Мадам Трейси попадает в Ад

Часть II

К полудню запасы виски и провианта были стариком Шедуэллом уничтожены. Портал не мерк, но и признаков горней жизни больше не подавал. Кроули нащёлкал пальцами ещё бутылку скотча, пару корзин съестного и блок сигарет, не рискуя покинуть супруга и сумасшедшего сержанта, дабы смотаться в ближайший супермаркет. Азирафель как ни в чём не бывало жарил гренки на газовой плите, притулившейся в уголке его скромной кухоньки. – И такое... ну... часто бывало? – осторожно спросил демон, присаживаясь на табурет. Он только что вернулся из главного зала книжного магазина, где оставил Шедуэлла восседающим по-турецки возле раззявившего своё искрящееся нутро портала. На старика, казалось, снизошёл нездешний дзен: он выглядел так, словно действительно готов был прождать в одной позе до сáмого возвращения Иисуса с Гоа. – Что ты имеешь в виду? – ангел высыпал подрумяненные ломтики хлеба в глубокую тарелку, по белоснежному канту украшенную бледно-розовыми цветами шиповника. – Ну... – Кроули подцепил гренок, обжёгся и злобно шикнул сам на себя. – С-с-с-ч-чтобы Наверху вот так народ вымораживали? – Обычно сразу отключали связь, – ответил Азирафель спокойно. – Сдаётся мне, нам повезло: то ли на новенького, то ли на любопытного попали... – Любопыт-м-м-ство сгубило к-м-ошку, – сообщил Кроули с набитым ртом. – Тебе ли не знать, дорогой мой, – улыбнулся Азирафель, отрешённо коснувшись плеча демона. – Если б не ты, то никто в мире и не ведал бы о том самом пресловутом любопытстве. – Ты мне льстишь, ангел, – Кроули искренне смутился. – Нисколечко, – Азирафель присел напротив. – Это старый разговор, дорогой мой... – он вздохнул. – Кто бы что ни говорил, а я давно расстался с предубеждением насчёт того, что желание знать, где добро, а где – зло, что любопытство, или любознательность... интерес к законам Вселенной, если пожелаешь, это плохо. Я считаю, – Азирафель бережно взял Кроули за руку и и погладил его пальцы, – и буду впредь считать, что это благо. Это двигатель прогресса – то, что заставляет людей (и некоторых бессмертных, чего греха таить!) мыслить, фантазировать, изобретать... желать большего. – Ересь, – усмехнулся Кроули с опаской. – Не переживай, дорогой мой. Нам с тобой теперь можно, – Азирафель целомудренно коснулся губами демонских костяшек, соблазнительными бугорками проступающих под светлой, с россыпью нежных веснушек, кожей. – Не могу не переживать, – Кроули поморщился, точно от резкой зубной боли. – Не могу не думать о том, чем всё это... – он обвёл свободной рукой кухоньку, – нам аукнется. Тебе аукнется... Я ведь не всегда и не от всего смогу тебя защитить... – Меня не нужно защищать, – мягко улыбнулся Азирафель. – Поверь, дорогой мой. Ты просто ещё не привык. Мы свободны от Рая и от Ада. Если будет нужно, мы просто встанем плечом к плечу. Или спина к спине... Как пойдёт. Кроули уж было собрался перебить или возразить, но Азирафель его остановил: – Теперь мы с тобой защищаем их, – ангел кивнул в сторону двери, ведущей в коридор. – Это не ты за меня, и не я – за тебя; это мы – за них за всех. – Un pour tous, tous pour un, – процитировал Кроули. – Именно, – мягко усмехнулся Азирафель. – А ведь кто-то уверял меня, что книжек не читает... Дюма же! – Флемминга знаю, с дюмами незнаком – Кроули нахмурился: ангел опять его подловил. – И тогда тем более удивительно, – поддельно восхитился Азирафель, – что ты говоришь о Дюма во множественном числе. – Проехали, – отозвался Кроули брюзгливо: уж очень не хотелось ему признаваться в любви к жанру приключенческого романа и проигрывать этот шуточный спор. – Пошли лучше старикашку покормим. Пока не потерял сознание с голодухи и в портал не шмякнулся... – Не шмякнется, – заверил демона ангел, – но приглядеть за ним я не против.

