Увядающий цветок Тосвы

Вечерний Токио без сомнения прекрасен. Яркие ослепляющие вывески, высокие пентхаусы, жизнь, кипящая здесь даже глубокой ночью, вкусные запахи из кафешек и придорожных забегалок. Ночь меняет Токио. Такое ощущение, что вечно занятые японцы под вечер вовсе не спешат домой, они продолжают стремительно куда-то бежать. Они заполняют яркие улицы, ночные клубы, бары, рестораны, культурно отдыхают с коллегами и напиваются с друзьями. Без всего этого он не был бы таким. Именно это описывает картину их родного города. Эта атмосфера одновременно и привлекает и отталкивает. Светловолосая до безумия обожала поездки по вечернему Токио. Хоть на улице и прохладно, ветер, который дул ей в лицо на большой скорости, совсем не беспокоил. Скорее даже успокаивал. Свежий воздух проникал в лёгкие, позволяя вдохнуть полной грудью и расслабиться. Она спокойно маневрировала среди машин, которых на дороге было не очень много и изредка поглядывала то на друга, то на привлекающие внимание неоновые вывески. Как же это всё-таки расслабляет и заводит одновременно. Словно ты птица, парящая меж облаков. Это занятие никогда им не надоест. Оно позволяет проветрить голову. Они частенько так катались ни о чем не разговаривая, им не нужны были слова, они были рядом друг с другом мысленно поддерживая в трудные минуты. Просто катались на байках по ночному городу устремляясь навстречу ветру, что дарило неимоверное чувство свободы. В такие моменты Вада могла на время забыть о проблемах и просто прокатиться на любимом байке, размышляя о самом разном. Вот и сейчас напряжение спало. А вот друг в отличие от нее был натянут как струна и она это заметила. Вада специально позвала его прокатится, чтобы он расслабился и отпустил гнетущие мысли, после чего они смогут спокойно поговорить, без лишних эмоций и притворства, что они показывали при других. Лишь наедине друг с другом они могут быть собой, не бояться высказывать свои мысли, пусть даже самые глупые, смеяться в голос или плакать, делиться душевными проблемами и помогать решать их. За это она и любила их дружбу, ведь только с ним единственным она могла быть настоящей, откладывая свою маску безразличия и холодность на дальнюю полку. Они ездили по ночному Токио где-то около получаса и совершив круг, приехали на то же самое место. Теперь у подножья храма не было ни единого байка и никого из «Тосвы», все давно разошлись по своим делам. Остановившись, Вада спокойно слезла с байка и дожидалась друга, который немного отстал. Когда же Баджи нагнал её и остановился, то окинул вопросительным взглядом с ноткой удивления. — Зачем мы снова сюда приехали? — задал вопрос парень, ставя свой байк на подножку и сложил руки в карманы широких штанов. — Идём. — проигнорировав его вопрос, сказала Вада и развернувшись к другу спиной пошагала к храму. Баджи скрыв недоумение, направился следом за подругой. Они молча поднялись на самую вершину храма, откуда открывался прекрасный вид на ночной Токио и пару минут молчали. Первой нарушить эту тишину решила Вада, увидев что друг явно не может подобрать подходящие слова. — Чего ты такой хмурый, клыкастик? — усмехнулась девушка, чем ещё больше удивила друга. — Кстати, прости за удар, сам напросился. Ты там в штаны не обоссался? — позитивно продолжила девушка, усаживаясь на ступеньки. — Очень смешно. — фыркнул Баджи, усаживаясь с ней рядом. Теперь же Вада могла разглядеть, что друг немного расслабился, а в глазах читалось сожаление, вперемешку с лёгким облегчением. Значит, прогресс явно есть. — Как мама? — насмешливо спросила Сано, по-прежнему мягко улыбаясь. Она любила подкалывать друга за чрезмерную боязнь и в то же время любовь к матери. В детстве он часто упоминал мамочкины советы и усердно учился, дабы не расстраивать её, хотя получалось у него из рук вон плохо. Но это же Баджи. Если за что-то возьмётся, то не отступит до самого конца. И сейчас она видит, что не спроста это его «предательство» «Тосвы» .