Системная ошибка

      Я ненавижу свою младшую сестру из первой жизни. У меня всё.       Конечно, в первой жизни я относился к ней с какой-никакой любовью и трепетом (в моем понимании), но сейчас мне хочется, чтобы она сидела где-нибудь в уголке моего сознания и помалкивала. Что хорошего в моём недосыпе? Зачем постоянно появляться в моих снах? Намёки на то, что у меня все перспективы стать Пустотником? Ещё чего. Я успешно побратаюсь с Сенку и умру, мне ничего не помешает. Никакая рыжая бестия. Никакие принципы. Никто.       Разве что бесплатные ириски. Но мы опустим эту подробность.       Что же всё-таки происходит? Моя любимая сестричка не даёт мне нормально поспать и каждую ночь приходит ко мне в осознанные сны. В последнее время их содержимое доходит до абсурда. Например, сегодня она пыталась закидать меня книгами (слава Системе, что они были не по точным наукам). Естественно, у неё не получилось. В школьные времена я был слишком хорош в вышибалах, а у неё по гороскопу неудачный день и зрение минус четыре. Не судьба.       Просыпаться рано утром – отстойно. Ни о каком заряде бодрости и речи идти не может. Я проспал всего десять часов, мой организм требует больше! Даже Рей спит, а я нет. Беспредел.       Надо прекращать этот беспорядок. Если плохо мне, то ему тоже должно быть плохо.       — Рей.       Ответа не послышалось.       — Я знаю, что ты не спишь.       В комнате стояла звенящая тишина. Так же тихо было и через минуту. Две, три... А потом я устал ждать. Куда делся Рей? Раньше он приходил с раза второго, максимум с третьего, но сейчас ответом мне стало молчание.       Я посмотрел на его пульс на моих запястьях... А такового не было. Просто полоска, без каких-то колебаний. Умер что ли? Вообще было бы неплохо, но он должен меня защищать. Не хотелось бы потерять свой живой щит.       Неужели, это и правда проверка от Системы? Опять сплю? Сон во сне. Вау. Все лучше и лучше.       Это что-то вроде «Что я буду делать в стрессовой ситуации без наставника и Системы?». Лягу спать дальше. Какая может быть стрессовая ситуация сразу после сна? Только Сенку у моей кровати с книгой по ядерной химии с утра. Или Рюсуй у моей двери. Сомневаюсь, что это исполнимо, но это же главные герои. Самые непредсказуемый существа на планете, если в метках не стоит романтика и повседневность. Кто знает, что на уме у злобных гениев, читающих ядерную физику, и... злобных гениев, водящих корабли.       Я опять отвлекся от смерти Рея. Как он вообще мог умереть? Нарушил Клятву? Думаю, я бы почувствовал это или меня бы предупредила Система. Никаких уведомлений нет. Только мёртвый пульс на руке и тишина. Наверно, опять какой-то кошмар.       Пойду посплю.       Я лёг в кровать, сонно зевнул, накрылся одеялом и уже собирался продолжить смотреть сны, как вдруг моему спокойствию помешала Ёшино. С тарелкой фруктов, она по-хозяйски зашла ко мне в комнату и одной рукой раздвинула тяжёлые шторы. Хрупкая посуда в её ладони немного шатнулась вправо, но героически устояла, придерживаемая длинными пальцами. Кажется, она не заметила, что я проснулся. Вот и отлично, думаю, можно и дальше поспать...       — Сэйю, по-одъём! — бодро пропела Ёшино , ставя тарелку на прикроватную тумбочку.       Размечтался.       Отчего-то у Ёшино было хорошее настроение. Она и раньше любила начинать день с улыбки, но сегодня что-то отличалось. А мои подозрения про проверку исчезали так же стремительно, как мысли о потере Рея. Яблоки мне дороже.       — Почему так рано? — простонал я, приподнимаясь на локтях и недовольно щурясь от солнечного света. В последнее время Токио радует своих жителей ясной погодой.       Ёшино недоумевающе посмотрела на меня. Выглядела она весьма забавно – её растрепанные волосы представляли собой гнездо, коим могла похвастаться не каждая птица, глаза красные от недосыпа, под ними же и залегли темные круги. Совсем заработалась, бедная. Хотя, наверное, я выгляжу не лучше.       — Сейчас девять утра, Сэйю, — она стала аккуратно поправлять комнатные растения на подоконнике. С каких пор они вообще тут появились? — так весь день проспишь.       Я принял положение сидя, свесив ноги с кровати. Взгляд тут же устремился на тарелку с фруктами с такими манящими дольками яблок и банана. Никаких апельсинов или клубники. Эта аллергия заставляет меня страдать, как можно жить без цитрусовых? Я не представляю свою жизнь без лимонов, а тут мне выдали это. Критический удар по сердцу.       — Всего лишь девять, — я закинул в рот кусочек банана, — непростительная рань.       Ёшино развеселенно улыбнулась. — Ты в последнее время изменился, Сэйю, — она повернула голову немного в бок, чтобы увидеть меня, — раньше ты был только рад вставать в пять часов утра и носиться по квартире.       На её лицо мягко ложились яркие лучи солнца, немного слепя глаза, но не препятствуя счастливой улыбке Ёшино. Темные глаза, больше напоминающие два небольших уголька, притягивали взгляд игрой света в них же. Ресницы слегка подрагивали от болезненности лучей, но продолжали смотреть прямо. Кажется, моя очаровательная радужка никак не сравнится с её. Словно два разных мира. В этот момент Ёшино показалось мне какой-то другой. Более... обновлённой? Нет, можно даже сказать, что свободной.       Оторвавшись от созерцания красоты матери Сэйю, мне пришлось сосредоточиться на её словах. Опасный момент. Слишком большие различия между мной и настоящим владельцем тела. Но я же ребёнок, мне положено меняться.       — Я попробовал спать. Мне понравилось. Теперь я сплю, — предельно просто объяснил я, пожимая плечами.       Ёшино на этот выпад лишь хмыкнула и развернулась спиной к окну, опираясь спиной на край подоконника. Теперь в её взгляде плескалась нерешительность, а пальцы беспокойно перебирали каштановые пряди. Что за странные скачки настроения? Я не успеваю за ней.       — Я уволилась с работы, — как гром в ясном небе.       Уволилась? Ах, понятно. Ну ничего, с каждым бывает... Подождите-ка, ЧТО она сделала?!       Видя мои глаза, полезшие на лоб, Ёшино поспешила продолжить. — Я знала, что это когда-нибудь произойдёт. Компания не могла просто так уволить меня, поэтому отправляли делать "черную" работу. Вчерашний инцидент должен был стать для меня последней каплей, иначе объяснить почему поручили такое важное мероприятие одной мне – я не могу.       Ёшино ненадолго замолчала, вновь посмотрев в окно. Мой мозг, переварив новую информацию, выдал следующее. — А почему эта компания так хотела, чтобы ты сама уволилась? И где ты теперь будешь работать?       — Понимаешь ли, в компаниях сложно уволить сотрудника. Увольнение несёт за собой кучу разборок, судов и доказательств никчемности работника, да и не факт, что все пойдёт в пользу компании. Вот и отправляют безнадёжных людей заниматься всякими ненужными делами, чтобы они сами решили уйти. Я долго это терпела и не увольнялась только из-за отсутствия другой работы, — эмоции на лице Ёшино стали нечитаемыми, — а сейчас объявилась корпорация Нанами. Неожиданно, подозрительно и странно. У меня есть все основания обходить её стороной, но что в итоге? Правильно! Я лезу прямо в самое сердце их компании.       Она закрыла свое лицо ладонями на пару секунд, а затем впилась пальцами в корни волос.       — Я останусь конференц-менеджером, буду организовывать встречи членов корпорации с их бизнес-партнёрами, — она резко вздохнула и потрепала меня по волосам, подойдя ближе, — ты еще маленький для этого, Сэйю.       Ёшино все говорила и говорила, а я просто слушал с открытым ртом. Корпорация Нанами, увольнение с работы, проблемы японских компаний... Казалось, ещё одна крупинка информации про это сумасшедшее трудоустройство и мой мозг взорвётся. Зачем так усложнять себе жизнь, японцы? Мне никогда не понять этого.       Новостям про корпорацию я не был удивлён, даже напротив. Стоило ожидать подобного, после того, как отец Рюсуя и Ёшино отошли на приватный разговор прямо в разгар банкета. К слову, вернулись они спустя ровно полчаса. Нанами старший сразу же покинул поздравительную вечеринку вместе с детьми, а Ёшино продолжила следить за мероприятием. Слава Системе, конфликтов больше не было. Повлияло на это вмешательство отца Рюсуя или просто остальные люди являлись действительно порядочными – неизвестно.       — Я немного поторопила события, говоря, что уволилась. Необходимо предупреждать компанию за тридцать дней до ухода с работы, что я, естественно, не делала. Однако, Нанами-сан пообещал разобраться с этим, — Ёшино недовольно надула щёки, — хотя я ему все ещё не доверяю. Он увидел меня впервые в жизни и так резко взял на работу? Конечно, Нанами-сан отличился неплохим анализом ситуации при нашей личной встрече, смог быстро понять, что в компании меня не ценят и все такое, но тёплых чувств я к нему не питаю. Хотя с его стороны было благородно защитить меня от удара... О Боже, — тяжёлый вздох, — эти мажоры слишком сложны для понимания. Мне нужна инструкция по обращению с ними!       Ёшино уже больше высказывала свои мысли вслух, нежели разговаривала со мной. В попытках разобраться в ситуации, она лишь ставила себя в очередной тупик, не в силах понять мотивы отца Рюсуя. У меня даже не было каких-то слов по поводу этого. Ёшино правильно сказала – всё сложно. Запутано, непонятно и пугающе.       — Может, это из-за слухов насчёт его отношений с детьми? — не подумав, предположил я, — чисто подсознательное отвращение к нему на этой почве.       Ёшино странно на меня посмотрела. — Откуда ты вообще знаешь об этих слухах... Ладно, неважно. Думаю, мне пора привыкнуть к тому, что ты слишком умный для своих лет, — она поджала губы, а затем покачала головой, — нет, точно не из-за этого. Я же должна судить по его работе, а не по тому, хороший ли он отец. Однако, это может влиять и на его отношения с коллегами... Боже мой.       Упс. Кажется, я запутал её ещё больше.       — А я подружился с Рюсуем Нанами, пока был на празднике, — признался я, на что получил ошарашенное лицо Ёшино.       Ещё одно упс. Видимо, это слишком неожиданно, да? Как интересно сошлись звёзды.       — Его младший сын... — она потупила взгляд, — Сэйю, да ты просто притягиваешь к себе особенных людей.       Ёшино все ещё пребывала в шоке. По крайней мере, так можно было сказать, смотря на её нервозное покачивание головой из стороны в сторону и округленные глаза. И что значит «особенные люди»? Разве в моем окружении много таких? Всего лишь гениальный учёный Сенку, читающий ядерную физику в пять лет; Юдзуриха, клепающая платья буквально на коленке; Тайджу, обладающий голосом титана и силой гориллы... А теперь ещё и Рюсуй.       Подумаешь.       — И как ты вообще...       Договорить Ёшино не дал внезапный звонок в дверь. От него у меня сердце в пятки упало – я никак не ожидал гостей в девять часов утра. И, видимо, Ёшино тоже. Может, это Йохан? Вернулся из Германии, привёз гостинцев, к примеру. Сомневаюсь, что он мог бы прийти без предупреждения. Тогда кто?       — Пойду открою, — нахмурилась Ёшино и размашистым шагом выскочила из комнаты.       Просто так сидеть в комнате мне наскучило уже на второй секунде ожидания, поэтому я постарался аккуратно выглянуть из-за двери. Мне с трудом удалось рассмотреть взрослого человека в дверном проеме с букетом цветов и его негромкие слова. — Здравствуйте, Ёшино-сан. Нанами Рюсуй поздравляет вас с вашей новой должностью в компании его отца и...       — Я сам могу это сказать, Адам, — из-за спины мужчины вышел Рюсуй. Чуть ли не вырвав букет из чужих рук, маленький джентельмен сам протянул его Ёшино, — Ёшино-сан, на вчерашнем приёме вы поразили меня своей грациозностью и умением изящно отбиваться от зазнавшихся мух вокруг вас! Вы прекрасно показали себя на том мероприятии, и я рад поздравить вас с новой должностью в нашей компании. Однако не менее очаровательным оказался ваш сын – Сэйю Мидзуно. Мы провели с ним замечательную беседу и поняли, что у нас много общих целей, — на этом моменте Рюсуй мельком заглянул за спину Ёшино и ухмыльнулся, явно увидев меня, — хочу попросить у вас разрешение на посещение вашей квартиры и общение с вашим сыном.       Так стелет, что не придраться. Ещё и с букетом пришёл, джентльмен.       В квартиру, ага. Вот уж "верх" этикета.       Ёшино молча приняла букет, а затем, наклонив голову, ответила на красивые слова. — Благодарю вас, Рюсуй Нанами, что посетили нас. Однако, думаю, я могу задать один вопрос. Почему ваш отец не предупредил меня о вашем визите? — я не видел её лица, но точно знал, что сейчас она вопросительно приподняла бровь. Кажется, вся эта милая болтовня пролетела мимо её ушей, — ах да, спасибо за пионы, но у меня аллергия на пыльцу. Но мне все равно приятно ваше внимание, Нанами-сан.       