Девять жизней

— Гром! Ну и куда ты собрался? — дверь в очередной раз закрылась прямо перед носом Кота, когда он уже почти ушел. И на что только этот человек надеется? Если то, что он съел макароны из тарелки, с которой Кот лакомился сосиской, еще можно простить, то тот таз с водой Кот никогда не забудет. Ну и что, что блохи кусать перестали? Не его, человека, это заслуга. Просто блохи не хотят жить в таких условиях. И Кот тоже не хочет. А человек какой-то непробиваемый. Кот ему бумажные столбы изодрал - он принес в дом столб, обмотанный веревкой и какую-то здоровенную картонную штуку, впившись когтями в которую кот аж неприлично взмякнул, шкрябая когтями до полного удовлетворения. Кот насрал человеку в ботинки, надеясь, что хоть за это его выгонят - так человек принес второй лоток и насыпал туда такой мягкий песочек, что грешным делом Кот подумал, что его уже убили и он таки попал в кошачий рай. Может, Кот все-таки замерз тогда, уснув на канализационном люке, или умер от таблетки, или в ведре с шампунем от блох, и не было у него никакой картонной коробки, куриной грудки, мягкого песочка, из которого какашки исчезают сами собой, и вон того мячика, который прыгает, отталкиваясь от стен. И человека тоже никакого не было, ни в этой жизни, ни в прошлой. Он всегда был Котом, уличным, дворовым. Таким, который сам по себе, ни от кого не зависящим. Он мог в одиночку разделаться с целым полчищем крыс и со стаей собак. Он мог поймать птицу, летевшую так высоко, что ни один другой кот и не попытался бы допрыгнуть. Он мог вызывать ужас, трепет, отвращение у всех, кто попадался на его пути. И уж точно он не мог лежать на коленях у человека, подставляя пузо его грязным лапам и мурлыча от этого. Нет уж, это какой-то другой кот. Не Кот, а просто кот. Может быть, он родился заново, котенком с мягкими ушами, пушистым хвостом и смешными лапками? Может быть, он какой-то благородной породы, и человек отдал другому человеку за него много денег, поэтому и выбросить жалко? Одно Кот знал точно: рано или поздно его выставят за дверь, человек решит завести другого человека, детей, собаку, птичку, рыбку. Переехать в другое место, куда коту никак нельзя. И лучше уж уйти, держа хвост трубой, по своим важным кошачьим делам, чтобы потом не было так горько и обидно, чтобы не скучать по коробке, по дивану с подушкой, курице на блюдечке и мячику, который прыгает и катается сам по себе. И, похоже, этот день настал. Сегодня от человека странно пахло. Очень плохо пахло. Той жидкостью, которую люди пьют, чтобы согреться, а потом становятся очень-очень плохими. — Никуда ты на этот раз не денешься. Ты обещал мне, помнишь? Обещал, что вернешься, как только закончишь с этим своим «важным делом». Помнишь, что говорил? Девять жизней у котов, все такое. Не в этой, так в следующей, бла-бла-бла. Ну и что? Ты и в этой жизни чуть не сдох, такой упрямый и вредный. Меня ждал, да? Ну вот, дождался. Не отпущу, понял?