Часть 23
23 июня 2023 г., 12:38
Джейк
Джейк лежал на животе, шевелился и стонал, пока большая теплая рука Варса лениво пробегала по красным, желтым и лиловым синякам на заднице. Его кожа все еще горела, как будто он жил с лихорадкой, локализованной только в тех местах, к которым Варс прикасался. Никогда в жизни Джейк не испытывал такого полного освобождения. Он приходил много раз раньше, подавал пластыри, но ничто из этого не давало ему того покоя, который Варс дал ему прошлой ночью. Словно все тревоги на этот раз остались за пределами спальни, оттесненные твердостью тела Варса и твердостью его рук.
И теперь, между хрустящими простынями, Джейк все еще парил в невесомости, его разум на этот раз освободился от страха быть осужденным за его предпочтения, потому что Варс поддержит его.
— Я сходил с ума каждый раз, когда ты взмахивал тростью в воздухе. — Джейк рассмеялся и спрятал лицо в подушку.
— Это была цель. Я такой жестокий, — сказал Варс, хихикая и придвигаясь ближе, чтобы нежно поцеловать Джейка в губы. Атмосфера вернулась к норме, или к тому, что Джейк считал нормальным. Прикосновение к его коже оставалось осторожным, благодарным, и в его сторону не было никаких требований. Варс вел себя как обычно, как будто он не чувствовал необходимости постоянно укреплять свою власть теперь, когда он показал Джейку, на что способен. — Но ты потерялся на мгновение, не так ли? В конце концов, ты не весь был там.
Джейк покачал головой, свернувшись калачиком в объятиях Варса, слишком хорошо осознавая свою нежную задницу.
— Было несколько раз, когда я просто отключался, понимаешь? Я был таким в тот момент, когда все остальное не имело значения. Я имею в виду… давай признаем, ты заставил меня плакать. В последний раз я плакал много лет назад.
Варс провел губами по лбу Джейка и переместил блуждающую руку вверх, к затылку. Она была такой горячей, что казалось, будто поглотила часть тепла ягодиц Джейка. Было что-то невероятно нежное во взгляде Варса, когда он искал глазами Джейка, как будто увидел в нем что-то, чего никто другой не мог увидеть.
— Я думаю, что, возможно, тебе это было нужно. Катарсический опыт.
— Ка-что? — Джейк рассмеялся и не спеша поцеловал Варса, запустив пальцы в серебристую бороду. — Теперь, когда у меня есть все время в мире, может быть, я когда-нибудь вернусь и закончу среднюю школу и выучу такие причудливые слова.
— Окончательное освобождение, — объяснил Варс, рассмеявшись так от души, что его грудь под Джейком затряслась.
Так плотно прижатые друг к другу, их теплые тела синхронно катились по мягким простыням, а конечности сплетались в идеальный узел. Даже после целой ночи, проведенной вместе под одеялом, Варс пах удивительно, как кофе, приготовленный на открытом огне. Теперь, когда Джейк проснулся, он хотел снова насытиться.
— Тебе тоже было хорошо? Ты тоже испытал катарсис? — Джейк обвил руками шею Варса, не в силах понять, как одно человеческое существо может чувствовать себя так близко к другому, но при этом оставаться отдельными существами. Он нахально потерся лицом о подушечку бороды, но когда Варс не велел ему остановиться, Джейк нежился на мягкой подушке волос.
Толстые руки, твердые, как ветки дерева, скользнули вокруг него и притянули еще ближе, как будто Варс хотел, чтобы их тела каким-то образом навсегда слились воедино.
— Ты знаешь, так и было. Я тоже смог отпустить, по-своему. Мне так легко доверять тебе.
Джейк фыркнул.
— Легко доверять кому-то, когда он прикован цепью.
Варс вздохнул так тяжело, что Джейк опустился вместе с твердой грудью.
— Если сабмиссив нестабилен, ему нельзя доверять. Даже если они не убийцы, они могут преследовать или шантажировать, говоря, что ты сделал то, о чем вы двое на самом деле не договорились, он может сходить с ума по тебе, как и любой другой. Тот факт, что им может нравиться боль или следование приказам, не означает, что все они уязвимые цветы.
— Дэймон имел обыкновение гордиться тем, что перехитрил меня. Он всегда пытался вывернуться из пут, а потом дразнил меня, что я недостаточно их затянул. Я мог бы, конечно, но, учитывая, что я хочу, чтобы моими сабами были добровольно, я не принимаю во внимание людей, готовых вывихнуть большие пальцы ради освобождения. Он был таким пассивно-агрессивным, когда чувствовал, что я недостаточно силен. Я мог быть Домом, но в тот момент я заботился о нем, и это причиняло мне боль, даже если я знал, что он не имел права поступать так, как вел себя. Эти отношения были такими токсичными, Джейк, ты даже не представляешь.