За этим кроется нечто большее, что-то он задумал, но по виду парня заметно, что он ни в какую не хочет говорить что именно, по непонятной Ваде причине, ведь раньше он рассказывал ей абсолютно всё. Почему скрывает сейчас? Боится чего-то? Баджи не боится никого и ничего, кроме своей мамы. Он даже дразнит Ваду, зная что она гораздо сильнее его и может одним ударом заткнуть его, но все равно продолжает это делать. Не хочет её грузить? Значит, рассказывая ей про своих нудных учителей и непонятную тему по математике он хочет её грузить, а реальными проблемами нет? Или здесь кроется нечто намного серьёзнее, что он не хочет подвергать её опасности? Это ещё более глупо. Вада решила не ломать над этим голову, ведь знала, что сколько бы друг не припирался, в конечном итоге расскажет ей всё. По крайней мере, она на это надеется. — Нормально. — отстранённо ответил Кейске, устремляя взгляд на девушку. — Помнишь, как мы ездили на пляж? — неожиданно решила предаться воспоминаниям детства Вада, облокачиваясь локтями на верхние ступеньки. — Майки тогда разъезжал на своей развалюхе, называя его «жеребцом». — отпустила смешок девушка, глядя куда-то в небо. — Зато я хорошо помню, как мне досталось из-за этого «жеребца» от старшеклассников. — всё же усмехнулся Баджи и повторяя за подругой, поднял глаза на небо. — Это было очень самоотверженно, зато в конечном итоге мы отпинали этих гопников. — Мы? Да если бы вы с Майки не пришли, меня бы там прибили. — по-доброму возмутился Кейске, все так же улыбаясь. — Ну не скажи, ты тоже держался молодцом. Напряжение между друзьями спало окончательно и они, смеясь, вспоминали детские ушедшие годы, будто и не было недавнего представления с предательством. Например, как бегали под дождём и босиком прыгали по лужам, а потом лежали в кроватях с температурой и выслушивали нотации от старших. Или как Вада сломала ногу и валялась в больнице, а Кейске не пускали навестить подругу. Тогда он придумал план и по ниточке из её окна, благо оно находилось прямо рядом с её кроватью, писал ей записки и получал в таком же стиле ответ, переписываясь так до самого вечера. Или же как решились приготовить торт на день рождения Шиничиро, только вместо торта он получил разгромленную и заляпанную кухню, на что посмеялся, оценил их рвение и поблагодарил, а потом взъерошив волосы «мелюзге», вместе с ними дружно прибирал кухню. Они вели себя, как обычно, когда вдвоём проводили время за ночной прогулкой или просмотром тупого фильма, во время которого Баджи не переставал отпускать раздражающие Ваду комментарии. Сейчас между ними царила тёплая и уютная атмосфера, как это было всегда. — Вада, — начал Кейске, после чего на мгновение замолчал. — Зачем ты меня сюда привела? Не посмеяться над прошлым же. — всё-таки решился задать интересующий его вопрос Баджи, в ожидании глядя на подругу. Она не отрывала глаз от звёздного неба, а на лице застыла всё та же лёгкая улыбка. Она казалась такой умиротворённой, хрупкой и душевной. И не скажешь же, что это жестокая хулиганка, которая может в одиночку перебить целую банду. — Если ты хочешь поговорить о моём уходе, то я не передумаю. — Ты помнишь, — начала Вада, игнорируя вопрос друга. — Как 4 года назад на этом месте родилась «Тосва»? Здесь начало её истории. — сказала Вада, опуская голову и еле касаясь, провела ладошкой по каменным ступенькам. — Помню. — нахмурился Кейске, наблюдая за действиями подруги. Лето 2001 года Баджи пыхтя от усталости, всё же дотащил спящего на его спине Майки, так как тот заснул прямо во время езды на байке, до вершины храма, где его уже ждали друзья. — Ты последний, лузер. — весело проговорил Мицуя. — А что мне было делать? Он до сих пор храпит без задних ног! — возмутился Баджи, слегка встряхивая мирно посапывающего Майки на своей спине. — Пустые оправдания. — отозвался Дракен. — Позорище. — Уже приехали? — сонно проговорил Майки, потирая глаза и слез