Рюсуй ничуть не смутился от такого вопроса, лишь на словах о аллергии немного побледнел. — Вот как, тогда прошу прощения. Я приму к сведению информацию о вашей аллергии и в следующий раз постараюсь распорядиться с ней правильно, — он немного потупил взгляд, — а про отца... Ну, он не знает о моём визите к вам. Это тайна.       Последнее Рюсуй сказал небрежно, из-за чего создалось впечатление, что он каждый день сбегает из дома и врывается в квартиры к другим людям с пионами. Впрочем, так оно, наверное, и есть.       — Можете не беспокоиться об этом, аллергия не слишком сильная. Иначе я бы уже лежала с приступом у ваших ног, Нанами-сан, — уверен, что её губ растянулись в милой улыбке. Прямолинейность – наше все, да?       Рюсуй, кажется, не обратил внимание на слова про возможную смерть Ёшино, просто буравя взглядом меня. На его губах играла лёгкая ухмылка, а в глазах плясали черти. От прошлой бледности не осталось ни следа. О нет. Как я мог забыть? Общие цели. Судовой врач. Так, ну окно тут совсем рядом, мы примерно на втором этаже. Мне пять лет, сигану головой вниз... и упаду в снег. Вот черт. Ладно, просто зароюсь в сугроб и получу сильнейшее обморожение. Все, отличный план! А главное – безопасный.       Вот только осуществить я его не успел.       — Раз уж вы хотели пообщаться с моим сыном, то можете пройти для этого на кухню. Дайте ему время для того, чтобы собраться, — с этими словами Ёшино пропустила их в прихожую. Так легко? — Только в следующий раз предупреждайте меня о таких внезапных встречах.       — Конечно, Ёшино-сан.       Завершением этого прекрасного выступления истинного джентльмена стало то, что Рюсуй нежно взял ладонь Ёшино и невесомо коснулся губами костяшек. Аплодисменты! Занавес! Она лишь улыбнулась и попросила подождать гостей на кухне, куда в последствии и проводила их. Видимо, оставив букет пионов там же, она тут же вернулась ко мне в комнату, оставаясь непоколибимо спокойной.       — К тебе пришёл Нанами Рюсуй. Без понятия, что у вас там за общие цели, но не рассказывай ему про те теории, о которых ты наговорил Юдзурихе, — выразительно посмотрела на меня Ёшино, — видит Бог, я хочу, чтобы ребенок ушел отсюда в добром здравии.       — Не понимаю о каких теориях идет речь... — уклончиво произнес я, неловко отводя взгляд в сторону.       — О, ну например, о том, что волосы Сенку – гравитационная ошибка и он не имеет права изучать физику, если сам не подчиняется её законам, — поджала губы она, — этот джентльмен уж точно захочет докопаться до истины, но я не думаю, что пути к этой истине будут законными. Нам не нужна революция.       — Как мы пришли от моих имеющих смысл теорий к революции? — возмущенно нахмурился я.       Ёшино вымученно улыбнулась. — Ох, Сэйю. Об этом Рюсуе Нанами и о его безбашенных идеях слагают легенды. Все может быть, а ведь ему только девять лет... Бедное будущее поколение, оно же просто не выживет! Ах да. О вашем знакомстве с наследником мы поговорим позже.       Я лишь хихикнул и оторвал от сердца согласие на неразглашение своих безумных теорий. Так уж и быть, продержусь пять минут без них. А потом ничего не обещаю. Мой язык не просто хорошо подвешен, он повесился у меня во рту.       Затем меня быстренько одели и отправили на верную смерть к Рюсую Нанами, который сейчас жевал яблоко на кухне. Мысленно перекрестившись и прочитав какую-то нечленораздельную молитву шёпотом, я вышел на кухню будучи бледным, как смерть.       — Здравствуйте, Рюсуй...-сан, — а я вообще правильно сказал? Ген вроде говорил Сенку-чан, значит суффиксы с именами ставить можно... Однако можно ли ставить суффикс "сан" с именем? А может надо было другое использовать? Или вообще по фамилии назвать?       Рюсуй перестал жевать яблоко и радостно посмотрел на меня. Встал со стула, подошёл ко мне и протянул руку в знак приветствия. Давайте подумаем, что он от меня хочет. А думать-то нечем! Мой мозг отключается при главных героях.       — Я говорил, что можешь обращаться ко мне просто по имени, Сэйю, — улыбнувшись, произнес он, — или мне называть тебя Сэйю-кун? Вчера ты выглядел намного смелее. В любом случае, тебе известна цель моего прихода в твой дом.       — Не-а, я вообще без понятия, — я чуть ли не сказал «поэтому уходи отсюда», но вовремя прикусил язык.       — Значит, я напомню тебе. Можем ли мы пройти в твою комнату? — спросил Рюсуй, явно позабавленный моей реакцией на него самого.       Это будет сложно.

