Погружаясь в бездну

      Путешественнице понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя и понять, что произошло. Она уже бывала здесь. Такое чувство, что это было так давно. Люмин оглянулась по сторонам в надежде найти Тарталью, но ни его, ни Нахиды рядом не оказалось. Появилась небольшая паника, а затем и страх от увиденного. Возле ствола дерева, которое больше напоминало большую базу данных, что-то резко вспыхнуло и остановилось на месте в виде маленького светящегося шара.       — Нахида? — в надежде она окликнула неизвестный объект. — Это ты?       Аккуратно пытаясь заглушить топот своих ботинок, Люмин направилась к стволу дерева. Блуждая по извилистым тропинкам из потока информации, девушка не отрываясь поглядывала на светящийся шар, надеясь, что к моменту, когда доберется, он никуда не денется.       К счастью, неизвестный объект оставался на месте. Подойдя поближе на цыпочках, Люмин протянула к нему руку. Произошел яркий всплеск света, объект исчез, оставляя после себя пропитанную энергией ветку Ирминсуля. Она была грубо отломлена от основного дерева, одна её часть понемногу продолжала расти, а вторая безжизненно остановилась на месте.       — Такой я её обнаружила. — Люмин вздрогнула и перевела взгляд на появившуюся из ниоткуда Нахиду. — Считав информацию, я не нашла записей о тебе, но нашла кое-что другое.       — Итера? — путешественница вздохнула и посмотрела на ветку. — Она отпала, потому что всё вернулось на свои места?       — Я на это надеялась, и хорошо, что это оказалось правдой. Твоя метка пропала, потому что условия Асмодей были нарушены. К сожалею, вы с Итером не можете вместе существовать в Тейвате.       — Зачем ты показала мне это?       Тишина. Люмин повернулась в сторону Нахиды, которая бесследно испарилась. В голове появились вопросы, и путешественница наконец задумалась о том, чтобы выбраться отсюда, а затем она услышала голоса с другой стороны Ирминсуля.       Схватив ветку, она бездумно побежала на голоса, которые с каждым шагом становились всё отчетливей. Отбежав дерево, Люмин резко остановилась и поспешила спрятаться, сердце бешено колотилось. Наконец отдышавшись, она осторожно выглянула и посмотрела на Сказителя, который вёл следом за собой Паймон и её саму. Страх отступил, и девушка поняла, что снова попала в прошлое.       — Как такое возможно? — прошептала она себе под нос. — Это потому что Ласточка далеко?       — Мы на месте. — так знакомо произнес Сказитель.       — Какое огромное дерево … — Паймон была в восторге.       Люмин уставилась на саму себя, прекрасно помня, что Нахида должна сейчас подключиться к телепатическому разговору. Началось. Путешественница надеялась поймать сигнал дендро Архонта, но всё было бесполезно, она ничего не слышала.       Через несколько минут ветка Ирминсуля в её руках начала пропадать и привлекать к себе ненужное внимание. Люмин запаниковала, попятилась назад, а затем увидела, как её собственный взгляд смотрел в её сторону. Вспышка, и она погрузилась в темноту.       — Люмин, очнись! — Нахида нервно теребила её за плечи. — Лучше отнеси её обратно, я сама к Вам приду.       Девушка медленно раскрыла глаза. Её голова лежала на груди Тартальи, его правая рука нежно поддерживала её спину, хватаясь за плечо. Над ней нависала Нахида, которая что-то приказывала Предвестнику.       — Что произошло? — спросила она, обратив на себя внимание.       — Люмин! — две пары глаз уставились на девушку. — Ты потеряла сознание сразу же, как вошла в храм.       — Такое уже было, я … со мой всё в порядке.       Она поднялась на ноги и протянула Тарталье руку. Такое теплое отношение к Предвестнику насторожило Архонта.       — Я попала в Ирминсуль. — держась за голову, заговорила путешественница — Там я нашла странный предмет …       — Этот? — Нахида вытянула руку, на котором появилась обломанная ветка.       — Тебя разве со мной не было? — в надежде спросила Люмин. — Я отчетливо помню твой голос и ту фразу о моем брате.       Архонт отрицательно замотал головой, а затем, выдержав небольшую паузу, перешёл к новостям, которые нужно было обсудить с путешественницей. Нахида взмахнула рукой и загадочная ветка Ирминсуля испарилась в воздухе, вызвав у Тартальи небольшое удивление.       —Моракс не смог передать мне всей информации, вы пришли раньше, чем я успела прочитать все его письма. Люмин, я думаю, ты знаешь гораздо больше, чем Гео Архонт, прошу тебя, расскажи. Твоя метка пропала, потому что принц бездны вернулся, и ветвь обломилась по этой же причине. Грядет что-то страшное. Каковы его намерения?       — Подожди. — остановила её Люмин. — Для начала ответь, есть ли какой-то способ быстро доставить нас в пустыню? Когда я была в Снежной, Царица давала мне амулет, с помощью которого я смогла один раз телепортироваться.       — Телепортация? — Нахида приложила ладонь к своему подбородку и ненадолго задумалась. — Да! Способ есть. Аль-Хайтам упоминал об изобретении карманного телепорта, но он работает не так, как тебе хотелось бы. Разве Предвестник не может обратиться за помощью к своей Царице?       Тарталья нахмурился и слегка обиженно посмотрела на маленького Архонта сверху вниз. Чувства, что обильно покрытый зеленью регион был враждебно настроен, не покидали его. После того, как Люмин встречалась со своим знакомым жителем дендро региона, мысли сбежать далеко и надолго всё чаще появлялись в голове Тартальи, и он стал гораздо отчётливей понимать, что сотрудничество Снежной и Сумеру невозможно.       Положив свою ладонь на плечо Люмин, Предвестник нагнулся к её уху, нечаянно задев макушку носом, и прошептал, что будет ждать девушку в номере.       — Подожди! — Люмин резко схватила его за руку, и неловко взглянув на Нахиду, развернулась к Предвестнику. — Что не так? Мне важно, чтобы ты был рядом со мной.       — Это твоё приключение, Люмин, не моё! Почему ты не рассказала всем, что больше не враждуешь с Предвестниками? — его слова ударили словно ножом по сердцу. — Я изначально был против этого путешествия. Не стоило его даже начинать.       — Разве тебе не всё равно, что о тебе думают? Где тот Тарталья, которого я знала? Разве мои проблемы не считаются нашими? — её голос дрожал, хотелось расплакаться, но она не хотела выглядеть жалкой в его глазах.       Тарталья смотрел в янтарные глаза, которые выдавали всю внутреннюю боль этой прекрасной девушки. Разве он заслужил её слёзы? Сказал что-то не так? Стоило бы извиниться, но не здесь и не сейчас. Он должен это сделать, сейчас он должен её отпустить. Может, оставшись одна, она наконец сможет понять его, поймет, как сильно нужна ему и как сильно он дорожит тем, что сам создал. Семья, о которой так долго мечтал и просил, могла в любой момент разрушиться. Люмин, неужели ты не понимаешь?       Молчание затянулось. Тарталья отдернул свою руку, перевел взгляд на Архонта, и подозрительно кивнув, вышел из храма Сурастаны. Каждый шаг давался тяжело. Хотелось развернуться, подбежать к ней, поднять на руку и увезти далеко, спрятать от всех, но он не мог, точно не сейчас. Как только двери за Чайлдом закрылись, Люмин упала на пол, больно ударилась коленками, закрыла лицо ладонями и заплакала.       — Я что-то не так сказала? — непонимающе спросила Нахида. — Прости, если я и вправду виновата. Пойдём, я отведу тебя к Аль-Хайтаму. Нам ещё есть что обсудить без лишних ушей.       