Красная Камелия

На каменной стене храма было вырезано стихотворение под название «Утрата», в нем всего три слова, но поэт соскоблил их. Утрату нельзя прочесть... можно только прочувствовать.

— Авада Кедавра! Зеленая вспышка сорвалась с палочки одного из Пожирателей. Лестрейндж застыла и в ее глазах промелькнул страх. Первобытный. Всепоглощающий. Самый настоящий страх. Она никогда не боялась смерти, даже наоборот, она была почти уверена, что рано или поздно орден или работа в аврорате ее убьет, но сейчас... За одну чертову секунду, Камелия поняла — она боится не самой смерти, а того, что больше никогда не сможет обнять близких. Перед ней возник человек, принимая удар на себя. Зеленая вспышка угодила в него и бездыханное тело рухнуло на землю. — Нееет! Нет! Черт возьми, нет! — Она вскинула палочку, направив ее на убийцу. — Секо! Режущее угодило прямо в грудь Пожирателя и тот захлебываясь собственной кровью пошатнулся, падая не белый снег. Он несколько долгих секунд задыхался, пока его сердце не перестало биться. Камелия стала убийцей. Но сейчас она не чувствовала ничего, кроме невыносимой боли. Ее ноги подкосились и она упала на колени рядом с телом того, кто спас ей жизнь. — Пожалуйста, открой глаза! Пожалуйста... нет... Пятью часами ранее. На улице стояла глубокая ночь, когда не выспавшаяся и недовольная Камелия появилась на кухне, где сидели такие же сонные мародеры в полном составе. Джеймс с хмурым видом мешал кофе, Питер клевал носом, стараясь не заснуть, а вот Сириус явно еще не ложившийся и Римус отчего-то выглядели через чур бодрыми. Не говоря не слова, Лестрейндж налила себе кофе и устроилась под боком у Поттера. — Вас тоже Грюм разбудил? — Разбудил это мягко сказано. — Фыркнул Сириус. — Он буквально своим Патронусом вытащил меня из кровати охранительной модели, за которой я черт возьми почти неделю ухаживал! Если по меньшей мере не взорвался Хогвартс, я ему этого не прощу. — А мы с Питером в патруле были. — Добавил Римус. — Пришли Эммелина и Фрэнк, сказали, что Грюм велел им нас сменить, а самим отправляться сюда. Камелия зевнула, положив голову на плечо на Джеймса. Она гадала, зачем Аластору понадобилось собирать их всех в черт возьми три часа ночи! Единственный выходной, когда девушка могла нормально выспаться был безвозвратно испорчен. Поттер словно почувствовав настроение девушки сжал ее талию. — Есть идеи, что ему понадобилось? — Может выпить захотел, он же чокнутый на голову! — Сказал Сириус Камелия нарочито громко покашляла. — Извини, кис, я знаю, что он твой наставник и очень милый и славный мужичок. Лестрейндж закатила глаза услышав в голосе друга неприкрытую иронию. Аластор по истине был странным человеком, довольно жестоким и иногда в нем просыпался настоящий садист, но девушка его любила и считала, что только она может смеяться над своим наставником. В конце-концов он много для нее сделал и глубоко, очень глубоко в душе был добрым, просто тщательно это скрывал. — Завались, блохастик. — Ты настоящая мигера когда не выспишься. — Насупился Блэк, а затем с лукавой ухмылкой добавил. — Хотя и когда выспишься тоже. — Джеймс... — Жалобно протянула Камелия. — Он меня обижает. — Так обидь его в ответ. — Лениво бросил Гриффиндорец, но поймав выразительный взгляд девушки быстро вытянулся по струнке. — То есть я хотел, Бродяга, я тебе хвост оторву! — Кхм...