Джейк наклонился ближе и поцеловал противную красную метку, оставленную на шее Варса проволокой Деймона.
— Я понимаю. Да, ты можешь доверять мне. Я буду для тебя хорошим мальчиком, — прошептал он, с хныканьем прижавшись к Варсу, когда тот сжал одну из его ноющих ягодиц.
Варс выдохнул, и его улыбка говорила об облегчении. Стремясь успокоить его, Джейк провел кончиками пальцев по груди, перебирая завитки волос.
— С ним всегда были игры разума. В какой-то момент он был милым и податливым, а затем раздвигал мои границы. Потому что у меня тоже есть предпочтения. Есть вещи, которые я не буду делать. Он хотел, чтобы я приблизил его к смерти.
— Он может попросить меня. Я в любой момент доведу его до смерти, — проворчал Джейк. От одной мысли о том, что Варс втянулся в безумные игры Дэймона, его кровь закипала.
Печальная улыбка искривила губы Варса, и он крепче обнял Джейка.
— Лучше пообещай мне, что не будешь противостоять ему. Он опасен, и это не преувеличение. — Варс резко вздохнул и закрыл глаза. — Он убил меня в моей собственной ванной комнате. Он хотел, чтобы я задушил его под водой, но я не занимаюсь таким. Я не буду делать ничего, что могло бы подвергнуть риску жизнь моего саба. Однажды я застал его у себя в квартире, с приготовленной ванной, в ошейнике.
— Он сказал мне, что как доминант я не могу говорить, каковы мои пределы, потому что это не я был в опасности. Что мне все равно — но это не так, Джейк, это не так. Я не хочу держать чью-то жизнь в своих руках таким образом. Так я сказал ему, а он разозлился и просто бросил меня туда. Он бил меня по голове и удерживал, крича, что покажет мне, что значит «доминировать». — Варс с трудом сглотнул, и хотя он явно старался держать тело расслабленным, а голос ровным, Джейк чувствовал, как бешено бьется сердце в мощной груди.
Варс ненадолго закрыл глаза, словно хотел смахнуть ненужный образ, и это заставило Джейка притянуть его ближе.
— Он был таким сильным. Я просто не мог уйти. У меня не было шансов. А потом настал момент, когда мои легкие были готовы взорваться от боли, и я вдохнул горячую воду. Я поплыл. Внутри и снаружи. Последнее, что я помню, это то, что мои конечности больше не двигались.
— Я видел, как он стоял надо мной, сквозь воду. Я все еще могу видеть это в деталях. Он просто смотрел на меня сверху вниз, и у меня не было сил выбраться, хотя он больше не удерживал меня. Все почернело. Там ничего не было. Ничего.
Голос Варса в конце стал хриплым, и он прижался губами к волосам Джейка, как будто, несмотря на свой возраст, опыт и силу, ему нужны были объятия, так что именно это он и получил.
Джейк крепко обнял его, и неважно, насколько больше был Варс, Джейк вложил в это объятие все свои защитные чувства, мысленно уже планируя ужасную смерть для Деймона.
— Я буду рядом с тобой. Он не доберется до тебя. — Джейк погладил Варса по спине, постепенно осознавая, что теперь у него есть парень. Но даже это не могло соперничать с новизной участия в вещах гораздо более важных, чем запасание пива и обеспечение чистоты гаража. Все еще проспект, но он чувствовал всем своим телом, что он больше не находится на этой неловкой стадии между ребенком и мужчиной. Джейка наконец пригласили узнать секреты клуба, он поделился своими, и теперь ему нужно было предложить своему мужчине поддержку. Он принял ответственность с распростертыми объятиями.
— Я знаю, что ты хочешь этого прямо сейчас, но обещай мне, что не будешь этого делать. Он опасен. Я серьезно, — сказал Варс, нежно поглаживая щеку Джейка кончиками пальцев.
Джейк застонал, едва сдерживая взрыв гнева внутри себя.
— За то, что он сделал с тобой, он не заслуживает того, чтобы просто уйти. Деймон… Он все еще человек Сороки?
Внезапно из-за кровати донесся звук. Громко и ясно, как будто кто-то прочистил горло, чтобы привлечь их внимание.
Варс сел, его мускулы напряглись, руки сжались в кулаки, но в тот момент, когда его взгляд метнулся в угол у окна, силы, казалось, покинули его.
— Какого хрена? Какого черта ты делаешь в моей спальне?
