мы встретились в маршрутке

      Арсений уже давно привык к шуму автомобилей на дороге, пыли в носу и ругающимся бабушкам в салоне по утрам. Его поясница и ноги периодически напоминали о себе, но уже не болели так сильно и часто как в первые месяцы работы. Руки его чётко и уверенно выполняли все нужные движения изо дня в день, а песни, играющие на местных радиостанциях, Арсений знал наизусть и тихонечко подпевал исполнителям.       И все было бы хорошо, если бы не старый автобус, который глох несколько раз в день и не хотел заводиться после даже самого маленького, получасового простоя. Начальник ему говорил: «Поменяем мы тебе твою машину, не переживай». Однако Арсений уже битый месяц катался на своей любимой развалюхе и не то, чтобы хотел её менять, хоть и понимал что надо. И без кондуктора работалось ему хорошо. Вон, район маленький, людей у них не так много катается, разве что бабки по утрам едут то в поликлинику, то в библиотеку, то, зачем-то, в местный парк, в котором ничего, кроме деревьев и нет.       Но сегодня Серёга носился вокруг Арсения как ошпаренный и причитал:       - Арс, нельзя тебе больше на ней работать, сколько можно говорить. Еще раз сядешь – попадёшь в аварию. Сегодня же иди к Михалычу, проси новую машину, а эту я себе оставлю, может пригодится ещё на какой свалке.       - Серёг, да нормальная Малыха ещё, долго протянет, - ломался Арсений, - катался же как-то раньше, вот ещё покатаюсь.       На самом деле Арс просто не хотел расставаться с любимой машиной. Да и приставят к нему кондуктора в новой, он точно знал, а работать со старой бабкой, поддерживающей всех других бабок по утрам ему ой как не хотелось. Но делать было нечего, пришлось идти к Михалычу. Тот, как и ожидалось в сотый раз пообещал Арсению новый транспорт, а пока отправил в трёхдневный отпуск, раз на старом ездить нельзя.       За выделенные три дня Арсений успел переделать кучу дел. Первый день он торжественно провёл в кровати, поедая чипсы, пиццу и попкорн под самые популярные сериалы, отмокая в ванной и просто наслаждаясь выходным. На второй день ему стало скучно, и Арс решил выехать в центр погулять и просто развеяться, отдохнуть от привычных серых панелек своего района и посмотреть на красивый Питер, что делал крайне редко. На третий день ему стало совсем скучно, и Попов даже захотел вернуться на работу. Так привык он к автобусу и постоянному движению.       Наконец, небольшие каникулы закончились, и рано утром Арсений вышел на работу, уже представляя, каким будет его новый автобус и как легко ему будет им управлять и возить людей, конечно же в одиночку. О возможном новом кондукторе Арсений и думать забыл. А зря.       Придя в гараж и заметив Михалыча, Арсений сразу направился к нему, чтобы узнать, как же выглядит его новый автобус, но вместо автобуса получил Антона. Высокий парень в ярко-оранжевой толстовке стоял прямо за начальником и чему-то солнечно улыбался в семь утра.       - Арс, знакомься, это Антон, твой новый кондуктор. Специально выбрал тебе его, зная, что ты не любишь злых бабок. Ваша машина стоит прямо за мной, удачного первого дня! – произнес Михалыч, подмигивая одним глазом, и стремительно удалился с поля боя, чтобы не попасть под горячую руку подчинённого.       - Антон, значит. Я Арсений, будем знакомы и надеюсь, ты не доставишь мне много проблем, я привык работать в одиночку.       На удивление Арсения, Антон оказался не таким уж и плохим парнем. Пока водитель раскладывал свои вещи на новом рабочем месте да изучал машину, Антон во всю делился сведениями о себе и ничуть не стеснялся. Теперь Арсений знал, что Антону 20, он учится на менеджера, живет с мамой и очень хочет собаку. А еще Антон пошел подрабатывать, потому что ему надоело сидеть на шее матери и вообще, он хочет некой самостоятельности. С последней фразы Арсений ухмыльнулся и решил, что Антон точно лучше противных и злых бабок и скучно им вдвоем не будет.