***

Азирафель едва успел подхватить со стола тарелку с гренками, когда нутро магазина сотряс неимоверный грохот – почти сродни землетрясению. Позабыв о пропитании доверившегося им смертного, эфирно-оккультные создания не сговариваясь кинулись прочь из кухни. Открывшееся им зрелище было поистине невыразимо: то, что до сего мига было скромным порталом Наверх, обычно скрывающимся под ковром посреди небольшого магазинчика антикварной книги в лондонском Сохо, пламенело не хуже метафор нобелевских лауреатов про позднюю готику, искрилось всеми цветами радуги, переливалось, сияло и в прямом смысле слова приводило в трепет, точнее – бросало в душевную дрожь. У кромки невероятного столпа света, возведя очи горе, в позе боевого хомячка замер сержант Шедуэлл. – ПО-ЧЕ-МУ ОТКРЫТЫЙ ПОРТАЛ НЕ-ПРИ-СМОТ-РЕН?! – вопрошал Голос, в Котором сквозило насилу сдерживаемое раздражение. С потолка, терявшегося во сполохах Небесного света, на оробевших демона, ангела и не особенно впечатлённого смертного взирал огромный... Голубой Глаз. – Ма-ма?.. – прошептали Кроули с Азирафелем в унисон и, поражённые до глубин бессмертных душ, не размыкая рук, тихо осели на пол. Первым нашёлся сержант Шедуэлл: – Ну слава тебе господи! Ответили наконец-то! И полгода не прошло! – воскликнул он. – Э-э-э... Милая леди, это вы как себе представляете?! – он подбоченился. – Уважаемого человека, немолодого, даже старого, не побоюсь так выразиться, закалённого и пострадавшего в боях ветерана на телефоне с полсуток продержать?! Где это видано?! В америках ваших загнивающих разве что?! С кем имею честь говорить? Смир-р-но! Вольно! Представьтесь по уставу! – рявкнул он. – ГОСПОДЬ ВСЕДЕРЖИТЕЛЬ НА ЛИНИИ, – ответили уже иначе, почти кротко. – ЕСТЬ, СЭР. ПРИЁМ! – с потолка вдруг раздался мелодичный смешок. – Значит так, дамочка, – не растерялся Шедуэлл, – вы, выходит, этой шатией-братией рулите? – ВЫХОДИТ, Я, – Голубой Глаз моргнул. – Плохо! Из рук вон плохо, получается, рулите! – вскричал сержант, обличительно тыча вверх карающим пальцем. – По вашему недосмотру моя законная жена, моя Иезавель до времени померла и чёрт знает куда попала, хотя собиралась разве что до лавки Дейдре смотаться! Шедуэлл даже гневно топнул ногой и сложил руки на груди, уверенный в своей правоте и в пылу праведного негодования как будто позабывший о горечи утраты. Однако внезапно, точно по мановению волшебной палочки, силы его оставили, и он вновь исступлённо, болезненно взвыл: – Моя Ие-е-е-завель! Моя ста-а-арушка! – ОТСТАВИТЬ САНТИМЕНТЫ, ДОЛОЖИТЕ ЧЁТКО И ПО ДЕЛУ, СЕРЖАНТ!.. – прозвучало Сверху слишком громко – дабы возместить недостаток строгости, неуверенности даже. Сержанту Шедуэллу потребовалось не более трёх минут, чтобы изложить Богу суть проблемы, а также своих претензий и притязаний. — АЗРАИЛ! – раздался под потолком Глас Божий. – АЗРАИЛ, ГДЕ ТЕБЯ НЕЛЁГКАЯ НОСИТ, КОГДА ТЫ НУЖЕН?! ЯВИСЬ НЕМЕДЛЕННО ПРЕД МОИ ОЧИ! За спиной у осевших наземь эфирно-оккультных сил материализовался ангел смерти. – Слушаю, Господи, – Азраил сложил крылья, уважительно склонил лысый череп, с опаской заглядывая в портал. – ЧТО ЗА ФИГНЯ? – спросила Господь. – Всё по протоколу: грех – труп – Ад, – ответствовал Смерть смиренно. — КАКОЙ НА ФИГ ПРОТОКОЛ ДЛЯ НЕДОАРМАГЕДДОНЩИКОВ? – заорали с потолка. – Какой Сверху спустили, – Азраил развёл костлявыми дланями, что заменяли ему руки. – С меня взятки гладки... Но, к слову сказать, Господи (раз уж разговор зашёл, да мы с Вами тут почти тет-а-тет, а то не застанешь ведь в часы приёма...), можно как-то решить насчёт этих самых... полставки Всадника Апокалипсиса? Сил больше нет пустые отчёты да декларации клепать... Бумаги-то казённой не выдаю-ть; за последний кусок папируса ещё при Тутанхамоне отчитался, – Смерть издал провалом носа звук, отдалённо напоминающий шмыганье. – КАКОГО ВСАДНИКА?! ОТКУДА ВСАДНИКА?! УПРАЗДНИЛИ ЖЕ ВСАДНИКОВ! Я НЕ ЗНАЮ ЧТО ТВОРИТСЯ!ДАГОН! БЫСТРО ВСПЛЫЛА ПРЕД МОИ ОЧИ, БЕСТОЛОЧЬ! – Да, слушаю? – на пороге книжного нарисовалась бледная кадровичка Снизу. – Боже... – взмолился Азирафель, – почему они, – в глубочайшей растерянности он махнул рукой в сторону Азраила и Дагон, – вваливаются в мой магазин, как к себе домой?! – ДА ПОГОДИ ТЫ! ДАЙ РАЗОБРАТЬСЯ! – вскричали разом Господь, Смерть и сержант; Дагон тоже булькнула нечто утвердительное. Один только Кроули потрясённо молчал, не смея проронить ни слова. – ТАК... ДАВАЙТЕ-КА STEP BY STEP, – Голубой Глаз прищурился, и присутствующие расслышали придушенный вздох: Господь явно старалась взять Себя в руки. – НАЧНЁМ С НАСУЩНОГО: ПОЧЕМУ АЗРАИЛ ДО СИХ ПОР ЧИСЛИТСЯ ВСАДНИКОМ? – Так команды сокращать/увольнять же не было... – протянула Дагон и от нервного напряжения громко скрипнула по-пираньи острыми зубами. От мерзкого звука поморщились все. – ЧТО ЗНАЧИТ НЕ БЫЛО?! ОБНАГЛЕЛА СОВСЕМ?! – осадила кадровичку Господь. – Я ЛИЧНО НАДИКТОВАЛА ПРИКАЗ МЕТАТРОНУ! – Ну... значит, он что-то не так понял или недописал, – Дагон подзакатила мутные глаза, явив миру выпуклые желтоватые белки. – Не в первый раз, если что... к Вашему сведению, такой просо... конфуз. Кадровичка почесала острым когтем впалую щёку – на временно избавленный от ковра дубовый паркет слетела серебристая чешуйка; Азирафель умоляюще взглянул на Кроули, но демон, насилу поднявшийся с пола, был бледен и выглядел так, словно его сейчас стошнит. – ДА ЧТО Ж ТАКОЕ-ТО?! – Голубой Глаз часто заморгал. – МЕТАТРОН! МАРШ СЮДА, ХВАТИТ ПРЯТАТЬСЯ ПОД СТОЛОМ, ТЫ ПРЕКРАСНО СЛЫШАЛ, ЧТО МЫ О ТЕБЕ ГОВОРИМ! За спиной у Азирафеля материализовался полупрозрачный Господень личный ассистент. – Вызывали? – спросил Метатрон как ни в чём не бывало. – Проходной двор какой-то! – всплеснул руками Азирафель. – Вы ещё Гавриила позовите, – он смерил Метатрона уничтожающим взглядом. – Никак не получится. Гавриил в отпуске. На Гоа, – сообщил ангелу Метатрон, начисто лишённый способности распознавать иронию и сарказм, и, отгородившись ладонью, обращаясь уже явно к Дагон, театральным шёпотом прибавил: – Сама знаешь с кем!.. – ПОТОМ НАБОЛТАЕТЕСЬ! – рявкнули с потолка. – ПОЧЕМУ, СКАЖИ НА МИЛОСТЬ, С АЗРАИЛА ДО СИХ ПОР НЕ СНЯЛИ ВСАДНИЧЬИ СВЕРХУРОЧНЫЕ? – Вот-вот, – вставил Смерть, недовольно покосившись на Метатрона. – Мне тоже весьма любопытно. – А можно мне всё-таки узнать насчёт моей Иезавель? – измаявшись ожиданием, встрял слегка обалдевший от наплыва эфирно-оккультных сущностей сержант. – СЕЙЧАС С БЕССМЕРТНЫМИ РАЗБЕРЁМСЯ, ТАМ И ДО СМЕРТНЫХ ДЕЛО ДОЙДЁТ, – ответил Голос. В тоне Господа Азирафелю и Кроули послышалось недвусмысленное предостережение, и они поспешили оттащить сопротивляющегося старика на пару шагов прочь от портала. – ЧЕГО МОЛЧИМ? НЕЧЕГО СКАЗАТЬ В СВОЁ ОПРАВДАНИЕ? – поинтересовалась Господь с поддельным спокойствием. – А я что?.. Я ничего... – принялся оправдываться ассистент. – Вы ж сказали: всех Всадников, включая Голода, Войну и Загрязнение, сократить... Ну я... это самое... и записал... а про Азраила-то Вы не этого... того самого... Ну и вот... – Метатрон понурил голову, демонстрируя крупные залысины на бесплотной макушке. – НУ ЭТО ЖЕ САМО СОБОЙ РАЗУМЕЕТСЯ! – Глас Божий гремел под потолком книжного раскатами грома. – СКАЗАНО ЖЕ: ВСЕХ! ВСЕХ, МЕТАТРОН, ЧТО ТУТ НЕПОНЯТНОГО?! ПОЧЕМУ?! – в голосе Господа звучало плохо скрываемое отчаяние. – ПОЧЕМУ ВЫ ВСЕ ТАКИЕ ФОРМАЛИСТЫ, НАЧИСТО ЛИШЁННЫЕ ИНИЦИАТИВЫ ИЛИ НАМЁКА НА КРЕАТИВНОЕ МЫШЛЕНИЕ?! ПОЧЕМУ ВАМ ВСЕМ ВСЁ НАДО РАЗЖЁВЫВАТЬ?! НИЧЕГО НЕЛЬЗЯ ВАМ ДОВЕРИТЬ! – Как бы очередной потоп не жахнула, – шепнул Кроули на ухо Азирафелю. – Я ВСЁ СЛЫШУ, ЭН-ТО-НИ! – бросили с потолка. Имя демона Голос выделил то ли ласково, то ли с толикой лукавства. Кроули резко захлопнул рот – аж зубы клацнули – и зажмурился. – ДА ПРЕКРАТИ ТЫ! – укорила его Господь почти расстроенно. – Я НЕ ЗЛЮСЬ... УЖ НА ТЕБЯ-ТО... СКРУТИЛСЯ ВОН В КОЛЬЦО, КАК УЖИК ПЕРЕД МАНГУСТОМ. ХВАТИТ ТРЕПЕТАТЬ! И ЭТО ВСЕХ КАСАЕТСЯ! ЧТО ОБО МНЕ УВАЖАЕМЫЙ ВЕТЕРАН ПОДУМАЕТ? – Уважаемый ветеран требует... – снова заикнулся о наболевшем Шедуэлл, но был вовремя остановлен Азирафелем. – ТАК, ЗНАЧИТ, ДОРОГИЕ СОТРУДНИЧКИ – НИ УМА, НИ ФАНТАЗИИ... НУ ДА ЛАДНО. СЕЙЧАС ТЫ, МЕТАТРОН, ВОЗНОСИШЬСЯ В ВЕРХНИЙ ОФИС, ПИШЕШЬ ПРИКАЗ НА АЗРАИЛА (ЗАДНИМ ЧИСЛОМ!) И НЕСЁШЬ ВНИЗ, В ОТДЕЛ КАДРОВ. ДАВАЙ! ОДНА НОГА ЗДЕСЬ – ДРУГАЯ ТАМ! Метатрон сдавленно ухнул, шагнул в портал и исчез. Дагон проводила Господнего ассистента кривой ухмылкой. – А ТЫ, ДОРОГАЯ МОЯ, ЧЕГО ЖАБРЫ РАЗДУЛА? ТОЖЕ ХОРОША! КОЛЛЕГА НЕДОСМОТРЕЛ, А ОНА МОЛЧИТ В ТРЯПОЧКУ! КАК РЫБА ОБ ЛЁД! – Голубой Глаз пригвоздил Дагон, с которой вмиг слетело всё ехидство, к полу. – НЕЧЕГО СПЛЕТНИ СОБИРАТЬ, РЫБКА МОЯ. СЕЙЧАС ЖЕ ОБРАТНО В НИЖНИЙ ОФИС! И ЖДИ МЕТАТРОНА. ПО ПУТИ ПРОСКОЧИ МИМО ЛИМБА, ВЫТАЩИ ОТТУДА ДУШУ МАРДЖЕРИ ПОТТС И ШЛИ ЕЁ СЮДА. НЕМЕДЛЕННО! ВСЁ ЯСНО? – Кристально, – выдавила Дагон и, щёлкнув пальцами, провалилась в подпол.

