Глава 10. Поиски Оли N
4 апреля 2023 г., 00:00
— Её зовут Оля N, — произнёс Нушрок. — У неё такой же галстук, как у тебя, была ещё одна девочка, точно такая же, но, думаю, главная тут была именно Оля N, ещё у неё родинка на правой щеке.
— Оля N, — задумчиво произнёс Волька. — А ты не знаешь, из какого она была города?
— Нет, — помотал головой бывший министр. Хоттабыч, ловивший каждое слово своего юного друга, тем не менее нашёл в себе силы бросить ехидный взгляд на Нушрока.
— Советский Союз огромен, — важно пояснил Волька. — Таких Оль могут быть тысячи!
— Я не знаю, — повторил с безнадёгой в голосе Нушрок, но тут же вскинул голову и посмотрел на подозрительно довольного джинна. — Может быть, тебе, старик, известно, как найти нужную Олю?
— О, чернейший из чернейших, откуда мне знать? — насмешливо спросил джинн.
Нушрок схватился за голову.
— Да полно вам, сейчас попробуем выяснить, где может жить эта Оля, — мальчик крепко задумался.
Проще всего было бы обратиться в одно из адресных бюро и за небольшую плату получить на руки список адресов. Но вот незадача, он ведь всего лишь школьник, хотя бы даже и пионер, слишком большая вероятность, что всерьёз Вольку никто воспринимать не станет, а то и вовсе попросят уйти. Было бы досадно. Конечно, оставалась ещё возможность решить проблему с помощью волшебства, но об одной мысли о стремительном взрослении у Вольки засосало под ложечкой. Хотя этого ещё не хватало, чтобы он, советский мальчик, испугался какого-то волшебства!
— Хоттабыч, а ты можешь сделать меня старше? — обратился Волька к джинну.
У Гасана Абдурахмана как-то нехорошо забегали глазки, Нушрок следил за ним тяжёлым недоверчивым взглядом.
— Да, свет очей моих! — воскликнул наконец старик, привычно вырвал два волоса из бороды и, мелко изорвав их, что-то прошептал.
Никаких магических изменений пионер в своём теле не ощутил, только вот подбородку и верхней губе стало как-то жарко. Бывший министр не сдержался и хохотнул, чем вызвал недовольство джинна, Волька потрогал лицо и нащупал пышную растительность.
— Это что, борода? — спросил он с негодованием. — Я ведь просил сделать меня старшее, а не бородатее!
— Видишь ли, услада глаз моих, — замялся старик Хоттабыч, — превращения молодых в стариков и обратно мне, увы, никогда не были подвластны. Зато мой младший брат Омар Юсуф ибн Хоттаб в этом чрезвычайно хорош!
— Так чего ты, балда, сразу не сказал?! — рассердился пионер, а Нушрок вновь стал серьёзен.
— А что такое балда, о мудрейший из мудрейших? — осторожно поинтересовался джинн, машинально расколдовывая пионера обратно, чему тот крайне обрадовался.
Волька с удовольствием потрогал вновь гладкий подбородок.
— Это значит «мудрец», — объяснил он, чтобы не обижать старика.
Джинн решил запомнить этот комплимент, министр же сидел, обхватив голову руками. На некоторое время воцарилось молчание, наконец Вольку осенило.
— Хоттабыч, — обратился он к старику, — можешь сделать так, чтобы мой голос звучал как у взрослого?
— Легко, мой милостивый господин! — старик даже ладони потёр от удовольствия. — Тем более я научился расколдовывать! Смотри!
И не успели Волька или Нушрок запротестовать, как джинн щелчком пальцев превратил бывшего министра в сороконожку и обратно, затем, посчитав, что этого недостаточно, он провёл последовательные превращения Нушрока в зайца, обезьяну, верблюда и даже гуся! Только Волька смог покончить с этой демонстрацией магических способностей. Нушрок после последнего превращения сидел на полу и с бессильной яростью смотрел на довольного старика. Ладно, ради спасения Анидаг можно было бы и потерпеть. Джинн между тем поколдовал над голосом Вольки, тот попробовал что-то произнести, из его горла вырвался забавный басок.
— Значит, пойдём выяснять, где может быть Оля N, — мужским голосом молвил пионер. — Только товарищу Нушроку требуется переодеться.
Хоттабычу очень не хотелось, чтобы министр выглядел, как он сам, и тогда Волька сбегал в родительскую комнату, откуда вернулся с фотокарточкой отца. Вскоре из подъезда вышла интересная троица: мальчик тринадцати лет, вместе со стариком в парусиновом костюме и мрачного вида гражданином в белой рубашке, однобортном пиджаке из чёрного бостона, широких брюках такого же цвета с ремнём, на ногах у неизвестного были штиблеты. Троица направилась на поиски ближайшей телефонной будки. По дороге Волька разменял трёшку на шесть пятиалтынных, купив стакан воды с сиропом. Джинн и Нушрок отказались разделить с ним радости приобщения к сладким напиткам. В телефонную будку пионер зашёл один, оставив своих товарищей сторожить снаружи. Что, возможно, было сделано зря, так как, заметив небольшую очередь, к ним инстинктивно стали присоединяться другие граждане, которым позарез нужно было куда-то позвонить.
Волька опустил один пятиалтынный в прорезь для монет, затем набрал номер Центрального справочного бюро, 4-01-80. Послышались гудки. Гражданка на другом конце провода долго не могла понять, зачем гражданину адрес школьницы Оли N, тогда Волька, сообразив, что уместнее было бы придумать другую причину, затараторил:
— Старая боевая рана, забываю много. Я ищу товарища по фамилии N, с которым мы вместе служили в Красной армии. Я не местный, приехал в командировку и захотел старого товарища повидать, помню, что у него дочь Оля есть, а самого его имя запамятовал.
