Недостающий элемент

Знакомить друзей с родителями всегда неловко. Знакомить родителей с родственниками друзей — сущий ад. Кэйа нервно поправляет рукава свитера, наблюдая, как отец с небывалым энтузиазмом рассказывает о Крепусе, который весь день носится по дому, проверяя, всё ли готово к приезду гостей. Алиса же в свою очередь смеётся, ярко представляя себе подобную картину, ведь сама только недавно суетилась, собирая Кли и заканчивая паковать сумки. — Ну… по крайней мере, им весело. — Подытожил стоящий рядом Альбедо. — Бедо, будь добр, помоги, пожалуйста, с вещами. — Наконец-то вспомнив о существовании подростков, зовёт Алиса, передавая в руки Альбериху старшему две сумки. Альбедо скрывается в своей комнате, бросив короткое «Сейчас», чтобы взять их рюкзаки. Кэйа на секунду зависает, а потом сам проходит на кухню, прошмыгнув мимо отца. — Давайте я тоже помогу с чем-нибудь? — Предлагает Кэйа, разглядывая лёгкий беспорядок вокруг. Очевидно, что закончили с готовкой недавно. Часть посуды уже вымыта, но в глаза всё ещё бросаются следы муки, а горячая форма для выпечки осталась внутри духовки. Однако небольшой бардак ничуть не портил впечатление. Наоборот, это добавляло некого уюта. Кэйа, наблюдая за Алисой, которая так и светилась от счастья, представлял, как всё семейство хлопотало над блюдами. Кли могли доверить добавлять и перемешивать ингредиенты, заранее подготовленные Алисой. Альбедо бы в это время стоял у плиты. Альберих улыбается собственным мыслям и переводит взгляд на оставшуюся небольшую спортивную сумку. Собрали они, на самом деле, не так много даже для троих. Если же учесть, сколько их по итогу соберётся, то багаж можно было считать совсем мелочным. Помимо сумок были только рюкзаки с личными вещами, которые Альбедо поставил у шкафа, спешно влезая в рукава куртки. — Спасибо, — улыбается Алиса, — но, я думаю, они и вдвоём справятся. Можешь пока за мелкими присмотреть? — Разумеется. — Соглашается Кэйа быстрее, чем успевает осмыслить сказанное. Так вот, что было не так. Медленно он начинает осознавать, что стало причиной его лёгкой фоновой тревоги. Да, сегодняшний день сам по себе один сплошной источник стресса, но помимо этого было что-то не столь очевидное, как неловкость или страх что-нибудь испортить. Кли. В этой квартире его почти всегда встречали радостным возгласом — если они с Альбедо заранее не решали, что лучшим решением будет остаться в тишине, из-за чего квартира к их приходу пустовала, — и объятиями прямо у порога. Сегодня же Кэйа ни разу не видел и даже краем уха не слышал свою маленькую приятельницу. Он кивнул и направился в сторону детской. Быстро постучав, он заглянул внутрь. Кли сидела на кровати, прижимая Снежка к груди. Её взгляд был каким-то потерянным и грустным, но стоило Кэйе показаться, как лицо сразу засветилось улыбкой. Девочка бы подбежала, если не кот на руках. — Привет, принцесса, что случилось? — мягко поинтересовался Альберих, опустившись на корточки перед ней. — Ты какая-то тихая сегодня. Кли неуверенно потупила взгляд в пол, а потом вновь посмотрела на Кэйю. В комнате горела только настольная лампа и в этой полутьме девочка казалась даже меньше, чем обычно. — Они целый день шумят и почти не обращают на меня внимание. — Тихо поделилась Кли. И вот опять. В голове всплывает образ Кли, которая не находит себе места в вечер знакомства с Розарией. Как иронично, что ребёнок, который так сильно желал подружиться со всем миром, с той же решительностью был готов спрятаться от него. Он мог бы сказать какую-нибудь глупость, чтобы заставить её улыбнуться. С этим наверняка не возникло бы проблем, Кэйе не доставляло особого труда поладить с кем-то за редким исключением. И всё-таки сейчас Кли нужен был не просто забавный друг, а надёжный взрослый, который смог бы успокоить её. В этом и заключалась проблема. Он поднялся со своего места и сел рядом на край кровати. В тишине протянул ладонь, чтобы почесать Снежка за ухом. Кэйа старательно перебирал слова в голове, однако, честно признаться, не до конца было ясно, что именно он должен сказать. Он умел подбирать нужные слова, но большая разница в возрасте очень мешала. Одиночество редко настигало его, чему Кэйа был только рад. Он никогда не любил оставаться наедине с собой. Это казалось скучной и бесполезной тратой времени. Он всегда предпочитал находиться в центре событий, а не наблюдать со стороны. Возможно, именно по этой причине Альберих так стремился к новым знакомствам. Только в средней школе он сумел остепениться, полюбив компанию тихой и малость язвительной Розарии. И всё же время наедине со своими мыслями так и приносило больше дискомфорта, нежели пользы. Он понимал, что чувствует Кли. Альберих склонил голову и с мягкой улыбкой взглянул на неё. — Просто некоторым людям свойственно слишком увлекаться тем, что они делают. — Он пытается внести ясность в странное поведение всех вокруг, но строгость — не та тактика, которой следует придерживаться в разговоре с Кли, поэтому его голос звучит мягко, а продолжает он с лёгкой усмешкой, — Поверь, ты ещё будешь мечтать о тихом уголке, наши друзья тебе покоя не дадут. Ты им понравишься. Кли недоверчиво зыркнула в его сторону, а потом сосредоточила всё внимание на Снежке, обдумывая сказанное. Она не верила ему, Кэйа мог сказать это по нахмуренным бровям. Она подняла Снежка, подхватив кота под передними лапами, так, чтобы их глаза оказались на одном уровне. Кэйа с интересом наблюдал за «переговорами», как вдруг Кли снова перевела взгляд на него: — Ты так думаешь? — Разумеется! — он откинулся назад, опершись ладонями о матрас за спиной, — Когда Джинн, наша одноклассница, показала в первый раз привела свою младшую сестру, они долго от неё не отлипали. — Кли повернулась к нему, чтобы видеть лицо и столкнулась с расслабленной улыбкой, — Да они и до сих её обожают. — А Снежок? Из-за окна донёсся довольный хохот, а вместе с ним и шум взорвавшейся петарды. С таким же треском оборвалась и нить их диалога. Кэйа медленно моргнул и вернулся в прежнее положение. В ответ на недоумение в его взгляде Кли прижала Снежка ближе к груди. От такого внимания кот замурчал ещё громче. — Хитро… — задумчиво проговорил Альберих и неловко почесал затылок, — Но мы не можем его взять. — Но это первый праздник, который он проведёт в одиночестве! — взмолилась Кли. — Я понимаю… — натянуто проговорил Кэйа. На самом деле теперь он сомневался, что хоть что-то истолковывал правильно, — Но у Венти сильная аллергия. — Из коридоре послышались шаги. С каждой секундой Алиса была всё ближе к комнате. Недолго подумав, Кэйа наклонился к Кли и перешёл на торопливый шёпот: — Давай так, сегодня Снежок переночует один, а завтра вечером мы с тобой вместе сходим и купим ему подарок, идёт? Дверь скрипнула, Алиса заглянула внутрь: — Давайте собираться, пока они там совсем не промёрзли! — скомандовала она, так же быстро скрывшись из поля зрения. Несколько секунд они пробыли в тишине. Кли обдумывала предложение, а потом, просияв, протянула ему ладонь с оттопыренным мизинцем. — Обещание! — Обещание. *** Снежинки большими хлопьями кружатся в воздухе. Альбедо вглядывается в тёмное небо, выдыхая облачко пара, пока Альберих старший гремит чем-то в багажнике, укладывая сумки. Кажется, в честь праздника природа решила их побаловать. Несмотря на сугробы кругом, на улице довольно тепло для конца декабря. Покрасневшими пальцами Альбедо прижимает холсты к груди, в который раз задумавшись о предстоящей ночи. Обычно он может предположить исход того или иного события, но это было чем-то совсем новым. Он вздрагивает, когда отец Кэйи подходит к нему. — Так ты, получается, художник? — спрашивает Альберих и забирает упакованные холсты из рук. На чужом лице светится добрая улыбка, и Альбедо чувствует себя странно. Мужчина умел расположить к себе, это не было большим открытием и стало понятно с их первого разговора. Он был высоким, приятной внешности и с мягкими чертами лица. Тёмные коротко стриженные волосы, постоянно прибывающие в небольшом беспорядке, лёгкая щетина. В нём не ощущалось и капли злости или строгости, наоборот, когда Алиса сказала, что Кли не в настроении знакомиться прямо сейчас, тот, кажется, действительно расстроился. Видимо, ждал этого вечера не меньше них. Чем дольше Альбедо наблюдал за ним, тем больше убеждался, что Кэйа полностью унаследовал характер отца. Разве что чуть более взбалмошный в силу возраста. Такое сходство частично стирало неловкость в общении с, по сути, незнакомым человеком, однако это же придавало ситуации некоторую двоякость. Как лучше вести себя рядом с ним? — Можно и так сказать. — Кивает Альбедо, — Спасибо Вам. — Да брось, — отмахивается Альберих, — ерунда. Если что-нибудь понадобится — обращайся. Поверь, у нас чужим детям рады, как собственным. — Он подмигивает, а потом закрывает багажник, — И к Крепусу подходить не бойся. Знаю, выглядит он порой мрачновато, но он тоже славный парень. Альбедо