со спины друга. — Хорошо спалось? — хохотнула Вада, принимая в объятия брата, который ещё не до конца отошёл ото сна и чуть ли не упал в руки старшей сестры. — Как ты вообще умудрился заснуть на байке? А если бы свалился? — добавила светловолосая уже более серьёзным голосом, будто родитель, который вот вот начнёт читать нотации. — Ой, отстань. — закапризничал Майки, слегка отталкивая от себя сестру, за что сразу получил подзатыльник. Все кучкой собрались возле храма, кто-то уселся на землю, а Майки с Вадой приземлились на деревянные перила, возвышаясь над остальными. — Вы слышали о «Чёрных Драконах»? — подал голос Майки, чье лицо вмиг стало серьёзным. — Да вроде, они вообще отбитые. Старше нас на три года. — сказал Мицуя. А вот Кадзутора заметно занервничал, что многим показалось странным. На лице парня были пластыри, что свидетельствовало о том, что он недавно подрался. Хотя выглядело так, словно его просто побили. — Почему ты не попросил помощи, Кадзутора? — строго спросил Майки, не сводя цепкого взгляда с друга, на что тот заволновался ещё больше и опустил глаза в пол. — Баджи рассказал, что ты в одиночку подрался с «Чёрными Драконами». — Что?! Кадзутора подрался с «Чёрными Драконами», внатуре?! — удивился Мицуя. — Точно, Кадзутора же проживает на территории «Чёрных Драконов» — блеснул знаниями Пачин. — И что, хочешь бросить им вызов, а, Майки? — спросил Дракен, после чего Майки спрыгнул с перил и кивнул, подтверждая догадку друга. — «Чёрные Драконы» довольно сильная банда, нам нужен весомый повод, чтобы на них замахнуться. — констатировала Вада. — Я придумал! — бодро крикнул Баджи, подскакивая с земли. — Мы сколотим свою банду! — гордо заявил он, упирая руки в бока. — Банду? Нашу собственную? — удивлённо спросил Мицуя. — Да! — А что, хорошая идея. — воодушевился Дракен. — Я уже придумал, кто кем будет! — излагал Кейске, сверкая глазами от переполняющей его радости пока все в недоумении пялились на его. — Командирами будут крутейшие и сильнейшие во всей вселенной Майки и Вада! — Не подлизывайся. — с улыбкой закатила глаза Вада. — А разве может быть два командира в банде? — удивлённо спросил Кадзутора. — Может, если они оба сильные физически и духом, добрые и готовые защищать своих товарищей.. — заявил Баджи, после чего перевёл взгляд на Дракена, тыча в него указательным пальцем — Вице-командиром будет наш надёжный братан — Дракен! — после него, указательный палец Баджи перешёл на Мицую — Мицуя, умеющий всех нас строить будет начальником охраны! — весело продолжал Баджи. Следом Кейске указал на Пачина. — Знаменосцем будет наш силач Пачин. А мы с тобой будем штурмовиками. — поворачиваясь к сидящему на земле Кадзуторе, закончил Баджи. — Но… Можно ли, вот так просто… — замялся Кадзутра, но договорить ему не дал Майки. — А я и название нам придумал. — гордо проговорил будущий командир, складывая руки в замок за головой. — Да?! Какое, говори! — «Токийская Банда Манджиро» — заявил Майки с победной улыбкой на лице. — Отстой! — хором прокричали все друзья. — Ну, короче, на название пофиг, но я за банду. — с улыбкой проговорил Дракен. — Кенчик… — растерянно сказал Майки, поворачиваясь полу боком к другу. — Да, если станем бандой, то будет достойная причина бросить вызов «Чёрным Драконам», пофиг как назовёмся. — сказал Мицуя. — Злюки! — с досадой возмутился Майки. — Банда? А чё, звучит клёво, а на название пофиг. — довольно заявил Пачин. — Придурки! — уже завопил разъярённый Майки. — А как насчёт… «Токийская Свастика»? — наконец подала голос молчавшая до этого Вада, чем привлекла к себе внимание, заставляя всех замолчать и задуматься. — Или, если короче, то «Тосва». — «Тосва»? — задумался Кейске, поднося пальцы к подбородку — Звучит круто! Одобрено! — весело вскрикнул Баджи, гордо глядя на подругу. — Эй! Чем её название лучше моего?! — вновь закапризничал Майки, подобно ребёнку. — Твоё вообще какое-то тупое! Почему банда должна называться