Погружаясь в бездну

      Она не могла пошевелиться. Губы онемели и просто отказывали двигаться. Тот, к кому она так отчаянно шла, сейчас вызывал звериный ужас и страх. Что с ним? Почему его глаза так безумны?       Звонкий щелчок пальцами, словно выстрел, прозвучал у неё в голове, а затем тело Итера начало пропадать, чтобы в туже секунду появиться на расстоянии нескольких метров.       Тарталья, ожидав подобного, легким движением дернул Люмин на себя. Придерживая за плечи, Предвестник ненавязчиво задвинул путешественницу назад и встал между ней и её братом.       Этот жест был вполне естественен для Тартальи, в данной ситуации бывший принц бездны не вызывал никакого доверия. Смотря снизу-вверх на своего защитника, Люмин смогла перевести дух и наконец понять, что происходит. Взглянув на своего брата, она заметила в его руке острый меч, направленный в их сторону. Но почему? Разве они не могут просто поговорить?       — Подойди! — Итер опустил меч и протянул руку. — В прошлый раз ты оступилась, сделала ошибку, так что теперь не подведи меня, сестренка.       То, как брезгливо и озлоблено Итер выплюнул из себя последнее слово, вызвало у Люмин непонятное чувство, из-за которого всё внутри сжалось, а затем тело пробила небольшая дрожь.       — Что тебе нужно? — привлек к себе внимание Предвестник. — Ты уже достаточно покопался в её голове, будь добр говорить прямо и без всяких там загадок.       — Итер!       За спиной Люмин послышался голос Ласточки, которая спешно поднялась на ноги и, не раздумывая, побежала в сторону её брата. Она хотела её остановить, но не могла. Огромное любопытство позволило Люмин лишь проводить девушку взглядом. Вера в то, что в нём осталась хоть капля любви и человечности не покидала. Тарталья тоже молчал, понимая, что странницу не остановить, да и защита Люмин сейчас была гораздо важнее.       Она бежала к нему с распростертыми объятиями в надежде, что Итер ответит взаимностью, что долгая разлука смогла пробудить в нём чувство, но как же она ошиблась, когда почувствовала мужскую руку на своей шее, которая со всей силы сжимала горло и с каждым разом поднимала тело всё выше.       Паймон громко ахнула и закрыла глаза, Люмин же оставалась на месте. Она видела, как Ласточка в панике схватилась за руку Итера, пытаясь ослабить хватку и вдохнуть хоть немного воздуха, из её глаз текли слёзы, а ноги безнадежно болтались в воздухе.       — Давно не виделись! — близнец перевел взгляд на свою жертву. — Будь послушной и не мешай, может быть, тогда позволю тебе вернуться в свой мир.       Он замахнулся, словно бы Ласточка ничего не весила в его руках, и со всей силы отшвырнул на несколько метров от себя. Девушка больно ударилась головой о неудачно лежавший камень, только чудо позволило ей не потерять сознание и со слезами на глазах наблюдать за Итером, который бесцеремонно отвернулся от неё, будто бы она ничего не значила в его жизни, будто бы она была просто пустым местом для него.       Люмин с сочувствием смотрела на свою подругу, так и не решаясь сдвинуться с места. Громкий голос брата заставил путешественницу обратить на себя внимание и слегка выглянуть из-за спины Тартальи. Итер повторил свой приказ, который Люмин до сих пор продолжала игнорировать, а затем вытянул руку вперед.       Девушка почувствовала резкую боль в висках, опустила глаза, схватилась за голову и жалобно ахнула. Посторонние звуки вокруг подозрительно испарились, и Люмин, продолжая держаться за голову, открыла глаза. Тарталья, Ласточка и Паймон исчезли, оставляя близнецов наедине. Итер продолжал стоять на том же самом месте, улыбаясь, протягивал руку. Девушка запаниковала, глаза быстро бегая в разные стороны, старались найти среди развалин хоть кого-то знакомого, ноги непроизвольно сделали шаг вперед.       Тарталья сразу заметил странное поведение Люмин, и когда она шагнула навстречу к Итеру, резко протянул руку, пытаясь ухватиться за плечо девушки, тело которой мгновенно похолодело и превратилось в неуправляемую марионетку.       — Эй, Люмин! — в панике крикнул он и дернул девушку на себя. — Ты меня слышишь? Остановись!       Она его не слышала. В том месте, в котором она была, Тартальи не было, был только Итер, который гипнотизирующим взглядом зазывал блондинку к себе. Тело и душа будто бы разделились, Люмин ощущала легкие прикосновения к своему плечу, не более.       — Посмотри на этот хаос вокруг, — она остановилась на пол пути и ещё раз посмотрела по сторонам. — Разве ты не хочешь возродить эти земли?       — Ты опять за свое? Это основная цель для возвращения сил? Я уже говорила тебе, что мои цели изменились, наше путешествие уже давно закончено.       — Но ты ведь хочешь снова владеть элементами? Я прав? — девушка закусила губу и отвела взгляд. — Я собираюсь отомстить богам за наши потерянные годы, свергнуть их с трона и создать новый мир, Тейват я не трону, обещаю, раз уж он тебе так дорог.       — Это глупо! Селестия пуста, и ты это знаешь. За какие годы? За пятьсот лет? Я уже спрашивала однажды, но так и не получила ответ. Как ты смог прожить так долго?       Итер усмехнулся, а затем недовольно посмотрел за спину путешественницы. Люмин не понимала в чем дело. Она позвала брата по имени в надежде, что он даст ей ответ.       — Во всём виновато проклятье, Люмин. Выполни мои условия, возьми меня за руку, после того, как мы станем прежними, мы наконец-то сможем поговорить. А теперь открой глаза и успокой своего рыцаря.       Люмин удивленно захлопала глазами, на секунду погрузилась в темноту, чтобы, наконец, ощутить такое родное тепло рядом с собой.       Медленно открыв глаза, Люмин почувствовала себя зажатой. Тарталья крепкой хваткой прижимал девушку к себе, накрыл собой, словно одеяло, бережно оберегал, не давая даже пошевелиться, голова была наклонена к её уху, а громкое и частое дыхание хорошо показывало, насколько Предвестник был зол.       Итер присел на обломок какого-то бывшего здания и, заметив, что Люмин открыла глаза, коварно ухмыльнулся.       — Я в порядке, — путешественница наклонилась к уху Тартальи, делая вид, что приходит в себя. — У нас большие неприятности, возможно, придется драться. То, что я собираюсь сделать … извини, если это будет ошибкой.       Предвестник нежно коснулся её щеки, дотронулся до макушки головы, а затем прижал девушку к своей груди. Сложилось впечатление, будто бы он её не услышал.       — Что ты собираешься делать?       — Я пойду к нему. Отпусти меня, — Люмин подняла голову, попыталась вырваться из крепкой хватки. — Я должна закончить начатое.       Ответа не последовало. Мужские руки опустились вниз, позволили путешественнице отойти от Тартальи на пару шагов, летающая рядом Паймон выглянула из-за его спины, хотела что-то сказать, но не решилась. Отвернуться от них было сложно, ноги неохотно двигались вперед. Сердце разбилось на несколько кусочков у него и у неё, тоску и переживания в их душах было не описать словами.       Медленными шагами она направлялась к Итеру. К человеку, а может быть к чудовищу, которое уже давным-давно оставило её, уничтожило, причинило боль и разрушило изнутри. Сомнения и неуверенность, Люмин не знала, что конкретно она хочет сделать.       — Только на этот раз не толкай меня в пропасть. — ехидный смех громко прозвучал в голове девушки, а затем она увидела протянутую ладонь. — Ну же.       Дрожащей рукой она схватила ладонь брата, на секунду обернулась, встретилась взглядом с Предвестником, сердце пропустило пару ударов, захотелось вернуться обратно.       Поздно. Итер переплел их пальцы, грубо дернул Люмин на себя, наконец-то они выровнялись. Пара янтарных глаз смотрели друг на друга, такие одинаковые и совершенно разные одновременно, близнецы, судьба которых разошлась в разные стороны, всеми силами заставила их встретиться вновь.       Медлить Итер не стал. В его свободной руке появился куб Асмодей, в памяти всплыли неприятные воспоминания о том самом дне. Путешественница покрепче сжала его руку, до сих пор не могла поверить, что близнец цел и невредим, показалось, что лицо обдало жаром, а затем красные тени от такого манящего предмета заиграли на золотистых волосах.       — Не шевелись! — Итер отпустил её руку, нажал несколько кнопок на своем изобретении. — Всё будет хорошо, доверься мне.       В ушах прозвучал неприятный белый шум, после которого пугающий куб зашевелился. Люмин не отрываясь наблюдала за предметом, пыталась держать ситуацию под контролем, чтобы в нужный момент остановить брата.       Неожиданно ноги стали ватными, девушка попыталась отступить назад, но когда поняла, что не двигается, посмотрела вниз. Рой тёмно-красных кубов безжалостно окутывал её ноги, поднимаясь всё выше в надежде запечатать всё тело.       — Что это такое? — Люмин обратила внимание, что с Итером происходит тоже самое.       