Красная нить судьбы

Вы знаете чувство, когда весь мир рушится, ты видишь одни руины, а твоё тело разрывается на миллионы кусочков, задыхаешься и не знаешь, как облегчить свою боль? Именно так я сейчас себя ощущаю. Новость об уходе учителя шокировала весь наш класс, а у меня появилась какая-то пустота в душе. Тревор светился от счастья с этой новости, как начищенный чайник, он стал снова обнимать меня, но меня морозит от его действий, мне становится страшно и омега внутри меня беспокойно мельтешит, требуя поскорее уйти от него. Разница между Тревором и Тартальей колоссальная по отношению ко мне. Чайльд никогда не пытался меня запугивать и не поднимал на меня руку, он заботился и дарил чувство нужности и безопасности, в то время, когда мой парень одаривал одним холодом и брезгливостью. Когда, он вчера поймал меня в коридоре и начал говорить про чистку памяти, я струхнула, поддалась и негативно высказала, всё тому, кто был добр ко мне. Я сама прогнала ёкая, который считал меня своим сокровищем и относился соответственно, своими словами заставила отдалиться. Тревор, он получил, что хотел. Да плевать я хотела, что ему сказал отец! Учитель был прав, он не причинял вреда и не пользовался своим положением. Я люблю Чайльда и боюсь, что этого уже никто не изменит. Плевать, что у нас такая разница в возрасте. Селена, пожалуйста, даруй мне своё благословение, исполни лишь одно моё желание… Стук в дверь. Ну и кого принесло рано утром в мою комнату? Подхожу к двери и открываю. — Кавех? Какими судьбами? — Привет, ангелочек. Меня просили это передать тебе. Он передает мне синий конверт, на котором я сразу узнаю почерк рыжеволосого преподавателя. Я выхватываю его, и мои руки дрожат от предвкушения и страха, что он мог написать. Винит ли он меня? Ненавидит и не желает видеть? На конверте красивым каллиграфическим почерком написано моё имя. Я делаю глубокий вдох и открываю, после чего достаю письмо и начинаю читать, ничуть не смущаясь, что рядом кто-то находится. Привет, солнышко. Жаль, что здороваюсь с тобой подобным образом, но времени у меня немного. Уверен, что ты получишь это письмо уже, когда обнаружат мою пропажу, хах. Очень тебя прошу, не вини себя, я знаю, что ты сказала это сгоряча, а мне следовало предупредить тебя. Снова сделал тебе больно, хоть и не хотел. Не переживай, всё в порядке, я вернусь в академию к тебе, как раз к осеннему балу, так что надеюсь, что первый твой танец будет со мной, ты же у меня умничка. Прошу тебя, береги себя и не позволяй причинять вреда, если тебе плохо, говори об этом сразу. Обо мне не волнуйся, со мной всё хорошо, я цел и невредим, таким же и вернусь к тебе, моя драгоценная девочка. До встречи, сокровище моё, пусть богиня оберегает тебя, пока меня нет рядом, но мысленно я всегда с тобой. По моим щекам текут слёзы, но я не смахиваю их. Облегчение и желание поскорее его увидеть вновь, прижимаю письмо к своей груди и закрываю глаза. Кавех притягивает меня к себе и гладит по голове. А у меня танцуют бабочки в животе от полученного письма. Мой лис на меня не злится и скоро вернётся — большего мне не надо. До бала осталась неделя, может чуть больше. Тишину прерывает снежный барс Аль-Хайтам, сдержанный, начитанный, зелёные, как листва, глаза. Он строгий, но справедливый и всегда нам говорит, чтобы мы сначала думали, прежде чем действовать. Удивительно, что у такого альфы его пара полная противоположность. Здесь, мы все считается семьёй, поэтому я допустила вольность и улыбнувшись, подошла к барсу и обняла его. —  С возвращением домой! — Спасибо, я тоже рад тебя