Эй, Миледи!

      В комнате было тихо. На улице уже смеркалось, и подруги с нетерпением ждали звонка в дверь. Друзья должны были прийти с минуты на минуту.       Тишина, однако, не угнетала. Лена спокойно сидела на подоконнике, читая книгу и поглаживая Байта. Сначала сюжет казался скучным, смысл отказывался задерживаться в голове, но спустя пару глав произведение затянуло. Лишь время от времени девушка отрывалась от страниц, поглядывая на подругу.       Ксюша уже больше двух часов сидела над компьютером, что-то печатая. На вопрос Васнецовой, что она делает, только вздохнула с грустной улыбкой и ограничилась лаконичным ответом:       — Для самоуправления.       Два раза она отходила на кухню за чаем, но Лене это мало о чем говорило.       Тишину нарушали только стук клавиш клавиатуры и звук новых сообщений. Изначально, когда Лебедева только увидела уведомление от Маргариты, хотела проигнорировать его. Но совесть негодующе всколыхнулась уже через десять минут. Раевская писала ей очень редко, предпочитая делать все самостоятельно. Да и к тому же обе считали себя, если не подругами, то очень хорошими знакомыми.       Решение помочь ей пришло достаточно быстро. Ксюша лишь на пару секунд задумалась стоит ли оно того, если сама же решила ничего для самоуправления не делать? Но голос внутри все же всколыхнулся, рассуждая, что она помогает в первую очередь Рите, а не самоуправлению и Светлане Михайловне. Такой аргумент немного успокоил задетую когда-то гордость.       Лена не противилась, уже давно привыкнув к такому образу жизни подруги. Ксюша всегда была чем-то занята. Даже на каникулах. К тому же немного отдохнуть от круглосуточного общения, хотя бы на пару часов молчания, было не плохо.       Лебедева уронила голову на руки и обреченно вздохнула. Переписывала один и тот же абзац в третий раз. Информацию для третьего класса, а именно для них она сейчас делала презентацию, нужно было правильно преподнести. Просто сухой текст, который предлагали большинство сайтов, не подходил.       — Ведьма, — Васнецова потянулась, зевая. — Я на кухню, чайник поставлю. Ребята скоро придут.       Девушка согласно замычала, не отрываясь от работы. Наконец-то появилось вдохновение и идея как правильно составить предложение. Дело сдвинулось с мертвой точки, а пальцы чаще застучали по клавиатуре.       Понятие времени снова исчезло, так что Ксюша не могла точно сказать через сколько в квартире послышался звонок. Может прошло пять минут, а может и все двадцать. Это стало неожиданностью, заставившей вздрогнуть всем телом и глянуть на часы. Друзья, как и обещали, пришли к пяти.       Лебедева вышла из комнаты и замерла в дверях, наблюдая, как Лена впускает их в квартиру. Ребята поздоровались недружным хором. Ксюша приветливо махнула рукой.       — Идите на кухню, пара минут и я подойду.       Она быстро вернулась в комнату, вновь садясь за компьютер.       Кира и Арт переглянулись, одинаково нахмурившись. Взгляд подруги был знакомым. Слишком знакомым. Уставший и будто бы рассеянный. Да и сам вид девушки оставлял желать лучшего. Будто они снова вернулись в ноябрь, когда Ксюша брала огромное количество ненужных заданий, взваливала на себя ношу, которая была раза в четыре больше, чем она сама. А потом ходила настолько уставшая, что фраза «пристрелить чтоб не мучилась» казалась лучшим вариантом.       Возвращать то время не хотелось, но только сейчас Кира отчетливо поняла, что оно еще не прошло. Ксюша все так же брала дополнительную работу, что-то делала помимо школы. Конечно, теперь этого было меньше, о чем говорил посвежевший вид, но этого все равно было мало чтобы пропали круги под глазами, а усталость от постоянных однотипных заданий исчезла. К тому же падение в шахты и становление королевой отнюдь не способствовали отдыху.       