Хладнокровный

      Первое, что почувствовал Северус, когда пришёл в себя — ничего? Ничего не болело. Но он явно помнил вчерашний (вчерашний ли?) вечер. Его вызвал Тёмный Лорд, бросил в него непростительное, а после…              Что-то было не так. Он попытался двинуть рукой, ничего не вышло. Северус застыл от осознания того, что совсем не чувствует своих конечностей. Решившись осмотреться, мужчина открыл глаза и больше не смог их закрыть. Перед ним возвышалась зелёная, высокая трава, под ним ощущались мелкие камушки и земля.              Он не мёртв это точно (хотя сейчас это была бы лучшая для него новость). Вряд ли бы на том свете у него гулко билось сердце и ему пригодились лёгкие, чтобы дышать. А Северус дышал, но вот что было странным — не чувствовал запаха. Он проявился только когда что-то мелькнуло перед его глазами. Снейп сделал так ещё раз и ещё. Как назло, раздвоенный язык не исчезал и точно принадлежал ему. Змее, если говорить прямо.              Что Северус понял за несколько дней жизни в новом облике. Он не мог говорить и творить магию (пробовал зажечь хотя бы простейший беспалочковый люмос, но не вышло). Обычная змея, оказавшаяся где-то в пригороде Лондона и не имеющая возможности попасть в магический мир (он добрался до Дырявого котла, точнее до того места, где тот должен быть, но заведение перед ним не проявилось, будто не посчитало его волшебником). Поэтому мужчина посчитал нецелесообразным добираться в Шотландию — Снейп уже понял, что его бы не пропустили щиты, приняв за животное, которое может навредить магическим существам и волшебникам. Тогда же он попытался связаться хотя бы с кем-нибудь, но так как волшебство — включительно патронус — ему не доступны, оставалось лишь действовать напрямую. Дождавшись момента, когда из иллюзии на Дырявом котле выйдет представитель магии, Северуса Снейпа — мастера зельеварения отшвырнули заклинанием как тряпку. На этом он решил больше не идти на контакты с волшебниками. Про магглов он даже не зарекался и без объяснения понятно, что случается, когда они видят змею, тем более такого устрашающего вида.              Он обнаружил ещё кое-что — единственная вещь, связанная с магией — способность менять размер. Объяснить это Северус не мог. Пока нет.              Какое-то время Снейп просто полз куда глядят глаза и пытался выжить, питаясь едой возле кафе и ресторанов (оттуда каждый вечер выносили остатки от блюд) и на самый крайний случай крысами и мышами (вот это случилось непроизвольно. Животный инстинкт в какой-то момент взял верх).              Нет, он так не сможет. Лучше уж сигануть с обрыва, чем оставаться в таком положении. И чтобы из него выйти ему нужен волшебник, неглупый и понимающий змей.              С волшебниками он пару дней назад сотрудничать отказался.              Найти неглупого волшебника, особенно по меркам Северуса, возможно, но сложно.              Он знал только двух людей на этом свете, разговаривающих со змеями. И один из них превратил его в того, кем Северус являлся сейчас. А второй не попадал под первый пункт.              Но почему-то вместо того, чтобы искать обрыв он ищет способ попасть в Уилтшир…       

* * *

      — /Уходи, тебе здесь не будут рады/, — предупредил чёрную красавицу Гарри.       — /Да что вы, мистер Поттер/, — наверняка он получил солнечный удар раз немного шипящий голос змеи напоминал ему профессора зельеварения.              — Профессор Снейп? — заговорил на английском Гарри, оглядываясь вокруг в поисках нежелательных лиц.              — /Поразительная догадливость/, — они сказали друг другу только по две фразы, но Снейп уже не сдерживал язвительных фраз.              — Что вы здесь делаете? Вас послал Дамблдор? — вряд ли бы профессор по собственной воле заявился в гости. — И почему вы — змея? — от шока он не принял этот факт во внимание, но уже более-менее справился с этим и с любопытством рассматривал его.              — /Я здесь по личному визиту, если можно так выразиться. Дамблдор здесь ни при чём/, — Снейп постарался говорить нормальным тоном, но змеиное шипение вряд ли можно вложить в эти рамки.              — По личному? — профессор Снейп последний человек, который пришёл бы к Гарри Поттеру просить помощи — другой причины парень не видел (не соскучился же он?).              — /Я так и сказал. Как вы верно подметили, мистер Поттер, я не в своём обычном… состоянии/, — раздвоенный язык вырвался из пасти.              «Не сказал бы» — промелькнула мысль у Гарри.              — /Не буду вдаваться в подробности, но помочь мне можете только вы. Как бы грустно ни было в этом признаваться/, — к такому Поттер привык.              — Ты с кем там разговариваешь, дрянной мальчишка?! — из открытого окна донёсся голос Петунии. Гарри тревожно обернулся и, переведя взгляд обратно на профессора, сказал:              — Быстро залезайте под толстовку! — парень немного её приподнял. В этот момент он не смог придумать ничего лучше.       — /Вы что себе…/, — Гарри, не слушая, привстал, подобрал змею и запихнул под одежду. Он сел также, как и до этого, создав перед собой большое пространство в толстовке.              — Ни с кем, тётя, — ответил Поттер высунувшейся из окна миссис Дурсль. Женщина оглядела двор, поджав губы.              — Заканчивай здесь и возвращайся в дом. Обед сам себя не приготовит, — как только Петуния ушла, Северус вылез на воздух, возмущенно шипя.              — /Как вы посмели, Поттер, так фамильярно вести себя с профессором?/ — парня таким было уже не пронять, особенно сейчас, когда Снейп в таком виде.              — Простите, сэр, но если вам всё ещё нужна помощь, то лучше, чтобы мы с вами остались живы, а попадаться на глаза тёте — не самая разумная идея, — Гарри закончил с горшками и встал, попутно собирая инструменты, чтобы убрать их.              — /Вы назвали меня не разумным?/ — разрез глаз стал прищуренным.              — Я сказал то, что сказал, профессор. Будет проще, если вы останетесь в моей комнате до вечера и тогда мы поговорим, но, возможно, меня отпустят раньше и у нас будет больше времени.       