Каблук. — «Кашлянул» Сириус. — Придурок. — Одновременно сказали Поттер и Лестрейндж. Кухня наполнилась искренним смехом пятерых мародеров. Сонливость наконец отступила, но Камелия решила не рисковать и заварила всем еще по одной кружке кофе. Джеймс включил магнитофон, откуда полилась песня Маккартни и они продолжили разговаривать не о чем, время от времени гадая зачем же Грюм их всех разбудил. — Даже не верится, что мы в три часа ночи сидим и пьем кофе, может плеснем в него чего-нибудь по-крепче? Сириус так и не получил ответа на свой вопрос, когда в дверь кто-то постучал. Блэк пошел открывать, оставив друзей наедине с крепким, несладким кофе и музыкой. Вернулся он уже не один. Следом за парнем показался Аластор, Барнаби, Карадок и Боунс. Гости разместились за островком, заставляя мародеров потесниться. — Ты долго будешь молчать? — Сложила руки на груди Камелия. — Что за собрание посреди ночи? — Это касается добытый Люпином информации. Компания за столом переглянулась. — На последнем собрании я не дал Дамболдору договорить. Нельзя было назначать дату миссии при всех. Мы так и не выяснили кто предатель, а здесь я собрал всех, кому доверяю. — Считаешь что Долгопупс или Пруэтты могут быть предателями? Близнецы так вообще в Орден вступили уже после той подставы. — Я подозреваю всех черт побери! — Рявкнул Грюм. — Только в вас я могу быть уверен, поэтому именно такой командой мы отправимся на задание. Все согласовано с директором, он тоже посчитал, что так будет безопасней. — Мы отправимся в леса? — Тихо спросил Питер. Аластор кивнул. — Когда? — Через пару часов, надо все обсудить. Петтигрю заерзал на высоком стуле, но все списали это на волнение перед миссией. После смерти Фенвика у ордена еще не было серьезных заданий. Тот день стал для них раковым и все ощутили во рту привкус ошибки. Они доверились не тому и пострадали. Физически и эмоционально. Карадок до сих пор не справился с смертью друга, а шаткий баланс царивший среди связанных общим делом людей оказался безвозвратно разрушен. Никто и никому больше не мог доверять. — Разделимся на три группы. Лестрейндж, Магвайр, Боунс, вы со мной. Будем держать оборону, мы не знаем сколько сейчас людей в хижине. — Мракоборцы согласно кивнули. — Вы, последователи Мордреда. — Мы мародеры. — Буркнул Сириус. — Да хоть сам Годрик Гриффиндор. Вы вчетвером пойдете внутрь, когда мы переманим все внимание на себя. Осмотритесь, возможно внутри есть пленные или какая-нибудь информация, берите все, что привлечет внимание, ясно? — Да. — Отлично. Дирборн, будешь следить за периметром. — Продолжил Аластор. — Ты что меня на скамейку запасных сажаешь? — Взъелся Карадок. — Нам нужно, чтобы кто-то предупредил если Пожиратели вызовут подкрепление. — Так поставь кого-нибудь из щеглов! — Он взмахнул рукой указывая на выпускников. — А я буду сражаться. — Ты будешь делать то, что скажу я или останешься здесь! Я ясно выразился? — Да. Камелия переводила взгляд с одного мракоборца на другого. Они вместе учились на авроров в свое время, но Аластор по всей видимости имел большую власть. Да и решение Грюма имело смысл. Карадок Дирборн безусловно сильный дуэлянт, отличный воин и верный ордену парень, но после потери Фенвика он стал нестабилен. Бросался вперед всех, рвался в бой и остальным лишь оставалось гадать, когда мужчина сорвется и использует непростительное. — Тогда выдвигаемся. — Закончил Аластор. — Э-э-э... погодите. — Неуверенно поднял руку Питер, словно в школе. — Я могу быстро трансгрессировать домой? Мне бы переодеться. Эта одежда не совсем подходит... — У нас нет на это времени! — Отрезал Магвайр. — Ты же не на