячил и ничего не предлагал, поэтому конверт с печатью о прошении вызвал несколько вопросов со стороны Теодора. В своём письме Бруствер кратко изложил необходимые детали и всё-таки убедил Нотта на перевод в Англию в Отдел магического правопорядка. «…Не так давно наши коллеги обнаружили тёмный оберег на северо-западном побережье Шотландии. Предположительный возраст находки: восемьсот пятьдесят лет. Артефакт передали в наш Отдел и поместили под охрану, повесив ярлык «Красный». Ведущий специалист Сектора подтвердила его отношение к категории «Особо опасные». Думаю, это дело Вас заинтересует, мистер Нотт. Буду ждать письмо, где надеюсь прочесть окончательный ответ, согласны ли Вы на перевод в Сектор выявления и конфискации поддельных защитных заклинаний и оберегов Отдела магического правопорядка Министерства магии Великобритании в качестве одного из ведущих специалистов. В случае положительного ответа недавно найденый тёмный артефакт будет числиться как Ваш персональный труд, а все действия над ним обязаны будут проводиться под Вашим строгим контролем, сопровождаемым не менее строгим бумажным учётом. На раздумья Вам отводится неделя. О своём прошении я также уведомлю Министра магии Германии Готфрида Рихтера…» Что ж, Теодор давно собирался повидаться с отцом и друзьями, а тут ещё под руку подвернулась такая интересная находка. Нотт ответил министру в тот же день и запросил документ о переводе на новое поприще. Он уведомил о переезде в Англию на неопределённое время Нотта-старшего, Блейза и Драко. Больше уведомлять было некого. Женой или девушкой Тео так и не обзавёлся, а с Панси он общался редко. Ну, отсутствие какой-никакой женщины в его жизни тоже являлось своеобразным плюсом: Теодор не был привязан к месту или скован обязательствами. Точно, сплошные плюсы. Просто очень кривые и притянутые за уши самим Ноттом. План на вечер пятницы был готов ещё утром четверга, когда Теодор получил ответное письмо от Блейза на новость о своём приезде в Лондон, в коем Забини подробно расписал каждый их шаг, аргументировал каждый снифтер коньяка и в довершение ко всему пророчил Нотту незабываемую ночь в компании двух куртизанок. Перед пятничным разгулом Тео отправился домой, чтобы навестить Нотта-старшего. Нельзя сказать, что встреча прошла слишком гладко, но поговорить как отец и сын они всё-таки смогли. Напряжение полностью спало за бокалом виски, когда речь зашла об успехах Теодора в работе. Кристофер с гордостью слушал рассказы сынишки о повышении и переводе на новую должность в Отдел магического правопорядка Министерства магии Великобритании. Их разговор был похож на беседы двенадцатилетней давности, когда Тео, приезжая на каникулы домой, посвящал отца в детали своей школьной жизни. И пускай время тогда было не самое светлое, их семейные «посиделки» всегда немного разряжали обстановку и заставляли на минуту забыть о плохом. Когда Вторая магическая война закончилась, и Пожиратели смерти предстали перед судом, Визенгамот оправдал Нотта-старшего. Кристофер отделался штрафом и пятью годами исправительных работ, но успешно избежал пожизненного заточения в Азкабане, в отличие от Люциуса Малфоя и многих других приспешников Тёмного Лорда. Покинув семейное поместье, Теодор отправился в назначенное место, где должен был встретиться с Блейзом и Драко. «У «Delacroix» ровно в девять. Не опаздывай, дорогой!» - обозначился в своем письме Забини и указал адрес. Нотт, как приличный человек, пришёл на пять минут раньше, чтобы перед встречей со старыми друзьями успеть выкурить сигарету. Едва Тео выкинул окурок в урну, как сзади послышался восторженный мужской голос. Нотт улыбнулся, заложил руки в карманы и повернулся к источнику шума. – Детка! – Забини подлетел к нему с широко раскинутыми руками и порывисто обнял. – Здравствуй, Блейзи, – протянул Тео и похлопал