Джейк тоже уставился на мистера Сороку, внезапно смутившись, как покрасневшая невеста, и натянув простыню до подбородка. Человек (демон?) просто сидел на кресле-мешке с розово-золотым iPad в руке и хмурился, как будто это они вторглись в его личную жизнь, а не наоборот.
Сорока отбросил свои длинные волосы через плечо, великолепный в вышитом халате, украшенном замысловатыми узлами спереди. Он был бы уместен на фотосессии для рекламы D&G.
— Это мое здание, — сказал он, склонив голову набок. — Я просто оказал вам любезность, не разбудив вас, когда пришел. Потом меня затянула книга, но мое имя было упомянуто, поэтому я решил, что пришло время сообщить вам о моем присутствии. — Даже в гребаном кресле-мешке он выглядел как король.
Варс потер глазные яблоки кончиками пальцев и сделал протяжный выдох, выражавший все те чувства, которые эта ситуация вызывала у Джейка.
— Если вы проникаете в чужое пространство, вам лучше сообщить им, что вы там. Этот разговор был частным, Сорока. Частный. — С этими словами Варс выкатился из постели, совершенно голый. — Не могли бы вы подождать нас в гостиной?
Джейк не был уверен, как Сорока отреагирует на то, что Варс так прямо с ним заговорил, но мужчина встал. Джейк сохранил невозмутимое выражение лица, но он был счастлив видеть, что даже демон не может достойно подняться из кресла-мешка.
— Я скоро увижу вас двоих там. Нам нужно многое обсудить.
Они подождали, пока Сорока своим величавым шагом подошел к двери и закрыл ее за собой. Джейк уставился на вход, все еще потрясенный таким вторжением. Только руки Варса по бокам его задницы и борода, дразнящая горящую кожу, заставили снова двигаться. Он хихикнул, как школьница, от поцелуя в ягодицу, но последовавший за этим нежный укус заставил вскрикнуть, поэтому он быстро скатился с кровати.
Они оделись в спешке, и он был потрясен, обнаружив, как сильно джинсы натирают его задницу. Джоки никак не защищали его чувствительную кожу, и это ощущение было постоянным напоминанием о том, что они сделали вчера. Независимо от того, насколько ужасной была их ситуация, он все еще не мог сдержать широкой улыбки, когда вспоминал вчерашний сеанс. Впервые он понял, чего на самом деле хочет.
Когда они вошли в гостиную, Сорока сидел в кресле у кофейного столика, перед ним лежала стопка пончиков и четыре дымящиеся кружки чая.
— Во-первых, — тут же сказал Сорока, — Дэймону было специально сказано держаться от тебя подальше, как только он узнал, что ты еще жив, и он нарушил этот приказ. Я не могу работать с таким человеком, поэтому я был вынужден попросить других своих сотрудников избавить меня от него. Если у него вообще есть мозги, он тебя больше не побеспокоит.
Варс рухнул на диван и поднял руку, безмолвно прося Джейка присоединиться к нему.
— Я не совсем уверен, что он послушает.
Сорока закатил глаза.
— Вы, люди. Некоторые из ваших поступков настолько предсказуемы, что я начинаю думать, что взломал ваш код, но затем появляется что-то новое. Кто-то из другой страны, или кто-то, чей мозг работает по-другому, и я снова оказываюсь в начале пути. Поешь, — добавил он на одном дыхании.
Варс вздохнул и взял пончик с кусочками бекона и чем-то, что выглядело и пахло как засахаренные яблоки.
— Надеюсь, твой человек справится с этой ситуацией. Это то, ради чего вы здесь?
Брови Сороки опустились.
— Не за что, Варс. Надеюсь, вам понравятся те пончики, которые мой ассистент принес нам рано утром.
Варс ничего не сказал. После продолжительной паузы Сорока тоже наклонил свое лицо и заговорил с набитым ртом.
— Наша беседа за поздним завтраком заинтриговала меня, поэтому я еще немного изучил интересующие нас вопросы. Кто-нибудь из обитателей клуба заключил договор с Баалом, согласно которому он должен был закапывать в землю черные камни?
Жара охватила Джейка, и он вздрогнул, когда кто-то постучал, но вошел в гостиную, не дожидаясь приглашения, как будто квартира Варса была общественным местом. По крайней мере, лицо Найта, появившееся из-за двери, объясняло тайну четвертой чашки.
— Доброе утро! Что я пропустил? — Найт быстро схватил пончик и припарковался рядом с Джейком и Варсом, но его появление заставило Джейка напрячься, когда его мысли вернулись к последнему вопросу, заданному до того, как Сороку прервали.