— Ну так бы сразу, ждите! — и потянулись минуты ожидания, за которые Волька каждые три минуты скармливал аппарату очередную монетку.
— Записываете? — послышался строгий голос.
Волка послюнил химический карандаш, который всегда носил с собой.
— Да, записываю! — сказал он как можно более солидно.
И оператор затараторила, он едва успевал записывать адреса, благо во всей Москве оказалось всего пятнадцать человек, которые носили гордую фамилию N. Выйдя из будки, школьник столкнулся со шквалом негодования.
— Безобразие так надолго занимать аппарат!
— Тут, между прочим, старики и дети!
— Ни стыда, ни совести!
Волька поспешил увести своих спутников от толпы, помня об них нетерпеливом нраве. А граждане, оставшиеся у телефонной будки, внезапно осознали, что, собственно, звонить им и не особо нужно. Вскоре все разошлись.
***
Наши друзья начали поход по адресам, и тут впервые Волька изменил своим принципам и воспользовался деньгами, которые ему наколдовал Хоттабыч. Всё же на такси дело с объездом адресов продвигалось быстрее. По дороге джинн снял с него заклятье мужского голоса, чему школьник был несказанно рад. По первым пяти адресам никого подходящего под Олю N не было, на шестом адресе их встретил небритый мужчина, который отсыпался после смены и был крайне недоволен визитом неизвестных. И тем не менее Оля у него имелась, так звали его жену, которую он позвал протяжно: «Ооооллллль». Едва взглянув на кареглазую толстушку, Нушрок покачал головой: не она! Волька извинился за беспокойство. Ещё по двум адресам тоже неудача, таксист, который возил их, был просто счастлив — ох и удачная выдалась смена! Кстати, сговорчивость граждан, идущих на контакт с незнакомцами, объяснялась прежде всего тем, что Хоттабыч их специальным заклятьем делал чрезвычайно лояльными. Наконец, на восьмом адресе, дверь им открыла симпатичная пожилая женщина, Хоттабыч приосанился и щёлкнул пальцами. Внезапно старушка ощутила необыкновенную симпатию ко всем трём незнакомцам, но в особенности к импозантному старику. — Здравствуйте, скажите, а Оля N, случайно, не здесь живёт? — спросил с улыбкой Волька. — Мы с товарищами ищем её, чтобы отдать тетрадь и книжки, которые она потеряла в парке. — Ах, вот оно что? — старушка всплеснула руками и, не удержавшись, засмеялась. — Надо же, какие совпадения! Пройдёмте, товарищи, я вам покажу нашу Оленьку. Все трое разулись на пороге и последовали за женщиной, она привела их в комнату, но перед тем, как впустить, попросила передвигаться на цыпочках и громко не разговаривать. Волька кивнул и строго посмотрел на джинна с Нушроком, те тоже кивнули. Только все предосторожности оказались напрасны, Оля N не спала, она мирно лежала на кровати, обложенная подушками, и улыбалась. — Вот и наша Олечка! — заворковала женщина, поднимая закряхтевшую девочку на руки. Нушрок стоял как громом поражённый! Он узнал эти пронзительно-голубые глаза и родинку на правой щеке, но как же получилось, что девочка выглядела на пару месяцев, а не на одиннадцать лет? — Да это не та Оля, — проговорил он помертвевшим голосом. Волька зачарованно смотрел на младенца, вообще такие малявки ему никогда не нравились, только и делают, что орут, но эта малышка была очаровательной. Несколько смутившись собственной сентиментальности, он принялся прощаться. Старушка им кивнула, затем попросила самостоятельно закрыть за собой дверь, так как она занята внучкой, Волька пообещал всё сделать. На улице они отпустили таксиста, заплатив ему то, что причиталось, плюс десятку сверху. Нушрок в изнеможении опустился на ближайшую лавочку. — Это конец! — произнёс он, обхватив руками голову. — Сколько мне ждать, пока ваша Оля вырастет?! За это время с моей дочерью может случиться всё, что угодно! Тут даже Хоттабыч не стал дразнить Нушрока, напротив, он сел рядом и бросал на него сочувственные взгляды. Волька же с отчаянием думал: как он объяснит родителям, что в их квартире на одиннадцать лет поселится бывший министр из сказочного королевства? Да, было с чего впасть в отчаяние! Но тут Хоттабыча осенило. — Если позволишь, Нушкер, — он продолжал коверкать имя Нушрока, не из вредности, а, скорее, по привычке, — то я бы мог попробовать одну вещь. — Какую? — бывший министр отнял от лица руку.***
Хоттабыч первым делом перенёс их куда-то в глушь, затем, взяв за руки Нушрока, впал в состояние, близкое к трансу. Вокруг поднялся ветер и в небе засверкали молнии, Волька с министром слушали, как Хоттабыч начал вещать чужим утробным голосом, при этом глаза его совершенно закатились. — Зеркало… зеркало в тяжёлой раме… лежит в магазине… в это зеркало должен войти чёрный человек, если хочет попасть домой… Внезапно всё стихло, Хоттабыч выпустил руки Нушрока и затрясся всем телом, Волька перепугался, но благо вскоре старик успокоился и открыл глаза, непогода тоже улеглась. — Всё просто, друзья мои, если Нушкер желает вернуться к себе, ему всего-то нужно войти в зеркало. — Какое зеркало? — спросил министр, сжимая кулаки. — То, которое я видел, — важно пояснил старик Хоттабыч. — Не беспокойтесь, я его узнаю. — Теперь проблема за малым, — упавшим голосом проговорил Волька. — Найти в Москве нужное зеркало.