***

– ФУ-У-У-У-У-Х, – Господь облегчённо перевела дыхание. – АЗРАИЛ, ТЫ ЕЩЁ ТАМ? – Куда ж я денусь, команды улетать не было – ответствовал Смерть с поистине библейским смирением. – КОГДА МЕТАТРОН НЕМНОГО ПРИДЁТ В СЕБЯ, ПЕРЕСТАНЕТ ЗАИКАТЬСЯ И ТРЯСТИСЬ, – начала Господь, – ПЕРЕГОВОРИ С НИМ НАСЧЁТ ПОПРАВОК В ПРОТОКОЛ РЕЛОКАЦИИ ДУШ. ДАЮ ТЕБЕ КАРТ-БЛАНШ. ЗА ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ МНОГОЕ В МИРЕ ИЗМЕНИЛОСЬ, И НЕГОЖЕ НАМ МЫСЛИТЬ ДОПОТОПНЫМИ КАТЕГОРИЯМИ, – Голубой Глаз многозначительно взглянул почему-то именно на Кроули. – Будет сделано, – кивнул Азраил. – Но, если позволите... я не совсем уверен, какие именно изменения... – И ТЕБЕ Я ФАНТАЗИИ НЕДОДАЛА, ПОЛУЧАЕТСЯ? – из-под потолка сокрушённо цыкнули. – ВОН С РЕБЯТАМИ ПОСОВЕТУЙСЯ. ХОТЬ У КОГО-ТО ВООБРАЖАЛКА РАБОТАЕТ. ЖАЛЬ, ЧТО ЛУЧШИЕ КАДРЫ ОТ НАС УХОДЯТ НА ВОЛЬНЫЕ ХЛЕБА... Азирафель с Кроули переглянулись, но сочли наиболее разумным смолчать. – Могу быть свободен? – уточнил Азраил. – ПОГОДИ, НЕ СПЕШИ ТАК. СЕЙЧАС ДОЖДЁМСЯ ДУШЕНЬКУ С ЛИМБА, УВЕРИШЬСЯ, ЧТО С НЕЙ ВСЁ В ПОРЯДКЕ, И МОЖЕШЬ ЛЕТЕТЬ ДАЛЬШЕ... ГЛУШИТЬ ВИНИШКО, ИЛИ ЧЕМ ТЫ ТАМ ЗАНИМАЛСЯ. – В свой законный выходной, – вставил Смерть обиженно. – В ТВОЙ ЗАКОННЫЙ ВЫХОДНОЙ, – покладисто вторили ему с потолка.