в честь тебя? Эгоист! — возмутился Мицуя. — Вообще-то… — уже было хотел начать спорить Майки, как его перебили. — Значит решено. — начал Баджи, обращая внимание на себя, заставив Майки застыть с открытым ртом. — Мы передаём вам всё, что у нас есть. Постройте нам новую эпоху, Сано. Эти слова затронули не только Майки, но и Ваду, которая уже давно слезла с перил и стояла рядом с братом. Эти слова глубоко затронули её сердце, заставляя его на секунду ёкнуть и навсегда отпечатались в памяти. — Да. — с тёплой улыбкой произнесла Вада и подбадривающе ткнула брата локтём в бок. — Обещаем. — с такой же улыбкой проговорил Майки, беря сестру за руку и переплетая их пальцы. — Наша банда будет самой крутой в стране! — клятвенно произнёс командир только что родившейся «Тосвы» и поднял переплетённые в замок руки вверх. *** — Мы с Майки стали главными. У «Тосвы» семь основателей, но создал её ты, Баджи, — наконец заглянула в глаза другу Вада. — Именно ты родил эту идею и сплотил нас всех. — продолжала Сано в то время, как Баджи растерянно бегал глазами по ее лицу, застыв на месте, словно статуя. — А теперь скажи мне — попросила девушка, поднимаясь со ступенек и возвышаясь над другом посмотрела на него грозным взглядом сверху вниз. — Разве может создатель предать то, что создал? Этот вопрос окончательно выбил из колеи Баджи, заставив удивлённо открыть рот, забывая все слова. Что он ей скажет? Как ей всё объяснит? Подруга видит его насквозь и он это понимает, из-за чего просто не может ей врать. Только не ей, она этого не заслужила. — Ты придурок, Баджи. Вечно действующий мне на нервы, боящийся свою маму, сильный и безбашенный парень, который может вытворить какую-то дичь просто потому, что тебе захочется. Ты тупица, оставшаяся на второй год из-за своих мизерных знаний. Ты кто угодно, но не предатель. Только не ты. — продолжая вдалбливать друга взглядом в землю сказала Сано. — Ты не мог предать родную тебе «Тосву» и тем более меня, не жди, что я подобно остальным тупицам в это поверю. Поэтому, я жду объяснений. Баджи олицетворяет собой принципы «Тосвы», он готов рискнуть своей жизнью ради друзей и ненавидит «коварные» планы. Именно поэтому он — последний, кто мог бы предать их. — Вада… — начал Баджи, собираясь с мыслями, но его тут же перебили. — Только не ври мне, Баджи. — строго приказала Сано своим командирским тоном. — Что происходит? Что ты задумал и главное, зачем? — завалила наконец вопросами, что беспокоили её всё это время, Баджи. — Я не могу тебе об этом сказать. Но я правда ухожу в «Вальхалу». — вяло произнёс Кейске, виновато опуская глаза. — Тогда назови причину. — Не могу я. Тут Сано расслабила мышцы лица, меняя его с грозного на спокойный и окинула друга равнодушным взглядом. — Кадзутора недавно вышел из колонии и теперь состоит в «Вальхале». Это ведь из-за него? — спокойной спросила Вада, загоняя этим вопросом друга в тупик. Он резко поднял на неё расширенные от удивления глаза, задавая немой вопрос. — Не смотри на меня так. Кто владеет информацией — владеет миром. — всё тем же спокойным тоном заявила светловолосая. Но её равнодушное выражение лица выдавали лишь глаза, что пристально изучали другие, пытаясь что-то в них разглядеть и прожигали дыру в его голове. На это заявление Баджи промолчал, чем подтвердил догадку девушки. — Значит Кадзутора, — задумчиво, вяло растянула слова Вада, усаживаясь обратно. На ее лице вновь сменилась эмоция. Теперь это было снисхождение и некая жалость, глаза перестали метать молнии и теперь в них читалось сожаление, вперемешку с какой-то родной теплотой, которая сейчас была так необходима Баджи. — До сих пор не можешь простить себе, что не остановил его в тот день? Считаешь, что если бы предотвратил это, его бы не упекли в колонию и не сломали ему жизнь? — тихо спросила Вада, и глядя на друга поняла, что она вновь попала в яблочко. Кадзуторе сломали жизнь. Смешно. У Вады она просто рухнула, но