Девушка в панике посмотрела на Тарталью и подошедшую к нему Ласточку, в глазах был ужас, никто из них не знал, как помочь путешественнице. Тёмно-красные кубы заполонили собой всё пространство, погружая Люмин в них с головой, девушке показалось, будто в мир спустилась её собственная смерть и сейчас укусить за ногу. Она оцепенела. Кубы полностью запечатали её тело, но ничего не произошло, словно в коконе она бегала глазами по образовавшемуся пространству, которое совершенно не давало двигаться. А затем она услышала знакомый голос.       — Как забавно, не думала, что он зайдет так далеко. — голос в голове напугал путешественницу. — Так не пойдет, остановимся ненадолго.       Щелчок и перед глазами вспыхнула вспышка. Тело Люмин освободилось, и она непроизвольно рухнула на колени. Вокруг не было ничего, совершенно белое пространство, которое будто бы парило в воздухе. Путешественница попыталась подняться, прищурилась, посмотрела на обладателя знакомого голоса.       Хранительница небесного порядка, то самое божество, с которого всё началось, снова появилась перед ней. Люмин смотрела на неё совершенно непонимающим взглядом, в голове было тысяча вопросов, на которые девушка жаждала получить ответы.       — Ты поняла, что произошло? — богиня спросила непринужденно, надеясь услышать подробности от Люмин. — Этот мальчик каким-то образом смог вернуться в прошлое, украл один из моих кубов, в котором запечатаны ваши силы, скажи мне … Ты ему помогла?       — Мои данные были записаны в Ирминсуль, ты прекрасно знаешь, что я к этому непричастна.       — Однако вернуть себе силы ты захотела. Наш уговор был в том, что ты возвращаешься в Тейват без владения элементов. Ваша сила способно разрушить порядок и гармонию этого мира.       — Моя изначальная сила? Что в ней не так? — Люмин искренне не понимала, про что говорит Асмодей. — Можешь оставить её себе, я желаю лишь снова владеть элементами.       — А ты разве богиня, чтобы владеть всеми элементами? — она была остра на язык. — Я позволила Итеру дойти до данного момента лишь по одной причине. Хочу посмотреть на твой выбор. Вариантов у тебя немного.       Люмин неожиданно раскрыла свою ладонь, обратила внимание, что кончики пальцев немного засияли золотым свечением, а по телу разлилось манящее тепло. Явно что-то происходило. Девушка решилась сделать шаг вперед и спросить богиню об этих вариантах. Загадочная ухмылка отразилась на её лице, а затем губы произнесли лишь три слова.       — Убить, казнить или отступить, решать лишь тебе, как будет лучше, если ошибешься, то всему миру придёт конец.       — Что это значит?       Ответа не последовала. В глазах потемнело и затем она отключилась.       Раздался взрыв. Рой тёмно-красных кубов разлетелся на кусочки, словно лопнувшая карамель. Тарталья укрыл Паймон собой, сощурился и прикрыл глаза ладонью, стараясь защититься от внезапного порыва ветра. В далике на секунду показалась Люмин. Ярко красные вспышки очертили контур её тело, слегка задерживая в воздухе. Дымка развеялась, и хрупкое тело путешественницы обездвижено рухнуло на землю.       С Итером произошло всё тоже самое, только в отличии от своей сестры, он был в сознании и кое-как стоял на ногах. Отпустив ладонь со своего лба, близнец заметил, как сильно он дрожал, а на кончиках пальцев проявлялось золотистое свечение.

      Получилось?

      Итер почувствовал, как его тело наполняется силой, а свет, исходящий из его тела, становился всё ярче. Он закрыл глаза, собрал все свои оставшиеся силы и попытался сосредоточиться на этом свете. Постепенно дрожь утихла, и Итер начал ощущать, как его энергия возвращается к нему. В руке появился золотой меч, а за спиной засверкало что-то похожее на крылья.       Люмин продолжала лежать без движения, сознание девушки отказывалось просыпаться. С места решила сдвинуться Ласточка. Позабыв об удушении, она, несмотря ни на что, бежала к своему возлюбленному. Встав между ними, девушка раскинула руки в разные стороны, стараясь спрятать за собой путешественницу. Глаза Итера поднялись, а на лице появилась наигранная улыбка.       — Разве подчинённые не должны вести себя хорошо? Я же сказал не мешать мне. — золотистый меч направился в её стороны и остановился в области живота.       — Прошу тебя, давай вернемся домой! Ты уже сделал, что хотел. Не оставляй меня.       Пока Ласточка со слезами на глазах унижалась перед Итером, Тарталья решил, что это удачный отвлекающий маневр. Нужно было увести от сюда Люмин как можно скорее. Шепнув Паймон несколько простых указаний, Предвестник как можно незаметнее направился к путешественнице, которая без сознания лежала на земле.       