Лебедева слишком умело прятала свои проблемы за маской спокойствия, веселости и расслабленности в кругу друзей. Такой пустой ее удавалось увидеть крайне редко. А сейчас, когда Кира вдруг все это осознала, раздражение в ней всколыхнулось почти сразу. Не на подругу, а на ее пренебрежение своим здоровьем. На ее ненужную жертвенность. На стремление взять кучу работы. И возникал вопрос: зачем? Зачем ей столько заданий?       Выяснить ответ нужно было прямо сейчас.       — Что она делает? — Сменкина повесила куртку и повернулась к Лене.       Васнецова пожала плечами и глянула на девушку. Очень четко уловила вмиг изменившееся настроение и теперь пыталась понять что же стало причиной.       — Какую-то презентацию. Кажется, для школы.       Кира нахмурилась и, рывком стянув сумку, всучила ее Вику. Он опешил, но вещь сестры все же быстро принял. Парни только переглянулись. Во взглядах читались одинаковые сомнения и немые вопросы. Стоило ли идти за подругой? Насколько радикально она будет действовать? Нужна ли Ксюше помощь?       Сменкин качнул головой и кашлянул.       — Наверное, пойдем на кухню? — с сомнением уточнил он и глянул на друзей.       — Ви-и-ик, — протянул Фил. — А Кира ее не убьет?       — Будем надеяться, что нет, — Мещеряков подтолкнул друга в сторону кухни. — Кира не такая…       — Не такая, — эхом отозвались Сменкин и Черных.       — Не такая, но такой стану я, если вы сейчас же не пойдете на кухню, — встряла Лена.       Такой реакции парней она не понимала. Точно так же как и не понимала действий Киры. Ну подумаешь, что Ксюша чем-то занята, зачем ее доставать? Конечно, ее уставший и в минуты молчания подавленный вид тоже настораживал Васнецову, но ничего критичного она не замечала. Если Лебедева говорила, что справиться с этим сама, то и трогать ее лишний раз Лена не хотела. Хорошо знала ее, понимая, что так с ней и разругаться можно. Однако, если Ксюше нужна была помощь или поддержка, Васнецова бы без раздумий стала бы рядом с подругой.       Вот только над Кирой у Лены власти не было, точно так же как и кидаться к ней с советами не стоило. Видела, что дружба этих двоих была уникальной. Вклиниваться не хотелось. Да и девушка прекрасно понимала, чем может закончиться ее вмешательство в решение Сменкиной. Сама была такой же — точно разругаются и испортят всем вечер.       — Я не для того чайник третий раз ставила, — под пристальным взглядом Васнецовой парни цепочкой поплелись на кухню.       У Ксюши было подозрительно тихо, когда Кира зашла к ней. В комнате царил полумрак, нарушаемый только светом фонарей из окна и горением лампы на столе. Лебедева что-то быстро печатала, время от времени перескакивая на нужные вкладки.       Сменкина демонстративно громко откашлялась, всем своим видом выказывая недовольство. Девушка вздрогнула и обернулась. Светлые брови удивленно поползли вверх: не думала, что подруга пойдет за ней.       — Что-то случилось?       — Это ты мне лучше скажи, — Кира сделала шаг в ее сторону. — Что ты делаешь? — вопрос прозвучал без наезда, но Ксюша только повела плечом.       — Кир, мне осталось пара слайдов, и я…       — Закончишь? Я угадала?       — Да. И я закончу.       Сменкина обреченно и рассерженно застонала, глядя, как Лебедева отворачивается к ноутбуку. Уровень раздражения поднялся на несколько градусов. Девушка подошла к подруге и, взявшись за спинку кресла, покатила его в сторону выхода.       — Что? Куда?.. — Ксюша даже не успела толком понять, что происходит, но тут же ногами попыталась упереться в пол.       — На кухню!       — Кира-а! Мне немного осталось! — в голосе мелькнуло недовольство, которое Сменкина тут же уловила.       — Напомни-ка мне, почему ты вообще этим занимаешься? — постепенно теряя самообладание, уточнила она. — Это же для самоуправления, да?       