***

      - Ну что, Антон, погнали! Держи сумку для денег при себе, первая остановка - кучка бабушек на Андреевской! - произнёс Арсений и плавно выкатил автобус из гаража.       Вообще, Антон жутко нервничал в свой первый рабочий день, и пусть это всего лишь работа кондуктором в маршрутке, но работа. И работа для Антона первая, а значит - самая важная.        Сам Антон был парнем простым. Он никогда не встревал в конфликты, всегда всем помогал и был ярким, как солнышко. На пороге своих двадцати лет Антон решил, что пора ему устроиться на первую в жизни работу и, сдав очередную сессию, не нашел ничего лучше, как пойти работать кондуктором. И в офисе сидеть не надо, и люди постоянно меняются и пейзаж за окном - скучно не будет, с Арсением уж точно.       Про Арсения Антон понял сразу: если не подружатся, то хотя бы ссориться не будут. На первый взгляд Арсений был ненамного старше самого Антона, а значит и ворчать как старый дед тоже не будет. Хотя, наблюдая за тем, как Арсений что-то бубнил себе под нос, пытаясь разобраться с новым управлением маршрутки, Антон уже начинал сомневаться в правильности своих мыслей.       А вот советы Арсения по поводу первой остановки подтвердились сразу. На Андреевской в маршрутку ввалились сразу пять бабушек, о чём-то яро споря, и это в семь утра. Одна из старушек не забыла узнать Арсения и удивиться новому кондуктору, вторая добавила, что Антон очень хорошенький и похож на её внучка, который уже как три года живёт в Москве. Остальные бабушки предпочли просто сесть на лучшие по их мнению места маршрутки и продолжить спор, хотя Антон, кажется, слышал свое имя и уже не был уверен в предмете этого самого спора. Арсений же в это время тихонечко посмеивался и негромко, чтобы источники его смеха не услышали, бросил:       - Ты с ними поосторожней, мало ли пирожки в следующий раз принесут. Растолстеешь, не будешь уже таким хорошеньким, всех людей распугаешь.       - Ой, иди ты. Ты сам вон всех пугаешь, весь в чёрном, чёрного кота только не хватает для полноты картины.       - Это имидж, ты просто не понимаешь!       И так начался первый рабочий день Антона Шастуна и первый день веселой жизни Арсения Попова.       Спустя пару часов и полный круг парни вышли на пятнадцатиминутный перерыв в виду нового сотрудника и машины. Арсений спокойно стоял на базе, лениво разминая ноги и наслаждался устанавливающейся теплой погодой, а вот Антон нервно закуривал вот уже вторую сигарету, наматывая круги снова и снова.       - Ты чего мельтешишь, Антошка? Понял, что работать - это тебе не отдыхать? Или бабки достали? - с улыбкой спросил Арсений       - Да это не бабки, это кошмар какой-то. "Ой какой у вас новенький хорошенький". "А чегой-то такой молодой и тут работаешь?" "Правильно, что работать пошел, а то молодёжь совсем от рук отбилась!" "Ты Сеньку то нашего только не трогай и не зли, мы еще живимы остаться хотим, а он хороший у нас, самый лучший водитель!" Да не собираюсь я вашего Сеньку трогать, че пристали?! И не хорошенький я! Хорошенький-хуёшенький блять! Бесит!       - Ууу, плохи дела...ты это, иди ещё сигаретку выкури, да жвачкой закуси, а то несёт от тебя, кое-кому точно не понравится, - произнёс Арсений и хотел уже бежать от злого Антона, пока тот не взял себя в руки и не успокоился.       - И пойду, и выкурю, и булочку съем. Все нервы эти бабки проели, - со злостью ответил Антон.       Арсений, тем временем, думал о том, что новенькому будет ой как не легко, первое время так точно. А ещё, что тот и правда хорошенький, может, и бабки чаще кататься будут, кассу сделают ого-ого. Только Антону об этом Арсений говорить точно не станет, нарвётся еще.       А вот сказать, что Сенькой его называть не надо, Антону стоило. Признаваться, что назойливые старушки его не слушают и называют так, не смотря на все угрозы, Арсений не очень то и хотел, но и терпеть ненавистную форму имени тоже желания не высказывал. Но это все после, когда случай выдастся. Сейчас надо отправляться дальше в дорогу и не забывать открывать двери на каждой остановке, а то бабки пыхтеть начнут, если их не впустить или не выпустить вовремя. Да, шутки про бабок определенно становятся локальными.       