друга по плечу. Драко, в отличие от товарища, был более сдержан, но не менее рад приезду Теодора. Они обменялись крепкими рукопожатиями и красноречивыми взглядами. – Ну что, господа, готовы украсить это чудное заведение своими шикарными задницами? – радостно воскликнул Забини. – Ведь только их там и не хватает! – он закинул руки на плечи Нотта и Малфоя и повёл их внутрь. Недавно открывшийся в самом сердце столицы Англии бар-ресторан «Delacroix», выглядел роскошно и дорого как снаружи, так и внутри. Заведение состояло из двух этажей. На первом находился элитный маггловский бар в стиле лофт с зоной для игры в покер и небольшой летней верандой. Второй этаж, на который вела эффектная винтовая лестница, располагавшаяся в глубине бара, являлся рестораном для волшебников и был защищён от людей магглооталкивающими чарами. На стенах помещения, отведённого под ресторан, были развешаны картины знаменитого французского художника Эжена Делакруа. Золотые рамы полотен выигрышно контрастировали с бордового цвета обоями. Мебель в ресторане была выполнена в стиле эпохи французского Барокко и содержала как темные, так и светлые тона. У одной из стен находилась длинная барная стойка с высокими стульями, сиденья которых были обиты красным бархатом. Поднявшись на второй этаж, Тео, Драко и Блейз сразу же оказались в поле зрения администратора. Высокая девушка лет двадцати с длинными светло-русыми волосами, одетая в кремового цвета рубашку, на которой виднелся серебряный бейдж, и черную юбку-карандаш, подошла к мужчинам и учтиво склонила голову, приветствуя их. – Добрый вечер, господа, – улыбнулась она. – Добрый, Дейзи, – мягко произнес Блейз. – Сегодня, погляжу, аншлаг, – он обвел довольным взглядом зал и вернул внимание администратору. – Пятница, сэр, – пожимая плечам, констатировала девушка. – Но ваш столик, как всегда, свободен. – Благодарю, – Блейз улыбнулся уголком губ и сделал шаг по направлению к панорамным окнам. Дейзи коротко кивнула и вернулась за стойку. Драко и Теодор переглянулись и пошли вслед за другом. – Судя по всему, ты часто здесь бываешь, – с ухмылкой сказал Малфой, садясь на широкое светлое кресло с толстыми ножками, вокруг каждой из которых извивалось по несколько зачарованных виноградных лоз. – А отчего же мне не бывать в собственном ресторане? – гордо парировал Блейз, по-хозяйски закинув ногу на ногу. – Так это всё, – Нотт, восхищенно оглядываясь, обвел пальцем помещение, – твоё? – Именно, малыш Тео, – кивнул Забини и щёлкнул пальцами, призывая меню. – И бар на первом этаже тоже. Драко присвистнул и откинулся на спинку кресла. – Красиво жить не запретишь, а? – Блейз подмигнул друзьям и расплылся в довольной улыбке. Малфой и Нотт засмеялись и взяли винные карты. – Что такое коктейль «Eugene Delacroix»? – изучив предложенные напитки, поднял вопросительный взгляд на Забини Теодор. – Никогда о нём раньше не слышал. – Мы готовим его по собственному рецепту, – хитро сузил глаза мужчина, дрогнув уголком губ. – Туда входят три вида крепкого алкоголя на выбор, сироп, который Фил, наш бармен, подбирает сам, исходя из того, какие напитки решил смешать гость, а также моё небольшое нововведение – светящийся цветной лёд, вкус которого должен контрастировать со вкусом сиропа. В основном, сиропы для «Eugene Delacroix» Фил подбирает сладкие, поэтому добавляет кислый или горьковатый лёд, чтобы всё было гармонично и не вызывало у наших гостей отвращения и рвотного рефлекса. – Готов поспорить, дамы в восторге от этой мешанины, – осклабился Драко, перелистывая страницы меню. – Как правило, такие коктейли пользуются огромной популярностью среди представительниц прекрасного пола. – Не только дамы, дорогой! – помотал головой Блейз. – В моём ресторане этот коктейль пьют чуть ли не каждый день и заказывает его чуть ли не каждый гость. Пришлось