Сначала хотела провести этот разговор спокойно, но встреча с Ксюшиной упертостью все испортила. Она редко показывала эту свою сторону, но когда такое случалось Лебедеву практически невозможно было переспорить.       — Да.       Ксюша немного подалась назад, когда Кира неожиданно возникла перед ней, упираясь руками в подлокотники. Нависла над ней, рассержено хмурясь и отрезая все пути побега. А ведь Лебедева бы попыталась улизнуть от разговора. Это понимали обе.       — И почему ты им помогаешь? Ксюша, мы же уже гово…       — Потому что, — уперто перебила Лебедева. — Рита попросила помочь, мне не сложно. Это раз. Два, мне все равно было нечем заняться… Это вообще напоминает мне допрос!       — Ксюш, мы договаривались! Ты себя со стороны видела? Трупы и те живее выглядят.       — Кир, я понимаю…       — Нет! Ничего ты не понимаешь! — голос Сменкина не повышала, но говорила достаточно громко, заставляя подругу отводить глаза и чуть хмуриться. — Думаешь, мне, или Филу, или кому-то еще из ребят нравится смотреть, как ты себя тупо изводишь?       — Нет, но…       — Лебедева, ты бываешь невыносима, — все сильнее распалялась Кира. — Вертишься, как белка в колесе. Не слушаешь никого вокруг, и даже когда тебя выперли из самоуправления, продолжаешь помогать им!       — Кир! — Ксюша повысила голос, наконец возвращая внимание подруги. — Все правда нормально. Я привыкла к таким нагрузкам и мне нравится, когда есть так много заданий.       — Миледи, мы переживаем за тебя, слышишь ты или нет? — Сменкина сделала шаг назад.       Лебедева замерла и во все глаза уставилась на подругу. Знала бы она, насколько важны были ее слова! И Фил, и Арт, и Кира, и Вик неоднократно доказывали своими действиями слова девушки. И Ксюша искренне пыталась отплатить им тем же. Была рядом в трудные моменты, находила слова поддержки, вставала на сторону в любом споре, даже если он заведомо был проигрышным. Ребята были ее семьей.       Но почему-то слова — именно слова Киры, произнесенные в потоке эмоций — открыли глаза на отношение к ней. Лебедева была им дорога так же, как и они были дороги ей. Не нужно было притворяться сильной, не нужно было что-то делать чтобы привлечь их внимание, не нужно было стремиться угодить. И поняла она это уже давно. Определенного момента не было. Ксюша просто перестала краситься на их встречи, не стеснялась каких-то комментариев, начала доверять на сто десять процентов из ста.       Но только сейчас она это в полной мере осознала. Осознала всю глубину.       Кира стояла напротив, внимательно вглядываясь на быстрые перемены в лице подруги. Ксюша подняла на нее взгляд. Сменкина оставалась самой собой и сейчас, в полумраке комнаты. Но что-то неуловимое поменялось в ней для Ксюши. Возможно, взгляд. Пускай раздражения было больше, но тревога в нем прослеживалась теперь особенно отчетливо.       — Ты права, — голос сорвался на шепот, но она не могла сказать из-за чего именно.       Кира удивлено подняла брови. Переспорить Ксюшу, когда та занималась любимым делом, было невозможно. Что же поменялось сейчас?       — И в чем же?       — Я… — Лебедева повела плечами и глубоко вздохнула, словно пытаясь перебороть себя. — Я действительно много на себя беру. И устала. И…       Ее начавшуюся тираду прервал визг. Подруги одновременно оглянулись в сторону дверей и подорвались с места. Визжала определенно Лена.       Всего за пару секунд, что Ксюша бежала на кухню, в голове пронеслись тысячи мыслей и причин для визга. И ни одна из них не была положительной. Вдруг это снова вернулась Саламандра, о которой девушка успела сто раз забыть? Или очередная ерунда, выбравшаяся из игры?       В поднявшейся суматохе, которая царила на кухне, ни Кира, ни Ксюша сначала не поняли, что произошло. Вик, Арт и Фил носились по комнате, пока Лена, стоя у окна, держала перед собой половник.       