искренне надеется, что Альберих не ошибается, ведь причин для беспокойства предостаточно и без угрюмого хозяина дома. Развить дальше диалог не удаётся, Альбедо только кивает в ответ на напутствия, когда дверь подъезда открывается с характерным пиликаньем. Потребовалось меньше минуты, чтобы все собрались у машины. Кэйа с Алисой выглядели так же, как и при его уходе, а вот настроение Кли заметно улучшилось. Как и всегда, она расположилась на руках Кэйи, пока они о чём-то болтали. «Разбалует», — весело заключил в мыслях Альбедо. — Ну что, едем? — спросила Алиса, поправляя воротник пальто. — Всё самое ценное, кажется, взяли, — на этих словах Альберих подмигнул Кли, которая всё ещё не отставала от Кэйи. Девочка хихикнула и всё же слезла с рук, — поэтому прошу по местам. Дамы вперёд, — с этими словами он открыл переднюю дверцу, приглашая Алису сесть рядом с ним, после чего обратился уже к ребятам, — а дети и на задних сидениях уместятся. Расположиться в машине не составило труда, так что уже вскоре они тронулись с места. Ехать предстояло около двадцати минут и эту поездку Альбедо не мог назвать не иначе, как волшебной. В машине тихо играла подборка рождественских песен, пока за окном проносились огни. Обычно ему не доводилось гулять по ночному городу в праздник. Сейчас же стрелка часов уже подошла к девяти. Люди сновали туда-сюда. Кто-то торопился войти в дом с компанией, кто-то прямо на улице обменивался подарками с друзьями. Кто-то прятался от холода в тематически украшенных кафе. Альбедо, на пару с Кли, которую посадили между ним и Кэйей, завороженно наблюдал за прохожими, пока огни гирлянд освещали окна, а тёплый свет фонарей оседал на сугробах и падающих хлопьях снега. Вскоре многоэтажки остались позади, их сменили частные дома, от которых веяло ещё большим уютом. Во дворах виднелись снеговики и другие поделки из снега, а за окнами дети бегали вокруг ёлок, в то время как взрослые суетились, подготавливая праздничный стол. Царящая вокруг атмосфера накрывала, словно одеяло, согревая и заставляя улыбку вновь лезть на лицо. Вдруг телефон в кармане загудел, тем самым привлекая внимание всех в машине, даже Кэйи, который непривычно тихо сидел в стороне, стараясь не отсвечивать лишний раз. Альбедо достал мобильный, и ощущение магии резко ослабло. На экране высветилось «Мама» над иконкой входящего видеозвонка. Это было вполне ожидаемо, Рейнтодир не пропускала праздники и если не получалось дозвониться до сына, обязательно звонила Алисе. Однако осадок после её недавнего приезда всё ещё сохранялся. На секунду в голове проскальзывает мысль проигнорировать, сделать вид, будто он не услышал звонка, — и раз празднуют они с компанией, у него больше вариантов для отмазок, — но в этот момент Кли наклоняется ближе и весело улыбается, заглядывая в телефон. Кэйа выжидающе смотрит на него, так что Альбедо всё же нажимает на «принять вызов». — Тётя Рейн! — Кли машет в камеру, добиваясь тихого смеха с той стороны экрана. Рейнтодир сидит в кресле. Её волосы собраны в пучок, а светлые пряди, как обычно, падают на лицо. Она сама одета в красный свитер, на котором играют отблески от огней гирлянды — единственного доказательства, что она хотя бы немного приготовилась к празднику. Недолго думая, Альбедо поворачивает камеру к Алисе, а потом на мгновение растерявшемуся Кэйе. Только когда все поздоровались, Альбедо вновь направляет камеру на себя. Кли наклоняется настолько сильно, насколько позволяет ремень безопасности, и прижимается щекой к его плечу, чтобы тоже попасть в кадр. — С наступающим. — Вместо приветствия говорит он, всё же улыбаясь матери. — С наступающим. — Она коротко кивает в ответ. — Вы уже едете? — Да… Скоро должны быть на месте, там уже с остальными встретимся. — Обычно он не испытывал проблем с молчанием в разговорах. Ему оно не казалось таким катастрофичным, как привыкли описывать окружающие, однако сейчас обрывать разговор не хотелось. Возможно, сказывалась атмосфера праздника, из-за которой ему попросту не хотелось оставлять Рейн одну, — Есть планы на праздники? — добавляет он, немного нервничая из-за того, как глупо звучит, учитывая, как много времени родительница посвящает работе. — Сегодня выходной, а завтра возьмусь за документы. — Вопрос самую малость застал врасплох, ведь все прошлые разы Альбедо обходился дежурными поздравлениями и передавал кому-нибудь трубку. Но раз уж он решил поддержать разговор, то и ей следует быть более многословной, — С этими праздниками, скидками и отпусками столько мороки, ты не представляешь… — Это точно… — вздохнул Альберих, сворачивая на очередную улицу. — Ну, глядя на бедных консультантов, кажется, дела и вправду не очень. — Альбедо улыбнулся. — Может… я тогда завтра тебе позвоню? И расскажу обо всём? Остальные не улавливают нервозность в его словах, но Рейн видит, как подросток натягивает шарф, прикусив губу. Хотя его действия выдают дискомфорт возникший из-за разговора, именно эта реакция даёт понять, что он предлагает искренне, а не как обычно пытается скорее прервать разговор парой вежливых фраз, ведь они не знали, как правильно обращаться друг с другом. И следующее событие позже определённо скажется на их отношениях. Взрослые не видят экран со своих мест, а Кли с Кэйей не могут оценить всю драгоценность момента, но сам Альбедо, кажется, на несколько секунд начинает сомневаться в реальности происходящего. Даже лёгкое покачивание машины на неровной дороге больше не привлекало внимание. Рейн в удивлении приподняла брови, а потом улыбнулась. Не в своей привычно сдержанной манере, а искренне, слегка щурясь. — Буду ждать. — Сказала Рейнтодир, а потом кивнула в сторону, — И приглядывай за ней. — С лёгкой насмешкой добавила она. — Я уже взрослая! — возмутилась сидящая рядом Кли. Алиса тоже встрепенулась, прекрасно понимая, что говорила Рейн вовсе не о племяннице. Она что-то недовольно пробормотала о том, что сестра её откуда угодно достанет, тем самым заставив Альбедо с Кэйей рассмеяться — в памяти до сих пор были свежи попытки сестёр поставить друг друга в неловкое положение на их последнем совместном ужине. Однако долго изображать обиду не получается, улыбка быстро возвращается на лицо. Такое развитие вечера Алисе более чем нравилось. — Подъезжаем. — Оповестил Кэйа, переведя взгляд от окна к Альбедо. В словах всё ещё слышались отголоски веселья. — Тогда завтра вечером ещё позвоню. — Пообещал Альбедо. — Хорошо. — Кивнула Рейн. — Повеселитесь там. Звонок завершился, а машина плавно затормозила у одного из домов. Отсюда он мог видеть лишь часть металлического забора, поэтому, после того как помог Кли освободиться от ремня, сам поторопился выйти на улицу. Холодный воздух вновь обжёг щёки, но от сего факта отвлёк переливающийся тёплый свет гирлянды, заставляя наконец оценить место, куда они приехали. Примерно так Альбедо себе всё и представлял: большой деревянный дом с двумя этажами, в некоторых окнах горел свет, а в одном из них ему даже удалось разглядеть Венти с Барбарой, которые несли куда-то коробки с мишурой. Он улыбнулся и подошёл к багажнику, где его уже дожидался Кэйа с отцом. В это же время Кли обежала машину и с восхищённым «Вау!» схватила Алиса за ладонь, разглядывая здание. Спровадив девочек в дом, Альберих старший вручил им сумки и отправил следом. Снегопад заметно ослаб, что радовало. Оказаться в заваленном со всех сторон снегом доме — забавный, но всё же не самый привлекательный способ начать год. Из-за отсутствия отвлекающих внимание деталей Альбедо теперь наблюдал не только за погодой, но и время от времени переводил взгляд на Кэйю. Хруст снега под ногами — единственное, что нарушает тишину. Странно, но за весь вечер Кэйа ни разу нормально не заговорил с ним. Можно было списать такое поведение на занятость, но и в машине он до последнего отыгрывал роль немого. «Нервничает?», — предположил Альбедо, когда они затормозили у забора. Альберих крепче перехватил сумки одной рукой и открыл калитку. — Что-то не так? — поинтересовался он, поймав на себе заинтересованный взгляд. — Ты сегодня тихий. — Пояснил Альбедо и юркнул внутрь двора. В глазах начинало немного рябить от обилия белизны, которая не позволяла детально рассмотреть участок. И всё же он обратил внимание на небольшую беседку в углу, тоже деревянную, под стиль дома, и детскую площадку неподалёку от неё. По некоторым потёртостям легко понять, что постройки стоят здесь давно, но довольно неплохо сохранились. — Играли здесь, когда мелкие были. — Улыбнулся Кэйа. — А вообще, стараюсь не мешать лишний раз. Сегодня все такие серьёзные. — Со вздохом добавил он. — Мне ты никогда не мешаешь. — О-о, как мило. — С его губ слетел смешок. Ускорив шаг, Кэйа подошёл к двери и открыл её, — Тогда добро пожаловать. Альбедо быстро поднялся на небольшое крыльцо и прошёл внутрь дома. Они оказались в небольшой прихожей. В углу стояли шкаф и вешалка, заполненные верхней одеждой, а у входа была аккуратно расставлена