даже сейчас она о себе и о своих чувствах не упоминает. — Баджи, я устала повторять, но повторю ещё раз, если до тебя это не доходит. Ты не виноват в том, что Кадзутора убил Шиничиро. Это вышло случайно, никто не мог предвидеть этого. Вы были ещё детьми и просто испугались. — спокойно говорила Вада, хотя внутри разразилась настоящая буря от того, что снова приходится это вспоминать. Уже 4 года, раз за разом, где бы она не была и как бы не пряталась, эти воспоминания находят её и причиняют адскую боль. Легче, когда есть кого винить в смерти близкого человека, на кого излить свою ненависть и боль. Она не может простить бывшему другу смерть брата, хоть и прямо сейчас утверждает, что это было случайно, ведь дети тогда просто испугались. Но в какой-то степени Вада даже рада, что это сделал именно Кадзутора, ведь если бы это был Баджи, она бы не смогла его ненавидеть, просто не получилось бы, слишком дорог он ей был. Тогда, она бы осталась наедине со своей болью и таила всю ненависть в себе, убиваясь день за днём. Кадзутору же она без зазрения совести хочет задушить голыми руками уже на протяжении четырёх лет, и таким образом отомстить за смерть брата. Но даже если она это сделает, то Шиничиро к жизни это всё равно не вернёт, так рассуждал здравый смысл в её голове и она к нему прислушивалась. — Я мог отговорить его от этой дурацкой затеи. Мог, но не стал. Мы оба хотели порадовать Майки на день рождения. Хотели, чтобы этот день был для него самым счастливым, а по итогу он стал самым ужасным в его жизни. И в твоей тоже. — наконец Баджи начал изливать душу, доверяя подруге, о чем никогда не жалел и сейчас не жалеет. — Знаешь… Я тебе не говорила. Байк, что вы хотели тогда украсть, итак принадлежал бы Майки. — сказала девушка, сглатывая подступивший ком в горле. До чего же глупая произошла ситуация. Если бы они тогда знали, Шиничиро был бы жив, а Майки счастлив. Но увы, прошлого не исправить, и нам остаётся лишь жить с давящим на грудь чувством вины и банальный вопросом «А если бы?..». — То есть как? — недоумённо спросил Баджи. — В тот день, Шиничиро передал коробочку и попросил спрятать её от Майки. Позже я её открыла. Там были ключи от того самого байка, который вы хотели украсть. Он стоял отдельно ото всех, за ним ухаживали, потому что он был подарком для Майки от Шиничиро. — грустно усмехнулась Вада, глядя пустым взглядом куда-то перед собой. — Получается, Шиничиро погиб зря. Глупая ситуация, правда? — Не может быть… Получается, что если бы мы тогда знали, не было бы этого всего. — с трудом выговорил Баджи. Эта новость его явно шокировала. Опять это «Если бы», будь оно неладно. — Думаю, если бы Кадзутора притормозил, вы бы могли объяснить всё Шиничиро, он бы вас понял и вы вместе бы посмеялись с глупой ситуации. И вместе бы порадовали Майки. Но Кадзутора убил Шиничиро, и с этим ничего не поделаешь. Хватит винить себя в том, что не смог ему помешать. Ты бы просто не успел. У Кадзуторы уже тогда крыша поехала, ему не колония нужна, а психушка. — начинала закипать Вада, сжимая руки в кулаки, дабы не сорваться и не обматерить бывшего друга. Она знает, что Баджи им дорожит и ради него не хочет поливать Кадзутору грязью. Это только её дело, её эмоции и её боль. Придёт время и она их обязательно выплеснет, но сейчас есть проблема поважнее. — Я не прощу его, Баджи, и не хочу, чтобы из-за него ты совершил огромную ошибку. Откажись от этой мысли пока не стало слишком поздно. — уставилась Вада на Баджи, сверля его стальным взглядом. — Дело не только в Кадзуторе. Тут нечто большее и более весомое, Вада. — принял её игру в гляделки Баджи. — Тогда в чем дело? — Я не могу рассказать, ты не поймёшь. — Что за секреты? Хватит ломать комедию мирового заговора, скажи как есть. — Вада уже начала серьёзно закипать. Что за бред он несёт? Баджи встал со ступенек, возвышаясь над подругой, и улыбаясь, протянул ей руку. Она долго смотрела в его глаза, но всё