На улице довольно быстро стемнело. Яркая луна, словно только что выкованная монета моры, отражалась в небесах, заливала ярким светом окрестности, создавая на дороге причудливые декорацию из переплетенных полос света и тени. По пути иногда появлялись прохожие — мужчины, женщины, идущие после работы домой, которые даже своим уставшим взглядом замечали одиноко идущего Предвестника в странноватой одежде. Дипломаты появлялись в Сумеру редко. Серый мундир Тартальи и правда выглядел странно для такой жаркой страны.       Добравшись до домика, он остановился у двери, прислушался к странным звукам и медленно повернул ручку. Тарталья был готов ожидать чего угодно, но точно не несущуюся на него Паймон. Бедняжка врезалась в его грудь и быстро сообразив, что вылетела на улицу, схватила Чайлда за плечо и спряталась за спиной. Ласточка резко остановилась и, словно нашкодивший ребенок, спрятала неизвестный предмет у себя за спиной. Эта маленькая сценка вернула Предвестника обратно в Снежную, к своим младшим братьям и сестре, на сердце появилась тоска. Как давно он не писал им письма?       — Что случилось? — первое, что он спросил, взглянув на Паймон.       — Она пытается накрасить мне ногти непонятной жижей, а ещё хочет снять с меня ботинки и посмотреть на мои ноги. — малышка верещала, вызвав смех не только у Чайлда, но и у самой Ласточки. — Почему вы смеётесь?       — Она же не убивает тебя, Паймон. Научись вести переговоры, тебе это пригодится.       — Ещё чего? — фея отпустила Тарталью и принялась оглядываться по сторонам. — А где Люмин?       Смех Чайлда резко прекратился. Издав последний смешок, он наигранно улыбнулся и сообщил, что с путешественницей всё в порядке и совсем скоро она вернется обратно. Ласточка подозрительно посмотрела в его голубые глаза и сразу поняла, что-то случилось. Их разговор в Гандхарве требовал продолжения как никогда, Предвестнику нужно было выговориться, и Ласточка как раз для такого годилась. Она поставила флакончик с краской на ближайшую тумбочку, схватила Тарталью за руку и завела в помещение.       Странница усадила парня на кровать, попросила Паймон закрыть дверь, а сама, схватив стул, уселась напротив.       Несколько часов они разговаривали, спорили, всё никак не могли прийти к единому мнению. Со стороны они выглядели как очень близкие друзья, слишком близкие, это заметила и Паймон. Фея не понимала действий Ласточки, не понимала, чего она добивается, но продолжала пристально приглядывать за девушкой, которая с каждой минутой пододвигалась к Тарталье всё ближе и ближе.       Через несколько часов Люмин попрощалась с Аль-Хайтамом и победно вышла из академии с загадочным амулетом в руках. Камень телепортации был у неё. Ещё раз проговорив правила пользования, она спрятала амулет в свою сумку и побежала к домику, желая поделиться полученной информацией. Она бежала так быстро, что даже не обратила внимание на Нилу, которая, увидев путешественницу, принялась интенсивно махать рукой.       Завидев домик, Люмин остановилась на месте, уперлась ладонями в колени и тяжело задышала. В голове сейчас была только одна мысль — о хорошем сне. Сегодня ночью нужно хорошенько отдохнуть, ведь возможно, совсем скоро она снова встретиться со своим братом близнецом.       Отдышавшись, Люмин вытерла пот со лба и устало поплелась вперед.       — Люмин, подойди сюда. — она повернула голову в сторону Тартальи, который уже довольно давно дожидался девушку на крыльце.       Глаза заблестели, а воспоминания о недавних событиях острым лезвием впились в грудь. Радость и обида одновременно смешались в её сердце, но стоять на месте она не могла, просто бы не позволила себе. Подойдя поближе к своему такому родному и любимому Предвестнику, Люмин обратила внимание на его странный внешний вид. Бордовая рубашка была слегка расстегнута, рукава закатаны, а рядом лежала пачка сигарет. Девушка нахмурила брови и выхватила тлеющую сигарету из его рук. Он обещал не делать это при ней, прекрасно знал, что это её раздражало.       — Прости меня за сегодня, я правда наговорил лишнего.       