подиум собираешься, какая разница на одежду? — Она просто стесняет движения. — Можешь взять что-нибудь у меня, Хвост. — Кивнул ему Джеймс. — Уменьшишь размер с помощью трансфигурации, так быстрее будет. — Я быстро! Петтигрю вскочил и с завидной скоростью понесся на второй этаж. Аластор и Барнаби недовольно закатили глаза. Все были слишком заняты прокручиванием плана в голове, чтобы заметить нервозность Питера и палочку, которую он крепко сжимал в руке. И уж точно никто не заметил серебряно-голубого света Патронуса вызываемого наверху. Девять человек с разницей в несколько секунд трансгрессировали в лес недалеко от Ратленда. Они специально аппарировали за пять миль от хижины, найденной Римусом, чтобы хлопок в глухом лесу не был услышан. Грюм быстро оглядел солдат и велел Люпину показать дорогу до того места, где Пожиратели убивают Гриффиндорцев. Пробираться через непроходимые сугробы оказалось не простой задачей. Ноги увязали в снегу и каждый шаг давался тяжело. Такими темпами, придя к хижине они уже растеряют половину сил, но выбирать не приходилось. Они шли молча, стиснув зубы и крепко сжимая палочки, готовые к любой угрозе. Через час они оказались на месте. Дирборн залез на высокое дерево, следя за периметром. — Мы выманим всех кто внутри. — Аластор повернулся к мародерам. — Как только они выбегут на улицу, через заднюю дверь пробирайтесь в дом. Поттер, за главного. — Есть. — Твердо сказал Джеймс. — Будь осторожен. — Незаметно коснувшись его руки, шепнула Камелия. — Вы все. — Не волнуйся, кис и не из такого дерьма выбирались. — Улыбнулся Сириус. Камелия кивнула и оставив мародеров за деревьями, пошла вслед за Аластором. Они остановились перед обычной хижиной лесника, которую на первый да и на второй взгляд никак нельзя было отнести к одной из баз Пожирателей Смерти. Хотя кто знает что там внутри... — Бомбарда Максима! — Вскинул палочку Грюм и дверь в дом слетела с петель. Секунда... две... три. Поначалу ничего не происходило и все уже было решили, что они опоздали и сторонники Темного Лорда покинули хижину, как вдруг из окна вылетела зеленая вспышка смертельного проклятья и понеслась прямо в Боунса. Парень в последнюю секунду умудрился уклониться и та врезалась в дерево. Началось... — Круцио! — Арресто Моментум! — Брахиабиндо! — Диффиндо! Заклинания проносились в опасной близости от мракоборцев. Пожиратели Смерти были без масок. Камелия узнала Розье завязавшего дуэль с Аластором, одного выпускника Слизерина, закончившего обучение на два года раньше девушки, кажется его фамилия была Уилкис и Джагсона с Трэверсом. Они тоже учились на змеином факультете, но выпустились еще когда Лестрейндж была на втором курсе. Аластор был одним из величайших мракоборцев своего времени. На его опыт полагались, его слушали с открытыми ртами, а попасть к нему на практику мечтали все без исключения. Но даже ему пришлось приложить силы в схватке с Эваном. Тот и раньше считался одним из сильнейших дуэлянтов, но за последние полтора года службы на Волан-де-Морт, парень определенно поднаторел. — Что, старик, уже не так силен, как раньше? Флиппендо Триа! Аластор не использовал вербальную форму заклинаний. Он молча насылал на бывшего Слизеринца проклятье за проклятьем, наступая. Его даже начала забавлять их битва, не каждый день встретишь достойного соперника. Единственные, кто мог продержаться против Грюма на ринге больше десяти минут были Камелия с Барнаби и то больше потому, что он лично их тренировал и они успели изучить