Итер дал ей возможность выговориться, острый клинок по-прежнему находился около её живота, готовый в любую секунду метнуться вперед. Ласточка не боялась его, была уверенно, что он не сможет причинить ей вред, но как бы она не хотела, рука непроизвольно схватилась за лезвие, стараясь защитить свою хозяйку. Меч больно врезался в женскую ладонь, оставляя неглубокий порез. Несколько крупных капель крови измазали золотистый меч, собираясь в одну каплю, готовую отделиться от неприятного союза.       Тарталья подобрался совсем близко. Схватив Люмин за руки, он слегка оттянул её на себя, мысленно извиняясь за то, что поволок по земле, словно мешок с картошкой, а затем поднял на руки. Оглядываться было некогда, не раздумывая, он побежал к вратам, которые, к большому удивлению, были открыты.       Воровство путешественницы не осталось незамеченным. На лице Итера появилось разочарование, направив свою ладонь в спину Предвестника, он начал создавать небольшой поток энергии, преобразующий в святящуюся сферу.       Ласточка вовремя отвлекла его. Яркий шар в руке Итера сменил траекторию и отлетел куда-то вниз, взрываясь возле ног Тартальи. Ударная волна подбросила его в воздух, как бы крепко он не держал путешественницу, ей всё же удалось выскочить из его рук. Девушка грубо упало на землю, прокатилась несколько метров, но даже такие удары не смогли пробудить её от глубоко сна. Тарталье удалось сгруппироваться, спрятать голову, удар пришелся на плечо. Тихо промычав себе под нос, он услышал девичий крик, поднял голову и посмотрел в сторону путешественницы.       Паймон, которая безнадёжно пыталась разбудить Люмин, раскрыла рот и указала пальцем на Итера. На лице феи читался страх, большие глаза наполнились слезами, и Предвестнику пришлось обернуться.       Лезвие золотого меча безжалостно полоснуло по мягкой плоти. Приняв данный поступок за предательство, близнец не раздумывая надавил на рукоять меча, оставляя глубокий порез на животе Ласточки, девушке посчастливилось вовремя среагировать и сделать неуверенный шаг в сторону. Ещё бы пару сантиметров и холодное лезвие с уверенностью пронзило бы живот насквозь. Перед глазами Ласточки пронеслась собственная жизнь, тело оцепенело, а руки продолжали сжимать острое лезвие в надежде остановить, всё сильнее раня себя.       Дёрнув локтем назад, Итер высвободил свой меч из окровавленных ладоней девушки, доставляя ей ещё больше боли, оставляя более глубокие порезы. Ласточка взвыла, её руки горели, будто бы горячая лава проникала вглубь её тела, последний рывок лезвия по рукам выдался слишком болезненным. Она почувствовала слабость и небольшое помутнее рассудка. Рана на её животе хоть и не была смертельной, но всем видом намекала на хоть какую-нибудь перевязку. Из глаз потекли слёзы, кровавыми ладонями она схватилась за рану, из которой не прекращая сочилась кровь, упала на колени, взглянула на Итера, который уже давным-давно отвернулся от неё. В глазах понемногу темнело, девушка даже не пыталась бороться за свою жизнь. Свалившись на бок, она скрутилась калачиком, зажимая ладонью ранение, глаза охотно закрывались. Ласточка больше не хотела жить.       Ступая вниз по разваленной земле, Итер, выставив меч вперед, направлялся в сторону Тартальи. Люмин до сих пор была без сознания. Паника захватила Предвестника, как бы ему не хотелось, но спасти сейчас нужно было всех. Поднявшись на ноги, он схватился за свой глаз бога, который словно пряжка от ремня болтался у него на поясе, а затем активировал глаз порчи.       Ладони Предвестника наполнились электрическим разрядом, он планировал одолеть Итера, не прибегая к форме духа. В руке появились клинки, сотканные из частиц гидро и электро элементов. В бой он вступил первый.       Итер ухмыльнулся. Его тело было насыщено энергией, полный уверенности близнец выставил руку вперед, готовый нанести удар несущемуся на него Предвестнику.       Не получилось. Смертоносная сфера с грохотов влетела в землю. Итер забегал глазами в разные стороны, Тарталья на мгновение пропал из его поля зрения. Почувствовав неладное, близнец поднял меч над головой и приготовился к атаке.       Внезапно Тарталья появился от куда-то справа от Итера, готовый нанести удар в открытую область. Всё его нутро желало уничтожить человека, который столько раз причинял Люмин боль, который затуманивал её разум, пытался обмануть. Сколько раз он мог убить его? В том лесу, когда Люмин истекала кровью, или во дворце Царицы … сейчас Тарталья не думал об этом.       Итер вовремя заметил нападающего. Сделав уверенный шаг назад, его меч описал дугу в воздухе, Тарталья ловко уклонился от удара и контратаковал. Золотистый меч и клинки, переполненный электро энергией, встретились, издавая неприятный звук ударяющегося металла. Их глаза яростно смотрели друг на друга, каждый из них старался надавить на другого.       