Схватил её за руку, прижался, словно мартовский кот, вызывал подозрения. Люмин старалась быть стойкой, не проявлять эмоций, хотела показать, что обиделась, но как только почувствовала сильные руки на своей талии, сдалась.       — Я получила камень телепортации, утром мы отправимся в пустыню. — улыбаясь, сказала она. — Совсем скоро всё закончиться, и мы снова вернемся к своей обычной жизни. Аякс, что тебя мучает? Давай поговорим?       — Люмин, давай поженимся?       — Что? — она потеряла дар речи и попыталась отвести взгляд в сторону.       — Я серьезно. Хочу, чтобы ты была только моей, чтобы мы стали настоящей семьей       Она смотрела на него, как на безумца. Сердце бешено колотилось, а в голове появилось множество вопросов. Почему именно сейчас и что произошло? Это то что его мучает? Но ведь они и так семья.       — Аякс, я … я не против, но скажи, это так важно для тебя? — она заикалась, боялась сказать что-то лишнее, заметила, как он отчаянно отпустил её руку. — Я согласна, только прошу, давай вернемся к этому разговору позже, после того, как снова вернемся в Ли Юэ.       Тарталья одобрительно кивнул, поднялся на ноги и, нежно схватив Люмин за дрожащие плечи, впился в её мягкие, но слегка потрескавшиеся губы. Луна освещала два слившихся в воедино силуэта, отбросив странную тень, которую ненадолго запомнит Сумерская лавочка, а ветер приятно охлаждал разкрасневшие щёки путешественницы. Так забавно она давно себя не ощущала. За эти полгода Люмин сильно привыкла к Тарталье, его поцелуи, нежные объятия уже не вызывали волнительного трепета, всё это вошло в привычку и воспринималось как должное. Маленькое разногласие слишком хорошо пошло им обоим на пользу.       Отстранившись, она стыдливо опустила глаза в пол. Попыталась отогнать нахлынувшие чувства. Нужно было собраться, впереди ждало волнительное путешествие.       Схватив Тарталью за руку, она направилась к домику. Предвестник, улыбаясь, следовал следом за ней, готовый на любую её авантюру, даже на самую безумную, даже на ту, которая будет стоить ему жизни.       Утро наступило слишком быстро. Люмин долго ворочалась, не могла уснуть, смотрела на спящего рядом Тарталью и постоянно думала о его предложении. С первыми лучами солнца ей всё же удалось уснуть, но сон этот длился недолго. Буквально через час в комнату влетела Паймон и, не церемонясь, принялась выкрикивать имя путешественницы. Люмин брезгливо поморщила нос, но всё же решила лениво приоткрыть глаза.       — Паймон, прошу тебя, ещё пять минут. — девушка накрылась одеялом и повернулась на бок. — Утром мы отправимся в пустыню, нужно выйти как можно раньше, поэтому дай мне отдохнуть.       — Уже утро, Люмин, мы только тебя ждём.       Путешественница соскочила с кровати и недовольно посмотрела на парящее в небе солнце, которое теплыми лучами пробиралось в комнату. Протерев глаза ладошками, Люмин подняла с пола свое белое платье, одевшись и причесавшись, она поспешила выйти к своим друзьям.       За небольшим обеденным столиком сидела Ласточка и аппетитно уплетала только что напеченные Тартальей блинчики. Паймон не стала отставать. Подлетев прямо к тарелке, она сразу взяла в свою маленькую ладошку несколько сложенных конвертиком и принялась стремительно их надкусывать.       Заметив Люмин, Тарталья и Ласточка перевели на неё взгляд, готовые слушать новый поток информации. Достав из сумки камень телепортации, путешественница аккуратно положила его на стол.       — После того, как поедим, мы отправимся в пустыню. Этот камень доставит нас до пещеры, которая ведет к вратам. Он одноразовый, поэтому, чтобы вернуться обратно, придётся использовать карманный телепорт.       — А от куда взялся этот камень? — спросил Тарталья. — Почему он ведет именно туда?       — Вчера Аль-Хайтам долго возился с моей памятью, несколько ученых пытались воссоздать путь прямо до врат Каэнри’ах, но им не удалось, что-то блокирует туда дорогу. Это самое ближайшее, что удалось достать из моей головы.       — То есть они создают телепорты из памяти человека? Ничего не понимаю. — Ласточка схватила в руки блестящий камушек и прокрутила несколько раз. — Надеюсь, они не крадут информацию из твоей головы и ты помнишь дорогу.       — Не знаю, как точно это работает, но этот маленький предмет поможет нам сократить наше путешествие.       Люмин схватила с тарелки блин и усевшись рядом с Паймон на стул, наконец-то смогла поесть.       Закончив завтракать, все принялись собираться. Люмин решила не брать с собой лишних предметов. Мысли о возвращение своих способностей трепетали ей сердце, а встреча с братом неприятно завязывала тугой узел на шее, не давая дышать. Засунув свой меч в ножны и закинув его себе за спину, Люмин вытащила устройство для создания карманного телепорта и встав посреди комнаты, принялась читать незамысловатое заклинание. Через несколько секунд телепорт активировался и посреди комнаты приятным золотистым светом, не касаясь земли, висел телепорт.       Выглядел он, конечно, громоздким, но лучше его оставить в помещении, чем активировать на улице и привлечь множество жителей Сумеру. Поставив руки на пояс, путешественница ещё раз взглянула на образовавшийся в комнате предмет и, мысленно похвалив себя, вышла на улицу.       Тарталья, Ласточка и Паймон уже ждали её. Время пришло продолжить путешествие. Люмин достала из кармана камень телепортации и, подойдя к друзьям поближе, закрыла глаза. Нужно было сосредоточиться. Люмин вспоминала очертания местности, пыталась зацепиться за что-то знакомое и, к счастью, у неё это получилось. Раскрыв глаза, она заметила, как её компаньоны и она сама начали исчезать, а затем все вместе погрузились в темноту.       Мгновение, и они очутились прямо в центре пустыни. Люмин почувствовала горячий песок, который неприятной крошкой впивался в волосы, одежду и даже в нос. Телепорт выплюнул незваных гостей в то самое место, о котором думала Люмин, сделал это так быстро и неаккуратно. Все четверо лежали на земле и погружались в огромную кучу песка. Люмин соскочила первая. Оглянувшись по сторонам, она увидела знакомые очертания тех самых мест, которые она так сильно не любила. Приключения в пустыне слишком хорошо отложились у неё в памяти.       Люмин помогла всем подняться на ноги и отряхнуть песок от одежды. Было слишком горячо. Солнце находилось в зените и, не щадя никого, испепеляло несчастную землю.       — Ого, здесь так безжизненно! — удивленно воскликнула Ласточка.       Тарталья присел на ближайший камень, снял ботинок и, тяжело вздохнув, высыпал из него небольшую горку песка. Местный климат совсем никому не нравился, и Люмин решила не медлить с поиском пещеры.       — Нам нужно туда. — она указала пальцем на небольшой проем. — Затем мы пройдем через робота. Только так нам удастся добраться до врат.       — Робота? — подойдя к ней поближе, спросил Тарталья. — Здесь что, лаборатория какая-то?       — Нет, но я правда не знаю другого пути.       — Люмин, ты уверенна, что там безопасно? — пугливо спросила фея. — Я помню, что мы убили всех, кого можно по пути туда, но а вдруг …       Путешественница взяла в руки свой меч и уверенно посмотрела на Паймон. Слова были излишни, пикси сразу поняла, что девушка настроена серьезно.       Дойти до входа в пещеру не составило труда. Тарталья и Ласточка покорно следовали следом за путешественницей, иногда обсуждая происходящее вокруг. Лук Предвестника был наготове, парень, не выпуская его из рук, постоянно оглядывался, надеясь встретить хоть какого-нибудь противника, что нельзя сказать о Ласточке, которая вела себя на удивление тихо и непринужденно. Войдя в пещеру, все радостно выдохнули, почувствовав желанную прохладу.       — Люмин. — Паймон подлетела к девушке и, схватив её за руку, отвела немножко вперед, оставляя Тарталью и Ласточку одних. — Я должна тебе кое-что рассказать.       — Говори. — спускаясь в глубь пещеры, ответила она. — Только давай потише, мне кажется, здесь кто-то есть.       — Кто? Чудовища? — взглянув на спокойное лицо своей подруги, Паймон все же решила не наводить панику. — Тут такое дело. Ты не заметила, как Ласточка и Чайлд стали близки?       Девушка медленно повернула голову в сторону идущих за её спиной друзей и, повернувшись обратно, пожала плечами.       — Не знаю. О чём ты, Паймон?       — Вчера вечером Тарталья вернулся без тебя, а потом Ласточка долго с ним разговаривала о всяких мелочах и даже делилась своими секретами.       — Он говорил обо мне? — опустив голову вниз, вымолвила путешественница.       — Не в этом дело! Она сидела с ним слишком близко, я даже настолько испугалась, что подлетела и оттолкнула Ласточку от него. Вы поругались? Я не хочу снова жить непонятно где. — фея закрыла глаза и смешно замотала головой в разные стороны.       — Прости, Паймон, я правда сейчас не в состоянии думать об этом. Даже если бы тебя там с ними не было, я не думаю, что Аякс смог бы сделать то, о чем ты думаешь. В любом случае, тебе стоило бы рассказать об этом, только немного позже.       Приближаясь к месту обитания Крестителя, Люмин остановилась на месте и покрепче сжала меч в руках. Ласточка и Тарталья наконец догнали путешественницу и вопросительно посмотрели на девушку. Смысла в сражении не было, и Люмин, увидев обходной путь, приложила указательный палец к губам, прося компаньонов не шуметь и следовать за ней.       — Может сразимся? — шепотом спросил Тарталья.       Ответа не последовало, парень отделался только осудительным взглядом своей возлюбленной. Войдя в очередную пещеру, Люмин наконец-то смогла расслабиться и начать нормально говорить.       — Мы бы не смогли одолеть Крестителя, имея только гидро элемент.       — Разве? — Тарталья ехидно улыбнулся и наклонился к девушке. — Не забывай, я владею всеми видами оружия, мои клинки смогут разрубить кого угодно.       — Может быть и так, но битва бы затянулась и возможно, у нас появился бы раненый.       — Ты так хорошо в этом разбираешься? — подала голос Ласточка. — Вижу, тебе очень интересно разбираться с реакциями этого мира.       — Конечно! — влезла в разговор Паймон. — Люмин могла владеть любым элементом. Если бы мы продолжили путешествовать, пока у неё были силы, мы бы точно смогли заполучить остальные два элемента.       — А каких не получила?       — Пиро и гидро. Да, Люмин? — девушка спустилась по склону вниз и положительно кивнула.       Через несколько минут компаньоны добрались до огромного глаза робота, который вёл в самое сердце пещеры. Пробравшись внутрь, Люмин несколько раз оглянулась по сторонам и ненадолго задумавшись, подошла к небольшому механизму в самом центре робота. Схватив Тарталью и Ласточку за руку, она потянула их на себя как раз в тот момент, когда небольшой подъёмник захромыхтел и повез компаньонов куда-то вниз. Ласточка, испугавшись, вцепилась в рукав Предвестника и напугано посмотрела на Люмин.       — Мы движемся верно, совсем скоро прибудем на место.       Чайлд молчал. Волнения и переживания за путешественницу зашкаливали до предела. Он смотрел в такие родные янтарные глаза и молился, чтобы эти два камня не угасли в любой момент. Возвращения сил в его голове выглядели совсем по-другому. После того, как Люмин поведала ему об истинных планах своего брата, Предвестник раздумывал о способах такой авантюры. Но ничего, кроме смерти одного из близнецов, не приходило в голову.       