его технику боя. — Дуро! — Протего! Перед заклинанием окаменения летело невербальное режущее. Аластор лишь почувствовал резкую боль в лице и кровь стекающуюся по подбородку. Он от неожиданности пошатнулся, а затем рухнул на белый снег скрючившись от «Круциатуса». Он не кричал, не просил о помощи, мужчина лишь извивался, чувствуя невыносимую, раздирающую изнутри боль. — Убить величайшего мракоборца для меня честь. — Насмехался Розье, размахивая палочкой перед лицом Грюма. — Темный Лорд вознаградит меня... Авада... Он не успел договорить, как Грюм сбил его точным ударом в колено. То вывернулось наизнанку и Слизеринец упал, почувствовав крепкие руки сомкнувшиеся на шее. По лицу Аластора стекала кровь окрашивая зубы и подбородок в красный, но он продолжал сжимать шею парня пока не послышался долгожданный хруст. Эван Розье был мертв. Аластор скатился с него, упав рядом. — Эверте Статум! — Выкрикнула Камелия и когда ее противника откинула на несколько метров, она бросилась к наставнику. — Ты как? Выглядел Грюм неважно. Он тяжело дышал, кровь хлестала прямо из его лица, орошая собой белый снег и одежду. Вдоль лица тянулся длинный грубый шрам, а нос был безвозвратно изуродован. — Жить буду. — Дирборн! — Крикнула девушка. — Забери Грюма! — Я в порядке. — Кашляя кровью, отмахнулся мракоборец. — Дай мне две минуты. — Какое блять нормально?! У тебя нос оторван! — С ближайшего дерева спустился Карадок и подбежал к ним. — Доставь Грюма в Мунго, а потом возвращайся, нам понадобится помощь. Она даже договорить не успела, как Карадок исполнил приказ и с громким хлопком исчез, прихватив с собой Аластора. Камелия поднялась с колен, осматривая поле боя. Барнаби сцепился с Уилкисом и еще двумя Пожирателями Смерти, Боунс завязал дуэль с Трэверсом. А ей остался лишь Джагсон, уже пришедший в себя после «Эверте Статума». — Ну что, милый, поиграем? Как только все Пожиратели Смерти оказались на улице, Джеймс кивнул в сторону черного входа и четверо мародеров осторожно стали пробираться в дом. Если снаружи он выглядел как старая хибара лесника, то внутри были наложены чары незримого расширения. Это оказалось длинное, полупустое помещение, напоминающее ангар. — Мы с Сириусом в той стороне проверим, вы в той. — Отдал распоряжение Поттер. — Если что кричите. Блэк даже не пустил шутку про командирские замашки друга, а молча поплелся следом, держа палочку наготове. Все они были напряжены до предела. На улице мелькали вспышки заклинаний, слышались непростительные срывающиеся с губ Пожирателей и парни даже не знали, в порядке ли другая часть их отряда. Живы ли они... — Сохатый, Бродяга! — Шепотом позвал их Римус. — Сюда! Быстрее! Парни так и не дошли до конца, бросившись на голос друга. Люпин и Петтигрю стояли возле стула к которому оказался привязан работник Министерства — Артур Уизли. Во рту у мужчины находился кляп, а на лице и открытых участках тела они смогли разглядеть ужасные гематомы. Джеймс вытащил кляп. — Кто вы? — Тяжело дыша спросил мужчина. — Спасатели. — Пожал плечами Сириус, принявшись развязывать веревки. — Вы в порядке? — Вроде... — Взгляд Артура забегал по лицам мародеров и остановился на Поттере. — Ты же Джеймс, да? Сын Флимонта? — Да. — Можно мне твою палочку? Мою сломали Пожиратели, а мне надо отправить послание жене, что я жив и скоро вернусь домой. У нас пятеро детей и она вероятно места себе не находит. — Конечно. Сириус наконец избавил Уизли от пут и тот с благодарностью взял палочку Джеймса, а потом вдруг его