Бой затянулся. Мысли активировать форму духа начали появляться в голове Тартальи всё чаще, сейчас их силы очень сильно отличались друг от друга, было видно невооружённым взглядом, что Итер питал дополнительную энергию из неизвестно откуда, его дыхание на протяжении всего сражения было ровным, а каждое новое движение наполнялось силами, в отличии от Тартальи, которому каждый новый рывок давался с трудом. Лишь мысли о Люмин не позволяли ему потерпеть поражение, всё это походило на настоящий конец света.        Паймон продолжала напугано сидеть возле путешественницы, крохотные ручки дрожали, фея то и дело вздрагивала, когда Люмин прекращала дышать. Она наблюдала за битвой, болея за Предвестника, которому, к сожалению, никак не могла помочь. Она сидела до тех пор, пока не почувствовала образовавшуюся тень возле себя. Заметив ладонь, облаченную в черную перчатку, которая уверенно потянулась к плечу Люмин, Паймон соскочила, округлила глаза и закрыла свой рот ладонями.       Прямо перед ней стоял тот, кого она точно не надеялась здесь увидеть. Бывший капитан, человек, который когда-то жил в Каэнри’ах или по привычному Дайнслейф, появился в самый разгар событий, как раз кстати. Приложил указательный палец к своим губам, он попросил фею не кричать, а затем, дотронувшись до плеча Люмин, повернул девушку к себе.       — Он решил показать ей всё … — его голос, как всегда был загадочным, нежно погладив девушку по голове, он наклонился к её лицу слишком близко. — Наше путешествие, то что мы пережили … извини меня, Люмин, возможно, какая-то часть меня повлияло на то, что Итер стал таким.       — Останови его! — Паймон старалась как можно тише выразить своё недовольство. — Тарталья дерется уже из последних сил.       — Только Люмин сможет остановить Итера, как её компаньон, ты прекрасно должна это понимать. Мы с тобой, Паймон, выбраны ими не просто так. Понимаешь?       Фея промолчала, но положительно кивнула. Его ладонь переместилась на закрытые глаза Люмин, а губы, словно по-отцовски дотронулись до вспотевшего лба. Путешественница издала протяжный стон, показывая окружающим, что до сих пор жива. Выразив что-то наподобие улыбки, Дайнслейф поднялся на ноги.       — Дай ей ещё пару минут, я уверен, что скоро всё закончиться.       — Что ты сделал? — Паймон подлете к Люмин и приложила ладонь к холодному лбу.       — Остановил поток информации, только и всего, послушай. — фея навострила уши. — Когда она очнется, постарайся не трогать её, Люмин сама поймет, что ей делать, я буду рядом. Сейчас нужно помочь той девочке, надеюсь, она ещё жива.       Дайнслейф метнулся вперед в сторону Ласточки. Итер, слишком увлеченный боем с Предвестником, даже не заметил пробежавшего около него бывшего компаньона, а может быть, этот самый компаньон просто не позволил ему себя заметить. Силы человека загадки до сих пор были не до конца понятны как Итеру, так и Люмин, возможно, сейчас он использовал одну из своих способностей.       Ласточка всё ещё была жива. Заметив возле себя мужчину в маске, она насторожено зашевелилась, но всё же позволила ему поднять себя на руки. Рана на её животе всё так же продолжала сочиться, а силы с каждой минутой покидали её. Прижавшись к мужчине, Ласточка почувствовала странное тепло, чувство, что теперь она в безопасности, стало наполнять её сильнее. Мысли о спасении понемногу снова начали проникать в голову.       Дайнслейф не отрываясь смотрел на девушку в своих руках до тех пор, пока она не закрыла глаза. Посмотрел в сторону Люмин, которая, к счастью, уже проснулась. Путешественница сидела на коленях, судорожно держалась одно рукой за голову, а вторую напугано прижимала к своей груди. Её частое дыхание не могло показать, насколько много она узнала, но Дайнслейф чувствовал, что она точно смогла дойти до конца их с Итером путешествия.       Паймон маниакально кружала возле своего компаньона, пыталась молчать, прислушиваться к совету своего коллеги, ждала, что же будет дальше.       Глаза Люмин покрылись пеленой из слез, сейчас она сильно хотела громко крикнуть, выплеснуть из себя эмоции, но не могла … Мысли в голове путались, было ощущение, будто бы она проснулась после долгого сна, сна о её брате, о том, как он встал на темную сторону, о том, как его жизнь полностью изменилась. Наконец, отпустив голову, она вытерла слёзы тыльной стороной ладони, подогнула одну ногу, уверенно оперлась ей о землю, а затем подняла взгляд.       