Громко ударившись об землю, лифт остановился на самом дне железного робота. Завидев проход, Люмин решительно шагнула вперед. Участилось сердцебиение, а в горле встал небольшой комок. Всё, о чем она могла сейчас думать, так это о вратах, которые таили за собой немало тайн. Выйдя на небольшой мостик, она аккуратно посмотрела вниз. Заметив охраняющего проход Чтеца Бездны, девушка проглотила образовавшийся ком и, взглянув на Тарталью, одобрительно кивнула.       Предвестник понял её без слов. Натянув тетиву, прицелился в голову существа и не раздумывая, отпустил стрелу. Молниеносно окутанная гидро стихией, стрела влетела в голову чудовища, но к большому удивлению, эта атака не стала смертельной. Чтец бездны громко зарычал и завидев врагов, выставил руку вперед, готовый нанести ответный удар.       Тарталья, взмахнув луком, принял боевую стойку, приготовил водяные клинки. Ласточка, испугавшись, ахнула и попятилась назад, надеясь, что в этой схватке ей не придется участвовать.       Перепрыгнув через перекладину вниз, Тарталья всё же решил оценить своего противника. Электро стихия. Силы были неравные, сочетание этих элементов могли привести к печальным последствиям.       Люмин спустилась следом за Чайлдом. Встав рядом с ним, она решительно направила меч, даже не обратив внимание на возмущенный взгляд Предвестника. Времени спорить сейчас не было. Раздался звук грома, который вызвал протяжный напуганный писк Паймон. Скоро начнется битва, где вода и молния сойдутся в воедино.       Тарталья рванул первый. Уворачиваясь от потока молний, ему удалось добраться до Чтеца и задеть его водяными клинками. По телу прошел небольшой ток, Предвестник скривился и, издав болезненный стон, отпрыгнул от своего противника.       — Меня будто поджарило изнутри! Бегите, я его задержу! — он тяжело дышал, пытаясь закрыть спиной путешественницу от глаз Чтеца.       Люмин опустила взгляд на его обожжённые руки, прищурилась, попыталась придумать план.       — Есть идея! Дай мне свой лук, срочно!       Обменявшись оружиями, Люмин помчалась обратно к Паймон, оставляя Тарталью с противником один на один. Медлить не было времени. У них была всего одна попытка. Схватив по дороге так удачно лежавшую ветку, путешественница подбежала к напуганной Ласточке и нервно принялась искать то-то в её сумке.       — Где-то была зажигалка!       Перебирая ненужные предметы, она изредка поглядывала на поле битвы. Беспрерывные скрежеты металла то стихали, то разгорались с ещё большей силой. Тарталья не использовал гидро элемент, пытался справиться своими силами. Каждый его стон вызывал у Люмин замирание сердце, а гнусный смех Чтеца бездны всё сильнее разжигал в ней накопившуюся злобу. Наконец найдя нужный предмет, она подожгла самую длинную ветку и, натянув тетиву, начала целиться. Девушки вокруг неё заверещали, каждая пыталась помочь. В голову, в ноги, в руки было много предложений, но Люмин уже знала куда будет стрелять — в сердце. Она крикнула Чайлду пригнуться и выпустила горящую ветку в Чтеца бездны. Всё прошло на удивление гладко, ветка справилась на ура и с удовольствием заменила стрелу. Снаряд врезался в грудь чудовища и вызвав реакцию «перегрузка», отбросил противника на несколько метров вперед.       Тарталья немедля перешел на клинки, подбежав к противнику, со всей силы проткнул его грудь. Чтец издал последний вздох и словно пепел, растворился, не оставив после себе ни следа.       Всё прекратилось. Проход был открыт. А затем взгляды Люмин и Тартальи встретились. Краски и огоньки в её зрачках отражались яркими вспышками, горели так, будто бы жизнь Люмин наполнилась чем-то новым и незабываемым. Она смогла доказать ему, что что-то может, что даже без владения элементами сможет постоять за себя. А он и не сомневался.       — Ты большая молодец, Люмин! — его уголки губ поползли вверх.       