обувь. Дверь, ведущая в основной коридор, приоткрывается и оттуда сразу же тянет теплом и чем-то пряным. Они ставят сумки на пол, а в прихожую заглядывает Розария. Она легко улыбается и подходит ближе, закрывая за собой дверь. Первое, что бросается в глаза — её внешний вид. А если точнее, красный свитер, на котором вышитые крестиком котята играли с клубком ниток. Такая вещь вообще не вязалась с вечно собранной Розарией, которая даже сейчас стояла в строгих чёрных брюках. Кэйа вдруг усмехается. Они одновременно переводят на него взгляды и по одной лишь довольной ухмылке могут уверенно сказать: если его не остановить, он точно выдаст какую-нибудь глупость. Впрочем, когда кто-то из них возражал? — У тёмной души сегодня часы просветления? — улыбнулся он, стягивая с себя сапоги. — Ха-ха, — Розария беззлобно фыркает, — не расслабляйся, ваши уже заждались на втором этаже. Или решили тут остаться? Алиса вон уже со всеми познакомиться успела, а вы всё никак. — Сейчас, мне нужно ещё кое-что забрать. — Альбедо было дёрнулся к выходу, вспомнив о картинах, но тут входная дверь опять распахнулась. Холодный ветер резко пробрал до костей. Успевший привыкнуть к теплу Альбедо поёжился и повернулся к вошедшему. Как оказалось, сделал он это как раз вовремя, ведь в руки ему сразу же сунули небольшую сумку, в которой лежали все холсты. — Вот, в целости и сохранности, как обещал. — Сказал Альберих и быстро снял куртку с обувью. Он легко нашёл место под одежду, убрал её и подхватил часть сумок, подходя к двери, ведущей во внутреннюю часть дома, — Привет. — Поздоровался он с Розарией и скрылся в коридоре. — Здрасте. — Бросила она в ответ и подошла к Кэйе с Альбедо, забирая у них верхнюю одежду. И так слишком долго возятся. — Там Барбара с Венти заставили всех дом украшать. — Как всегда. — Качает головой Кэйа. Когда они покидают прихожую, Альбедо идёт позади, разглядывая дом. Они вошли в светлый, длинный коридор. Стены оказались довольно пустыми, только в некоторых местах висели фотографии в рамках. Впрочем, это было неудивительно, хоть и непривычно. Всё-таки постоянно здесь никто не проживает. В доме Алисы полно фоторамок, она обожала их почти каждое событие отражала в фотографиях. Здесь же ребята оставили самые яркие воспоминания в разных уголках коттеджа. Вещей осталось не так много, поэтому Альбедо одной рукой прижимал холсты к груди, а в другой нёс свой и Кли рюкзаки. Он молча шагал за одноклассниками, когда взору открылась гостиная. Вот она уже выглядела наряднее. На диван был накинут красный плед, в углу красовалась пышная ёлка, правда, пока не украшенная, а в центре комнаты располагался ещё не накрытый стол из тёмного дерева. Странно, однако и здесь было пусто. Кэйа завернул за угол. Ничего не оставалось, кроме как следовать за ним. Они оказались на кухне, где, как оказалось, Алиса вместе с мамой Розарии и Крепусом хлопотали над сервировкой еды. Стоило подросткам подойти ближе, как троица сразу обернулась на них. Впервые Альбедо выпала возможность лично пообщаться с родителями одноклассников, поэтому он был крайне удивлён, когда невысокая женщина подошла к нему, тепло улыбнувшись. Со стороны Розарии донёсся обречённый вздох, в голове всплыло воспоминание о том, что её мама работает с детьми. Что ж, глядя на приветливое лицо с едва заметными морщинками, он не может представить лучшую кандидатуру для такого дела. — Как доехали? Не устали? — интересуется женщина, — Ребята, если что, уже наверху. — Там Венти не знает, кого ещё нагрузить работой. — Улыбается Крепус, забирая сумки у Кэйи. — Добро пожаловать. — Спасибо. — Альбедо бросает быстрый взгляд на Алису, оставшуюся у кухонной стойки, после чего сосредотачивает внимание на хозяине дома, — А где можно оставить вещи? — На втором этаже гостевая спальня. Там две кровати, не против переночевать с Венти? — после этих слов он вспомнил о чужой феноменальной способности спать даже в самых неподходящих местах. Тот не шелохнулся даже пока над головой летал мяч, что уж говорить о праздничной ночи, после который любой валится с ног? Проблем с таким сожителем точно не возникнет, поэтому Альбедо качает головой, — Отлично, тогда Кэйа проводит тебя. Всеобщее внимание привлёк топот, донёсшийся откуда-то со стороны лестницы, которую Альбедо успел заприметить по дороге сюда. Он выглянул в коридор и едва не впечатался лицом в большую коробку с чем-то гремящим. Розария вовремя среагировала, одёрнув его за локоть назад, а из-за картона послышалось сдавленное «Ой-ой». Обладатель коробки покачнулся. Повезло, что в этот момент рядом очутилась Барбара, бежавшая следом. Она быстро подставила руку, дабы предотвратить падение, другой прижимая мишуру к груди, и с повторным ойканьем человек с коробкой выпрямился. Подозреваемых оставалось не так много, поэтому Альбедо ничуть не удивился улыбчивому лицу с косичками по бокам, показавшемуся из-за коробки. Лёгок на помине. Венти тоже был одет в свитер. На тёмно-синем фоне красовались ёлки, укрытые снегом. Взгляд вернулся к Барбаре, которая складывала обратно всю выпавшую из коробки во время бега дребедень. На ней было бежевое платье, но и его закрывал свитер, теперь уже красный, с аккуратной парой ангелов. Было непривычно видеть её в столь неформальной обстановке. Обычно одетая строго по форме, с аккуратно собранными волосами школьница сейчас поправляла вьющиеся локоны, прикрывающие горловину свитера. — Ну наконец-то! — сказал Венти, он приподнял коробку, по привычке дёрнув руками, — Давайте наверх быстрее, вас все ждут! — Нас уже предупредили. — Отсалютовал Кэйа. Он подошёл ближе и положил ладонь Альбедо на плечо, — Пойдём, посмотрим твою сегодняшнюю обитель. Идея была отличной, вот только подниматься впятером по винтовой лестнице не очень удобно. Однако все, кроме него, кажется, давно привыкли к здешней многолюдности, поэтому работали, как один слаженный механизм. Стоило переступить последнюю ступень, как человек тут же двигался дальше, будто заранее знал своё место. Один лишь Альбедо неуверенно шагал за Кэйей. Их троица шла позади, поэтому Барбара с Венти убежали дальше, а Альбедо с Кэйей и Розарией лишь на пару шагов отошли от лестницы. Альберих забрал рюкзаки и поглядывал на сумку с холстами, но пока не решился ни забрать её, ни задать вопросы. Он до сих пор не был в курсе содержимого, с которым так носились отец и Альбедо. Странно, но и здесь было довольно пусто. Редкие гирлянды и венки на дверях. Он осмотрел этаж и собирался пойти за Розарией к приоткрытой двери, когда наткнулся взглядом на отца Кэйи и мать Джинн с Барбарой. Фредерика протягивала Альбериху гирлянду, а тот цеплял её на стену с помощью специальных креплений. Кэйа заметил, куда смотрит друг, и вмиг стушевался. — Здравствуйте. — Громко, но не очень уверенно поприветствовал он. Альбедо сделал тоже самое. Альберих не стал оборачиваться, а вот Гуннхильдр всё же удостоила их вниманием. На Кэйе она не стала задерживаться, вместо этого принявшись разглядывать Альбедо. Ему не так часто доводилось видеть её, но каждый раз, даже сегодня, на ней неизменно были строгий наряд с аккуратной бижутерией, а выпрямленные светлые пряди были отпущены по подбородок. — Добрый вечер. — Поздоровалась Фредерика, коротко кивнув, и вернулась к делу. Дальше топтаться у лестницы смысла не было, поэтому они забросили сумки в гостевую — над ней уже поработали. Огни гирлянд переливались всеми цветами радуги и окрашивали стены, на которых висели украшения из еловых веточек и плакаты с поздравлениями, — и Розария повела к соседней комнате. Стоило двери скрипнуть, как все взоры тут же обратились к троице. С не меньшим интересом Кэйа с Альбедо принялись разглядывать присутствующих. Первыми в глаза бросились Кли с Дилюком. Девочка сидела у него на плечах, протягивая гирлянду над гвоздями, державшими фоторамки. Кэйа опасался, что из-за внешней суровости Дилюка и плохого настроения Кли они не поладят, но, кажется, оба были вполне довольны таким напарничеством. На губы полезла тёплая улыбка. Знакомство семей прошло успешно. Кли на пару со своим новым приятелем помахала им ладошкой. Для неё тоже подобрали свитер. С ткани на них весело глядел щенок с косточкой у лап, рядом с которым красовались уже распакованные подарки. У Дилюка узор попроще — снеговик в заснеженном двору. В углу комнаты сидели Барбара с Венти в окружении полупустых коробок, перебирая оставшиеся украшения. Судя по внушительным размерам коллекции, она собиралась годами, постепенно разрастаясь с появлением новых обитателей в этом доме. И последним человеком в комнате была Джинн. Она подошла к ним, держа два свитера в руках. В отличие от сестры, её образ во многом походил на Фредерику. Волосы собраны в пучок, кресты в ушах сменились золотом, чёрные брюки. Только красный свитер с камином и подарками выбивался из образа, не давая увидеть верхнюю часть изначального наряда. Но так даже лучше. На лице одноклассницы наконец светилась расслабленная