видеть. — Ну? Пошли, у твоего класса сейчас урок рисования. — Я помню, Кавех. Мы выходим из моей комнаты и идём по коридорам, иногда переговариваясь, но как только я замечаю Тревора, мое настроение улетучивается и уже ничего не хочется. Кристал стоит рядом и надменно смотрит на меня, но почти сразу отворачивается, когда парень хватает меня за руку. Злится. — Ты! Да как ты посмела изменять мне! Забыла свое место?! Я ошарашенно смотрю в зелёные глаза, которые потемнели от гнева. В коридоре двое преподавателей, наши одноклассники и он повышает голос? Он сжимает мою руку до боли, а после замахивается свободной и мою щеку обдает обжигающей болью от чего я вскрикиваю, а мой парень отлетает к стене, и я впервые вижу Кавеха, нашего добряка, таким злым. Он сдерживает белого лиса, держа за плечи. Больно. За что? Тревор вырывается из хватки и отходя от шокированных одноклассников уже не сдерживается. Он поворачивается к Итэру, которого пытаются удержать от желания убивать. Ко мне подлетает Мона и Барбара, желая осмотреть щеку и успокоить, но я не слышу их. Паника накрывает волной. И из-за этой сволочи я наорала на альфу, который делал для меня всё? Этого монстра я подпустила к себе? С чего вдруг он решил устроить сцену ревности и для чего? Хочет привлечь к себе внимание, зачем ему это нужно? Меня вырывают из омута терзаний резкие и болезненные обвинения. — Твоя сестра шлюха! Она изменяла мне, раздвигая ноги перед Тартальей! — Закрой свою пасть, щенок! То, что Кавех на кого-то рявкнул, было удивительным для всех и даже Тревор замер, шокировано моргая. Оставаться здесь и видеть жалость к себе я не хотела, поэтому не задумываясь кинулась прочь ото всех. Желая найти место, где смогу спрятаться и такое место было. Щека всё ещё горела, а едкие и злые слова, словно смертоносный яд, прожигали во мне дыру. Лишь в беседке, которая находилась в лесу, я смогла дать волю слезам и истерика меня поглотила. Усталость разлилась по телу, и я не заметила, как уснула после полученной встряски и переживаний. — Какая же ты у меня соня, а~? Сквозь сон я почувствовала, как мужские пальцы аккуратно поправили светлую прядь волос, спадающую мне на лицо. Слышу усмешку в голосе. — Ах ты маленькая хулиганка~. А ну быстро открывай свои глаза. Я медленно поднимаю взгляд на лиса передо мной и, шмыгнув носом, кидаюсь тому на шею, утыкаясь в неё носом. Меня обнимают сильные руки, и я чувствую себя в безопасности. — Лисёнок? Что случилось? У меня такое чувство, что он знает ответ на свой вопрос. Складывается ощущение, что Чайльд что-то умолчал про сны, потому что у Аякса всегда на всё готов ответ. Но я даже не против, если это один и тот же лис. Однако, меня смущает цвет глаз и длина волос. Он целует меня в висок, затем поднимает меня за подбородок, нежно вытирая слезы. Я мотаю головой, не желая отвечать, а он рассматривает мою щеку, ту, что ударил Тревор. Губы Аякса мягко касаются щеки, и я замираю в его руках. — Ты же можешь дать мне ответ на вопрос, который я хочу задать, верно? Что для этого необходимо сделать мне? — Если ты захочешь узнать, то последуешь за мной, куда бы я не привел. — мужчина лукаво улыбнулся и щёлкнул пальцами по кончику моего носа — Шутка~. Пойдя за мной, ты угодишь в ад, а я не хочу для моего сокровища такой судьбы. Фиолетовые глаза сверкнули в темноте и мне показалось, что в них промелькнули уже знакомые искры, завлекающие в этот опасный водоворот событий. Будто с самой тьмой разговариваю. Он называет меня своей, а омега внутри меня готова сделать всё для него. Но как только я допустила мысль о схожести с учителем, у