же вложила свою ладошку в его и поднялась. Кейске всегда удивлялся, как такая маленькая ладошка может одним ударом чуть ли не жизни человека лишить? Как в такой хрупкой девушке может быть столько силы? Она ведь сильна не только физически, но и духом. Сколько бы она не пережила, всегда с гордо поднятой головой справлялась с проблемами самостоятельно и именно это ему в ней нравилось. Он никогда не перестанет благодарить судьбу, за то, что встретил когда-то бойкую девочку, сидевшую на дереве, ведь благодаря этой встрече он подружился с Майки и остальными, у него появились верные друзья и собственная банда, что стала для него родной семьёй, за которую он и жизни не пожалеет отдать, лишь бы «Тосва» жила и процветала. Баджи невыносимо трудно от неё отказываться, выставляя себя её врагом. Ему тяжело обманывать лучшую подругу, которая стала для него нечто большим. Родным человеком. Но именно ради них он и затеял всё это и пойдёт до конца не смотря ни на что. Ради них. Ради «Тосвы», ради друзей, ради Вады. Чтобы они были в безопасности и встретили счастливое будущее. Он не может рассказать ей всё, но знает, что ему достаточно просто намекнуть и она сама всё поймёт и поддержит его. — Мартышка, ты мне веришь? — мягко улыбнулся и сжимая её ладошку своей лапищей, чуть наклоняясь к ней, чтобы быть на одном уровне, спросил Баджи. Только с ней он позволял себе быть таким, обнажая всю доброту и нежность, которые были даже у такого бесёнка, как Баджи. Что дозволенно было видеть только Ваде, чем он показывал, насколько он ею дорожит. То, с какой нежностью он назвал её прозвище заставило сердце Сано старшей пропустить удар, посылая приятные тёплые импульсы по всему телу, а тёплая ладонь друга лишь дополняла это возникшее ощущение уюта, спокойствия и защищённости. Так её никто никогда не называл, кроме Кейске. Если же раньше её это прозвище раздражало, то сейчас оно греет душу. Это доказывает, что друг не предавал её и никогда этого не сделает. Он всё тот же, что и раньше. Он рядом. Поэтому Вада недолго думая, уверенно ответила: — Верю. Это подтолкнуло её на воспоминание о дне их знакомства. Получилось оно очень необычным и именно в этот день она заслужила прозвище, которым Баджи с тех самых пор называл её. Май 1997 года Баджи в тот день нехило так проспал и опоздал в школу, но идти все равно пришлось. Он серьёзно отставал по учёбе и это расстраивало его маму. Баджи не любил, когда она огорчается и тем более сердится, поэтому несмотря на то, что он проспал уже два урока, все равно шагал в храм науки, что-то весело напевая себе под нос. Погода радовала палящим солнцем, в воздухе витал запах цветов, которыми были усеяны все клумбы, а на небе пролетали странной и самой разной формы облака. Пение птиц дополняло эту картину прекрасного дня, создавая лёгкую весеннюю атмосферу. Баджи размышлял себе о своём, проходя между деревьями, что были высажены вокруг школы, как из мыслей его отвлёк прилетевший прямо в голову откуда-то сверху кроссовок. Он недоумевающе поднял его с земли и запрокинул голову вверх, пытаясь понять, откуда он прилетел. Кейске наткнулся взглядом на тёмно-карие глаза, нагло изучающие его. Это была девочка. На вид ей было лет 10 от силы, золотистого цвета волосы, что были уложены на правую сторону и довольно странные черты лица. Она слишком отличалась от обычных девчонок, которых он видел. Она была будто с другой планеты, чем и заинтересовала его. Она сидела на самой большой ветке почти на самой верхушке дерева, облокотившись о ствол спиной и свесила ноги вниз. По одной ноге, что в отличие от второй была без обуви, Кейске сразу понял, кому принадлежит вещь, упавшая ему на голову. — Твоё? — поднял руку с кроссовком вверх. — Моё — безэмоционально произнесла девочка, не сводя с него цепкого взгляда. — И ты решила меня им убить? — скептически произнёс Баджи, вздёргивая бровь. — Ну не умер же. Подумаешь, он не такой уж и тяжёлый — пожала плечами