улыбка. В конце полугодия на неё, как на отличницу и старосту, взвалили столько всего, что не то что отдохнуть, даже банально продохнуть было некогда. Теперь же она наконец могла законно валять дурака и, судя по всему, наслаждалась этим вечером, несмотря на своё обычное трудолюбие. — С наступающим. — Вместо приветствия сказала Джинн и протянула им свитера. Благодаря разному росту они легко разобрались где чей и уже совсем скоро расправляли рукава обновок. Альбедо достался свитер с узором из снежинок, который оказался достаточно удобным, хоть он и не говорил никому из компании свой размер одежды. Кэйин свитер во многом походил на тот, что сейчас носил Дилюк. Только украшения у снеговиков разные. Убедившись, что они закончили, Джинн кивнула и прошла в угол комнаты. Она присела на корточки рядом с Барбарой и только сейчас Альбедо заметил их удивительную схожесть. Словно близняшки, разве что лицо младшей ещё не начало терять детскую мягкость, которая лишь подчёркивалась румянами и неброской помадой. — Раз все в сборе, берёмся за гостиную? — поинтересовалась Джинн. — Да! — вмиг просияла Барбара, — Тут как раз на неё и осталось. Всем было велено взять по коробке. Содержимого в каждой оставалось не так уж много, но для удобства они решили его не перекладывать. Пускай всё будет на виду, да и тяжести никому таскать не придётся. Даже Кли доверили небольшую коробку, в которой лежала скатерть и узорчатые салфетки, с которой она гордо зашагала у Барбары под боком. Так они и направились дружной гурьбой на первый этаж. Первым делом расстелили скатерть, чтобы взрослые могли начать накрывать на стол, в углу которого они оставили те самые салфетки в красно-зелёную полоску. Дальше обязанности распределились сами собой. Кэйа с Джинн, как и родители, принялись развешивать по комнате гирлянды. Альбедо с Розарией взяли мишуру и остатки еловых веточек. Остальные же собрались у ёлки. Венти руководил процессом, стоя у окна. Работа шла легко и незатейливо. Единственное, что доставляло беспокойство — Розария. На первый взгляд казалось, что всё в порядке, однако в глазах читалась лёгкая тоска, причину которой Альбедо никак не мог разгадать. Он сделал пометку в голове, что следует спросить об этом позже. К моменту, когда с мишурой и гирляндами было покончено, основные блюда и закуски уже стояли на столе, а Барбара как раз поправляла последнюю игрушку. — Отлично! — она быстро осмотрела результат и опустилась к коробке у своих ног, — Ну и финальный штрих. Она достала из коробки небольшую красную звезду и протянула её Кли. Девочка сразу же обхватила игрушку и принялась вертеть в руках. — Не знал, что такие до сих пор используют. — Хмыкнул Дилюк. — Эту ещё я сорванцом вешал. Раритет. — Пояснил Крепус, плечом привалившись к дверному косяку. — Поможешь гостье? — осведомился он, кивнув в сторону Кли, глядящей на верхушку ёлки. Разумеется, отказать Дилюк не мог, да и не хотел. Кли вновь усадили на плечи. Разобраться с украшением удалось не сразу. Раньше ей редко доверяли ёлочные игрушки, а со временем подобным мелочам уделялось всё меньше внимания. Кажется, в последний раз они вешали звезду ещё до развода родителей. И всё же с небольшой помощью Дилюка красную звёздочку удалось выровнять и закрепить. В то же время Венти возился с проводами, свисающими у ствола ёлки. Удостоверившись, что все они подключены к удлинителю, а со звездой покончено, он показал большой палец Кэйе, стоящему рядом с выключателем. Тот кивнул и через секунду комната погрузилась во мрак. Только свет, льющийся из коридора, позволял хоть как-то различать очертания предметов в непривычной для глаз темноте. Щелчок. Так же быстро комната озарилась яркими огнями. Цвета быстро перескакивали со стены на стену. Венти было потянулся переключить режим одной из гирлянд, однако, как и все присутствующие, обернулся на быстрое цоканье, доносящееся откуда-то из-за спины. Не успел никто проронить и слова, как в зал пулей влетела корги, счастливо виляя хвостом. — Соня проснулась. — Тихо выдохнул Крепус, наблюдая за питомцем. — Вы специально каждый раз прячете от нас эту прелесть? — наигранно возмутилась мать Розарии. — Нет, — вмешался Кэйа, — просто эта прелесть ещё в детстве забыла, что родилась собакой, поэтому теперь спит не хуже кошек. Юка, являвшаяся центром всеобщего внимания, совсем не реагировала на голоса хозяев. С удивительной лёгкостью она маневрировала между ног и мебели, кружа по комнате, то ли пытаясь догнать один из огней, то ли просто не могла разом оглядеть пёструю из-за гостей и украшений комнату. Кли весело захихикала, наблюдая за собакой. Даже Фредерика, севшая на подлокотник дивана, не удержалась от улыбки. То ли устав, то ли наконец завершив осмотр, Юка звонко гавкнула и с разбегу запрыгнула на Венти. Подросток еле успел расставить руки, чтобы перехватить её. Недолгую тишину сменил смех. Юка ещё немного посидела в чужих объятиях, после чего уже спокойнее направилась обнюхивать пришедших, забавно топая. Убедившись, что сцена завершилась, Крепус похлопал в ладоши, привлекая к себе внимание: — До полуночи ещё есть время. Можете побродить, поболтать, подумать над желаниями. — Он пожал плечами, — В общем, занять себя чем-нибудь. Мы позовём, когда будем собираться за столом. Школьники команду поняли сразу и начали покидать гостиную, заодно прихватив Юку. Взрослые сразу потеряли к ним интерес. Оно и не удивительно, Кэйа предупреждал, что хоть они и собираются здесь семьями, но в большинстве случаев отделяются от родителей. И всё-таки Альбедо не привык к такому. Всю жизнь он встречал новый год в кругу семьи, пускай со временем он становилась меньше. Он бросил малость растерянный взгляд в сторону Алисы, но та уже болтала о чём-то с остальными, умудрившись втянуть в разговор даже Фредерику. — Ал. — Позвала Розария, осторожно потянув его за рукав свитера. Кажется, её не услышали с первого раза. Он помотал головой, переключая фокус внимания на друзей, которые уже поднялись наверх. — Идём. Когда они пришли, все расположились в комнате. Откуда-то достали пледы, которые расстелили на полу, и кресло-мешок. В нём сидела Кли, играясь с Юкой. Кажется, они что-то обсуждали, но прервались, стоило двери открыться. — Отлично, — улыбнулся Кэйа, — все на месте. — Получается, кроме Кэйи, Венти и Альбедо никто не остаётся? — поинтересовался Дилюк, Барбара с Джинн утвердительно кивнули, — Розария? — Не-а. — Девушка покачала головой, — Мы с мамой хотели завтра по городу помотаться, извините. — А я могу остаться? Вопрос прозвучал совсем тихо и неуверенно. Ребята даже подумали, что им показалось — не вязалась такая интонация с образом энергичного ребёнка. Однако Кли прижимала Юку к груди и умоляюще глядела на брата. Как таковых проблем с этим не возникло бы. Вряд ли Крепус будет против. Если верить Альбериху с Кэйей, то хозяин дома вовсе не возражал против большого количества гостей, даже самых маленьких. Трудностью являлась Алиса, а если точнее, факт того, что они с бывшим мужем уже договорились о встрече. Завтра днём он должен будет забрать Кли, и менять планы сейчас попросту неудобно. Но как объяснить это ребёнку, который искренне верит, что способен успеть сделать всё и везде? Помощь подоспела, откуда не ждали. Джинн села на плед рядом с креслом Кли и ласково погладила её по голове. Она говорила тихо, заговорщически, но так, чтобы могли услышать: — Сегодня ночью мы повеселимся и уедем, а завтра утром им придётся здесь поработать. — Поработать? — удивилась Кли. — Да. — Джинн кивнула и слегка нахмурилась, принявшись загибать пальцы, — Нужно будет убрать все украшения, разобрать еду, передвинуть мебель, привести в порядок комнаты… Довольно нудно, правда? Всем было понятно, что она так не считает. Если бы не строгость Фредерики, Джинн обязательно осталась и помогла с уборкой, да и работы здесь не так много, как она описывала. Но из всех присутствующих именно ей уже довелось пережить и детские капризы, и небольшие подростковые бунты младшей сестры, поэтому в разговор никто не вмешивался. Хотя Альбедо и не собирался спорить с одноклассницей, но на подкорке сознания проскочила усталая мысль — этот аргумент не сработает. Кли слишком хочет остаться, да и вряд ли она станет добровольно взваливать на кого-то проблемы. Некоторое время понадобилось, чтобы обдумать чужие слова. Кли осторожно почесала Юку за ухом — та, пригревшись, была готова снова заснуть, пока ребята не начнут шевелиться, — и бросила быстрый взгляд в сторону Альбедо и Розарии, стоящей рядом с ним. Альбедо ожидал столкнуться с растерянностью или грустью, но все негативные эмоции как ветром сдуло: — Да. Повеселимся и сбежим. — Хихикнув, согласилась Кли. По удивлённому взгляду Кэйи Альбедо мог с уверенностью сказать, что их ожидания были схожи, но, как оказалось, ложны. Однако Альберих своего возмущения этим маленьким предательством скрывать не стал. Он скрестил руки на груди: — Мне не нравится, как вы на неё