Байт прыгал рядом на подоконнике, громко мяукая. А Крип летал по кухне, уворачиваясь от рук парней. Девушки переглянулись. Фамильяр, заметив хозяйку, подлетел к ней.       Лебедева молча поджала губы и посмотрела на Васнецову. Та все так же не опускала половник, видимо, опасаясь Крипа. Стояла с широко распахнутыми глазами и не сводила с него взгляда.       — Лен… — начала было Ксюша, но замолчала, не зная, что придумать.       Вот они снова попадают в ситуацию, где рассказать правду оставалось единственным вариантом. Невозможно было объяснить наличие Крипа как-то иначе. Как-то соврав. В классе, когда у них только появились фамильяры, пришлось принимать вагон лжи и три вагонетки дипломатии, чтобы одноклассники выдохнули и отстали с расспросами.       А Лене не хотелось врать. И так их дружба давно превратилась в вереницу обмана со стороны Лебедевой. Васнецова была последней, кто этого заслуживал.       Девушка вздохнула, набираясь сил сказать правду. Лишь бы их это не рассорило… На немое предложение друзей помочь и вступить в разговор, она отрицательно качнула головой.       — Это… что? — наконец спросила Лена, перебивая подругу и шумно выдыхая. Поза менее напряженной не стала.       — Это Крип, — Ксюша обернулась на зверька и дернула плечом. — Фамильяр Киры… — неуверенно продолжила.       Мысли разбегались. Она просто не знала, с какого края хвататься за эту ситуацию и как правильно объяснить все Васнецовой.       — Кто? Какой еще фамильяр?!       — Ну, как в Lord Mobile, — встрял Черных, своим веселым тоном пытаясь немного разрядить обстановку. Однако все в комнате различили наигранность.       — Ага, типа того, — Ксюша кивнула. — И Байт оттуда же.       — Откуда? — несколько раздраженно и пугливо спросила девушка, покосившись на кота.       — Из игры.       Слова вдруг полились сами. Лебедева вспоминала все, начиная с середина сентября — момента ее приезда в Питер. Подробно объясняла почти все мелочи, свои школьные пропуски, игнорирование сообщений.       Лена постепенно опускала половник, внимательно слушая подругу. Почти не перебивала ее, лишь иногда задавала уточняющие вопросы. Ребята тоже вмешивались в ход повествования, добавляя что-то от себя.       На весь рассказ ушел почти час, хотя по внутренним часам девушка могла с уверенностью сказать, что никак не меньше пяти. Весь рассказ друзей плохо укладывался в голове. Это больше походило на шутку, плохой розыгрыш. Однако вместе с тем, скорее на интуитивном уровне, верила каждому их слову. Теперь становились логичны действия подруги, ее внезапная болезнь почти на две недели, постоянные перешептывания.       И все же нестыковок было больше.       — И каким образом все это происходит? — задала она вопрос, когда Лебедева замолчала.       — Что именно? — не поняла девушка.       — Как вы попадаете в эту игру? Где она находится? Должно же быть материальное место, где она существует. И как осуществляется этот переход?       — Я тоже задумывался над этими вопросами. С научной точки зрения это невозможно, — тут же принялся разъяснять Вик. — Но в реале это работает…       Васнецова увлеченно слушала парня, подкидывая новые вопросы и рассуждая сама. А Ксюша только облегченно оперлась плечом о стену. Лена не злилась. Отнеслась с удивительным пониманием и доверием. Не приняла их за сумасшедших и теперь только задавала вопросы, пытаясь сильнее в этом разобраться.       Арт, который теперь стоял к ней ближе всех, подбадривающе положил руку ей на плечо и улыбнулся.

