День, когда закончилась война

      Теплый майский вечер, кратковременное ощущение долгожданного спокойствия и легкий ветер, играющий с волосами цвета пшеницы. Соленый запах моря вперемешку со сладкой ватой щекотал нос, так непривычно. Армин прогуливался по узкой дорожке среди немногочисленных людей, решивших провести вечер на свежем воздухе. Он спустился по каменным ступенькам к пристани и заприметил девочку, сидящей на ней. Ее ноги болтались в воздухе, едва касаясь кромки воды. Она обернулась и посмотрела на него враждебно, ее лицо казалось слишком худым, а одежда висела мешком. Стало неловко, но молодой человек все же решил подойти к ней и угостить конфетой, одиноко лежащей в кармане пиджака.       — Я вас не знаю, — буркнула девочка и отвернулась навстречу закату, расползавшемуся по небу, как акварельное пятно.       — А почему ты сидишь здесь одна? — неуверенно спросил Армин. На вид ей было лет десять.       — У меня никого нет, — спустя небольшую паузу тихо ответила она.       — Как нет? — почти удивленно произнес молодой человек и поежился, ветер усилился.       Девочка обернулась и внимательно на него посмотрела: у нее были большие прозрачно-голубые глаза, нос с горбинкой и бледная кожа. От ее взгляда стало некомфортно, он резал и кусался. Она поджала губы и, наконец, сказала:       — Мой отец погиб, когда пришли титаны.       — А м-мама?       — А мамы нет.       Девочка снова отвернулась и сильнее заболтала ногами. Армин сел на корточки рядом с ней и снова протянул конфету.       — Возьми, она очень вкусная. Шоколадная.       — Спасибо, — нерешительно поблагодарила его незнакомка и, как ему показалось, с жадностью засунула сладость в рот.       — Где ты живешь? Не боишься гулять так поздно одной?       Девочка фыркнула.       — Я умею драться, — гордо заявила она и совсем тихо прошептала, — здесь. Я живу здесь.       — У тебя нет дома?       — Мой дом разрушен.       Армин не нашёлся с ответом. Это было неправильно, дети не должны скитаться по улицам и добывать себе пропитание. Последствия гула оказались куда страшнее, чем можно было представить.       — Как тебя зовут? — мягко спросил он.       — Энни, а вас?       — А меня Армин, будем дружить?       Энни с сомнением посмотрела на протянутую ладонь и, немного подумав, пожала ее.       — Я знаю вас, вы остановили титанов.       Молодой человек кивнул, отчасти чувствуя вину перед ребенком. Если бы получилось остановить Эрена раньше, трагедии бы не случилось. Вина не давала уснуть по ночам, вгрызаясь в мысли. Прошло не так много времени с того злополучного дня, большая часть Марли оказалась уничтожена, и местные жители только-только возвращались к мирной жизни: отстраивали дома и здания, открывали магазинчики и выходили на улицы.       — Пойдем со мной? — вдруг предложил Армин, он хотел помочь, и ему выделили дом совсем недалеко. Небольшой, правда, но двухэтажный с верандой и крошечным садом, — тебе ведь некуда пойти.       Энни молчала, пока закат продолжал наливаться алым, холодало.       — Я не обижу тебя, правда. Здесь становится холодно, и ты, наверняка, голодна, — он снова протянул ладонь и улыбнулся.       Девочка нерешительно взяла его за руку и посмотрела печальными глазами. Надежда давно не жила в ее сердце. До дома шли в тишине. Армин открыл дверь и пропустил Энни внутрь, включил свет.       — Вы живете один?       — Теперь нет.       Он закинул дрова в камин и прошел на кухню, что являлась одним целым с гостиной. Спустился в погреб и достал продукты. Для себя готовить приходилось редко, большую часть времени занимала работа по восстановлению Марли, постоянные переговоры и дела, дела, дела. Армин пожарил яичницу и заварил сладкий чай, делая пометку в голове, что стоит купить еще конфет.       — Энни, пойдем ужинать, — позвал он девочку.       Энни неловко села напротив за круглый столик и долго смотрела в тарелку, прежде чем начать есть. В камине уютно потрескивали дрова, мягко горел свет, и одиночество уже не тянуло к двум душам свои костлявые пальцы. После ужина Армин приготовил для девочки постель, отдав одну из подушек и свое одеяло, оставив себе плед.       — Утром я отлучусь по делам, постараюсь вернуться к обеду, не скучай тут, хорошо?       — Хорошо, — пообещала Энни, с восторгом залезая в постель, — она такая мягкая.       — Я рад, — улыбнулся Армин и отправился к себе.       Новый день обещал быть сложным.