влияете. — Да брось, — пожал плечами Дилюк, — плохое влияние на неё можешь оказать только ты. Ну или он. — Добавил Рагнвиндр, ткнув в сторону Венти. — Я, между прочим — человек культуры! — тут же запротестовал Венти. — Если кто её уму-разуму научит, то только мы с Джинн. — И Альбедо. — Включилась в спор Розария. Сёстры Гуннхильдр неловко переглянулись. Кли же продолжала улыбаться вместе с заснувшей корги на руках. — Какого плохого мнения вы о собственной компании. — Хмыкнул Альбедо. — Нашей. — Поправила его Барбара, ставя точку во всех препирательствах. Точно. Если ты приглашён сюда, то тебя уже не отпустят. Таков обычай. Альбедо добровольно попал в ловушку и выбираться пока не хотелось. Слишком уж добродушные здесь обитатели. Значит, пора привыкать. — Кстати, человек культуры. — Передразнила Розария, всё-таки решив сменить тему, — А ты чего один в этот раз? Твои родители никогда не отказывались от совместных праздников. — Мама сказала, что слишком устала от дней в промёрзлой консерватории, чтобы ещё и праздники проводить в морозах. — Венти откинулся спиной на плед и сложил руки за головой, — Укатили на моря. Хотели меня с собой взять, но я отказался. — Поэтому решил греться свитерами? — поинтересовался Дилюк. — А что? По-моему, идея отличная. Все довольны. — Венти приподнялся на локтях и переключился на Альбедо, — К слову, с твоим всё нормально? Ты хоть не намного, но выше меня, размер почти что наугад брал. — Всё отлично, — улыбнулся Альбедо, — спасибо. — Будешь должен. — Хмыкнул Венти, проигнорировав тихое , неразборчивое замечание Барбары. Все давно уже поняли, что менять этого человека бесполезно. Только Барбара пыталась следить, чтобы он не перегибал палку, где не следует. Воспитание. — Твои родители — музыканты? — восхищённо, тихо, словно речь шла о какой-то великой тайне, спросила Кли. В эту же секунду Венти вскочил на ноги, выпрямился и вздёрнул подбородок, как подобает любому выступающему. Будто он стоял на сцене, а не в чужой спальне, которую освещали разноцветные огоньки гирлянды вместо прожекторов. — Профессиональные скрипач и пианистка! — торжественно оповестил он, — Сейчас в основном обучают других, но и концерты тоже дают. И для души играют. И на разных инструментах! В глазах девочки искрами заблистал восторг. Она подтянула Юку выше, та приоткрыла один глаз, наблюдая за говорящим. Кли с детства окружали люди науки. То, о чём сейчас говорил Венти, казалось совсем другим миром. Да, брат рисовал, но никогда не относился к этому серьёзнее, чем к обыкновенному хобби. Здесь же ситуация была иной: семья Венти окружила себя музыкой, сделала её основополагающей своей жизни, и Венти, кажется, даже мысли не допускал о том, что может что-то поменять. Глядя на Кли, Венти сам неожиданно взбодрился, хотя и до этого не давал никому покоя. — Тебе нравится музыка? — поинтересовался он. — Мама водила меня на один концерт. Это было круто! Весь зал слушал только людей на сцене! Они так легко играли, а ещё все были так красиво одеты… — она затихла и отвела взгляд в сторону, — Но под конец выступления я начала засыпать… — смущённо призналась Кли. — Я маленький часто засыпал под мамину игру. — Улыбнулся ей Венти, — Это нормально. — О, а ещё у папы есть гитара! Правда, я не поняла, как на ней играть. Он показывал мне пару песен, но учить меня ему некогда... — Я умею играть на гитаре. — Попытался отвлечь Венти, почувствовав грусть в последних словах, — Я могу тебя научить, если тебе всё ещё будет интересно. — Правда? — в голосе смешались недоверие и предвкушение. — Он и меня научил. — Улыбнулась Барбара, подняв ноги на диван и обхватив колени руками. — Вот, видишь! А ещё я играю на скрипке, на флейте, мама учит играть на пианино… — У них дома стоит арфа. — Перебила его хвалебную речь Розария. — Огромная шутка с длинными струнами. — Пояснил Альбедо, заметив непонимание во взгляде сестры. Кэйа обвёл всех четверых поражённым взглядом. — Ва-ау! — Кли наконец выпустила Юку и быстро захлопала в ладоши. Собака нехотя потянулась и неторопливо подошла к Кэйе, широко зевнув, — И всему этому ты можешь научить!? — Ну-у… — Венти неловко замялся и спрятал руки за спиной, — пока я учил только игре на гитаре, но кто знает, может быть, когда ты станешь старше, я уже буду коллегой своих родителей. — Улыбнувшись, предположил он. — Теперь ты обязан стать их коллегой. — Сказал Кэйа. Словно в знак согласия, Юка тявкнула и стала кружить вокруг Венти. Разговор был прерван, из коридора донеслись чьи-то шаги: — Дети, пойдёмте. — Алиса заглянула к ним, — Уже почти двенадцать. — Мама, мама! — Кли тут же подбежала к ней и по привычке схватила за протянутую ладонь, — Ты не представляешь! Они вышли из комнаты и по пути Кли торопливо пересказывала весь их разговор. Ну, без упоминаний дурного влияния, разумеется. Она ни за что не поставит своих новых друзей! Остальные потянулись вслед за ними. Только Кэйа с Венти задержались, ведь находились в дальней части спальни, а Альбедо дожидался их у двери. — Зря ты так, — немного устало улыбнулся он, — она ведь теперь не отстанет. — Вот и славно! В этом чёрством мире искусство должно продолжать жить и в новых поколениях! — со всей серьёзностью заявил Венти и выбежал вслед за своей новоиспечеённой фанаткой. — Яблоко с яблони упало прямо в корни. — Покачал головой Кэйа, а потом повернулся к Альбедо, — Ты как, порядок? — Да. — Согласиться было легко. Реальность в целом оказалась куда проще, чем он успел себе нафантазировать, — Только пока не совсем понимаю, как с вами общаться. Но мне нравится. — Ничего, освоишься. Сейчас некоторые персоны выпьют, так их вообще не заткнуть будет… — он спохватился и резко выставил ладони вперёд, словно защищаясь, — Если что, ты не подумай, всё цивилизованно. Никто здесь до беспамятства не напивался и никогда не планировал. Повисла тишина, нарушаемая лишь отголосками разговоров на первом этаже. Порой серьёзность и молчаливость Альбедо пугали. Сейчас он смотрел на него так, будто делал для себя какие-то выводы. Кэйа собирался сказать что-то ещё в свою защиту, но Альбедо вдруг заулыбался и замотал головой. — Очень жаль. — В противовес словам, голос его звучал весело, — Было бы на что посмотреть. Альбедо всё-таки взглянул на него, и Кэйа невольно замер. Всё с этим парнем было не так. И в то же время до странного правильно. Ни с кем рядом Кэйа не чувствовал себя так неловко. Он привык выкручивать ситуацию под себя, либо попросту избегать её. Он не был расчётливым, как Дилюк с Джинн, хладнокровным, как Розария. Он просто умел находить подход к людям и выход из любой передряги. В этот раз ему будто бы не приходится ничего делать. Альбедо сам движется навстречу по намеченному маршруту, отчего даже просто молчать рядом с ним приятно. Он не знает, куда деть себя, когда они остаются вот так вдвоём без всякой цели, но от него никто ничего и не требует. Для него такое в новинку. Это кажется странным. Неестественным. И всё-таки Кэйа стоит здесь, глупо улыбаясь из-за давно забытый лёгкости в груди. Уходить совсем не хочется, хотя тревожное чувство, которое всё чаще мучает его по ночам, настойчиво твердит о том, что такие перемены до добра не доведут. — Мальчики, быстрее! — кричат из гостиной, и Кэйа, вздрогнув, выходит из своеобразного транса. Он выходит — едва ли не выскакивает — в коридор. Альбедо не даёт никаких комментариев. Молча следует за ним. Все уже выбрали себе места и хлопотали над напитками. Для удобства свет включили, однако Венти уже караулил у выключателя, болтая вино в своём бокале. Алкоголя оказалось не так много, пара бутылок шампанского и одна красного полусладкого. Впрочем, этого должно было вполне хватить, да и в доме имелись другие запасы. Пить собиралась лишь часть присутствующих. Джинн с Дилюком не любили алкоголь, Барбара на пару с Кли ещё недостаточно взрослые, а Алиса не захотела дразнить дочь, жующую рядышком мандарин. У пустующего места, которое, судя по всему, принадлежало Альбериху старшему, тоже стоял бокал с соком — за рулём. Кэйа с Альбедо остановились у оставшихся рядом двух свободных мест. Все болтали о чём-то, пока на фоне быстро сменяли друг друга звон колокольчиков, энергичные завывания и пожелания счастливых праздников. Включили первый попавшийся новогодний плейлист. — Оригинальное музыкальное сопровождение. — Хмыкнул Кэйа в попытке согнать нервозность, вызванную недавними мыслями. — «Голубой огонёк» слушать будете. — Тут же отреагировала Фредерика, отвлёкшись от разговора с Алисой, треплющей дочь по макушке. — Напомните, почему вечно болтает он, а страдаем мы? — поинтересовалась Розария, отрывая себе веточку винограда. — Потому что мы — друзья. — Улыбнулась Джинн, пододвигая бокал сока сестре. — Шампанское? — Альберих резко оказался рядом, перетягивая внимание юношей на себя, не позволяя сыну подключиться к обсуждению своей же персоны. Кэйа кивнул, а вот Альбедо завис на несколько секунд. Всё-таки он слишком привык к своим небольшим