***

      Новый год наступил быстро. Праздник давно уже мельтешил на пороге, но, по меркам Лебедевой, все равно пришел неожиданно. Только открыв с утра глаза, девушка почувствовала это в воздухе.       На кухне из колонок кричала рождественская мелодия и слышались веселые голоса. Ксюша сбросила с себя одеяло и рывком встала с кровати. Дверь в комнату была приоткрыта, она вышла в коридор.       По коже пробежали мурашки. Скорее всего где-то было открыто окно: по ногам тянуло холодом. Но это были незначительные мелочи. Ксюшу постепенно охватывало предвкушение, ловко переплетенное с нетерпением. Последний день в году уже с утра ощущался особенно.       Лебедева обожала праздники. Предпраздничная суета, царившая среди всех, придавала дню еще большей значимости. У всех было одинаково поднятое настроение, создававшее свою непередаваемую никакими словами атмосферу. Каждый год она была разной.       В коридоре девушка остановилась. Мама, весело посмеиваясь, натягивала шапку. Сейчас со стороны она могла показаться старшей — всего на пару лет — сестрой Ксюши. Волнистые волосы были распущенны и аккуратно уложены. Черная пока что не застегнутая куртка скрывала деловой зеленый пиджак в тон брюк.       Сейчас мама выглядела моложе своих лет. Девушка же в свою очередь не могла понять от чего именно. То ли дело было в хорошем макияже, то ли в сверкающей улыбке, то ли…       — Доброе утро, Ксюша, — Виталик чуть шире приоткрыл входную дверь и улыбнулся.       — Угу, доброе, — девушка кивнула и даже выдавила подобие улыбки.       Портить настроение в канун Нового года не хотелось ни себе, ни окружающим. Но зато теперь становилось понятно, почему мама была такой радостной. Словно бы вся светилась изнутри.       Да и вообще Ксюша не знала, как следует себя вести рядом с маминым ухажером. Последняя их встреча закончилась не очень радужно. Вряд ли они были довольны ее откровенным побегом.       — Ксаночка! — Ольга всплеснула руками и обняла дочь, потрепав ее по щеке. — С наступающим тебя!       — Спасибо, мам, и тебя тоже, — Ксюша улыбнулась и обняла ее в ответ. — Вы куда идете так рано?       — Рано? — рассмеялся Виталик. — Скоро уже смеркаться будет.       Лебедева кинула взгляд на часы. Начало второго. И почему Лена не разбудила ее?       — Нас пригласили на праздник, — Ольга застегнула сапоги и чмокнула дочь в щеку. — Ты же вряд ли захочешь с нами ехать, верно?       — Да уж, не сильно хочется.       — Вот и ладно, — мама улыбнулась и махнула рукой. — Мы поехали за подарком. Часа через два вернемся и на праздник.       Дверь захлопнулась, а Ксюша, пребывая в смешанных чувствах направилась на кухню. Байт скакал на подоконнике, выпрашивая еду у Ленки. Девушка никак не реагировала на кота, продолжая пританцовывать у плиты.       Лебедева упала на стул, тряхнув копной волос. Кот приветственно мяукнул и поспешил запрыгнуть к ней на колени. Комната тут же заполнилась громким мурчанием. Ксюша тихо засмеялась, проводя рукой по гладкой рыжей шерсти.       Злости на маму она почти не испытывала. Сегодня был Новый год, начинать его с негативных эмоций совершенно не хотелось. Загнав еле ощущающуюся обиду поглубже в себя, девушка глянула на Лену.       — Доброе утро, — весело улыбаясь, поздоровались подруги одновременно.       Переглянулись и громко рассмеялись от слаженности. Такое случалось редко, но метко.       — Утро? Уже спать пора ложиться, — фыркнула Васнецова.       — Так чего не разбудила?       Лена сделала огонь поменьше, накрыла кастрюлю крышкой и подошла к чайнику. Включив его, она наконец села рядом с Ксюшей.       — Я будила. А ты спала.       — Зато выспалась, — хохотнула девушка. — Тебе помочь может чем-нибудь?       — Да не, уже почти все готово. Сейчас только с завтраком разберемся.       Лебедева смотрела, как подруга крутится у плиты. В груди разливалось приятное чувство благодарности и любви к ней. Ленка была настоящей подругой, и Ксюша была счастлива, что дружит с ней. Пускай Новый год она и не проведет с мамой, дорогой человек рядом, на которого всегда можно положиться в любой момент, все равно будет рядом.