***

– Вот видите, сержант, всё скоро разрешится наилучшим образом, – обернулся к Шедуэллу Азирафель. – Не успеете оглянуться, и ваша супруга вернётся... Дождемся её, напоим вас чайком, и поедете обратно в Тадфилд... – Не дождётесь! – с этими словами из-под пола опять выросла Дагон.

***

– Госпо... кхм... Ма... кхм, кх-э-э, бу-э-э, короче, Хьюстон, у нас проблемочки, – откашлявшись и прочихавшись, кадровичка, размазывая сопли, неряшливо утёрла рукавом нос, той же рукой поправила волосы, потуже затягивая пучок на макушке, и заглянула в портал. – ЧТО ТАМ ОПЯТЬ ПРОИЗОШЛО?! – Голубой Глаз бешено завращался под потолком. Азирафелю показалось, что на Господнем оке проступил тоненький красноватый сосудик. Теперь уж ангел и сам убоялся потопа, а то и чего похуже. – Где моя И-е-за-вель?! – заголосил сержант Шедуэлл. – ГДЕ ЕГО ИЕЗАВЕЛЬ? – вторила ему Господь. – Она... это... как бы сказать, – с опаской взглянув сначала на старика, а затем в потолок, попыталась объясниться Дагон, – она... ну как бы... всё... Перевоплотилась. – В смысле? – вскинулся сержант. Кроули и Азирафель, прекрасно понявшие кадровичку, на всякий случай крепко схватили Шедуэлла. – КАК ЭТО ОНА ТАК ШУСТРО ЛИМБ ПРОШЛА? – изумилась Господь. – МЫ Ж ДЛЯ ТОГО ШТРИХ-КОДЫ ВВЕЛИ, ЧТОБ ПОДОБНЫХ... ЭКСЦЕССОВ ИЗБЕЖАТЬ. Дагон могла лишь недоумённо пожимать плечами в ответ. Сержант Шедуэлл переводил затравленный взгляд с Азирафеля на Кроули, всё ещё крепко державших его, и потерянно блеял: "Где-е моя жена-а?.." Остальные молчали. – ВОТ ЖЕ ЖО... НЕВЕЗЕНИЕ, – раздалось с потолка. – НО ДЕЛАТЬ НЕЧЕГО. Я ВЫЗЫВАЮ ЛЮЦИФЕРА. – Нет, Господи, только не это! – вскричал Азирафель и, отпустив Шедуэлла, в отчаянии метнулся к порталу. Он бы туда и ухнул, если бы Азраил предусмотрительно не удержал его за рукав. – Умоляю, Господи, что угодно, только не надо Люцифера в мой книжный магазин! Здесь аутентичная эдвардианская мебель! Гобелены! А эти люстры!.. Эти люстры помнят коронацию королевы Виктории! Они, не побоюсь этого слова, часть британского культурного наследия! Я берёг их... Помилуйте! – истово взмолился Азирафель. – Надо же, – заметил Кроули уязвлённо, – люстры его, видите ли, беспокоят. А тот факт, что ты снова чуть в портал не свалился, ангел, это как, нор-маль-но? – вскричал демон, теряя самообладание, и тоже выпустил опешившего Шедуэлла из захвата. – ПРИ ЧЁМ ТУТ ЛЮСТРЫ, АЗИРАФЕЛЬ? – вопросила Господь потрясённо. – НЕ ТО ЧТОБ ТЕМА КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ (ОСОБЕННО БРИТАНСКОГО) МЕНЯ НЕ ТРОГАЛА... НО ВСЁ ЖЕ? – Ну... у Люцифера же эти... – Азирафель сделал над головой странный пасс, – огро-омные рога! Он мне весь хрусталь перебьёт! Ни один реставратор не восстановит! Ни за какие деньги! Вы представляете, какая это будет утрата?! – Нет, ну вы подумайте! – Кроули разгневанной коброй бросился к мужу. – Хрусталь?! И это тебя больше всего волнует, ангел?! Сейчас сюда поднимется сам Сатана! У которого, на минуточку, на нас зуб! – Он мне копытами паркет затопчет! – не унимался Азирафель. – А этому паркету, на минуточку, – он передразнил супруга, – почти две сотни лет! Голубой Глаз взглянул на ангела почти сочувственно, и Сверху сообщили: – ПОЗДНО. ОН ПОДНИМАЕТСЯ. И, помедлив, крикнули куда-то в сторону: – БЕРЕГИ ГОЛОВУ, ЛЮЦ! У АЗИРАФЕЛЯ – ЛЮСТРЫ! И БАХИЛЫ СЕБЕ НА КОПЫТА СОТВОРИТЬ ИЗВОЛЬ! ТУТ ЭД-ВАР-ДИ-АН-СКИЙ ПАРКЕТ. – Это конец! – прошелестел Кроули.