меня резко заболела голова и появился неприятный шум в ушах. А в следующий момент… Я резко открываю глаза и подскакиваю на месте. Догадка, пронзившая меня и ещё не ушедшая из моего разума. Я бегу обратно в академию, в библиотеку и залетаю в архив, где хранятся данные прошлых учеников и фотографии. Ну, почему я такая дура и так медленно всё доходит?! Я перебираю папки и альбомы, которые стоят в идеальном порядке. Надеюсь, что Лиза поймет и не убьет меня. Раньше была традиция сохранять образ ёкая, когда он сражается в полную силу, для чего не понятно, но если я права, то… Я так и замерла, вглядываясь в уже полюбившиеся фиолетовые глаза, а затем мой взгляд прошелся по лицу, а внизу подписано имя и в скобках прозвище, на обратной стороне обычный внешний вид и родные глаза, цвета моря. Вот почему Грилисс его недолюбливает и постоянно упоминает то Аякса, то Чайльда. Это один и тот же ёкай. Но если он в моих снах, то получается, что он мой альфа и с самого начала он знал, кем я для него являюсь. Но говорить запрещено. Тяжело. Даже не верится. — Всё же, Чайльд был прав, когда говорил, что ты быстро соображаешь. Я резко оборачиваюсь и смотрю на Аято и Джинн. Они переглянулись, и Джинн присела рядом со мной. Она молча вытащила папку, где было указано, как изменяется мой лис, когда вступает в настоящую битву: длинные рыжие волосы, фиолетовые глаза и длинные когти. — Я рада, что ты догадалась сама и раньше своего совершеннолетия. Однако, есть ещё один момент, который… — Джинн. Она замолкает, и я перевожу взгляд на Аято, который покачивает головой, а затем протягивает руки, помогая нам встать. — Есть вещи, о которых тебе стоит узнать лично у него, когда он вернётся. Я прикусываю губу, стараясь сдержать свое любопытство и с улыбкой киваю, после чего начинаю наводить порядок в библиотеке. Хочу побыть одна и всё обдумать. Они это понимают и уходят, оставляя в тишине, окружённой множеством книг. Только это длилось недолго, ко мне шла Паймон, она смотрела взволнованно и оглянулась назад, а после заговорила. — Мы всегда тянемся за хорошими и тёплыми снами, избегая кошмаров. Но порой нужно идти туда, куда они тебя ведут, чтобы найти ответы. Страх — твой главный враг. Ты потеряешь того, кто готов жизнь отдать за твою счастливую улыбку… Не потеряй его. Я не знаю, с чего вдруг она решила заговорить о снах, пока она, схватив меня за руку повела прочь из царства книг. Мы шли по коридору, когда я решила спросить её об этом. — Что ты имеешь ввиду? Почему ты заговорила о снах? — А ты не понимаешь или просто ещё до конца не осознала, кто пытается тебя оберегать? Я молчу, потихоньку понимая, что мне придется столкнуться с темной стороной моего избранного, но пока мне трудно это принять. Всё навалилось на меня, как снежный ком. Останавливаюсь и взглядом указываю, что мне надо отойти и я скоро вернусь. Волчица кивает, а я иду в уборную, чтобы умыться и привести мысли хоть немного в порядок. Только не успеваю коснуться дверной ручки, когда мне зажимают рот и тащат чуть дальше по коридору. Мычу и пытаюсь вырваться, быстро понимая по запаху, кто находится сзади. Тревор. Пытаюсь укусить руку и вырваться, когда он разворачивает меня и бьёт по щеке снова. Жгучая боль проходит по коже и становится противно от своей беспомощности. Его губы касаются моей шеи, и он проводит по ней языком. Пока его рука сжимает мое бедро, а затем приподнимает юбку. Он делает всё молча, но его прикосновения бросают в дрожь и меня выворачивает наизнанку от происходящего. Я дергаюсь и со всей силы кусаю его пальцы, от чего он, сразу громко рыча