К обеду Антон потерял всякие силы слушать этих женщин и спорить с ними, ему просто хотелось человеческого "отдохнуть". Но не тут то было. Именно в обед все бабушки района возвращались из поликлиник и библиотек готовить борщи внучкам и продолжать сплетни, но уже с соседками во дворе дома. Одна из таких бабушек была чем-то очень недовольна - может ей очередь в поликлинике не уступили, и решила спустить всё своё недовольство на бедном кондукторе.       Зайдя в маршрутку, она начала причитать, что людей в ней совсем много и негоже в такое время разъезжать по городу. Затем, видимо решив, что ей хочется с кем-нибудь поспорить, бабка начала требовать уступить ей место, и не вежливо, как это принято в обществе, а весьма грубо и очень настойчиво.       - Девушка! Вы чего сидите?! Не видите, пожилой человек стоит?! Ну уступите место! Что за неблагодарная молодёжь пошла, ну не дадут даже присесть бабке!       Девушка, к которой докопалась обозлённая на весь мир старушка, в недоумении подняла голову и уставилась шокированным взглядом на женщину. Последнюю такая реакция не устроила и она пошла дальше со своими претензиями.       - Молодой человек! Тот, что кондуктор! А ну идите сюда и скажите, что старым надо уступать, я сесть хочу!       - Женщина, я бы с радостью, но маршрутка забита людьми, я при желании даже встать не смогу, что уж говорить о других пассажирах, - ответил Антон, надеясь, что конфликт исчерпает сам себя.       - А вы уж постарайтесь встать, все стоят, а вы сидите, еще один неблагодарный! Ну что за молодёжь пошла! - продолжала орать бабка, явно не желая заканчивать этот сыр бор.       - Вообще-то, я целый день на ногах, могу немного и посидеть, а вы, будьте добры, не устраивайте пустой скандал на ровном месте, уважьте других людей, как только кто-то выйдет, вы обязательно сядете, сейчас такой возможности нет.       Антон, как мог, старался вежливо ответить, хотя ему очень хотелось встать и выгнать назойливую бабку из автобуса. От всей абсурдности ситуации Шастуну хотелось в прямом смысле лезть на стену и выть, но он держался изо всех сил. Первый день как никак, его нужно отработать стойко.       Буквально через пять минут оров этой противной женщины, которую перестали слушать и пассажиры, и сам Антон, и даже Арсений, что сделал радио чуть громче, заглушив тем самым себе посторонние отвлекающие звуки, судьба оказалась благосклонна ко всем пострадавшим и бабка вышла на нужной ей остановке, растолкав перед этим всех людей и продолжая причитать о том, какие все неблагодарные. Антону после такого приключения стало жалко семью этой бабки. Он бы точно не смог терпеть такое изо дня в день.       Выйдя на очередной перерыв, Антон снова достал сигареты, а Арсений снова разминал затёкшие конечности. Когда Антон докуривал уже третью по счёту сигарету и, кажется, снова не собирался останавливаться, Арсений решил, что остановит его сам. Он подошел к парню совсем близко, аккуратно забрал сигарету из хвата зубов напарника, затянулся один раз и, потушив отраву, бросил её в мусорку.       - Многовато куришь, Шастунец, вредно это. Иди лучше купи воды по-братски, сейчас умру от жажды.       - Ага, конечно, и успокоительное ещё, после этих бабок только его и пить.       - Не, успокоительным делу не поможешь. Ты лучше "антибабушкин" поищи, он поможет.       - Что поискать? - Шастун с сомнением посмотрел на Арсения, спрашивая сам себя, когда же водитель успел сойти с ума: сразу после Андреевских бабушек или во время представления последней?       - Намного раньше, Шастун, намного раньше, - Арсений с лёгкой ухмылкой ответил на вопрос Антона, который тот видимо произнес вслух, а потом добавил, - таблетки "антибабушкин" поищи говорю, помогут.       - Антибабушкин? Арс, ты перегрелся? - Антон даже подошёл и потрогал лоб Арсения, чтобы убедиться в обратном, - начало июня вроде, не должен был. Какой "антибабушкин"? Ты откуда взял это вообще?       Арсений с минуту пристально смотрел на Антона, а потом залился громким смехом.       - Игра слов, Антон, игра слов. Пошутил я, а ты видимо переработал. Там чуть-чуть на сегодня осталось, поехали. Тебе повезло, что машина новая, дольше шести часов на ней в первый день кататься нельзя. Заедем к Серёге, это механик наш, сдадим ласточку на осмотр и по домам. Можем ещё в кафешку зайти, пообедать нормально, а не булки жрать. Ты как, согласен?       - Да, можно и пообедать, а то я уже голодный, - ответил Арсению Антон и пошёл к автобусу дорабатывать последние часы первого рабочего дня.