***

– Расслабься, Тони, я не злопамятный, – приятным баритоном сказали откуда-то у демона из-за спины. – ТЫ ПРОСТО ЗЛОЙ, И ПАМЯТЬ У ТЕБЯ ХОРОШАЯ, – съязвил Голос. – Насчёт первого Тебе видней, Мам, – ответил Люцифер, нимало не впечатлённый, – а на память я действительно не жалуюсь, Альцгеймер мне пока не грозит. Чего и всем участникам мероприятия желаю. Азирафель, Кроули, сержант Шедуэлл и Дагон синхронно развернулись к источнику звука. Азраил остался недвижим. Выражение лицевых костей его казалось нечитаемым, однако вся фигура Смерти излучала любопытство. Следует отдать должное Князю Тьмы, он, пускай и явился в клубах серы, но рогами, копытами и гигантоманией на этот раз пренебрёг. Люцифер предстал перед собравшимися примерно в том образе, в котором собратья его запомнили до Падения. Азирафель недобро уставился на очередного незваного гостя, словно подозревая того в способности неожиданно раздуться до размеров раскормленного Левиафана и отрастить те самые пресловутые рога и копыта. – Да понял, понял уже: все усиленно бережём головы и твои драгоценные канделябры, – встретив взгляд Азирафеля, Люцифер примирительно вскинул руки. В его алых глазах полыхнула искорка лукавого юмора. – ВСЁ ТЕБЕ ХИХАНЬКИ ДА ХАХАНЬКИ, – припечатал Голос. – Зачем звала хоть? – поинтересовался Люцифер, заглядывая в портал. – И почему с таким переподвыподвертом? – он с нарочитым любопытством окинул взглядом интерьеры книжного магазина. – ЭТО Я ТЕБЯ СПРОСИТЬ ХОЧУ: ЗАЧЕМ? – прогрохотал Голос. – Не понял, – Люцифер принял недоумевающий вид. – Что опять не по-Твоему? – ТЫ ЗАЧЕМ МАРДЖЕРИ ПОТТС ПЕРЕВОПЛОТИЛ? – А это ещё кто такая будет? Впервые слышу.

***

Сержанту потребовалось не более минуты, чтобы изложить Владыке Ада свои претензии. Люцифер терпеливо выслушал тираду заслуженного ведьмолова в отставке, сдержанно хмыкнул и наконец протянул: – Пардон, господа... Тут я бессилен. Человека в демона – это ещё куда ни шло, рутина, прямо даже скажем, конвейер, но вот обратно... Прецедентов таких в своей практике не помню, а стаж у меня о-го-го, – Князь Тьмы развёл руками, иллюстрируя то ли длину... вышеупомянутого стажа, то ли объёмы собственного бессилия. – Так что... Такие приколы, милейшие, только... кхм... Господним (тут его сотряс приступ кашля) произволом, – он прищурился, как бы намекая на что-то, и заглянул в портал. Повисла неловкая пауза. – ВОТ ГОВОРЯТ ЖЕ ЛЮДИ, ЧТО НЕТ ХУЖЕ, ЧЕМ С РОДСТВЕННИКАМИ РАБОТАТЬ! И ЧЕГО Я НЕ СЛУШАЛА?.. – вздохнули с потолка. В ответ раздался язвительный шёпот: – Если память мне не изменяет, людей тогда и в проекте не было. – ЭТО КТО У НАС ТАКОЙ УМНЫЙ ВЫИСКАЛСЯ? – взгляд Голубого Глаза стрельнул по сторонам, точно наводя лазерный прицел. – Я, – ответил Азраил спокойно. – ТВОИ Б СПОСОБНОСТИ, ДА В МИРНЫХ ЦЕЛЯХ... ТЬФУ... В РАБОЧЕЕ РУСЛО, – поправилась Господь. – Я принёс приказ на Азраила! Задним числом, как и было велено! – за спинами сгрудившихся у портала бессмертных, одного смертного и одного Князя Тьмы материализовался Господень личный ассистент. – Тебя только опять не хватало, – буркнул Азирафель. – Вот именно! – поддакнул сержант. – Мы тут мою Иезавель вызволяем, а он со своими бумажками лезет! Безмозглая кабинетная... – МОЛОДЕЦ, МЕТАТРОН, ОПЕРАТИВНО СРАБОТАНО, – перебила Шедуэлла Господь. – ФАКСИМИЛЬКУ ТИСНУТЬ НЕ ЗАБЫЛ? Сержант с удивлением ощутил, что язык его прилип к нёбу. От неудобства и неспособности выразить неудовольствие по этому поводу он бешено завращал глазами и принялся раздувать щёки. Метатрон с гордостью продемонстрировал документ в портал. – НУ ЛАДНЕНЬКО, ОТДАЙ ДАГОН, И МОЖЕТЕ ОБА БЫТЬ ПОКА СВОБОДНЫ, – смилостивилась Господь. — ИДИТЕ И БОЛЬШЕ НЕ ГРЕШИТЕ... НУ, Я ИМЕЛА В ВИДУ: НЕ ТУПИТЕ. Ассистент с кадровичкой, переглянувшись с нарочитой неприязнью, исчезли. С сержанта неожиданно слетело Господне заклятье немоты. Старик громокласно икнул, прокашлялся и со всей доступной ему вежливостью поинтересовался: – Так что же теперь насчёт моей супруги? Если Вашему Всемогуществу будет угодно... – Да уж, чё делать-то будем? – вторил ему Люцифер, слегка напрягшись. Азраил, Кроули и Азирафель выжидающе молчали. Смерть – тот вообще недоумевал, почему его до сих пор не отпустили. – УВАЖАЕМЫЙ ВЕТЕРАН, ХОТЯ ВАШИ МАНЕРЫ НАВЕВАЮТ МНЕ ЕДВА УЛОВИМЫЕ МЫСЛИ О СОЛЯНЫХ СТОЛБАХ, – проговорила Господь, – Я ДОЛЖНА ПРИЗНАТЬ: В СВЯЗИ С ВАШЕЙ ДРАЖАЙШЕЙ СУПРУГОЙ БЫЛА ДОПУЩЕНА... БЫЛ ДОПУЩЕН НЕБОЛЬШОЙ НЕДОСМОТР, ИСПРАВИТЬ КОТОРЫЙ, ВВИДУ ЛОГИКИ НЕПОСТИЖИМОГО ПЛАНА, НА СЕГОДНЯШНИЙ ДЕНЬ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТСЯ ВОЗМОЖНЫМ... – Марджери не вернется... – прошептал сержант почти утвердительно, осознанно... и внезапно горько разрыдался. Азирафель с Кроули бросились к нему и замерли, не зная, как унять горе несчастного старика. – И после этого я изверг и полноценное исчадие Ада, Мама?! – поглядев на скорбную четвёрку с минуту, изрёк Люцифер вопросительно. – А ЧТО ДЕЛАТЬ-ТО? – в моргании Голубого Глаза явно ощущалось пожатие плечами. – ТЫ БЫЛ ПРАВ (В КОИ-ТО ВЕКИ!), КОГДА СКАЗАЛ, ЧТО ИЗ ДЕМОНА В ЧЕЛОВЕКА – НЕЛЬЗЯ. ДАЖЕ НЕВЫРАЗИМЫЙ ПЛАН НЕ ПРЕДПОЛАГАЛ ТАКОГО ПРО... ПЕРЕПОДВЫПОДВЕРТА. – Моя-я же-ена умер-л-ла-а-а! – выл сержант. – И теперь гори-и-ит в Аду-ду-ду-ду! – Никто нигде не горит. Какими вы, однако, мистер, замшелыми категориями мыслите! – попытался то ли осадить, то ли успокоить сержанта Князь Тьмы, но не преуспел.