компаниям. Голосов стало чересчур много, концентрироваться на каждом не получалось. Когда до него дошёл смысл вопроса, он перевёл взгляд с пустого фужера на Алису, но она так и была поглощена разговором с новыми приятельницами. — Бокал можно. — Согласился Альбедо. Альберих кивнул, наполнил оба фужера, после чего махнул Венти. Комната вновь погрузилась во мрак, разгоняемый цветастыми огнями. — Осталось две минуты. — Оповестил Дилюк. Все разошлись по местам. Настроили телевизор и переключили на нужный канал, на котором как раз закончилась очередная развлекательная программа. На экране показалась башня с огромным циферблатом. Стрелки тяжёлыми ударами начали отсчитывать последние секунды года. — Надеюсь, все подумали над желанием? — Алиса аккуратно подхватила свой бокал, готовясь к предстоящему тосту. — Да! — тут же ответила Кли, повторяя за матерью, хоть жест и не отличился тем же изяществом. Все затаили дыхание в ожидании. Кто-то загадывал желание, кто-то давал самому себе обещания. Даже Юка замерла, глядя в экран телевизора. Альбедо обвёл всех присутствующих беглым взглядом. Губы растянулись в улыбке. Не той аккуратной и сдержанной, что он унаследовал от матери, а скорее широкой и беззаботной, похожей на Кли, которая так искренне верила в надвигающееся чудо. Альбедо не мог похвастаться такой же верой и всё же прокручивал в голове собственное пожелание. Кто знает, может, судьба всё-таки будет к нему благосклонна? Волшебный миг тишины разбил бой часов. Звук телевизора убавили. Больше происходящее на экране не представляло ценности, все гости были сосредоточены друг на друге. А точнее, подняли бокалы, ожидая речи Крепуса, вставшего со своего места. — Во-первых, хотелось бы поблагодарить вас всех за то, что встретили этот год в нашей скромной компании. Особенно наших новых, но, я надеюсь, теперь постоянных гостей. — Кли тихо хихикнула, заулыбавшись ещё ярче, — Ну, а во-вторых, пускай новый год пройдёт для всех нас так же, как и этот праздник — легко и радостно. — Спасибо, что пригласили. — Улыбнулась Алиса, убедившись, что хозяин дома сказал всё, что хотел, — С Новым годом! — С новым счастьем! — С праздником! Поздравления и пожелания утонули в звоне стекла. Даже самую маленькую гостью не обделили вниманием, хотя из-за роста она смогла дотянуться лишь до некоторых бокалов. Однако этот факт её нисколько не опечалил, Кли просто нравилось быть частью чего-то «взрослого». Праздничный ужин шёл, как надо. Они часто отрывались от еды, одноклассники старательно втягивали Альбедо в разговор. Взрослые тоже не отставали. Они легко подхватывали любую тему и делились историями из своей юности. Неловкости будто и не было. Всё здесь ощущалось родным. Между ними словно и не было пропасти из-за их недолгого общения. К Альбедо и его семье относились как к старым приятелям, а если кто-то и прибегал к шуткам понятным только для «своих», то с радостью делился историями, стоящими за ними. В груди разливалось тепло от радости и алкоголя. Хотелось раствориться в этом моменте, слушая рассказы о маленькой Юке, которая щенком растаскивали мишуру по всему дому и не давала никому покоя, пополняя коллекцию глупых, но от того не менее ценных историй, которую хранили эти стены. И всё-таки с ужином было покончено. Они выключили «Голубой огонёк», который оставили на фоне шутки ради, отнесли посуду на кухню, — парни нервно переглянулись, понимая, что в чём-то Джинн была права. На столе остались только закуски. Наведя в гостиной относительный порядок, Крепус с Альберихом наказали всем выйти во двор минут через пятнадцать, после чего скрылись в прихожей. — Пойдёмте наверх, хочу вам кое-что показать. — Позвал Альбедо. Ребята дожидались его в спальне Дилюка с Кэйей, как и перед курантами. Сам же Альбедо быстро перепроверил содержимое сумки. Каждый холст был упакован в крафт-бумагу, к которой бечёвкой были примотаны открытка с именем владельца и небольшая плитка шоколада. Убедившись, что все подарки на месте, Альбедо присоединился к остальным ребятам. Стоило двери приоткрыться, как все взгляды тут же устремились к сумке в его руках. — Я не знал, что лучше подарить каждому из вас поэтому… — он прошёл в центр комнаты и сел на плед, выставив перед собой сумку, — решил малость скреативить. С Новым годом. Что ж, по крайней мере, он сумел их заинтриговать. Первой в сумку полезла Джинн, так как сидела рядом. Она аккуратно извлекла свой подарок и легко расправилась с упаковкой. Стоило части картины показаться из-за разорванной бумаги, как на лице Гуннхильдр промелькнуло удивление, но стоило ей увидеть портрет целиком, как губы растянулись нежной, ностальгической улыбке. С холста на неё смотрела собственная мини версия, держащая младшую сестру на руках. Они были схожи внешне, но Джинн всегда росла более крепкой, поэтому удержать Барбару, сжимающую в руках золотую статуэтку, не являлось проблемой. Кажется, на той фотографии она смеялась, это был её первый серьёзный вокальный конкурс. Из интереса Барбара устроилась у сестры за спиной и заглянула в её подарок через плечо. В эту же секунду с губ сорвался восхищённый шёпот: — Ты сам это нарисовал? Альбедо кивнул. Благодаря реакции сестёр, интерес к происходящему возрос у всех. Даже Кли, которая уже знала про картины, внимательно наблюдала, как ребята торопливо вытаскивают холсты из сумки. Шуршание, удивлённые вздохи. Пожалуй, затею можно считать удачной. — Боги, у тебя золотые руки! — заявил Венти, с улыбкой разглядывая Барбару, сосредоточенно играющую на флейте, — Нам необходим кто-то с твоими навыками для подготовки к выступлениям. — Не очень похоже на «спасибо» — Хмыкнул Дилюк, открывая собственный подарок. Было занятно наблюдать, как его плечи неожиданно для всех затряслись в беззвучном смехе. Как Джинн подходит ближе и прячет лицо за ладонями со сдавленным «Стыд-то какой». Тот самый снимок, на котором Гуннхильдр вместе с Кэйей выглядывают из угла, стоя вплотную к объективу. Подростки окружили Дилюка, на время забыв о собственных подарках. Все, кроме Кэйи. — Так вот зачем ты спрашивал… — Альберих задумчиво вертел нераспакованный холст. Он мог догадываться, что Альбедо нарисовал для остальных, но вот о своей любимой фотографии не обмолвился ни словом. Резкими движениями он развязал верёвку и сорвал бумагу, игнорируя громкие обсуждения на фоне. В отличие от остальных, Кэйа не спешил делиться впечатлениями. Альбедо отвлёкся от ажиотажа, вызванного его творениями, и подошёл ближе. Никто из героев картины не обращал внимания на происходящее вокруг. Маленький Кэйа прижимал к груди такую же маленькую Юку. Щенок уткнулся носом ему в щёку и облизывал лицо, на шее красовался ошейник с бантом. Рядом сидел Дилюк, лишь частично попадая в кадр. — Я планировал взять ваши совместные фотографии, но эта показалась более подходящим вариантом. — Да… спасибо. — Кэйа перевёл взгляд на окно. Где-то там во дворе Юка скачет по сугробам, — Это был её первый день с нами. Я давно упрашивал о питомце, но отцу было некогда, да и хозяйка квартиры, которую мы снимали тогда, была против животных. Вскоре Дилюк подключился ко мне. — Он ухмыльнулся и посмотрел на друга детства. Рагнвиндр обсуждал с остальными картины и истории, которые за ними стояли, — Крепус, видимо, сам хотел себе питомца, потому что ломался он недолго. В один из дней отец просто привёз нас сюда. Тогда-то мы и познакомились с Юкой. Альбедо не стал продолжать разговор. Ему хватало просто наблюдать за нежной и ностальгической улыбкой на чужом лице — именно этого он и добивался. Эмоции. Если он не может предложить что-нибудь практичное, то почему бы не сделать то, что будет дарить тепло и спокойствие? Задумавшись, Альбедо не сразу заметил, что к ним кто-то подошёл, оттого вздрогнул, когда чья-то рука обхватила его плечи в лёгком объятии. — Спасибо. — Голос Розарии звучал так же ровно, как и всегда. Только тихо. То, что к нему потянулась именно Розария, делало ситуацию ещё страннее. Он смог понять за эти несколько месяцев: Розария нетактильный человек. Почти все её касания являлись скорее необходимостью или случайностью, нежели осознанным действием. Такое поведение привлекло и внимание Кэйи. Он вздохнул, сочувственно глядя на подругу. — Пустяки. — Отмахнулся от благодарностей Альбедо. — Всё в порядке? Ты какая-то грустная весь вечер. — Спросил он, стоило однокласснице отстраниться. — Да… — она замялась, подбирая слова. Альбедо впервые довелось видеть Розарию такой рассеянной. То ли этот дом действительно был островком спокойствия, где все позволяли себе немного больше, чем в остальное время, то ли он затронул трудную тему, — Просто не очень люблю этот праздник. — Не любишь? — удивлённо повторил Альбедо, — Но мне казалось, вам всем нравится так собираться. В отличие от него, Кэйа понимал, куда катится разговор и что за ним стоит, поэтому подошёл ближе к подруге. — Нравится. — Согласилась Розария. Одной рукой она продолжала держать свой подарок, а другой