нанять Филу помощника, чтобы не образовывалась очередь из заказов. От «Eugene Delacroix» в восторге оба пола, мой милый друг. Не стоит недооценивать возможности дядюшки Забини, – он отсалютовал Малфою двумя пальцами, хитро улыбаясь. Мужчины снова засмеялись и вернулись к выбору еды и напитков. Когда этот вопрос был решен, Блейз подозвал официанта и сделал заказ. – Не желаете попробовать наш фирменный коктейль, господа? – внося пометки в блокнот, спросил официант. – Уверяю, сегодня он будет в особенности прекрасен. – Немного позже, Джим, – сказал мулат, отдавая пареньку меню. – Сейчас, будь добр, принеси нам бутылку французского коньяка из моей личной коллекции. – Конечно, сэр, – официант склонил голову и удалился. Через несколько минут Джим снова появился в поле зрения, неся на подносе стеклянную бутылку с красно-коричневым напитком и три снифтера. Он поставил всё на стол, разлил алкоголь по бокалам и, пожелав приятного отдыха, скрылся из виду. Блейз поднес ёмкость с коньяком к лицу и вожделенно вдохнул аромат. – «Hennessy XO», господа, – Забини покрутил снифтер в руках, держа его за тонкую ножку. – Двенадцатилетней выдержки. Жемчужина моей коллекции, – мужчина поднял бокал повыше и протянул руку вперед. – За встречу! – За встречу, – подхватили Теодор и Драко, чокаясь бокалами с Блейзом и друг с другом. Они залпом осушили снифтеры и одновременно поставили их на стол. Атмосфера царила дружеская, а неловкости из-за десятилетней разлуки никто не ощущал. Вечер и коньяк располагали к продолжительной беседе, а игравшая в зале лёгкая музыка расслабляла. Круговорот новых лиц в ресторане не прекращался, и некоторые даже считали должным подойти и поздороваться с владельцем заведения, выразив благодарность и восхищение по поводу интерьера, еды или напитков. «Delacroix» открылся лишь два месяца назад, но уже собрал довольно-таки большую аудиторию постоянных гостей. И пускай цены были намного выше среднего, волшебников это никоим образом не отпугивало, а, наоборот, привлекало, потому как каждый галеон был оправдан. Забини очень скрупулёзно относился ко всему, что касалось его бизнеса, поэтому ресторану действительно очень повезло с таким владельцем. Благодарить Блейза поистине было за что. – Почему Франция? – спустя некоторое время беседы спросил Теодор, крутя в руках бокал и наблюдая за переливающейся темно-янтарной жидкостью внутри. – Прости, милый? – непонимающе нахмурился Забини, глядя на друга и отправляя в рот небольшой кусочек стейка. – Название бар-ресторана, картины на стенах, мебель эпохи Барокко, «Hennessy XO» и, разумеется, название фирменного коктейля – всё это французское, – пояснил Тео и, достав сигарету, прикурил. – Так почему же Франция, Блейз? А не твоя родная и горячо любимая Италия? Забини заговорчески ухмыльнулся и откинулся на спинку кресла. – Всё это, малыш, – он обвёл указательным пальцем ресторан, – воплощение детской мечты. Весьма дорогое, роскошное и потребовавшее немало усилий. Однако, как ты заметил, оно того стоило. К слову, картины, висящие в зале, все до единой подлинные. И это только малая часть расходов. – Что-то я не припомню, чтобы ты хоть раз заикался о том, что хочешь в будущем построить свой собственный бар-ресторан, - пробасил Драко, делая глоток коньяка. – А я и не говорил, что это воплощение моей мечты, – поднял уголок губ Блейз и как бы невзначай покрутил широкое золотое кольцо на безымянном пальце левой руки. Взгляды Нотта и Малфоя молниеносно метнулись от сверкающих тёмно-карих глаз мулата к обручальному кольцу и обратно. – Брешешь, – округлил глаза Теодор, наклоняя ближе. – Нисколько, дорогой, – невинно произнёс Забини и поднял руки в знак капитуляции. Драко снова красноречиво присвистнул и потёр четырьмя пальцами лоб. – Вот те раз, – хохотнул Нотт, обнажая верхний ряд белоснежных