***

Кроули, Азирафель усердно щёлкали пальцами в надежде облегчить страдания старика – тщетно. – Я предлагаю вызвать новообращённую... перевоплощённую, – сказал вдруг Люцифер. – Посмотрим, что из этого выйдет. – А ТОЛКУ? – ответили с потолка. – ОНА НИЧЕГО НЕ ПОМНИТ. ЭТО УЖЕ НЕ МАРДЖЕРИ ПОТТС. ТОЛЬКО ДЕДУЛЮ С УМА СВЕДЁМ. ОКОНЧАТЕЛЬНО. – А как же сила любви? – спросил вдруг Азирафель. – МАЛОВЕРОЯТНО, ЧТО ЭТО СРАБОТАЕТ, – припечатали Сверху. – И НА ЧТО ВООБЩЕ ТЫ НАМЕКАЕШЬ? – Я намекаю на то, прости Господи, что было бы грешно хотя бы не попытаться! – воскликнул Азирафель. – И КАК ЖЕ ТВОИ ПРИЧИТАНИЯ НАСЧЁТ ТОГО, ЧТО МЫ ПРЕВРАТИЛИ ТВОЙ МАГАЗИН В ПРОХОДНОЙ ДВОР? – поинтересовался Голос с сарказмом. – Это другое! Заламывая руки, Азирафель подступил к порталу: – Пожалуйста... если это только можно... давайте испробуем все варианты! Сержант ведь доверился нам... Вам... всем! Нельзя его так подводить! Ответом ангелу была тишина. Подождав немного подле искрящегося столпа света, он вернулся к Кроули и Азраилу, которым удалось усадить всхлипывающего Шедуэлла в кресло. В руках у бедняги материализовался стакан скотча, но старику явно было не до выпивки – его душили рыдания. – ТАК И БЫТЬ. РИСКНЁМ, – сообщили с потолка и тут же бросили словно бы в сторону: – ДАГОН, РЫБА МОЯ! ПОДНИМИСЬ К НАМ С ПЕРЕВОПЛОЩЁННОЙ МАРДЖЕРИ ПОТТС!

***

Бледная кадровичка Снизу даже не потщилась подавить раздражённый вздох: загоняли сегодня. – Честь имею представить всем присутствующим... – она вытолкнула вперёд слегка дизориентированную демонессу, – Шакс.

