Сегодня, завтра и вчера... Твои бинты - моя мечта

На улице начинает темнеть. Хорошо, что хоть в коридоре свет решили включить и там он горел ещё с начала заката. Палату Дазая, как обычно, оставили во мраке ночи, не смотря на то, что Осаму множество раз умолял Мори включать здесь свет, а ещё лучше — оставлять на ночь. Нет, Дазай, конечно, не боится темноты.. Это ведь ужасно глупо. Он боялся себя же самого, каким он становился в темноте. Ужасно осознавать, что всё это лишь в твоей голове, но продолжать ощущать, слышать и видеть так, словно это реальность. Осаму сидит на своей кровати и смотрит в окно. Уже почти стемнело, в небе появляются первые звёзды. Через некоторое время на их месте появились тёмные и большие тучи, совсем скоро по окну начали стучать мелкие и частые капли, размеры и количество которых лишь увеличивались. Дазай укутался в одеяло и достал канцелярский нож из-под матраса. Этот нож не так давно дал ему Мори. Жёлтый пластиковый корпус и острое металлической лезвие, которое начинает покрываться ржавчиной. Дазай любит этот нож лишь потому, что это помогает ему успокоиться, несмотря на ненависть к человеку, что раньше приходил каждый день. Осаму резко скидывает с себя одеяло и так же резко проводит ножом по левой руке. Чуя был не прав, когда решил, что Дазай сможет прожить и без бинтов. Точнее, прожить он может, вот только бинты бы резать не стал. Знает же, что последние. На руке всего за пару секунд появляются капли крови. Осаму их почти не видит в темноте, но прекрасно чувствует. Следом за первым последовали ещё несколько таких же глубоких порезов. Осаму чистой рукой поднял левый рукав рубашки как можно выше, стараясь не испачкать его. Затем закасал штаны и тем же грязным ножом провёл в нескольких местах на ногах. Он бы и не останавливался, если бы в коридоре не послышались шаги, довольно быстрые, словно идущий человек на кого-то зол и готов похоронить заживо источник плохого настроения. Дазай быстро вытер с ножа кровь и спрятал его на место. Затем постарался хоть как-то вытереть руку и ноги, чтобы сделать вид, словно всё хорошо, но было уже поздно. Шаги в коридоре остановились возле палаты Дазая. Затем включился свет и со страшным скрипом среди почти гробовой тишины открылась старая дверь. Накахара вошёл в палату и сразу же понял, чем Дазай занимался. —Осаму.. Как ты можешь мне объяснить это? Дазай встал с кровати и отвернулся —Это не Ваше дело. Пожалуйста, доктор, не могли бы Вы мне не мешать? Я хочу побыть один. Чуя вздохнул, достал из кармана бинты, салфетки и перекись. —Сейчас мы с тобой всё это вытрем и обработаем, а потом ты покажешь мне, чем это сделал. Дазай, если ты не прекратишь, я буду вынужден забрать у тебя всё. Разве тебе самому это нужно? Чуя подошёл и попытался взять Дазая за руку, но шатен грубо его оттолкнул. Тогда Накахара схватил своего пациента за запястье и сильно сжал. —Ты будешь меня слушаться, Осаму. Иначе тебе же будет хуже. Просто сядь на свою кровать и дай мне их обработать. Дазай сжал зубы и всё же сел. —Отпустите.. Рука.. Мне больно. —Ты сам виноват, придурок. Заткнись и дай мне сделать мою работу. Чуя аккуратно обработал и перебинтовал все места, где были свежие порезы, а затем сел рядом с Дазаем. —Зачем, Осаму? Зачем ты сделал это? За пару минут до того, как Чуя зашёл в палату, он включил диктофон на телефоне. Так он сможет хотя бы послушать записи и записать себе ключевые моменты. Осаму отполз подальше от Чуи и обнял свои ноги руками, прижав их к груди, положил голову на колени и грустно сказал: —Я ждал...Доктор, я очень ждал, когда Вы придёте...Тут было очень скучно. Чуя подсел поближе к Дазаю и начал гладить его по голове. —Осаму, я не могу всегда быть рядом с тобой в твоей палате. У меня очень много другой работы. Успокойся, пожалуйста, и дай мне понять, что нужно с тобой делать. Дазай поднял голову, а затем привстал немного и повалил Чую на кровать. Несмотря на худобу, Осаму довольно силён. Чуя был напуган, ведь совсем этого не ожидал. Дазай достал канцелярский нож и приставил его к горлу Чуи, немного надавил. —Я не отпущу Вас. Сегодня Вы будете только со мной. Имеете что-то против, доктор? Чуя глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. —Дазай...