***

      Утро началось для Черных рано. Неприемлемо рано. Мама разбудила его часов в восемь утра. Фил ворочался под одеялом, пытаясь вернуть остатки сна, но распахнутые шторы пропускали свет, который нагло падал ему на лицо.       Только громкое уведомление на телефоне заставило подскочить. Новый год! Как он спросонья мог забыть о таком?       На кухне, куда Фил направился первым делом, уже кипела жизнь. Гостей в этом году у них должно было быть особенно много. Его крестный с женой, Виталик с Лебедевой-старшей и, конечно, Ксюша.       Папа чистил картошку, сидя за столом, пока мама хлопотала у плиты и духовки. Черных-младший тихо усмехнулся — кто бы мог поверить, что его родители уже сегодня вечером будут выглядеть абсолютно иначе. Вместо наспех сделанных причесок — профессиональные укладки, вместо домашней одежды — красивые костюмы. Этот контраст между утром тридцать первого декабря и его вечером из года в год был одинаковым.       — Доброе утро, милый, — поздоровалась Оксана, вытирая руки полотенцем. — Мой руки и садись помогать папе. Завтрак будет через полчаса минимум.       — Ага. Пять минут.       Следующие несколько часов Фил упорно помогал родителям на кухне. Пускай в готовке он был профаном (до Ксюши, конечно, далеко, но все же), но время проведенное с семьей все равно было в радость. Не так часто у них удавалось позаниматься вместе даже такими простыми вещами, как готовка.       Праздники он ценил особенно сильно. Во-первых, конечно же, из-за отмены уроков. Свободного времени появлялось уйма. У родителей тоже — и это было во-вторых. Почти все праздники они проводили вместе. А этого Нового года парень ждал сильнее всего.       — Мам, я полчасика отдохну, а? — Черных отложил нож и откинулся на спинку стула.       — Конечно, милый. Я тебя позже позову, — женщина поцеловала сына в лоб и продолжила доставать приборы.       — А еще огурцов нарезать? — осадил его отец, но под недовольным взглядом жены стушевался. — У тебя двадцать минут.       Фил хохотнул и кивнул головой. Почти бегом поспешил в свою комнату. Взяв телефон с зарядки, парень рухнул на кровать и тут же набрал вызубренный номер. Лежа на спине и рассматривая светлый потолок, Черных считал тихие гудки.       Ксюша ответила почти сразу.       — Привет, — ее звонкий голос, заставил улыбнуться. — С наступающим!       — Доброе утро, миледи! Тебя тоже. Ну как ты там? Готова уже?       — К Новому году? — уточнила девушка, убавляя музыку. — Да вроде бы да.       — А не к Новому году?       — В смысле?       Лебедева отодвинула Байта, падая на кресло. Это была особая привычка Фила, которая раньше ужасно раздражала, но сейчас девушка к ней привыкла, говорить полунамеками.       — Тебе мама ни о чем не говорила?       — Они с Виталиком планируют пойти к кому-то в гости. За подарком поехали.       — И все?       — Ну, Фил! Не томи, что случилось?       — Миледи, это мы их к себе пригласили.       На несколько секунд повисла тишина. Черных терпеливо ждал, пока до его девушки верно дойдет информация.       — Чего? — наконец выдала Лебедева, уставившись в пространство перед собой.       — Ну вот так. Родители пригласили Виталика и его новую девушку. Это же твоя мама, верно?       — А откуда твои родители знают Виталика и маму? — все так же не понимала девушка, склоняясь к тому, что Черных ее просто разыгрывает.       — Миледи, ну что за вопросы, — расхохотался Фил. — Не поверишь, но даже я знаю Виталика. Высшее общество очень тесно общается между собой, чтоб ты знала, — с напускным пафосом произнес парень, продолжая посмеиваться.       — Офигеть, — выдохнула девушка и кивнула сама себе. — Ладно, я сейчас все решу и перезвоню.       Ксюша повесила трубку и ошарашенно уставилась на Байта. Таких поворотов от судьбы она точно не ожидала, но точно была не против. Даже в мыслях девушка не могла предположить, что будет отмечать этот Новый год с Филом. Во всяком случае, сейчас представлялась такая возможность.       Лебедева быстро набрала маму и так же быстро затараторила, пытаясь убедить ее взять их с Леной на этот вечер к Черных. Ольга явно удивилась, но вместе с тем, судя по голосу, и обрадовалась.       — Лен, — крикнула Ксюша, повесив трубку. — Собирайся, мы Новый год у Фила отмечать будем!

