Однажды в Ромашково

      Апрельское утро в небольшом курортном посёлке на российском юге. Кирилл успел устроиться в местную шиномонтажку — клиентов, правда, мало, да и зарплата даже меньше, чем в деревне. Денег хватает лишь на комнатку в частном секторе по соседству с каким-то пьяницей, доброй бабулей и семейкой, кажется, цыган. Единственное, что успокаивало парня, — шум прибоя, сопровождавший его дорогу на работу и домой.       Морковин пытается изображать расслабленность, но каждое подозрительное лицо, стук в дверь, посторонние звонки заставляют его вздрагивать и невольно вспоминать слова отца и его предупреждения. Конечно, его не устраивало то, каким он стал: некогда он был грозой своей деревни, а сейчас шугается каждого шороха.       Натягивая чистые брюки, Кирилл, зевая, смотрит на время, резко осознав, что опаздывает на работу. Спешно вываливаясь с участка на улицу, он встречает знакомый силуэт. Остановившись и приглядевшись, он узнаёт в его лице Лёню, своего школьного друга и когда-то близкого человека.

***

— Вы не понимаете, мне очень важно увидеться с ним! — почти переходя на крик, проговорил Ежов. — Ой, ладно-ладно, дам я тебе его адрес. Только пойми, в какой ситуации он находится. Никто не должен узнать, где он, — грозно ответил на просьбу Леонида отец Морковина.       Помятый кусочек бумаги с адресом друга оказался в руках парня. С облегчением, он положил его в карман джинсов и вышел из полицейского участка. Теперь ему предстояла долгая дорога на машине, затем поездом и, наконец, автобусом до Солнцедара.

***

      Друг увидел в глазах Кирилла сначала страх, а затем недоумение. Кажется, он ожидал увидеть кого угодно, но только не его. — Ты что здесь делаешь? Как ты меня нашёл? Кто дал тебе адрес? Зачем... — его перебили. — Я почувствовал, что не могу бросить лучшего друга в такой ситуации. Адрес твой отец дал. Не волнуйся, никто не знает о моём приезде, кроме него.        Обдуваемый тёплым утренним бризом, Ежов глядел на неаккуратно одетого Морковина. Видно, насколько тяжело ему сейчас. Для Лёни он выглядел особенно потрёпанным от постоянного стресса. — Я на работу опаздываю. Где ты остановился? — быстро выкинул Кирилл, закрывая калитку участка.       Друг бегло объясняет, что заселился в отеле, недалеко от его дома, и спокойно отпускает парня на работу. Сам же он отправился на "набережную" (точнее, убогий галечный пляж, отделяемый лишь полоской асфальта от посёлка), чтобы поизучать местность.

***

      Где-то к шести вечера на телефон Ежова пришло сообщение "Приходи ко мне" с неизвестного номера. Он сразу понял, от кого это, и направился к цели. Кирилл встретил его у ворот, пожал руку и предложил пройтись до пляжа. По пути он извинялся за поспешный утренний приём, на что Лёня успокоил друга.       На пляже они долго разговаривали, вспоминая школу, общих друзей, смешные ситуации и деревню. В какой-то момент их разговора упомянулась Свинчук, на что Морковин махнул рукой, плюнул и выпалил: "У меня и так говна в жизни хватает, ещё эту шлюху вспоминать." Друг поспешно сменил тему и постарался направить диалог в позитивную сторону.       На горизонте уже виднелся закат, чьи красные лучи завораживающе отражались от воды, поблёскивая и переливаясь. Лица друзей озарило тёплым светом, согревая их. Именно в этот момент оба парня замолчали и просто наслаждались видом. Ежов посчитал это мгновение идеальным для серьёзного разговора, которого он так долго ждал и боялся. — Знаешь, я давно хотел сказать тебе кое-что, но так и не решался... — Кирилл вопросительно посмотрел на друга, склонив голову к плечу. — Хотя я понимаю, что, скорее всего, моё признание будет отвергнуто и... — Ближе к делу, — прервал его Морковин, направив ему в глаза свой строгий взгляд.       Леонид отвёл взгляд, собирая мысли в кулак, повернулся обратно к Кириллу и уверенно выдал ему прямо в лицо: — Я люблю тебя. — Ты чё... пидор что ли? — ошарашенно и с долькой осуждения ответил на данное заявление парень.       Неловкая пауза. Смущённый Ежов ещё некоторое время смотрел на Морковина, а тот прожигал его презрительным взглядом, в котором, казалось, перемешались самые разные чувства и отборные маты. Кирилл вскочил с гальки, стремительно двинулся с пляжа, крикнув: "Да пошёл ты". После чего скрылся между зданий в частном секторе.       Лёня остался один в тишине, нарушаемой лишь шумом волн. Сейчас он опустошён как никогда ранее, но с пониманием, что так бы и произошло, и облегчением от того, что наконец-то высказался.       Так он просидел на пляже до самого захода солнца, а после направился к себе в отель.       На следующее утро он купил билет обратно в Ромашково, закрыв для себя эту главу в жизни.