— С ним. — Джейк указал на Найта, который подавился едой, понятия не имея, о чем идет речь.
Сорока нахмурился, его грудь расширилась, как у петуха.
— Ты сказал мне, что перчатки — это дань моде. Ты солгал мне, Трэвис? — спросил он в ярости, как будто это было личное оскорбление.
Найт громко проглотил кусок пончика, взглянул на перчатки без пальцев, которые он только недавно начал носить, и посмотрел на Джейка с явным замешательством.
— Что?
— Камни, которые ты зарыл, Найт. Сорока спросил нас о них, — предложил Варс.
Лицо Найта изменилось, и он улыбнулся Сороке.
— Ах, да. Я закапывал камни. Я также кормлю их кровью каждое новолуние, — сказал он и снял одну из кожаных перчаток, чтобы показать символ, похожий на клеймо. Несмотря на ужасный след потемневшей, искривленной кожи, его руки были такими же проворными, как и всегда.
Лицо Сороки не выражало веселья. Легкий гнев, разочарование и тревога — однозначно.
— Это… это проблема? — спросил Джейк, чтобы разрядить напряжение, и прижался ближе под рукой Варса.
— Действительно, большая проблема, — простонал Сорока и опустился в кресло с чашкой чая. — Ритуал начался. Так что вся ваша проблема с путешествиями во времени решена. Но теперь вопрос Голубиного Сердца стал еще более важным. Без него мы… ну, нам всем пиздец, — сказал он с таким акцентом, что оскалил зубы и поерзал на стуле. Вместо павлина он теперь был петухом, который знал, что все его куры умрут в воскресенье.
Найт развел руками.
— Я должен был сделать то, что должен был сделать! Я не совсем доволен этим.
Варс посмотрел на Сороку.
— Если ты хотел быть в курсе, тебе не следовало так долго скрываться.
Сорока зарычал, отмахиваясь от них жестом.
— Проклятый Баал! На шаг впереди меня. Каждый раз. Вашему Грею нужно немедленно вернуть Голубиное Сердце, иначе все будет потеряно.
— Он должен был сделать это с помощью Дэймона, — пробормотал Джейк.
Сорока встал с кресла и стал расхаживать перед окнами, волоча за собой длинный хвост халата.
— Мне все равно, как он выполняет свою работу, но ее нужно делать. Мне нужен этот чертов рубин, если я хочу помочь тебе спасти твой мир.
— Так какой следующий шаг в ритуале? Может быть, мы можем просто положить этому конец? — предложил Найт, но, похоже, сдулся, когда снова надел перчатку.
— Верно, — сказал Джейк, внезапно оживившись. — Разве ты не говорил, что в прошлый раз кто-то остановил ритуал? Как они это сделали?
Сорока повернулся к ним лицом, его длинные волосы взъерошились волнами.
— Случайно. Психиатрический больной отрубил участнику ритуала топором обе руки, чтобы человек больше не мог выполнять свои обязанности перед Баалом.
Найт рухнул на диван, его взгляд нервно скользнул по ладоням.
— Ох, бля….
Джейк сглотнул и стиснул руку на колене Найта, когда увидел, что лицо его друга из ярко-красного стало пепельным.
— Должны быть лучшие способы, чем этот. Мы не можем просто выкопать камни?
Сорока покачал головой.
— Их накормили, поэтому они пустили корни. Слишком поздно для этого. Все, что я знаю, это то, что рубин размером с Голубиное Сердце даст нам шанс на победу, как только ритуал завершится…
— Так какой следующий шаг? — Найт повторил свой вопрос, но Сорока приблизился к нему с таким рычанием, что его зубы казались острыми, как у тигра.
— Не перебивай меня, мальчик! У меня нет всех ответов. Я не был частью Баала более трехсот лет, и в прошлый раз он так и не закончил ритуал. Мы с ним очень мало общаемся. Меня тошнит от его запаха.
Варс, который до сих пор только слушал, наклонился вперед, отпуская Джейка.
– Есть ли что-нибудь, я имею в виду… что-нибудь, что вы могли бы нам рассказать? Например... почему рубин? Это какая-то магическая вещь… —
— Рубины фокусируют нашу энергию. Голубиное Сердце — самый мощный из всех, что я знаю, и нам совершенно необходимо, чтобы он был в наших руках, — сказал Сорока, шагая взад-вперед с возрастающим волнением. — Если я хочу эффективно использовать небольшую силу, которую я собрал, мне нужно, чтобы этот драгоценный камень был ее центром.
Джейк издал нервный смешок.
— Это как… его криптонит?
Сорока застонал и прислонился к окну.