***

Демонесса несколько нервно одёргивала края бордового с искрой пиджака, недоумённо оглядывая собравшихся. Вдруг лицо её озарило узнавание. Тёмные глаза расширились, и Шакс, резко сдув чёрную чёлку на бок, сделала несмелый шаг вперёд, в сторону эдвардианского кресла с резными подлокотниками, в котором хлюпал выдающимся носом старик Шедуэлл. – Ку-у-у... Сержант! – проворковала она, но внезапно осеклась. – Что случилось, мой дорогой?! Демонесса Шакс кинула затравленный взгляд на Дагон, затем, заметив присутствие Люцифера и как будто став меньше ростом, замерла, хотя всё её естество, казалось, стремилось к потерявшему связь с реальностью безутешному сержанту. Князь Тьмы сделал едва заметный знак рукой, и с Шакс словно спали оковы. Она опрометью бросилась к креслу и, не жалея коленей, упала на пол подле: – Сержант? – Шакс забрала из подрагивающих пальцев Шедуэлла стакан с виски и слегка неуверенным щелчком пальцев отправила его на ближайший столик. Кроули с Азирафелем переглянулись. – Сержант? – повторила она, взяв Шедуэлла за руку и заглядывая ему в лицо. – Что случилось? Прошу, не плачьте! Что бы это ни было, мы всё исправим! Старик Шедуэлл, казалось, её не видел и не слышал. С кончика его выдающегося носа сорвалась крупная капля и упала ему на штаны – он не обратил внимания, продолжая тихо всхлипывать. – ПРЕДСТАНЬ ПРЕД МОИ ОЧИ, ШАКС! – приказал Голос из-под потолка. Демонесса, словно движимая неведомой силой, поднялась с пола и, точно послушная марионетка, приблизилась к порталу. – Добрый... ммм... вечер, – поприветствовала Господа бывшая мадам Трейси. – ЗДРАВСТВУЙ, ШАКС. ИЛИ МНЕ НАЗЫВАТЬ ТЕБЯ МАРДЖЕРИ? – спросили Сверху. – Как Вам будет угодно, – покладисто отозвалась демонесса. – ЗНАЧИТ ТЫ ПОМНИШЬ СВОЁ СТАРОЕ ИМЯ? ПОМНИШЬ УВАЖАЕМОГО ВЕТЕРАНА? ПОМНИШЬ СВОЮ ПРОШЛУЮ ЖИЗНЬ? – засыпал её Голос вопросами. – Думаю, что да... – ответила Шакс осторожно. – РАССКАЗЫВАЙ. ВСЁ. БЕЗ УТАЙКИ, – приказала Господь. Бывшей мадам Трейсти потребовалось не более получаса, чтобы изложить историю своих приключений накануне гибели, в посмертии и... в Аду. – ФЕНОМЕНАЛЬНО, – изрёк Голос. – ПЕРЕВОПЛОТИВШИСЬ, ШАКС ПОЛНОСТЬЮ СОХРАНИЛА БЫЛУЮ ЛИЧНОСТЬ. ПОИСТИНЕ ФЕ-НО-МЕ-НАЛЬ-НО. ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫЙ СЛУЧАЙ. – Действительно, вот уж не поспоришь, – протянул Люцифер с сарказмом. – И что теперь со всем этим делать? – Я ПОЛАГАЮ, НАИБОЛЕЕ МУДРЫМ РЕШЕНИЕМ БЫЛО БЫ ПРЕДЛОЖИТЬ МАРДЖ... ШАКС ЗАНЯТЬ ДОЛЖНОСТЬ, КОТОРУЮ НЕ ТАК ДАВНО ОСВОБОДИЛ ЭНТОНИ, – сообщил Голос. – ОТ НАС КОГО-НИБУДЬ ТОЖЕ В ПОЛЯ ОТПРАВИМ... ВОН МЕТАТРОН НА БУМАЖКАХ ЯВНО ЗАСИДЕЛСЯ. Откуда-то Сверху раздался сдавленный стон, судя по голосу, принадлежавший Господнему личному ассистенту. Дагон насупилась: она надеялась, что после ухода Кроули на вольные, как принято было выражаться в Конторе, хлеба, на его место назначат её. А тут эта выскочка недогеддонская опять без мыла пролезла! Печали кадровички, естественно, остались без внимания начальства. – Ладно. Окей. Не проблема, – отозвался Люцифер. – Но меня больше интересует, как такое вообще получилось! Демоны не сохраняют память о прошлой жизни! Тони! – он резко обернулся к Кроули. – Ты что-нибудь помнишь о своём прошлом до Падения? Кроули нахмурился, словно напрягая память, слегка качнул головой и отчётливо соврал: – Не-а. Откуда-то Сверху прыснули. – А ты, Дагон? – развернулся к кадровичке Люцифер. – А я? А что я? Я – ничего, – состроила та наивную гримаску. – Понятно. Все лгут, – констатировал Люцифер, став на мгновение неуловимо похожим на доктора Хауза, персонажа Хью Лори. – НУ ТОГДА ТАК И ПОРЕШИМ, – изрёк Голос. – Кого порешим? – встрепенулся вдруг сержант. Он выглядел уравновешенным и совершенно спокойным – ни следа былого безумного горя. Что это, как не чудо Господне? – НЕ КОГО, УВАЖАЕМЫЙ ВЕТЕРАН, А КАК И ЧТО, – молвили с потолка с усмешкой. – ВАША СУПРУГА... ВАМ ВОЗВРАЩЕНА. ПУСТЬ НЕСКОЛЬКО В ИНОМ СОСТОЯНИИ И ОБЛИЧЬЕ, НО, Я НАДЕЮСЬ, ВЫ НЕ В ОБИДЕ? Шакс, словно услышав невысказанное дозволение, спешно отступила от портала, быстрым шагом приблизилась к эдвардианскому креслу и склонилась над вытаращившимся на неё сержантом. – Ку-у-у, мой славный, – пролепетала она. – А вот и я! Старик Шедуэлл громко шмыгнул носом, крепко обнял Шакс за перехваченную широким поясом талию и сдавленно пробормотал ей куда-то в живот: – Иезавель! Вернулась! Переоделась, что ль? – Вам нравится, сержант? – осторожно спросила Шакс, немного отстранившись. – Ничего... – пробасил Шедуэлл и, приподняв голову, прибавил: – И подстриглась, да? – Корпоративный стиль, – ответствовала демонесса скромно. – Я теперь на госслужбе, сержант, и должна соблюдать некоторые условности... Если вас это... – Это ничего, – повторил Шедуэлл, перебивая её. – Потерплю. Главное, что вернулась. Помешкав, он нехотя добавил: – Тебе идёт. Всё лучше, чем кожаный передник. – Ну слава... кому-нибудь, – выдохнула Шакс и, послав благодарный взгляд сначала в портал, а затем Дагон с Люцифером, погладила сержанта по седовласой голове. – ОБОЖАЮ СЧАСТЛИВЫЕ ФИНАЛЫ! – радостно воскликнули из-под потолка и вдруг бросили куда-то в сторону. – МЕТАТРОН! АУ! МЕТАТРОН! – Слушаю! – Господень личный ассистент вновь материализовался у портала. Азирафель на этот раз даже бровью не повёл. – ПИШИ ПРИКАЗ. СЕГОДНЯШНИМ ЧИСЛОМ. НАЗНАЧАЮ ТЕБЯ РЕЗИДЕНТОМ СИЛ СВЕТА НА ЗЕМЛЕ. – Спасибо, Господи, это такая честь... – проблеял Метатрон, хотя в тоне его звучало всё что угодно, кроме благодарности. – ПОГОДИ, ЭТО ЕЩЁ НЕ ВСЁ. С ДОЛЖНОСТИ АССИСТЕНТА ТЕБЯ ПОКАМЕСТ НЕ СНИМАЕМ. НЕКУДА ТОРОПИТЬСЯ. ЗАМЕНУ НЕ СПЕША ПОДЫЩЕМ, – Голубой Глаз задумчиво уставился куда-то на журнальный столик. – ПОКА ОФОРМИМ СОВМЕСТИТЕЛЕМ. ОБЕ СТАВКИ ТВОИ, В ОБЩЕМ. ПОСЛЕ ПОДУМАЕМ... – Благодарю Тебя, Господи, – вздохнул Метатрон убито. – ТАЩИ ПРИКАЗ В ОТДЕЛ КАДРОВ. ЗАВТРА ПРИСТУПИШЬ К НОВЫМ ОБЯЗАННОСТЯМ. И ТЫ, ДАГОН, СПУСКАЙСЯ. РАБОТЫ НЕВПРОВОРОТ! Метатрон сдавленно угукнул и в который раз за последние несколько часов шагнул в портал. Дагон молча исчезла в подполе. – И ФАКСИМИЛЬКУ ТИСНУТЬ НЕ ЗАБУДЬ! – донеслось Метатрону вслед. Спустя мгновение Голос заботливо прибавил: – А ТО ЗНАЮ Я ДАГОН. К КАЖДОЙ ЗАКОРЮЧКЕ ПРИДИРАЕТСЯ. ЗАГОНЯЕТ ТЕБЯ... – и обратился уже к оставшимся у портала эфирно-оккультным силам, одному Князю Тьмы и одному смертному: – НУ ЧТО, ДОРОГИЕ МОИ, ВСЁ ТЕПЕРЬ ХОРОШО, ВСЁ В ПОРЯДОЧКЕ. У-У-УХ, РАЗРУЛИЛА Я... РАЗРУЛИЛИ МЫ С ВАМИ ВСЁ. ЕСЛИ ЧТО – ЗВОНИТЕ, ПИШИТЕ. ВСЕМ ХОРОШЕГО ВЕЧЕРА! Портал полыхнул всеми цветами радуги на прощание и... схлопнулся. Запахло фиалками и озоном.