поправила воротник свитера, — Просто почти всё моё детство мы праздновали с отцом. До сих непривычно думать о том, что мы с мамой теперь одни. — Не одни. — Кэйа ободряюще сжал её плечо, и взгляд Розарии вернулся к картине. Вся их компания, за исключением Барбары, стояла в ряд на фоне залитого солнцем дворе. Место казалось смутно знакомым, но из-за обилия зелени Альбедо не сразу понял, что это тот же самый двор, где сейчас живут Розария с Кэйей. Парочка стояла в левом краю, пока по другую сторону от них стояли остальные, весело улыбаясь и жестикулируя. Хотя все и стояли близко друг к другу, целенаправленно никто никого не трогал. Только Кэйа притягивал Розарию за плечи, словно та могла сбежать от них. Она не сопротивлялась, только неловко улыбалась, одной рукой показываю «викторию», как и Альберих под боком. — Да… — они стояли молча несколько секунд, после которых губ Розарии коснулась ухмылка, — Кстати, как получилось это недоразумение? — она кивнула в сторону Дилюка. — И на что я рассчитывал? — с уст Кэйи сорвался усталый вздох. Он без каких-либо опасений делился глупыми фотографиями с Альбедо, но совсем забыл, что та же Розария не оставит его в покое, если увидит их, — Да нечего рассказывать. Отец Джинн притащил штатив для камеры, а мы мелкие были, не знали, зачем эта штука нужна. Ну он и воспользовался случаем, сфотографировал нас, ничего не сказал. Только спустя лет пять показал, мол, смотрите, какие глупые были. — Кэйа пожал плечами, — Джинн потом несколько дней нормально ни с ним, ни с нами не разговаривала. — Репутация превыше всего. — Понимающе заключила Розария. Она заглянула Кэйе за плечо, приподняв бровь. Парни последовали её примеру и обернулись ровно в тот момент, когда Барбара налетела на Альбедо с объятиями: — Спасибо! — так же быстро она отошла, прижимая к груди свой холст, — Это чудесный подарок. Ещё один общий снимок, однако на нём уже присутствовала Барбара. Дилюк держал её на плечах, как Кли недавно. Ребята подхватили благодарности. Столь бурная реакция была приятна, и всё же внимание сконцентрировалось на Дилюке, сосредоточенно глядящем на часы. — Нас уже должны ждать. — Коротко пояснил он. Спустившись вниз, они обнаружили, что Алисы с Фредерикой и мамой Розарии уже нет. Выходит, дожидались действительно только их. Прихожая была небольшой, поэтому каждый одевался, где придётся. Кто-то натягивал пальто в гостиной, кто-то надевал куртку в прихожей, а самые везучие уже стояли у двери и зашнуровывали ботинки. Так или иначе все вышли на улицу под падающие хлопья снега. Взрослых отыскали в дальней части двора. Крепус с Альберихом копошились в снегу, что-то обговаривая, а девушки стояли поодаль. Юку доверили матери Розарии и она с интересом поглядывала на хозяина, сидя у неё на руках. — А что сейчас будет? — поинтересовалась Кли, дёрнув Дилюка за рукав куртки. — Фейерверк. — Поймав на себе взволнованный взгляд, он улыбнулся, — Хочешь подниму? Так будет удобнее смотреть. Она легко развернулась на пятках, дабы пересечься взглядом с родительницей. Алиса кивнула на немой вопрос. — Да, пожалуйста! — Дилюк опустился на одно колено, игнорируя снег, и Кли легко забралась к нему на спину. Она покрепче уцепилась за его куртку, завороженно глядя в звёздное небо. — Спасибо. — Тихо поблагодарила она и, хихикнув, добавила: — Теперь я выше всех! — И не поспоришь. — Кивнул Альбедо. — Ну-ка, разошлись. — Скомандовал Альберих. Все послушно выстроились полукругом, отойдя подальше от конструкции в снегу, — Поджигай. На короткое мгновение время будто замерло. Все затаили дыхание, когда блеснул огонёк зажигалки в руках Крепуса. Фитиль заискрился, и Рагнвиндр быстро оказался рядом с Фредерикой, а Барбара предусмотрительно сделала шаг назад, встав рядом с сестрой. Та, не отрывая глаз от неба, улыбнулась и притянула младшую к себе. Свист взмывших в воздух ракет растворился темноте. Откуда-то с соседних участков доносилась еле различимая музыка, снег продолжал кружить, но порывы ветра уже не били по щекам, словно тоже замерли в ожидании чуда. Хлопок. По небу яркими пятнами растеклись краски фейерверка. Счастливый лай Юки прозвучал в унисон с не менее радостным лепетанием Кли. Если верить в приметы, то следующий год обещал быть незабываемым, ведь Алиса попросту не могла вспомнить, когда в последний раз так веселилась в Новый год. С мужем, в юности? Их семейные застолья были маленькими и уютными, она любила их, но, полностью отдавшись детям, совсем позабыла, как раньше тянулась к большим компаниям и приключениям на свою голову. Сегодняшний день — глоток свежего воздуха. Сумбурный, местами непонятный, но необходимый. Алиса окинула толпу взглядом, убедилась, что дочь всё также сидит на чужой спине, и переключилась на племянника: Альбедо так и стоял в привычной компании, с Кэйей и Розрией. Ребята о чём-то переговаривались, но тихо, чтобы никого не потревожить, поэтому разобрать тему обсуждения не удалось, но внимание привлекла не их обособленность от остальных. Альберих стоял вплотную к Альбедо, закинув руку тому на плечо, и, что странно, не получил ни одной жалобы. Племянник никогда не избегал касаний, но Алиса не понаслышке знала, что тот не был сторонником долгих объятий, ведь считал их излишней сентиментальностью. Сделав в голове пометку о ещё одном чуде сегодняшнего вечера, Алиса обернулась на шаги за спиной. Рядом оказался Альберих, который также рассматривал сына с компанией. — Подружились. — Хмыкнул он, скрестив руки на груди. — И часто у вас так? — Алиса кивнула в сторону Альбедо. — Ну, кому-то приносят дворовых кошек, а нам вот, чужих детей. В его голосе не было и нотки раздражения или усталости, только искреннее веселье. Алиса сама повеселела, продолжая этот незатейливый диалог: — Даже представить не могу, что из этого сложнее. — Она покачала головой, — Получается, спасибо за то, что присматриваете за нашими котятами. — Да без проблем. Это не так уж сложно. Тут скорее мне нужно благодарить, что скучать не приходится. — Что верно, то верно. Я до сегодняшнего вечера не задумывалась над тем, как нудно бывает быть взрослой. — Правда? — с его губ сорвался смешок, — Я-то думал, что невозможно заскучать, когда воспитываешь своего ребёнка, чужого и ещё присматриваешь за парой десятков подростков. — А тебе уже всё доложили, получается? — Ещё бы. — Альберих отвлёкся от сына, вместо этого теперь разглядывая собеседницу, — Ваша семья одна из главных тем для обсуждения у нас дома. — Вот как… — задумчиво протянула Алиса и опустила голову, принявшись разглядывать свои ботинки, носки которых увязли в снегу, — Что ж, вполне ожидаемо, наверное. Альберих только кивнул. Их неловкий разговор зашёл в тупик. Очень вовремя руку обожгло чьим-то прикосновением — она забыла перчатки в доме. Алиса обернулась и увидела Кли, прижавшуюся к её боку. — А мы скоро пойдём в дом? — тихо спросила она, — Тут холодно. Алиса поправила сползушую на лоб вязанную шапку дочери и улыбнулась: — Пойдём, мерзляк. *** Вскоре все вернулись в дом. После окончания фейерверков делать во дворе особо нечего, а мороз неумолимо крепчал. Как и перед подготовкой к ужину, они разбились на два лагеря: взрослые и дети. Вооружившись бутылкой шампанского и парой коробок сока, они вернулись в комнату Дилюка. Розария с Кэйей неторопливо потягивали алкоголь, Барбара уже допивала сок, сидя рядом с сестрой на диване, а Кли еле держала свой уже пустой стакан, сидя у Джинн на коленях. Все слушали рассказы Венти о подготовке школьного праздника в честь Нового года. О пятиклассниках, из-за спонтанных идей которых приходилось постоянно менять сценарий, о восьмиклассниках, которые без конца путались в собственной постановке. В отличие от друзей, шампанское он пил с завидной скоростью, из-за чего рассказ звучал ещё эмоциональнее, чем обычно, а светлый ворс ковра был спасён, ведь с такой активной жестикуляцией половина напитка точно осталась бы на полу, не опустей он достаточно быстро. В разговор включились практически все, особенно Кли. Она очень старалась комментировать всё, что её рассмешило или просто удивило, но со временем фразы стали звучать всё реже и тише. От прежнего напряжения с неловкостью не осталось следа. Альбедо молча наблюдал за всеми и улыбался. Лёгкая усталость начала наполнять организм, но она была приятной. Он лениво болтал шампанское в своём бокале, как вдруг Кэйа, притихший рядом, напомнил о себе, слабо пихнув в бок. — А ей всё-таки нравится находиться в центре событий. — Шёпотом проговорил он, указывая на Кли, уже клюющую носом, но всё ещё старательно следящую за происходящим на коленях у Джинн. — Совсем, как Алиса. — Легко согласился Альбедо, наконец делая глоток. — А ты? Насмешливый тон без проблем давал понять, в чём заключалась суть вопроса. Они с сестрой были противоположностями. Пока Кли всеми силами пыталась поговорить с каждым в комнате, Альбедо продолжал пытаться не отсвечивать, хотя знал их гораздо дольше, чем она. Однако подобные