Итер и Тарталья продолжали биться. Бой затянулся, нужно было помочь. Неуверенно повернул голову назад, девушка заметила за своей спиной крылья, сердце затрепетало, нужно было вспомнить, как ими пользоваться.       — Прости, Итер, — в её руке появился золотистый меч, который породному прижался к её ладони. — Твоё путешествие и правда было непростым. Мне очень жаль, что судьба так обошлась с тобой.       Она бормотала себе под нос, если Итер захочет, она обязательно повторит эти фразы для него. Люмин воткнула меч в землю, уверенно оперлась на него, поднялась на ноги. Её тело было наполнено энергией, сила, которая сейчас была в ней, приятным теплом растекалась внутри, иногда выбираясь наружу в виде небольшого свечения.       — Даже так, я никогда не смогу тебя понять. — она подняла голову вверх, посмотрела в темноту. — Асмодей, я сделала выбор.       Схватив меч покрепче, Люмин побежала вперед. Иногда спотыкаясь о неровные булыжники, она пыталась не попасться на глаза Итера, надеялась напасть со спины, но впереди её встретила лишь спина Тартальи. Это и к лучшему. Девушка уже успела представить в голове, как эффектно она появится.       Посильнее оттолкнувшись от земли, путешественница взлетела на несколько метров. Такой высоты было вполне достаточно, чтобы перелететь через Тарталью и влететь прямо в Итера. Выставив клинок вперед, она, целясь прямо в сердце, направлялась в сторону своего брата, вызвал у присутствующих огромное удивление.       Тарталья поднял голову вверх, узнал в перепрыгнувшей через него девушке путешественницу, выставил руки вперед, надеясь, что сможет поймать. Её тело окутывал золотистый свет, а за спиной находились крылья, эти признаки всем своим видом показывали, что теперь Люмин сможет справиться без него, что теперь она сможет сама себя защитить.       Наклон был удачным, ещё мгновение и она бы уверенно смогла пронзить его тело, но Итер увернулся. Как бы сильно он не был шокирован, инстинкт самосохранения сработал на славу. Отскочив в сторону, он увидел, как Люмин с грохотом ударяет клинком о землю, но всё так же уверенно продолжает стоять на ногах.       В её глазах отображалась пустота, на лице совсем не было эмоций, Итера это сильно напугало. Только сейчас брату удалось разглядеть в своей сестре огромный поток энергии, силу, которая была в несколько раз больше его. Сейчас он точно знал, что Люмин представляет для него опасность.       Люмин мельком взглянула на Тарталью, прошлась по нему глазами, пытаясь найти новую рану, которую снова придется покрывать множеством бинтов, и когда ничего такого не обнаружила, непринужденно улыбнулась.       — Я всё знаю, Итер. — она уверенно шла в его сторону, прямо сейчас брат близнец был загнанной в угол овечкой. — Я бы очень хотела пожалеть тебя, погладить по голове, но ты этого всего не заслужил. Ты прожил столько лет, но так до сих пор и не вырос.       — О чём ты? — он махнул мечом в надежде, что сестра перестанет так упорно идти на него. — Хочешь убить меня? Не посмеешь.       Опустив свой меч, Люмин ускорила шаг, подошла к брату вплотную, взяла его за руку. Прямо сейчас она хотела застать его врасплох.       — Ты чувствуешь, как мы связаны? — Итер промолчал, в его голове промелькнули совместные воспоминания. — Ты правда готов отомстить?       Совсем недалеко Люмин заметила Дайнслейфа, который внимательно слушал всё то, о чем хотела поведать путешественница. Она старалась не плакать, понимала, что совсем скоро настанет конец. Люмин подняла руку Итера, на которой висело причудливое изобретение, неуверенно сняла его. Близнец не сопротивлялся, ждал дальнейших действий. Будто бы специально, она откинула предмет в сторону, позволяя ему разбиться о камни. Услышав звук удара, Итер скривился, схватился за шею Люмин двумя руками.       — Ты правда сможешь меня убить? Какой раз ты пытаешься это сделать?       Её слова выводили Итера из себя. Как бы сильно он не хотел, он не сможет убить свою сестру. Где-то в глубине души он желал забрать её с собой, продолжить путешествовать по мирам.       — Отпусти её. — рядом появился Дайнслейф, удивляя Итера ещё больше. — Будет лучше, если ты просто уйдешь, покинешь Тейват навсегда.       Его руки ослабли, глаза продолжали озлобленно смотреть на всех. Тарталья, Паймон, Ласточка, Дайнслейф и Люмин, никто не желал ему зла, сейчас каждый из них смотрел на бывшего принца бездны с сожалением.       