***

– Слышь, Тони... Есть просьба. Не в службу, а в дружбу... – Люцифер отозвал Кроули в сторону. Провожаемый напряжённым взглядом Азирафеля, демон кивнул своему бывшему работодателю. Они отступили от портала под сень бескрайнего книжного стеллажа, терявшегося в полумраке. – Вот... – Люцифер щёлкнул пальцами, и на его холёной узкой ладони материализовалась небольшая коробочка, аккуратно запакованная в необычную обёрточную бумагу: на ней бескрайний космос бороздили поражающие воображение корабли, среди которых Кроули сразу признал "Энтерпрайз" и "Летучего Голландца". – Это новые Apple Watch... для Адама, – Люцифер смешался на долю мгновения, притом настолько искренне, что Кроули удалось рассмотреть в его смягчившихся чертах намёк на ангельское прошлое. – Ты не мог бы?.. Ну, я не знаю, как крестный (тут Люцифер подавил кашель) там... передать ему... от меня... Кроули приподнял брови. – Я понимаю... Мы с ним не очень хорошо в последний раз расстались... и он вряд ли захочет со мной теперь разговаривать... – продолжил Люцифер потерянно, но быстро взял себя в руки и закончил почти отстранённо. – Тут никаких чар, никаких подстав. Просто часы. Просто сыну. Просто на память. Выражение лица Кроули было недвусмысленно: "Так я тебе и поверил!" Однако вслух демон протянул: – Любопытная упаковка... И сам подарочек – со смыслом. – Да, – согласился Люцифер просто. – Дагон заворачивала. Если по правде, то идею подарка Она присоветовала... – он мотнул головой, как бы намекая на погасший портал за спиной. – Я ж не знаю, что нынче подростки жалуют... Всё его детство пропустил... Работа эта... Он настойчиво протянул Кроули коробочку. Демон колебался. – Честное сатанинское: никаких "адских" приколов или условий мелким шрифтом, – повторил Люцифер, – если Адам откажется – просто выбросишь. Кроули всё ещё не спешил принять неожиданный дар для крестника от бывшего босса. Его размышления внезапно прервала неизвестно как материализовавшаяся поблизости Шакс: – Послушайте, босс... Кхм, простите, что прерываю столь интимный момент, – встряла она. – Может быть, доверите это дело мне? Адам – хороший мальчик (извините за такое слово, но по меркам Земли – это комплимент), quite open-minded and non-judjemental if you know what I mean... Кроули и Люцифер смерили её одинаково поражёнными взглядами. – Если дозволите, – Шакс предостерегающе стрельнула глазами в Кроули, – я передам Адаму ваш сувенир и удостоверюсь, что он его примет. По результатам обязательно составлю подробнейший отчёт. Люцифер коротко кивнул, вручая Шакс коробочку с часами, щёлкнул пальцами и исчез в клубах серы.

***

Как только бывшего босса простыл и след, Кроули набросился на новообращённую: – Ты что творишь?! Уже забыла, что было на авиабазе?! Как ты могла? Не поняла ещё, с кем дело имеешь? Бывшая Мадам Трейси не выглядела испуганной или смущённой натиском другого демона. – Расслабься, Энтони, – молвила она спокойно. – До того, как перевоплотиться, – она окинула оценивающим взглядом своё новое тело, – я долгую жизнь прожила, разного повидала и знаю, как выглядит сожалеющий об ошибках прошлого отец. В ответ на сорвавшееся с губ Кроули нецензурное восклицание она поморщилась: – Не руби с плеча. Пусть босс спит спокойно (если он вообще спит). А Адаму, уж поверь мне (с его-то бедовой головой) не повредит в будущем протекция всех сил, на какие он только может рассчитывать. Ты, мальчик мой, мысли поглобальней: я сейчас за это всё жирненький плюсик в личное дело получу и стану Внизу на хорошем счету. Тебе ли не знать, что это дорого стóит... – Зачем тебе это? – нахмурился Кроули. – Без году час как демон, а уж выслужиться охота? – Мысли глобально, – повторила Шакс. – Я на вашей стороне. На стороне Земли. Если что, то мне – при хорошем раскладе – многое с рук сойдёт. Я ж не просто так шустренько в котёл перевоплощений прыгнула... – Как я могу тебе верить? Как могу понять, что тобой движет? – недоумевал Кроули. – А очень просто, – ответила бывшая мадам Трейси. – Поймёшь, если вдумаешься... Мы не так уж отличаемся друг от друга... – она устало вздохнула и заговорщицки понизила голос. – У меня тут целая жизнь. У меня тут муж. Кроули потрясённо уставился на новообращённую демонессу; в его жёлтых глазах читалось недоверие с примесью... понимания и сопричастности. – Вот и славненько, мой догадливый мальчик, – усмехнулась Шакс. – А сейчас, я думаю, нам с сержантом пора домой. У него был тяжёлый день, а прошлая ночь – ещё хуже, подумать страшно! Она спрятала коробочку с часами в карман пышной тёмной юбки, поправила пряжку со змеёй на поясе и направилась к супругу: – Ну что, сержант, домой? – Шакс обворожительно улыбнулась Шедуэллу. – Благодаря моим новым умениям сэкономим на такси. – Иезавель! Моя Иезавель! – воскликнул старик, трепетно сжимая её руку, но вдруг отстранился: – Скажи-ка, а сколько у тебя теперь сосков? – подозрительно уточнил он. – Насколько мне известно, всё те же обычные два, – ухмыльнулась Шакс. – Но если ты изволишь провести...так сказать... инвентаризацию, то кто я такая, чтобы противиться тебе? Новообращённая демонесса щёлкнула пальцами, и они с сержантом исчезли. В книжном магазине Азирафеля вновь воцарилась тишина.

***

– Мне срочно нужно выпить, – сообщил Азирафель, педантично разглаживая одному ему видимые складочки на ковре, спящий портал под которым вновь был надёжно скрыт от глаз эфирных, оккультных... и даже людских. – Да уж, и тебе, Тони, стаканчик чего-нибудь приятного явно не повредит, – кивнул демону Смерть, знающе заглядывая в его осунувшееся лицо. – Нам всем необходимо... чрезвычайное количество алкоголя, – ответил Кроули с неожиданной твёрдостью. – Allons-y, господа. Прошу на кухню. Он приглашающе махнул рукой в сторону коридора и неуловимым движением запястья заодно подогрел давно простывшие гренки, что так хороши под сухонькое красненькое. Смерть щёлкнул пальцами, обеспечивая их компании дополнительную бутылку Châteauneuf-du-Pape. Он был уверен: теми тремя, что оставались у Азирафеля с их последней попойки, они не ограничатся. Не сговариваясь, трое бессмертных решили подумать о случившемся завтра. Похмелье как раз к экзистенциальной философии располагает. А нынче... А что нынче? Не надо быть средневековой ведьмой и провидицей Агнес, чтобы догадаться: нынче эти трое знатно наберутся.