* * *

      «Что за заносчивый сопляк», — Северус лежал, свернувшись кольцами, на подоконнике, разглядывая решётку на окне.              Он не согласился снова топтать свою гордость и пополз за Поттером сам. Тот только плечами пожал, но проводил, прислушиваясь к происходящему в доме.       Осматриваться Северусу было некогда. Он думал о своём положении и о том, сколько информации доверит Поттеру.              Когда солнце начало плавно опускаться вниз в комнату вошёл уставший парень, закрывая за собой дверь на замок. Он присел на ногу и опёрся спиной о стену.              — /Не жарковато ли вы одеты, Поттер?/ — Северус отметил общий вид гриффиндорца. Он хоть и был теперь хладнокровным животным, от которого ему передались некоторые физиологические особенности, но ясно понимал, что лето в этом году жаркое.              — Вам-то какая разница? Ах, да, — Гарри вытащил с цельного кармана сложенный пергамент. — Не знаю, чем вы теперь питаетесь, но мне удалось незаметно собрать вам небольшой ужин.              Он не стал говорить, что это практически его ужин.              — Думаю, справитесь пока меня не будет.              Гарри раскрыл свёрток и положил на подоконник рядом со Снейпом, а сам отошёл, снял толстовку, аккуратно сложил, положив на стул, достал из шкафа такую же большеразмерную футболку и клетчатые штаны и ушёл в ванную комнату. За сегодняшний день он стал довольно грязным, так что хотел отмокнуть в горячем душе, пока Дадли не спохватился и смотрит телевизор в гостиной.              Снейп скептически глянул на то, что ему подсунул Поттер, но ужин был вполне сносным: макароны с небольшим количеством томатного соуса и одной сосиской. Пока пища исчезала в пасти профессора, он сам думал о том, что гриффиндорца даже можно стерпеть.              Гарри вернулся в комнату, снова закрыл её, чтобы не было всяких неожиданностей и убрал уже пустую обёртку.              — Можете говорить, сэр, — сказал он, попутно вытаскивая какие-то вещи из шкафа и выкладывая их на полу в импровизированную лежанку.              — /По-моему, это лишнее, Поттер/, — ему вдруг стало неудобно, но он отогнал подобные мысли.              — Спать удобней на мягком, вне зависимости от того кем вы являетесь, — Гарри закончил и сел на кровать. Снейп с подоконника слезать не спешил.              — /Вы головой случайно не ударялись? Не настолько же вы безнадежен, чтобы биться намеренно/, — качнулась змеиная голова.              — Из ваших уст звучит как комплимент, профессор, — парень подмял ноги под себя.              — /Не обольщайтесь/, — раздражённо шикнул профессор.              — Так чем я должен вам помочь, сэр? — его взгляд устремился в стену будто Гарри пытался там что-то рассмотреть, но на самом деле он по привычке прислушивался к изменениям за пределами комнаты.              — /Вообще-то не должны/, — до него только после фразы гриффиндорца дошло, что тот и вправду не должен. Ведь у них обоих взаимная неприязнь друг к другу. Им противопоказано даже находиться в одном помещении.              — Странно, я вроде не говорил, что не помогу вам, профессор, — какой тогда был смысл впускать его в дом и рисковать более-менее спокойной жизнью, если так вообще можно сказать про него.              — /И зачем вам это, Поттер, решили поиздеваться над ненавистным профессором? Что ж вы не побежали делиться с друзьями о том, какой шанс вам выпал — взять реванш и унизить зельевара. Вы ещё хуже чем ваш отец/, — вспыхнул за секунду, как спичка, мужчина.              Фраза про друзей и семью была ударом ниже пояса, хотя чего можно ожидать от Северуса Снейпа.              — Если вы так думаете, тогда зачем пришли ко мне раз я, по вашим же словам, такой невыносимый, — он не использовал парселтанг, но шипел не хуже змеи. Его ноздри раздувались, тело поддалось вперёд, словно он собирался атаковать.              — /Можете мне поверить я не испытывал ни малейшего желания тащиться сюда, зная, что вы как были тупоголовым кретином, так им и остались. Вы, Поттер, ничего не видите вокруг себя кроме собственной короны на голове, ваше высокомерие…/              — Уходите, — он не собирался дальше выслушивать этот поток обвинений. Наслушался.