***

      Лебедевы, Виталик и Васнецова стояли перед дверью. Виталик пару раз нажал на звонок. Через пару секунд раздались быстрые шаги. Дверь открыла Оксана Черных, тут же приглашая всех в дом.       — Виталик, привет, — женщина чмокнула друга в щеку. — Оленька, чудесно выглядишь! Разувайтесь, проходите.       Ксюша быстро стянула куртку и расшнуровала ботинки, стоило ей поднять взгляд, как улыбка сама появилась на лице. Прислонившись к стене, в дверном проеме стоял Фил, наблюдая за ее действиями.       Щеки зарделись румянцем. Иногда у девушки мелькали мысли, что эта дурацкая особенность будет преследовать ее всю жизнь, особенно, когда она оставалась рядом с Черных. Стоило хоть немного смутиться — краска на лице выдавала с головой.       Парень широко улыбнулся и сделал шаг к Ксюше. Мягко обнял ее, стараясь не помять светлое платье и не задеть аккуратно уложенные волосы. А вот Лебедеву это, казалось, совершенно не волновало. Она прильнула к нему, крепко обнимая, и, пока никто не видел, оставила невесомый поцелуй на щеке.       — Оксаночка, — раздался голос матери рядом, — а где у вас руки можно помыть?       — Мам, прямо по коридору, первая дверь слева, — подсказала Ксюша.       Стоило женщине немного отойти, Виталик повесил куртку Лены и повернулся к подросткам. Взгляд хитро скользнул по сцепленным рукам, но мужчина промолчал.       — Часто тут бываешь? — улыбнулся он, обращаясь к Ксюше.       — Периодически, — уклончиво ответила девушка и, взяв Лену под руку, потянула их с Филом в гостиную.       Лебедева не могла точно сказать, как проходил вечер. Вроде бы и тянулся долго в ожидании полуночи, а вроде бы летел сломя голову. Подростки сидели вместе с одного края стола, весело болтая о всем подряд.       Черных галантно наливал девушкам напитки, и это, пожалуй, выглядело бы очень аристократично, если бы Фил не был Филом. Пока взрослые, восторженно ахали от воспитанности детей, парень кривил такое смешное лицо, что Лене и Ксюше стоило огромных усилий не смеяться в голос. Лебедева склоняла голову вниз, делая вид, что смущается от такого внимания, и закусывала губу. Смех скручивал горло, так что приходилось откашливаться. Черных участливо похлопывал по спине, из-за чего откашливаться приходилось уже Лене.       За столом стоял приятный шум. Столовые приборы стучали о тарелки, на телевизоре шла излюбленная программа «Голубой огонек», все громко говорили на разные темы и смеялись.       Лена толкнула подругу под столом, когда Фил отвернулся к крестному. Лебедева повернулась к Васнецовой и вскинула брови в немом вопросе. Девушка только кивнула в сторону. Ксюша проследила за направлением и столкнулась взглядом с Виталиком. Мужчина подмигнул ей, улыбнулся и поспешил обратиться к Ольге. Только уши еле заметно покраснели.       Он видел, как переглядываются Ксюшка и Фил. Как парень зачарованно смотрит на нее, ловя каждое слово и каждый жест. Следит искрящимся взглядом за ее улыбкой, сам при этом улыбаясь шире некуда. Подмечает мелкие детали: рыбу не ест, а вот салат наоборот очень даже.       И она ему таким же внимательным взглядом отвечала. Из-под ресниц поглядывала, как Черных руками машет, что-то рассказывая. С каждой шутки смеялась, будь она даже самой глупой. За мимикой и глазами его голубыми следила.       Видел это все Виталик, но никому, даже Оле, на это не указывал. Смотрели они друг на друга глазами счастливых и влюбленных людей. Так и он на Олю смотрел.       Мужчина весело хмыкнул, когда с Лебедевой-младшей взглядами пересеклись. Как бы против она не была настроена, подружиться ему все равно с ней хотелось. Ксюша отвернулась обратно к Лене и дернула плечом.       Время спешило дальше, и уже совсем скоро Сергей Черных взял пульт, начиная переключать каналы. Традициям никто не изменял: нужно было послушать речь президента и под бой курантов загадать желание.       Громким хором все за столом отсчитывали последние секунды перед громким боем курант.       — Три! Два! Один!       Ребята подскочила на ноги, желая быстрее остальных чокнуться своими стаканами. Взрослые засмеялись, тоже поднимаясь со стульев. Раздался характерный звон стаканов.       Лебедева в упор смотрела на экран телевизора, который со всей возможной цветовой палитрой, передавал часы на Спасской башне. Про себя быстро загадывала желание.       «Пусть игра, наконец, закончится! Мы победим Моргарта, и все будет хорошо! И ребята пусть всегда будут рядом! И мама!» — формулировать мысли в одно четкое желание было сложно. Все, чего хотелось, крутилось в голове одним сплошным ураганом. Получались только короткие предложения.       Двенадцатый бой завершился, и Ксюша почти залпом допила свой бокал шампанского.       — Ну что, детвора? — хлопнул в ладоши Олег и поставил стакан на стол. — Салют устраиваем? — Ксюша, Лена и Фил тут же закивали головами, вылетая из-за стола. — Айда на улицу!       И взрослые, и дети собрались и вышли на улицу в считанные секунды. Пока все обувались и выходили в коридор, Ксюша быстро проверила подарок в кармане для Фила. С Леной они договорились обменяться ими уже дома, в свой атмосфере без посторонних людей.       На улице срывался небольшой снег. Огни ярко горели, заставляя падающие снежки искриться в воздухе. Лебедева отошла поближе к Филу. Васнецова хитро глянула на нее и только покачала головой, не переставая улыбаться.       Установка фейерверков не заняла много времени. Уже через несколько минут вся улица услышала громкий хлопок. Из окон начали выглядывать соседи, радуясь салюту. Темное небо озарилось тысячью маленьких огоньков. Разные искорки складывались в букеты удивительных цветов. Желтые, зеленые, красные, белые, розовые, фиолетовые. Разных видов и размеров.       Ксюша как зачарованная смотрела в небо. Казалось, она могла стоять так вечность, всматриваясь в россыпь ярких красок, но кто-то слабо дернул ее за рукав куртки.       Она повернулась к Филу, всматриваясь в такое родное лицо, которое сейчас озарялось разными цветами. Этот год поменял многое. Повернул всю ее жизнь на сто восемьдесят градусов всего за пару месяцев. Но Лебедева ни о чем не жалела. Все, что не делается, все к лучшему.       И сейчас, стоя рядом с Филом, она лишний раз убедилась в этой фразе.       — У меня есть для тебя подарок, — сказали они хором и, удивленно переглянувшись, тихо засмеялись.       Ксюша улыбнулась, совсем не смущаясь. Рядом с Филом было хорошо и спокойно.       — Ты первый.       — Вы, девчонки, вроде бы любите такие штуки, — доставая из кармана небольшую коробочку, начал парень. — Я все думал, что тебе подарить, но это оказалось очень сложно. Понимаешь, за эти несколько месяцев ты стала для меня очень дорогим человеком и хотелось чтобы подарок напоминал тебе обо мне, — на одном дыхании выпалил Черных и протянул подарок. — Так что вот.       Лебедева забрала из его рук черную коробочку и аккуратно открыла ее. На такой же темной подушечке лежали два парных серебряных браслета. На одном была подвеска с полумесяцем, а на другом — с солнцем.       Ксюша замерла, с удивлением рассматривая подарок, а потом подняла взгляд на парня. Он перекатывался с пятки на носок, явно не зная куда себя деть.       — Спасибо огромное! — девушка бросилась ему на шею, крепко обнимая и целуя в щеки. — Это парные браслеты?       — Да, — смеясь ответил Черных. — Тебе и мне.       — Ну вот, мой подарок уже не кажется мне таким же классным, — немного успокоившись, поделилась Ксюша и поджала губы.       — Э, это мой подарок, так что я решу классный он или нет, — Черных потрепал ее по плечу.       Девушка откашлялась и заговорила.       — В общем, этот год для меня выдался самым сумбурным. Переезд, эта игра, знакомство с вами. С тобой. Я знаю вас меньше, чем вы знакомы друг с другом, но ты и ребята — определенно лучшее, что случилось со мной за этот год. Я не жалею абсолютно ни о чем, Фил. И я безумно рада, что познакомилась с тобой. Ты стал очень дорогим человеком для меня. Поэтому, надеюсь, глядя на подарок, ты будешь вспоминать обо мне. Вот.       Лебедева протянула небольшой пакетик. Фил тут же полез в него, вынимая на свет сверток. Разворачивал его быстро, но немного неловко: пальцы замерзли на морозе.       — Это та самая коллекционная фигурка? — почти заорал парень, поднося ближе к глазам небольшую статуэтку. — Миледи!.. — Фил смотрел на девушку широко распахнутыми глазами и улыбался. — Ты… Это… Самый офигенный подарок! Спасибо!       Черных обнял Лебедеву, тут же закружив ее. Раздался их громкий смех. Ксюша прижималась к парню щекой, понимая, что ни за что бы не отказалась от этого года. От этого белобрысого, порой несносного голубоглазого парня.       Год начинался на хорошей ноте.