меня отпускает. Во рту металлический и соленый привкус его крови, сплевываю на пол и вытираю губы. Страшно. Противно. Мерзко. — Думаешь, что нужна ему? Очнись дура, только тело и не более того. Его слова слышатся вдогонку, но мне плевать. Какая же ты сволочь, Тревор. Быстро добегаю до Паймон и влетев к ней в мастерскую, чувствую, как всё тело дрожит от полученного адреналина. Тело до сих пор напоминает о его прикосновениях и хочется всё это смыть с себя. Пытаюсь сделать непринуждённый вид и скрыть свой страх и нервозность, показывая, что со мной всё в порядке. Не уверена, что мне поверили, но она решила меня не допрашивать. Переключаю внимание на платье алого цвета со множеством рюш и оборками, позади небольшой шлейф. На груди красуется своеобразный вырез, срывающий вид на декольте. Состояние было паршивым, даже после услышанного я не могла найти причину. Неужели, я снова ошиблась? Тревор оказался прав, а Кристал выиграла? О какой победе может идти речь, если я путаюсь и ничего не понимаю. Я не хочу идти на бал, но являясь организатором не могу проигнорировать данное мероприятие. Вся эта игра и доказывание кто чей меня вымотала в край. Щека всё ещё болит… — Люми, я закончила твоё платье, но ты уверена, что ничего не хочешь в нем менять? Я несколько секунд смотрю на платье, а затем срываю его с манекена. Волчица, понимающе улыбается, а я осознаю, что хочу сделать по-своему в этом году. — К чёрту! В этом году платье по моему эскизу и цвет выбираю я. Сердце колотиться в груди, я неминуемо пойду ко дну, но не вызову жалости. С меня хватит, я устала плясать под чужую дудку. После бала будет серьезный разговор. Мой взгляд падает на браслет, который я не осознанно целую, будто всю жизнь так делала, и с губ не сходит мечтательная улыбка. Интересно, что принесет мне праздник в этом году? То, что произошло было последней каплей и я порву с Тревором, а на бал пойду одна. Пора обретать свободу, наплевав на чужое мнение.

******

Несколько часов я пробыла у волчицы и уставшая, побрела в свою комнату. Я открыла дверь и пройдя немного, завалилась на кровать, прижимая игрушечного кита к груди. Чайльд ушел, но даже в письме не указал, где он и чем занят. Мне неспокойно от этого. Если он не злится, то почему ушел? Что заставило оставить меня одну, или я слишком много беру на себя? Почему нельзя оставаться честным? С другой стороны его поведение в последнее время было странным, будто он не мог насытиться… Странно звучит, но всё же. Что-то мне кажется, что Аякс знает и помнит, с кем проводит время во сне, а Чайльд приврал, что пара не помнит сна. Я беру вторую игрушку и пытаюсь уснуть, чтобы подтвердить свою догадку. Во сне сейчас закат и рыжие волосы отливают живым огнем. Сейчас на нём черные джинсы, кожаные сапоги и рубашка белого цвета. Его хвост медленно двигается, а он поворачивается ко мне в пол-оборота, одаривая улыбкой. Только сейчас, я понимаю, что у него короткие волосы, а глаза, словно два морских омута, затягивающих в бездну и я падаю в нее, услышав бархатный голос и видя протянутую руку. Я вижу весь его образ целиком. Туман, скрывающий его лицо исчез! — Ну, здравствуй, моя принцесса ~. Я кладу свою ладонь в его, чувствуя, как меня затягивают в крепкие объятия, прижимая к сильной груди и слушаю горячий шёпот у самого уха. — Я ждал тебя десять лет, и оно стоило того. Чайльд касается моих губ своими в нежном, трепетном и медленно поцелуе. Теряя твердую землю под ногами, утопая в дарованной нежности, которая пробегает по всему телу, покрывая кожу мурашками. Вот бы поскорее увидеться в реальности…