Его родная сестра. На секунду он даже обрадовался за неё, то, что она смогла выбрать свой путь, в какой-то степени вызывало уважения. Прямо сейчас она улыбалась, ждала его слов.       — Нет! — его лицо приняло прежнее выражение. — Я обязан завершить начатое! Вы не сможете меня остановить! Я вас всех уничтожу!       Итер выдернул руку, выставил ладонь перед грудью своей сестры, зажмурил глаза, готовый выпустить поток энергии, но Люмин оказалась быстрее. Она так долго готовила себя к этому, так часто представляла данное событие в голове. По её щекам потекли слёзы, она продолжала улыбаться, хотела закончить всё на хорошей ноте.       Она подняла свой меч, выставила вперед. Обхватив Итера за шею, она крепко прижала его к себе, пронзая его грудь острым клинком. Брат издал болезненный стон. Она прорубила его насквозь, улыбка с лица пропала, лишь когда она почувствовала на своей руке вязкую жидкость.       Никто даже не пытался мешать. Тарталья и Паймон были шокированы от происходящего, Ласточка до сих пор была бес сознания, принять потерю любимого сможет лишь когда очнется, а Дайнслейф … этот загадочный мужчина был уже давно готов к смерти своего компаньона.       Люмин отошла назад, вытащила клинок из тела Итера. Дайнслейф подхватил близнеца, не позволяя ему упасть. Измученная душа Итера с радостью покинула уставшее тело.       Люмин отпустила свой меч, оружие со звоном упало на землю, давая понять, что битва закончена.       Дайнслейф аккуратно посадил Итера на землю, позволив ему опереться об останки какой-то постройки. Это место навсегда останется его могилой. Здесь всё началось, здесь всё и закончилось. Люмин выбрала убить. Это был самый подходящий для Итера конец. Она не плакала. Смотря на обездвиженное тело брата, она верила, что теперь он наконец-то сможет успокоиться, что её поиски наконец-то завершились.       Все молчали. Тарталья подошел к Люмин, дотронулся до её плеч, прекрасно понимая, что путешественнице нужна его поддержка как никогда. Тишина скорби продлилась недолго. Нужно было выбираться. Первой сдвинуться с места решила Люмин. Она сняла со своей головы цветок Интейват, подошла к своему брату, наклонилась, вложила цветок в холодную ладонь, как прощальный подарок. Поняв, что стоит в таком положении уже около трёх минут, она поднялась.       — Прости и прощай, я так и не смогла тебя понять …       Она развернулась. Медленно шагая, направилась в сторону врат. Хотелось поскорее вернуться домой. Тарталья подхватил Ласточку на руки, в последний раз взглянул на тело своего врага, Предвестник понимал, что это не та победа, о которой мечтала Люмин, понимал, зачем она ушла первая, понимал, почему по её щекам ручьём текут слёзы.        Дайнслейф решил задержаться. Все молча приняли решения, что похоронить Итера нужно прямо здесь. Никто кроме него не сможет выполнить эту задачу как следует. Он займется этим позже, когда Люмин будет готова, она обязана с ним попрощаться как следует, та ноша, которую ей предстоит нести в своем сердце никогда не станет легче.       Подняв с земли золотистый меч, Дайнслейф воткнул его в землю рядом с Итером, чтобы все знали, что он погиб в честном бою, даже если о его могиле будет знать лишь несколько человек.       Люмин шла не оборачиваясь. Слёзы огромными каплями собирались у подбородка и неприятно падали на испачканное платье, она старалась забыть всё произошедшее хотя бы на секунду, но не могла … окровавленные руки, крылья за спиной и вернувшаяся сила навсегда запечатали данное происшествие в памяти.       Подойдя к вратам, она остановилась и наконец-то позволила себе обернуться. Дайнслейф испарился, будто бы его и не было с ними на самом деле. Тарталья нёс на руках израненную Ласточку, а Паймон летела рядом, даже не решаясь заговорить.       — Ты как? — вопрос Предвестника эхом прозвучал у неё в голове.       Люмин неохотно улыбнулась, кивнула и махнула головой, прося Тарталью оставить её ненадолго одну. Спорить Предвестник не стал. Выйдя за врата, он посадил Ласточку на ближайший камень, а сам устало плюхнулся на землю.       Люмин смотрела вдаль. Тело Итера, словно неподвижная статуя, оставалось на месте, вокруг него были развалены, а за спиной красовалась алая луна. Всё это полностью и всецело олицетворяла всю его жизнь.       Вытерев руки о испачканное платье, путешественница приложила тыльную сторону ладоней к своим глазам и только после этого позволила себе выплакаться. Её крик был пугающим. Вся боль, обида и слёзы прямо сейчас выходили из неё. Она убила его. У неё не было выбора. Сестра убила собственного брата близнеца и теперь в этом мире осталась одна.