лицо запузырилось и стремительно стало меняться. Черты стали более заострёнными, волосы побелели и перед мародерами предстал Корбан Яксли — глава отдела магического правопорядка и похоже по совместительству Пожиратель Смерти. — Твою мать! — Это оборотное! Сириус вскинул палочку, но не успел даже произнести заклинание, как Корбан подался вперед и схватив Джеймса за запястье, исчез вместе с ним в хлопке трансгрессии. — Нет! Нет, блять! Нет, только не это, черт побери ! А тем временем на улице развязалась жуткая дуэль между Камелией и Джагсоном. Они не разменивались на светлые и темные заклинания, используя жуткие проклятья. Вокруг них деревья пылали адским пламенем, снег почернел, а небо словно для пущей трагичности заволокли черные, грозовые тучи. — Круцио! — Тебе стоит потренировать меткость, третий раз и все мимо! Экспульсо! — Протего! Эпискеи! Камелия вскрикнула, когда ее плечо пронзила вспышка заклинания и то предательски хрустнуло, вывернувшись назад. Джагсон расплылся в улыбке, игриво перекатывая палочку между пальцами. В его глазах читалось чисто безумие, жажда услышать мольбы и крики жертвы. Он черт возьми обожал это. — Темный Лорд велел тебя не убивать, но то, чего он не узнает ему не повредит... — Обманчиво нежным голосом протянул Пожиратель. — Мы скажем что ты сбежала из страны. — Джеееймс! — Раздался отчаянный крик Сириуса из хижины. — Блять! Нет! Камелия вздрогнула и дернулась в сторону дома, забыв о Пожирателе Смерти. Из ее головы вообще вылетели все мысли, а в ушах звенел крик Блэка. Что-то с Джеймсом... что-то случилось с Джеймсом. — Авада Кедавра! Лестрейндж успела лишь обернуться, чтобы увидеть зеленую вспышку сорвавшуюся с палочки Джагсона. Она замерла, вглядываясь в убивающее заклинание летящее прямо ей в грудь. Ее сковал ужас, ноги словно приросли к земле, не позволяя отшатнуться. Она просто застыла, в ожидании неминуемой кончины. — Камелия! Перед ней возник силуэт, принявший удар на себя. Все казалось каким-то непонятным. Вакуум. Голова кружилась, голоса вокруг стали приглушенными, а пролетающие рядом с лицом заклинания больше не казались опасными. Лестрейндж словно во сне смотрела, как человек спасший ее от непростительного, падает на белый снег без каких-либо повреждений, но определенно мертвый. Она узнала эти смоляные волосы. И гнев вспыхнул в ней с новой силой. Она вскинула палочку, направив ее на Джагсона. — Секо! Режущее угодило в грудь Пожирателя и тот выронив древко пошатнулся, хватаясь за грудь, откуда хлынула кровь. Он упал на колени и после нескольких мучительных секунд замер, испустив последний вздох. Джагсон был мертв. И убила его Камелия. Только не угрызений совести и ничего такого она не испытала. Лишь боль от потери... друга. — Пожалуйста, открой глаза! Пожалуйста... нет... Слезы падали на красивое и уже холодное лицо. — Пожалуйста, не закрывай глаза! Барнаби, прошу... не оставляй меня. Она схватила его за грудки и уткнувшись носом в шею мракоборца зарыдала, моля его открыть глаза и вернуться к ней. Внутри все разрывалось от боли. Барнаби закрыл ее от непростительного. Он умер за нее. Она должна лежать здесь, а не он... — Пожалуйста! Магвайр, черт тебя побери, очнись! Ты не мог умереть! Кто-то положил руки на ее плечи, заставляя подняться. — Камелия! Камми, послушай меня! — Она почти не могла разглядеть лица Сириуса из-за слез. Он взял ее за щеки, вынуждая девушку собраться. — Джеймс... он... — Джеймс? Что с ним..? — Они его забрали, кис. Он у Пожирателей Смерти.