зубов. – Очевидно, мир сошёл с ума, раз знаменитый итальянский холостяк Блейз Забини решил обзавестись супругой. – Не терпится узнать имя несчастной женщины, попавшей под твои чары, Забини, – подхватил Малфой. – О, не волнуйся на этот счёт, детка, – мулат опустил глаза на наручные часы. – Моя очаровательная миссис появится с минуты на минуту. После этих слов, как по команде, резные двери ресторана с глухим скрипом отворились, впуская нового посетителя. Размеренный стук высоких каблуков по чёрному мраморному полу привлёк внимание большинства посетителей. – А вот и свет моей души, – улыбнулся Блейз, поднимаясь со стула и подходя к пришедшей. Драко и Тео обернулись, в изумлении приоткрыв рты и наблюдая за другом, который вёл к их столу неожиданную гостью. Её длинное тёмно-зелёное платье переливалось в приглушенном свете зала, контрастируя со светлой мебелью. Чёрные бархатные туфли мерно отбивали спокойный ритм шагов. Яркие огненные волосы струились по плечам и спине, доходя до поясницы. На тонких запястьях красовались браслеты из розового золота. Серьги из того же металла со светло-голубыми сапфирами блестели, покачиваясь от любого движения. Разрез на платье доходил до середины бедра, оголяя изящную цветную татуировку в виде розы с шипами, обвивающую голень. Красная помада на немного пухлых губах идеально сочеталась с бледноватой веснушчатой кожей и перламутровыми коричневыми тенями, подчёркивающими светло-зелёные глаза. Блейз, нежно обвивая тонкую талию своей спутницы, провёл их к столу. – Господа, прошу, познакомьтесь, – он с упоением взглянул на девушку. – Моя жена, Джинерва. С недоумевающих лиц Драко и Тео можно было писать картины. Однако манер им не занимать, поэтому оба поднялись со своих мест, чтобы поприветствовать новоиспечённую миссис. – Неожиданная встреча, фрау Забини, – склонил голову Нотт, поправляя лацкан пиджака. – Добрый вечер, – её мягкий, низковатый и слегка хриплый голос приятно отрикошетил от барабаных перепонок. – Воистину добрый, дорогая, – улыбнулся Блейз и отодвинул супруге кресло. – Расскажите, как так вышло, – усаживаясь на место, с ноткой недовольства начал Малфой, – что я не был в курсе того, что мой лучший друг женился? Джинни, поправив полы платья, улыбнулась. – Церемония была весьма скромной, – сказала девушка и подняла глаза на Драко. – Мы хотели, чтобы присутствовали многие из друзей, но на тот момент практически никого в Англии не было. Даже тебя, Малфой. – Стажировки заграницей, а потом работа, работа, работа… – скучающе махнул рукой Блейз и облокотился на спинку кресла, кладя ладонь супруге на бедро. – Поэтому то была лишь формальность и возня с документами. Настоящая же свадьба планируется на конец этого июля. И теперь, когда вы все в Лондоне, я официально приглашаю вас на церемонию нашего повторного бракосочетания, – мужчина ухмыльнулся и сверкнул глазами. К столику подошел официант и достал блокнот для записи заказов из кармана. – Миссис Забини, добро пожаловать, – Джим учтиво склонил голову. – Чего-нибудь желаете? – «Eugene Delacroix» с мартини, текилой и ромом, – улыбнулась Джинерва и положила ладонь поверх руки мужа, покоящейся на её бедре. Парень принял заказ и удалился. Теперь присвистнул уже Теодор. – Играешь по-крупному, Уизли. Джинни хитро прищурилась и хмыкнула, глядя на мужчину. – Миссис Забини, Нотт, попрошу, – ухмыльнулась девушка, краем глаза ловя на себе восхищённый взгляд супруга. Они провели за беседой почти два часа, вспоминая школьные годы, обсуждая работу и то, как сложились их жизни после выпуска из Хогвартса. Близилась полночь, и зал ресторана постепенно пустел, однако в баре на первом этаже, наоборот, народу только прибавлялось. В ночь с пятницы на субботу там было особенно шумно, потому как в маггловской части заведения к этому времени собирались не только люди, но и