подколы его нисколько не задевали. Наоборот, он вмиг стал до такой степени серьёзным, что от алкоголя и общего веселья не осталось и следа: — На Рейн. — Кивнул Альбедо, — В один день неожиданно сбегу в другую страну и ни слова об этом вам не скажу, будете гадать, где я и что со мной. Между ними повисло молчание, только ребята продолжали болтать фоновым шумом. Кэйа глупо уставился на него, совсем не ожидав такой реакции. Слова Альбедо были очевидной шуткой, но сухой тон, которым он их озвучил, вводил в замешательство. А что если сказанное — полуправда, объясняющая напряжение в отношениях с Рейнтодир? Легко прочитав замешательство на чужом лицо, Альбедо сам замер с ошарашенным видом. — Она предупредила. — Он поспешил развеять, сомнения друга. — Ну ты лицо хоть иногда попроще делай! — деланно возмутился Кэйа. — Попробую. — Кивнул Альбедо, зажмурившись и опустив голову. — Не знаю, что у вас там за тайны, — вклинился Венти, бросив взгляд сначала на них, а потом на Кли, всё же задремавшую, прижавшись щекой к Джинн, — но будет странно, если её разбудите вы, а не я. — Да. — Тихо хихикнула Джинн и аккуратно подняла Кли на руки, — Нужно отнести её Алисе. В гостиную пошли все вместе, — Альбедо вообще удивлялся этой привычке делать всё сообща, но она казалась милой, — там и остались. Кли устроили рядом с мамой, а остальные разместились там, где получилось. В дальнейшие разговоры Альбедо уже не был так погружён. В конце концов, они недостаточно близки, чтобы он понимал все шутки, да и общих тем у них до сих пор оставалось мало, поэтому было принято решение проверить мобильный. Сообщений накопилось немного. Ещё одно поздравление от Рейн только теперь уже соответствующее их часовому поясу, около десятка сообщений из группы класса и немного больше из беседы с друзьями. Альбедо улыбнулся и нажал на фото, на котором вся их троица в сборе. Сделали ещё до выпуска Тимея. Тим: «С новым годом!!!!» К сообщению была прикреплена фотография. Тимей в компании одногруппников поднимал бокал, словно готовясь к тосту. Все были ярко одеты, кто-то обмотан мишурой, а на одном из парней красовались зелёные очки с оправой в виде ёлок. Альбедо прыснул со смеху и перешёл к следующим сообщениям. Сахароза: «С праздником!!» «Вы всей группой собрались??» «Ой, секунду» Она тоже выслала фотографию. Сахароза решила праздновать в семейном кругу, поэтому на снимке было запечатлено небольшое, но уютное застолье. Её родители, как и она сама, улыбались, глядя в камеру. Свет был выключен, по комнате разливался голубоватый свет от телевизора, на котором крутили какую-то новогоднюю передачу. «Вам привет от мамы с папой. Ал, Розарии с Кэйей тоже привет передавай!» Тим: «А я думал, они тебе не нравятся» Сахароза: «Ну вот чего ты сразу! Я просто не привыкла» Тим: «Ладно-ладно, не обижайся. От меня и от ребят, кстати, тоже всем привет)» — Что разглядываешь? — Розария, как всегда, возникла из ниоткуда. Первое время Альбедо напрягала эта привычка, но сейчас он уже привык, поэтому, не задумываясь, повернул к ней экран телефона. — Друзья поздравляют. Там ещё одноклассники что-то пишут, но я не читал. — Ага. — Она улыбнулась, читая сообщения, — Им тоже привет. — А потом, переключила своё внимание на остальных, — У кого-нибудь есть селфи палка? — в полтона поинтересовалась она. — У меня. — Тут же среагировала Барбара и подорвалась с места, словно весь вечер ждала этого вопроса. Через пару минут она вернулась с нужным устройством и протянула Розарии. Они недолго провозились и сумели закрепить телефон Альбедо. Все поправили одежду и волосы, устроились поудобнее, а уже не совсем трезвый Венти обнял Альбедо за плечи, широко улыбаясь. Наконец поймав всех в кадр и дружно прошептав «Сыр», — Кли, пожалуй, уже ничего не разбудит до самого утра, но чересчур рисковать они всё-таки не решались, — Альбедо наконец сделал фото, которое и выслал друзьям.

Альбедо:

«Вас тоже с праздником»

«И привет»

Тим: «Я уж думал, что мы тебя до утра потеряли»

Альбедо:

«Из нас троих из зоны доступа до утра исчезнуть можешь только ты»

Тим: «У нас, вообще-то, всё культурно»

Альбедо:

«Ну-ну»

Он усмехнулся и отложил телефон в сторону, стараясь заново вникнуть в царящий рядом разговор. Всё-таки хорошо, что он тогда согласился на предложение ребят. *** — Давай, до завтра. — Алиса потрепала племянника по волосам и поправила сумку на плече. Как и предполагалось, Кли теперь ничего не разбудит, а проснётся она в лучшем случае к обеду. Даже сейчас, когда Алиса одевала её, та лишь сонно приоткрыла глаза, что-то промямлила и снова провалилась в дрёму. Теперь же она посапывала у Алисы на плече, игнорируя толпу рядом. Альберих уже отвёз домой Фредерику с дочками и вот-вот должен был вернуться за Алисой с Кли и Розарией с матерью. Они поправляли верхнюю одежду, Дилюк стоял с Юкой на руках, а Крепус, накинув куртку, держал оставшиеся сумки, намереваясь самостоятельно донести их до машины. — Слушайте, — обратился к Алисе Кэйа, — я смогу завтра вечером ненадолго забрать Кли? Мы договорились, что вместе сходим за подарком для Снежка. — Немного неловко пояснил он, заметив удивление в её взгляде. — Вот как… Ну, тогда как я могу отказать? Думаю, часам к трём отец уже приведёт её обратно, вот тогда и сходите. — Будто осознав, что разговор касается её напрямую, Кли приняла попытку встать, но ощутив поглаживания по спине, снова засопела. С улицы донёсся еле разборчивый из-за снега скрип шин. Розария выглянула в окно оповестила, забрав свою сумку с тумбочки у входа: — Приехал, нужно идти. — Она повернулась обратно и хмыкнула, — Бывайте. И дом не разнесите. — Я за ними присмотрю. — Заверил Дилюк под тихий тяфк и переключил внимание на Алису, — Спасибо, что пришли. — Альбедо не переставал удивляться тому, как Дилюк преображался в компании друзей. Расслабленный, с неизменной полуулыбкой на губах. — Будем ждать вас и на другие праздники. — Зовите, с радостью придём. — Кивнула Алиса. — Обязательно позовём. — Крепус осмотрел прихожую на наличие оставшихся вещей, — Пойдёмте, а то любит он поворчать, когда уставший. Все направились к выходу, а мама Розарии, наоборот, сделала пару шагов вперёд и обняла Кэйу с Альбедо, из-за её невысокого роста даже второму пришлось слегка наклониться, дабы ответить на объятие. — Как я рада была вас видеть! В следующий раз мы обязаны собраться тем же составом. — Она шагнула в сторону Дилюка, но тот приподнял Юку, как бы говоря «Занят», и женщина понимающе кивнула. — Я проконтролирую. — Пообещал Кэйа, — Спокойной ночи. В прихожей стало неожиданно пусто. Альбедо уже и забыл, что в этом доме может быть так просторно. И всё-таки что-то было не так. — А где Венти..? Пропажа нашлась спящей на диване в гостиной. Они кое-как растормошили его и довели до комнаты. Там и решили, что на сегодня веселья достаточно. Венти заснул в обнимку с Юкой, стоило щекой коснуться подушки, а Кэйа с Дилюком и Альбедо спустились вниз. С трудом они убрали еду в и без того полный холодильник, выключили гирлянду и свет везде кроме коридора, чтобы Крепус без проблем добрался до комнаты, после чего направились к себе в спальни. Альбедо закрыл за собой дверь. И ещё раз осмотрелся: окна зашторены, режим гирлянды переключили, поэтому огни медленно затухали перед тем как вновь осветить помещение. Несмотря на заверения Кэйи, пару последних бокалов для Венти явно были лишними, его сон, кажется, был беспробудным. Решив лишний раз не занимать ванную, Альбедо достал сменную одежду и быстро переоделся в серый свитшот и тёмно-синие штаны. Какое-то время он, улыбаясь, разглядывал свой свитер, — от пряжи руки покалывало и будто бы обжигало, хотя последнее ощущалось скорее эмоционально, — после чего сложил и аккуратно спрятал в рюкзак. Душ завтра, сейчас у него нет желания разбираться с этим. Он сел на кровать и включил телефон. Новые уведомления продолжали приходить. Одноклассники делились голосовыми и видеосообщениями с фотографиями. Он мельком просмотрел весь текст, ответил на поздравление от Лизы для класса и, отложив мобильный, всё же решил, что следует наведаться в ванную, как вдруг в коридоре послышался скрип шагов. Он поднялся на ноги и дошёл до выхода как раз тогда, когда в дверь тихонько постучали. Альбедо открыл её, в проёме показался Кэйа, тоже в домашнем. Почему-то поздний визит даже не удивил. — Извини. — Альберих потёр шею и окинул его внимательным взглядом. Вроде, не слишком помятый, видно, ещё не ложился, — Ты сейчас спать? Вообще, нет, но если бы и собирался, то наверняка солгал. — Не-а. Что-то случилось? — Да все уже десятый сон видят, а у меня такое чувство, будто я до утра глаз не сомкну. — Он замолчал, что-то обдумывая, — Вот и решил предложить… может, ещё посидим, если ты не против? Вариант был лишь один, но Альбедо всё-таки бросил в последний раз взгляд на Венти с собакой в объятиях, взвешивая все «за» и «против», а после раскрыл дверь шире, пропуская позднего гостя внутрь: — Всегда рад.