Сейчас она была особенно красивой, лохматой, вспотевшей, но всё такой же любимой. Чайлд не мог оторвать от неё взгляд.       Спустившись к нему, путешественница нежно взяла его ладонь и медленно поднесла к своим губам. Этот маленький жест вызвал бурю эмоций внутри Тартальи, прямо сейчас он был готов на большее.       — Спасибо. Обещаю, что ещё не раз смогу тебя удивить.       Держась с ним за руки, она понеслась вперед, прямо к вратам, туда, где ждал Итер, туда, где она смогла бы вернуть себе силы. Вот и они.       Стоя у обрыва, все четверо смотрели вперед на огромные золотистые двери, которые были наглухо закрыты и даже не показывали намека на то, что их вообще возможно открыть. Немножко поспорив, компаньоны всё же решили подойти к ним поближе. Даже, к удивлению, молчаливая Ласточка не стала отпираться и послушно следовала за путешественницей.       Понадобилось немало времени, чтобы преодолеть обрыв, но, к счастью, все справились и, подойдя к вратам, потеряли дар речи.       — Такие огромные, их что, для великанов придумали? — возмутился Предвестник.       А повозмущаться есть чему. Никаких намеков на открывание двери не было, да и Итер всё не появлялся. Люмин подошла поближе к вратам и, дотронувшись до них рукой, закрыла глаза, прислушалась. Тишина. Такая мертвая и пугающая тишина вызывала сомнения путешественницы и страх того, что она совершила ошибку.       — Люмин … — девушка обернулась на зов Ласточки, которая что-то прятала за своей спиной. — У меня есть идея! Это должно сработать!       Не успев обернуться, Люмин почувствовала, как девушка совсем близко к ней подошла, схватила за руку и полоснула чем-то острым по ладони. Оставив глубокую рану на руке путешественницы, она грубо схватила её за запястье и приложила ладонь к небольшому вырезу в виде звезды. Люмин промычала что-то непонятное, а затем подбежал Чайлд и грубо оттолкнул Ласточку.       Кровь не прекращала идти. Люмин оторвала небольшой кусок от своего платья и дрожащими руками попыталась перебинтовать себе руку.       — Зачем ты это сделала? — перешла на крик путешественница. — Как мне сражаться с такой раной?       — Смотри!       Лежавшая на спине Ласточка безумно показывала пальцем на звезду, обильно обмазанную кровью. Предмет заблестел и загорелся так, словно сейчас должно что-то произойти. Так и случилось. Врата начали открываться. Закончив с перевязкой, Люмин подняла взгляд на лицо Тартальи, который с огромным удивлением смотрел на то, что было за вратами. Паймон пряталась за его спиной, а Ласточка непонимающе старалась разглядеть Итера. Знакомая красная вспышка света, словно тенью осветила их лица, и Люмин, дрожа и напугано посмотрела на то, что было за вратами.       Сердце забилось чаще, на глаза навернулись слёзы, неприятные воспоминания постепенно начали возвращаться, события пятисотлетний давности будто бы повторялись. Земля вокруг была окрашена в красный. Разрушенное королевство выглядело пугающе. Множество обломков, грязь и неестественно кроваво красная луна освещали данное пространство. Это был не весь Каэнри’ах, а лишь малая его часть, которую удалось воссоздать Итеру.       Поднявшись на дрожащих ногах, Люмин попыталась найти своего брата, своего безумного брата, который игрался с пространством и временем. Наконец она его нашла. В самом центре, возле небольшого колодца, держа в руках куб, который был точно таким же, как и тот, в который запечатала Асмодей путешественницу.       Он был живой. В горле встал ком, а низ живота завязался в тугой узел. Итер, брат близнец, которого она столкнула в неизвестность и была уверенна, что убила собственными руками, сейчас стоял прямо перед ней. Их взгляды наконец встретились. Безумие в его глазах напугало Люмин, она прекрасно понимала, что это встреча должна стать последней.