ладно, я посплю сегодня с тобой. Убери, пожалуйста, нож... Откуда он вообще у тебя? Здесь для пациентов запрещены острые предметы. Осаму фыркнул и убрал нож от его горла. —Ладно, доктор. Как скажете. Дазай, хоть и не хотел этого, выбросил "острый предмет" в приоткрытое окно. Чуя встал с кровати, затем сбросил всё постельное белье на пол, снял наволочки и пододеяльник. Снял с кровати матрас, проверил всё под ним. Затем облазил все углы в палате, где можно было бы спрятать хоть что-то. Вернув всё на свои места, Накахара разрешил Дазаю сесть. —А теперь тебе стоит послушать меня. Чуя хрустнул пальцами на обеих руках. —Если твоё поведение не улучшиться, мне придётся применять физическую силу. Конечно, я стараюсь не пользоваться такими методами, но ты нарываешься. Дазай сел на кровать и залез под одеяло. Отвернулся к стене. Чую он слушать сейчас совсем не хотел. Но ещё меньше хочется вновь унижаться, получая новые удары раз за разом. —Я понял Вас, доктор. Постараюсь больше не беспокоить.. Вы подобрали нужные лекарства..? —Ах да, точно. Вставай, я принёс то, что тебе нужно выпить прямо сейчас. Осаму нехотя встал и подошёл к Чуе. Ноги не слушались, он едва передвигался. Это похоже на усталость, но не совсем.. Что-то другое, более страшное... Беспомощность. Накахара достал из больших карманов небольшую бутылку с водой и две пачки таблеток. Из каждой пачки достал по одной таблетке и дал Дазаю. —Просто положи на язык и проглоти, запивая водой. Всё ясно? Дазай кивнул и сделал именно так, как сказал Накахара, затем поставил бутылку с водой на стол и лёг обратно, но на этот раз смотрел на Чую. —Вы сейчас не такой, как были, доктор.... Злой и пугающий.. Дазай, говоря эти слова, сжался под одеялом. От того, что происходит, мерзко, от открытого окна холодно. Чуя вздохнул, подошёл к нему и погладил по голове. —Просто не делай глупостей. Тогда я о тебе позабочусь. А сейчас ты ведёшь себя как маленький и вредный ребёнок. Так и быть, я с тобой останусь на ночь, ладно... Но тогда мы будем спать на одной кровати. Накахара подошёл к окну и закрыл его, воспользовавшись ручкой, которую всегда носит в кармане рабочего халата. Затем снял тот же халат и рубашку, аккуратно сложил одежду и оставил на столе. Осаму внимательно наблюдал за каждым грациозным действием своего врача. Он выглядел просто чудесно даже при тусклом свете лампочки.. Чуя ненадолго выглянул в коридор и выключил свет, затем вернулся в палату и запер дверь. Повезло, что в коридоре никого не было. Осаму свернулся в комочек на кровати. —Доктор... Мне страшно.. Зачем Вы выключили свет..? Чуя хмыкнул. —Подожди немного. Сейчас будем спать. Снял свои брюки и бросил их на стол рядом с остальной своей одеждой, рассудив, что спать в них будет неудобно. Затем лёг на кровать рядом с Дазаем и обнял шатена. Осаму, не смотря на некоторые свои опасения, касающиеся настроения Чуи, обнял мужчину в ответ. Накахара улыбнулся и чмокнул его в губы. Щёки Осаму загорелись огнём, вот только ничего сделать он не мог, даже просто отвернуться. Накахара гладил Дазая по спине, отвлекаясь от всех плохих мыслей, посещающих шатена. Рядом со своим доктором Осаму действительно чувствует себя лучше: не слышит противных голосов, не рассуждает о том, как бы поскорее и получше умереть, не продумывает план побега... Хочется только вечно лежать в тёплых объятьях рыжего огонёчка, появившегося в темноте жизни Дазая совсем недавно, но уже занимающего важное место в его сердце...

***

В этот раз Дазай заснул достаточно быстро, и это было скорее исключением, чем правилом... Может быть, помогли те таблетки, может быть, роль сыграло спокойное успокаивающее дыхание Чуи... В любом случае, это не так важно, ведь кошмары в этот раз мучать не будут.. Накахара, как только Дазай заснул, встал с кровати и подошёл к своему халату. Выключил диктофон, затем сразу лёг обратно. Под одеялом теплее и уютнее. А ещё Дазай обнимает так, словно Чуя — его любимая мягкая игрушка. Это было довольно мило.

***

Утром Накахара по привычке проснулся рано. Что ж, это только на руку. Чуя быстро надел немного помятые брюки, рубашку и халат, а затем покинул палату Дазая, решив не будить его так рано, пусть поспит..