— Нет. Несмотря на всю силу, которую он имеет по ту сторону зеркала, единственный способ, которым он может повлиять на мир прямо сейчас - это договоры с людьми или отправка существ, таких как я или Азог, в ваш мир.
— Для этого ему нужен человеческий фактор, рубины и огромное количество силы, которую он не хочет тратить впустую. Даже горгулья внутри тебя, Джейк, построена вокруг этого. Баал не может войти в это царство в своей истинной форме, пока ритуал не будет завершен. То, что вы видите от него сейчас — лишь тень, но его реальная сила неизмерима. Может быть, только может быть, если я вложу все, что у меня есть, в Голубиное Сердце, это остановит его, но мне нужен этот рубин. Это самый чистый крупный драгоценный камень, который я знаю.
Найт потер лицо теми руками, которые, возможно, обрекли их мир. Напряжение стало настолько сильным, что Джейк едва мог дышать. В конце концов Сорока заговорил, уже на выходе.
— Уезжай сегодня домой и поговори с Греем. Не стесняйтесь обращаться ко мне. Счастливого пути.
С этим он ушел.
Джейк застонал и уронил голову на руки.
— Это слишком сложно.
Варс притянул его к себе, прижимая голову к свое теплой шее.
— Все в порядке. Нам просто нужно действовать быстро и убедиться, что до тех пор не будет заключено никаких других договоров.
Найт посмотрел вверх.
— Легче сказать, чем сделать. Клуб кишит людьми во время каждой вечеринки, и мы не можем просто перестать их устраивать. К каждому пришедшему человеку — будь то ребенок из трастового фонда, который хочет немного повеселиться, или наркоман, живущий изо дня в день, — может быть приближен к Баалу, пока он находится на территории клуба. Это невозможная ситуация. Я даже не могу позвонить Зверю по этому поводу, потому что без Варса Баал может подслушать разговор.
Джейку все еще было трудно все это понять, и он с трудом мог поверить, что все это происходило прямо у него под носом. Призраки, демоны, путешествия во времени…
Найт похлопал Джейка по спине, прежде чем встать.
— Приготовь мой мотоцикл и поехали.
— Да ладно, Найт, ты хочешь помыть свой мотоцикл? Сейчас? Есть дела поважнее, — сказал Варс.
Глаза Найта вспыхнули, и первоначальное удивление быстро сменилось хмурым взглядом.
— Он все еще кандидат. И ты тоже. Не поучай меня, — сказал сквозь стиснутые зубы, но лицо его было еще немного бледно, руки сцеплены.
Найт нервничал, и Джейк не винил его, учитывая, что таинственный ритуал в прошлый раз был остановлен из-за того, что кто-то вроде него потерял руки.
— Все в порядке, Варс, я могу это сделать, — быстро сказал Джейк, но это была горькая пилюля. После всего этого он был еще только «проспектом»? Подходит только для чистки колес от грязи?
Варс схватил его за руку и потянул обратно к дивану.
— Хватит об этом. Давай, Найт. Мы все вместе в этом дерьме. Он давно должен был получить свою нашивку. Оставь его в покое.
— Он явно не готов к членству, если не может говорить за себя! И кто теперь будет чистить сапоги Джокеру? Ты?
Джейк застонал, глядя в грозовые глаза Найта. Он мог чертовски хорошо говорить за себя.
— Джокер может сам чистить свои ботинки.
Найт мрачно рассмеялся.
— Ах, да? Ты сам можешь сказать ему это сегодня вечером.
Варс открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Найт жестом остановил его.
— Хватит об этом. Ты можешь быть нашим бухгалтером, но ты все еще так же проспект. Посмотрим, что Зверь скажет обо всей этой ерунде!
Джейк застонал и глубже погрузился в объятия Варса, когда Найт вылетел наружу. Джейк даже не мог злиться, потому что настоящая проблема для Найта, несомненно, заключалась в том, что было у него под перчатками.
Руки Варса были такими надежными, что Джейк позволил бы ему без страха сбросить себя со скалы. В конце концов, гладкие волосы его бороды перекатились на лоб Джейка, и, наконец, они отстранились друг от друга.
— Давай доедим эти пончики и спустимся вниз, — решил Варс.
Только тогда правда озарила Джейка, как наковальня, падающая с неба.
— Ебать. Как я смогу просидеть на мотоцикле девять часов?
Потянув за воротник, он поднял взгляд и встретился с теплым взглядом Варса. Что-то внутри него дрогнуло.
— Уверен, ты сможешь сделать это для меня, мальчик.
Джейк закусил губу, внезапно паря на крыльях бабочки.
— Да, сэр.