***

      — Ты решил?       Кажется, он будет стоять на своём. Почему они вообще ко мне привязались? Мои желания могут ещё сто раз поменяться, я, в конце концов, ребёнок! Может, завтра у меня появится желание уйти в отшельники или заняться дизайном? Стану художником, получу диплом и буду лежать на обочине, рисовать картины за три рубля. Или что тут у японцев? Йены? Без понятия.       — Отличное начало разговора, — я показал ему ладонь с оттопыренным большим пальцем, а на лице не играло ни эмоции, — почему ты вообще пришёл ко мне домой в такую ужасную рань?       Отмазки были бесполезны, Рюсуй напирал, как танк.       — Я же сказал вчера, чтобы ты думал о моем предложении до завтрашнего утра, — Рюсуй хитро ухмыльнулся, — я буду очень огорчён, если ты действительно забыл про это.       — Ничуть. Вообще, знаешь ли, мои интересы могут свернуть в сторону, к примеру, искусства. Почему ты не берёшь это во внимание? Как-то безрассудно с твоей стороны, — фыркнул я, складывая руки на груди. Теперь я чувствовал раздражение.       Мне не нравится, когда меня пытаются к чему-то принуждать. Меня хотят сделать хирургом и судовым врачом, а я просто желаю сидеть в лаборатории и клепать лекарства. Достаточная причина, чтобы отстать от меня? Для них, очевидно, нет.       Я все равно добьюсь своей независимости!       — Ну, я в любом случае найду выгоду и здесь, — пожал плечами Рюсуй, — притом, искусство очень легко использовать в обычных сферах жизни. Можешь не беспокоиться насчёт этого, Сэйю.       Как самоуверенно. Я был обречён уже тогда, когда познакомился с ним. Может, мне тоже исчезнуть из Токио, как это сделал Саи?       — Допустим, — кивнул я, — но насчёт судового врача я не могу ничего сказать. Меня, между прочим, уже хотят сделать хирургом, мне этого достаточно.       И только стоило мне это сказать, как я заслужил заинтересованный взгляд Рюсуя. — Неужели Ёшино-сан?       Я слегка поморщился. Лучше бы этим человеком была Ёшино, она помягче будет. Сенку же заваливает меня горой книг, который я должен прочитать за несколько секунд и пересказать ему слово в слово.       — Нет, к сожалению. Его зовут Сенку Ишига... — мотнул головой я, и в мою голову пришла гениальная мысль.       Можно же познакомить Сенку и Рюсуя! Не знаю, как они будут ладить сейчас, ведь в окаменении они связаны одной целью – вернуть старый мир. Однако они оба хитрые, умные и определённо стоят друг друга. Это будет просто прекрасный дуэт и ещё одна ниточка, сближающая меня с Сенку. Да и это поможет ему в будущем, когда наступит окаменение. Я собираюсь облегчить Сенку жизнь, пусть и меняю слишком значимые события. В конце концов, не собираюсь же я просто сидеть на попе ровно, когда открывается такое развитие событий?       Сенку гениален, уверен, что сюжет не должен дать трещину из-за таких изменений. Это пойдёт ему на пользу. Наверное.       — Знаешь, он просто замечательный друг, — вдруг распылился я, — просто гений. Он читает ядерную физику, знает кучу разных научных фактов и идёт к карьере астрофизика. А ещё он учит меня химии и биологии! Я бы хотел вас когда-нибудь познакомить, вы точно одного поля ягоды.       Ухмылка на лице Рюсуя расползалась с каждым моим новым словом, невероятно быстро. Росла в геометрической прогрессии. От моего взгляда не скрылись и ползущие вверх брови. Да останови ты свои брови! Они скоро в волосы полезут, если он не перестанет так много удивляться.       — Значит, едем к нему! — увидев мои смешанные эмоции, он добавил, — прямо сейчас, Сэйю. Прямо сейчас.       Теперь очередь моих бровей лезть наверх. Девять утра, куда он вообще собрался? Кажется, теперь я понимаю, почему в японских метро так много спящих людей. К ним по утрам приходит Рюсуй и дарит им недосып своими безумными идеями. Если вы не высыпаетесь или просыпаетесь рано, то знайте – Рюсуй рядом. Бегите.       Но я буду стоять на страже здорового сна Сенку! Он, бедный, наверняка всю ночь залипал в учебники. Так ему и надо, конечно, но отрывать ребёнка от сна – плохая затея.       — Рюсуй, не стоит... Он же нас точно сейчас не ждёт, да и рано слишком, — я попытался и...       — Великие дела не ждут! Кто знает, может, он расскажет мне рычаги давления на тебя.       С крахом провалился. Впрочем, а чего я ожидал? Скорее случится конец света, нежели Рюсуй решит послушать если не меня, так здравый смысл.       Мы попробуем ещё раз! Никиты не сдаются просто так!       — Рюсуй, заявляться к людям без предупреждения – плохо, — наставительным тоном произнёс я, — понимаешь ли...       — Э... Мне плевать? — выгнул бровь он, — если он меня прогонит, я все равно продолжу стоять на своём.       Вообще не имеет смысла, но мне так не хочется разбираться с этим... Ну и к черту оно все пошло.       Лучше уж они будут обсуждать меня в моем присутствии.