некоторые волшебники. Фамильный перстень на мизинце Драко на миг вспыхнул зелёным светом и погас. Малфой устало выдохнул и закатил глаза, поднимаясь с кресла. – Прошу простить, но вынужден вас покинуть, – мужчина задвинул стул и расправил несуществующие складки на краях пиджака. – Иначе моя жена сойдёт с ума. Теодор прыснул в кулак и похлопал друга по запястью. Драко был женат на Астории Гринграсс добрых пять лет. О браке нашумевшей пары знала вся магическая Англия, и молодые супруги каждую неделю красовались на первых полосах «Пророка». Недавно прессе стало известно, что скоро у одного из самых богатых и могущественных волшебников Великобритании родится наследник, и эта информация перетиралась в газетах вот уже несколько недель. – Какой срок? – поинтересовалась Джинерва, пряча улыбку за бокалом. – Третий месяц, – вымученно застонал Малфой и потер переносицу двумя пальцами. – Мерлин всемогущий, я свихнусь скоро с этой женщиной. Он попрощался с друзьями, ещё раз поздравил Блейза и Джинни и поспешно удалился. – По-моему, вам тоже пора домой, мистер и миссис Забини, – хитро прищурился Теодор, отпивая коньяк. – Выгоняешь меня из собственного ресторана? – наигранно удивился Блейз. – Какая наглость! Нет, Джинн, ты слышала? – он повернулся к смеющейся Джинни. – О, уверен, у вас есть куда более интересные планы на эту ночь. И мне совершенно не хочется стоять между вами и поверхностью, на которой вы собираетесь провести выходные. Забини хищно улыбнулся и обнял Джинерву за плечи. – В этом ты не ошибся, друг мой, – он подмигнул Нотту и встал, предоставляя ладонь жене. – У нас ещё будет время повидаться, детка. Ты ведь сюда надолго перебрался. Теодор кивнул, поднимаясь следом. – Не думаю, что ты будешь против, если я ещё на неопределенное время задержусь в стенах этого прекрасного заведения, но уже на первом этаже. – Малыш, для тебя хоть звезду с неба. Они спустились в бар и вышли на улицу, прощаясь. Блейз и Джинни ушли, а Тео в своих лучших традициях выкурил сигарету и зашёл обратно в помещение. Приметив место у барной стойки, Нотт лениво и слегка враскачку проследовал к нему и приземлился на удобный высокий стул. – Что желаете, сэр? – спросил появившийся через пару минут бармен, протирая рюмку. – Виски со льдом, – махнул ему рукой Теодор и, сняв пиджак, повесил его на короткую спинку. Бармен незамедлительно исполнил просьбу, и уже через несколько секунд перед Ноттом возник бокал с медовой жидкостью. Тео с минуту поболтал снифтер в руках, наблюдая за плескающимся внутри алкоголем. Он неторопливо поднёс бокал к губам, делая большой глоток. Краем глаза мужчина уловил движение слева, за которым последовал шум упавшей на пол сумочки. Девушка чертыхнулась и соскочила со стула, нагибаясь за клатчем. Взгляд Теодора приковала её упругая задница, обтянутая тёмно-синим коротким платьем. Стройные ноги едва ли подогнулись, когда нарушительница спокойствия потянулась за сумочкой. Её кудрявые каштановые волосы сползли в сторону, перекрывая лицо и оголяя изящную спину. Между лопаток красовалась небольшая татуировка в виде созвездия Девы. Теодор расправил плечи, крутанулся на стуле и переместил ногу так, что теперь прекрасная незнакомка, вернее, её пикантная часть находилась между его колен на небольшом расстоянии. – Миледи, вы стоите не в самой приличной позе, – с толикой самодовольства в голосе произнёс Нотт. Девушка резко выпрямилась, и Теодора обдало лёгким ароматом мёда и вишни. Посетительница стремительно повернулась к нему и уже хотела отвесить нахалу пощёчину, но недовольство на её лице сменилось искренним удивлением, глаза округлились до размера сикля, а брови поползли на лоб прежде, чем рука успела взметнуться вверх и соприкоснуться с мужской щекой. Реакция Тео была точно такой же, ведь он совсем не ожидал увидеть перед собой… – Грейнджер?!