      «Прости меня, Итер. Я не смогла тебя уберечь»

      Как только Люмин вышла за врата, огромный механизм зашевелился. Проход закрылся, оставляя за собой огромный секрет, который когда-нибудь через сотни лет найдут путешественники, которые точно будут искать останки принца бездны, а возможно и не только его.       

———————————————

      Вернулись они вечером. Использовать карманный телепорт было замечательной идеей. Пока Тарталья относил Ласточку к лекарям, у девушки было около получаса, чтобы побыть наедине. Приняв душ и переодевшись в чистую одежду, Люмин вышла на улицу, присела на лавочку и уставилась в даль, в сторону пустыни, в которую она ещё долго не сможет вернуться.       На утро очнулась Ласточка. Узнав о смерти Итера, она долго не могла прийти в себя. Паника захватила её разум, оказавшись в другом мире совершенно одна, она совсем не понимала, что ей делать. Люмин и Тарталья договорились на время пристроить девушку у себя, найти ей хорошую работу, познакомить с миром Тейвата. Как оказалось, вернуть девушку в своё измерение было невозможно без Итера.       Постепенно жизнь возвращалась на круги своя. Сила света, которой снова завладела Люмин, благополучно осталась при ней. Видимо, в тот день она сделала правильный выбор, и хранительница небесного порядка просто сжалилась над ней, а возможно, просто ждет очередного приключение, в котором главной героиней снова окажется Люмин.       Через месяц девушка смогла прийти в себя. Взялась за первые поручения, иногда брала с собой Ласточку, приучала девушку к жизни в Тейвате. Ласточке все эти перемены дались с трудом. Лекарям удалось залечить её раны, лишь белесые шрамы на руках снова погружали девушку в тот кошмарный день. Жизнь в Тейвате была для неё загадкой, и лишь изучая этот волшебный мир, она загорелась желанием однажды получить глаз бога.       Паймон осталось всё такой же. Казалось, что жизнь феи совсем никак не поменялась, она была всё такой же вечно голодной, иногда глупой, но по-прежнему веселой.       Дайнслейфу удалось организовать Итеру достойные похороны. Люмин не смогла на них прийти, было слишком больно, было слишком страшно. Загадочный мужчина иногда приходил к ней, рассказывал о своих приключениях, говорил о своих планах, просил, чтобы Люмин прекратила путешествовать. Такие встречи проходили каждый два дня, пока однажды Дайнслейф не исчез по собственной инициативе. Эти встречи в любом случае нужно было как-то прекратить.       Тарталья стал более внимательным. Их совместная жизнь с Люмин намного улучшилась, в их семье появилось доверие, теперь уж они точно больше не будут ссориться. Кстати о семье. Тарталья не забыл своих слов. Однажды он вернулся домой с букетом цветов и дорогущим кольцом. Люмин не могла ему отказать, да и не хотела вовсе, наоборот, их союз наконец-то достиг того, о чём она искренне мечтала. Разговоры о свадьбе вызывали на лице Люмин непроизвольную улыбку, а разговоры о количестве гостей вызывали панику. У Люмин было уж слишком много друзей по всему Тейвату.       — Люмин? — Тарталья забрался на крышу своего дома.       Путешественнице сильно понравилось забираться на неё ночью, смотреть в небо, думать о прошлом, о будущем, о себе и своих друзьях. Предвестник снял с себя свой мундир, накинул девушке на плечи, сел рядом.       — Как думаешь, он сейчас смотрит на меня? — она ткнула пальцем в небо как маленький ребенок.       Тарталья слегка приобнял её, поцеловал в макушку, этот жест всегда успокаивал девушку.       — Думаю да, ты была ему уж слишком дорога.       — Что нас ждёт в будущем? — Люмин искренне жаждала получить ответ.       — Счастливая жизнь. — его лучезарная улыбка согревала даже в самые холодные ночи. — Ты, я, Паймон, огромный дом, куча денег и … несколько детей.       — Детей? А как же я буду путешествовать?       — Думаю, тебе пора заканчивать своё путешествие, мир спасён, теперь тебе точно ничего не угрожает. Я люблю тебя, Люмин.       Она смотрела в его голубые глаза и видела в них целую жизнь, эти глубокие океаны, словно омут, затягивали девушку с головой. Только сейчас она поняла, насколько же на самом деле счастлива. Этот путь оказался самым прекрасным из всех. Дальше её ждала целая жизнь, которую она с радостью пройдёт вместе с Тартальей, её жизнь наконец-то пришла в порядок, и этот порядок она с точностью и до мелочей будет стараться поддерживать.