***

      Мы с Рюсуем сидели на кухне и пили вкусный заварной чай, который готовил никто иной, как я. Сегодня я решил не заморачиваться и просто бахнул черного чая с бергамотом. Получилось неплохо, но мне не удалось насладиться самим процессом приготовления из-за одного надоедливого гремлина. Однако слушать его было интересно. Он распинался про корабли, всякие чертежи, которые он делает по учебникам, о том, что хочет посвятить свою жизнь морю. Петр Первый собственной персоной. Слушать о мечтах девятилетнего Рюсуя было более чем мило, а осознавать, что они всё-таки сбылись – ещё милее.       Почему мы сидим именно на кухне? Ждём вердикт Ёшино по поводу нашего похода к Сенку. Естественно, она не очень одобрила эту идею, но все же согласилась позвонить Бьякуе и спросить его мнение. Прямо сейчас из соседней комнаты раздавались тихие голоса. Видимо, Ёшино решила говорить на громкой связи.       — ...да, Рюсуй Нанами. Да, тот самый. Да, дружит с Сэйю. Бьякуя, следи за языком!       Кажется, Бьякуя был в непомерном шоке, раз на него даже Ёшино слегка прикрикнула. Только сейчас я заметил, что между мной и Рюсуем повисла тишина. Мы оба вслушивались в их разговор, словно он решал наши жизни. На самом деле я бы предпочёл услышать отказ, но вот гремлин рядом со мной был явно другого мнения.       — Хотят познакомить Рюсуя Нанами с твоим Сенку. Прости, если это напрягает тебя, я пойду скажу им, что ты... Погоди, ты согласен? Жертвуешь своим единственным выходным? Что? Сенку просит с ним увидеться? Воу. Ты об этом точно пожалеешь. Ладно, я скажу об этом им, скоро будут около двери твоей квартиры. Давай, удачно умереть, дорогой друг. Я не буду помнить тебя.       Послышались гудки, а затем и шлепки голыми ступнями по полу. Ёшино вошла на кухню самым несчастным человеком в мире. После меня, разумеется. Лучше бы Бьякуя просто отказался. Лучше бы Сенку просто молчал. Лучше бы я просто молчал. Конечно же, это слишком невозможно для моей жизни. Чудес не бывает.

***

      — Вы уже приехали? Так быстро, я даже ничего сделать толком не успел!       Под «ничего толком не успел» Бьякуя подразумевал идеально выглаженную одежду, от которой все ещё веяло теплом утюга, уложенные волосы, сияющую чистотой квартиру, сбритую щетину и запах чего-то только что испеченного. Вроде как, Бьякуя готовит булочки. Он даже пару раз привозил их для Ёшино. Они даже слишком вкусные, а разнообразие начинок добавляет к этому параметру плюс тысячу очков.       Приехали мы с помощью личного водителя Рюсуя, хотя и идти-то тут минут десять максимум. Однако хлюпать в соседний квартал по слякоти и лужам никто не хотел. Черт бы побрал этот снег и зиму.       Однако приехали мы одни, без Ёшино. Оказалось, что у неё намечалась какая-то важная встреча с Нанами-старшим. Подписи каких-то бумаг, встреча тет-а-тет и подобное. Теперь моей временной мамой был Адам.       Мне Ева больше нравится. Я тоже яблоки люблю.       — Здравствуйте, дядя Бьякуя! — долой суффиксы! Да здравствует свобода!       — И тебе привет, Сэйю! — он с озорной улыбкой протянул мне ладонь, и я по классике хлопнул по ней своей рукой. Это справоцировало звонкий смех Бьякуи. — Представишь мне своего нового друга?       — С радостью! — я улыбнулся и выставил руки в сторону моего ручного черта, — это Нанами Рюсуй. Он любит корабли, море и прочие интересные штуки. Хочет эксплуатировать меня, как и все вокруг.       Бьякуя с интересом выслушал меня, не переставая улыбаться. Такое ощущение, словно ему приклеили её, но выглядела она настолько искренне, что ни придраться. Да и улыбка на его лице выглядела просто замечательно. Без щетины вообще словно помолодел на пару-тройку лет. А Рюсуй даже не стал отрицать, что хочет эксплуатировать меня. Стоит, лыбу давит.       — Здравствуйте, Ишигами-сан. Извините, что беспокоим вас в такой ранний час, мне просто не терпелось познакомиться с вашим сыном. Сэйю рассказывал, что он умен не по годам. Надеюсь, вы не будете против нашего общения, — какой-то ты очень учтивый для того, кто двадцать минут назад заливал про «да мне вообще без разницы, что они думают». Поддерживает имя компании, называется.       Бьякуя же был безмерно очарован Рюсуем. Когда он начинал говорить таким образом, то даже я мог заслушаться его словами. Тут просто без шансов. Игра с одним лишь исходом. Интересно, что со временем эта черта куда-то частично испарилась. Вот только почему? Пока что мне не дано это узнать.       — Меня зовут Бьякуя, зови меня так, Рюсуй-кун! — бодро улыбнулся он протягивая ему руку. Рюсуй без помедлений пожал её, буквально светясь от счастья, — и нет, я совсем не против вашего общения. Сенку нужны друзья, чтобы не стать в свои двадцать лет асоциальным овощем. Притом, он и сам жаждал познакомиться с тобой!       А вот Бьякуя сразу начал обращаться к Рюсую с суффиксом «кун». Рюсуй к нему по фамилии, а не по имени, как к Ёшино, но в обоих случаях использовал «сан». Ага. Я понял. Рюсуй мою маму не уважает, вот что.       — Я рад! — Рюсуй улыбался во весь рот.       После долгих приветствий, нас всё-таки завели в квартиру и помогли раздеться. Сенку не было видно. Вряд ли он спит, особенно, если судить по Бьякуе.       И опять мы остались на кухне. По помещению разносится вкусный аромат свежеиспеченных булочек, которые, видимо, были поставлены в духовку задолго до звонка Ёшино. Вся посуда вымыта, на столах ни пылинки, всё вокруг блестит от чистоты. Это они так за те пятнадцать минут успели сделать? Или всегда так живут? Я удивлён.       — Привет, — послышался голос от дверного проёма.       Оторвавшись от созерцания персиковой краски на стене, я посмотрел на дверь. Там, в футболке Дораэмона, с растрепанными волосами и красными от ночи без сна глазами, стоял Сенку. Его глаза слегка расширились, когда он увидел Рюсуя, но он быстро переключился на свой более раслабленный вид. Бьякуя отошёл куда-то в соседнюю комнату, поэтому картина вырисовывалась смешная. Сенку, смотрящий на Рюсуя, Рюсуй, смотрящий на Сенку пораженными глазами и… Так, стоп. А ты чего так удивлён?       — Вау, ты меньше, чем я ожидал. Так тебе тоже пять лет? — полюбопытствовал Рюсуй, спрыгнув со стула и завертевшись вокруг Сенку, словно лисица перед своей жертвой.       — Уже шесть, — махнул рукой Сенку. Кажется, его и правда не очень волнует эта встреча.       Да и зачем ему волноваться-то? Сенку интересуется работой всяких корпораций? Сомневаюсь, звучит, как бред. Или он сам знаком с Рюсуем? Тогда бы они не были так удивлены друг другом. Ай, да мне все равно. Домой хочу.       — Вот как. Я Рюсуй Нанами, — он встал напротив Сенку и протянул ему руку для рукопожатия. Опять? — просто Рюсуй. Не люблю именные суффиксы.       Уголок губ Сенку пополз вверх, а рука с готовностью ответила на рукопожатие. Ему нравилась эта ситуация. — Сенку Ишигами. Тоже зови просто по имени.       Серьёзно? Ну и смысл тогда от суффиксов, если никто их не использует? Бьякую по имени, Рюсуя по имени, Сенку по имени... Почему только меня это волнует?       — Сэйю, ты был прав! Мы действительно одного поля ягоды, — Рюсуй обернулся ко мне и показал жест с большим пальцем, — ты уже нравишься мне, Сенку.       — Согласен, — кивнул Сенку, а в его красных глазах начинали оживать бесы, — мы сработаемся.       Рюсуй расставил руки по бокам и с неисчисляемым зарядом энергии посмотрел на умирающего меня. Да-да, привет, у меня лёгкое недоумение мозга. Ощущается ужасно, лечится ничем и никем. Смертельная болезнь. Я умру, Рюсуй, а причиной этому станешь ты.       Однако мои слова так и не дошли до его разума. Ментальная связь не работает. — А что ты думаешь по поводу именных суффиксов, Сэйю?       Ответом стал мой отчаянный стон.

***

      Когда-то я подозревал, что я получу по заслугам за мои деяния в прошлой жизни. И, честно, я был абсолютно готов к этому. Хоть повесьте меня на крест или сожгите заживо – это будет справедливо. Но кто же знал, что меня ждёт психологическая пытка, так ещё и пытают меня дети младше десяти лет? Позорище. Хорошо, что Рей умер и не видит этого унижения.       — Одолжишь врача? — Рюсуй уселся прямо на полу, как и Сенку. Один я строил из себя цивилизованного человека и нашёл комфортное местечко на краю кровати, краем уха слушая их разговор.       Журнал Бьякуи с полуголыми женщинами, который я украл с кухни, мне был интереснее.       — А тебе зачем? — приподнял бровь Сенку, не переставая держать дежурную ухмылку на губах.       — Мне нужен судовой врач. Хорошая перспектива же?       Я умиротворенно улыбнулся, осознавая один прекрасный факт. Я не доживу до момента своего поступления в университет.       Эти олухи разбиты по всем фронтам.       Есть ли смысл мне учится? На самом деле нет. Я не останусь в этом мире, не смогу продолжить жить рядом с этими людьми и, скорее всего, забуду их уже на следующей миссии. Останется только опыт на руках. Ради него и следует учиться. Кто знает, чем мне эти умения помогут в следующей жизни.       О, блондинка в красном купальнике.       — Много хочешь, — лениво протянул Сенку, — тебе девять. У корпорации Нанами настолько все плохо с кадрами, что ты выбираешь работников из детей?       Посмотрите на эту зрелость. Невероятный блеф и халтура, достаточно вспомнить про пакет ирисок у меня дома. Сам не лучше-е, олух.       — Породистых нужно забирать щенками,— философски изрёк Рюсуй.       О, так в этом журнале и мужчины есть?       — Не одолжу.       — Да ладно тебе, мы же не всерьез...       — Проституткам своим это говорить будешь, — отвлекся я на мгновение, тут же возвращая взгляд на накаченного парня в боксерах. Ничего такой.       — Мне напомнить кем ты изначально хотел стать? — хмыкнул Рюсуй, ни капли не смутившись.       — Мою профессию и так собираются по рукам пустить, так что валяй, — я лениво перелестнул страницу.       Дискуссия на этом оказалась завершенной, под лёгкий смех Сенку и закатывание глаз Рюсуя. Детки развлекаются.       — Ох, да ладно, мне нужно поговорить с его менеджером! — в манере ребенка богатых родителей указал на меня Рюсуй, — судовой врач выгоднее обычного хирурга!       — Ты уже говоришь с его менеджером. Мои условия работы лучше, — Сенку спустя некоторое время подтянулся ко мне, рассматривая журнал с не меньшим интересом, — эта брюнетка похожа на тебя.       — Мне бы подошел фиолетовый купальник?       — Лучше уж фиолетовая помада, — подметил Рюсуй, с энтузиазмом пробегая глазами по журналу.       А затем мы все трое отхватили крепких подзатыльников за украденный мной журнал.

***

      — И всё-таки брюнеткам не идут красные купальники, — с важностью произнес Рюсуй и закинул руки за голову.       — Это зависит от цветотипа! Блондинки мне, в любом случае, нравятся больше, — моментально возразил я. Если бы не пристальный взгляд Адама, то дискуссия разгорелась бы вновь.       За стеклом машины пёстрыми красками играет вечер, точнее, четыре часа дня. Печально, что зимой темнеет рано, но это даёт насладиться всеми оттенками розового цвета на небе не сидя до начала ночи, как, например, летом. Солнце стремится быстрее убежать с горизонта, а мне остаётся лишь смотреть ему в след и завидовать ему. Эти черти меня совсем замотали. Сенку на мести с Юдзурихой не остановился, а пошёл дальше, начав рассказывать Рюсую безумные теории о моих глазах. В какие-то моменты это было смешно, но, по их (не)скромному мнению, я теперь излучен радиацией и меня стоит обходить стороной. Именно поэтому они не подходили ко мне на расстояние ближе пяти метров и разговаривали о чем-то своём.       Подзатыльники в этот раз были куда яростнее и сильнее. Уже от меня.       — Вы ужасные друзья, — устало прикрыл глаза я, а затем раскрыл обратно, — мы же друзья?       — Да мы братья, Сэйю!

Промежуточное задание выполнено успешно!

Интерес Рюсуя Нанами к вам – 15/15. На ваш баланс поступило 60 серебряных монет.

Система гордится вами!