девочка. — Ты как вообще туда залезла? — задал беспокоивший его вопрос Баджи. — Легко — всё так же безэмоционально ответила светловолосая. — А чего ты вообще там сидишь? Тебе разве не нужно на урок? — после этого вопроса девочка заметно помрачнела, что заметил Баджи и ему стало ужасно любопытно, что же послужило этому причиной. — Я прогуливаю. — Но почему? Мама говорит, что прогуливать плохо. — удивлённо произнёс Баджи, подходя к подножью большого дерева, чтобы лучше слышать собеседницу. — А сам-то? Почему не на уроке? — чуть ли не предъявив обвинение, нахмурилась девочка. — Я проспал и сейчас иду в школу! — попытался оправдаться Баджи. — Понятно. — возвращая свой равнодушный вид произнесла девочка. — Так почему ты прогуливаешь? Разве тебя не накажут за это? — недоумевая спросил еще раз Кейске, отчего девочка снова заметно изменилась в лице. — Не накажут, у меня брат добрый. — с грустной улыбкой произнесла светловолосая, после чего продолжила. — Я не хочу на урок. Меня там… Не любят и постоянно обижают. — окончательно поникла девочка, поджимая под себя колени и обнимая их руками. — Почему? — спросил Баджи, ведь ему и правда было интересно. — А сам как думаешь? — посмотрела на него, будто он самый глупый человек в мире и обвела себя руками. — Из-за странной внешности? — предположил Кейске, после чего сразу же словил на себе озлобленный взгляд. — Ещё один. Ничего она не странная, просто немного отличается от других! — возмутилась светловолосая, после чего успокоилась и договорила уже более тихо — Мне так брат говорит… Я не странная, я просто немного выделяюсь среди остальных вот и всё. — как-то обиженно сказала девочка, глядя куда-то перед собой затуманенным от подступивших слёз глазами. Баджи стало искренне жаль эту девочку, ведь его самого часто задирали. Но он мальчишка и неплохо умеет драться, так что обидчики быстро понимали, как делать не стоит и отставали. А вот девочкам в этом плане труднее. Им остаётся лишь слушать оскорбления с насмешками и молча проглатывать обиду. Ему захотелось как-то поддержать её. Ему в какой-то степени стало стыдно, ведь он вначале подумал так же, как и все остальные. — Твой брат правильно говорит. Ну и что, что ты не похожа на остальных, это делает тебя особенной и выделяет на их фоне. Не всем же быть одинаковыми, тогда это было бы скучно. — попытался приободрить её Кейске и реакцией на свои слова остался доволен. Девочка перевела на него заинтересованный, вперемешку с удивлением взгляд и еле заметно улыбнулась. Видимо, эти слова её тронули и она явно была готова продолжать разговор с новым другом. Ведь он единственный, кто не осудил её за иностранную внешность и даже немножко придал уверенности в себе. Он ведь прав. Она пусть и выглядит иначе, но очень красивая, необычная, что делает её особенной, выделяя её среди этого однотонного и скучного мира. — Тебя как зовут-то хоть, мартышка? — весело спросил Кейске. — Какая ещё мартышка?! — завозмущалась девочка. — Меня Кейске Баджи звать. — улыбнулся, обнажая белоснежные зубы и острые клычки мальчик, заставляя светловолосую прервать поток возмущения и даже немного засмущаться. Слишком уж был он приветлив с ней, она к такому не привыкла. — Вада Сано… — тихо произнесла она, всё еще не понимая как себя вести. С ней впервые кто-то захотел подружиться, что её сильно удивило. — Слушай, может слезешь оттуда, а то как-то не удобно отсюда с тобой разговаривать — обведя пространство вокруг себя, сказал Баджи. — И кроссовок свой забери. — Ладно. — всё ещё прибывавшая в недоумении, кивнула Вада и уже было хотела начать спускаться, как остановилась и обеспокоенно посмотрела на нового знакомого. — Я не могу. — взволнованно произнесла Сано, вертя головой в разные стороны. — Что значит не можешь? Ты же как-то туда залезла. — недоумевал Кейске. — Залезть было легко, а как слезть теперь не знаю! — уже не на шутку начала паниковать светловолосая. — Попробуй по веткам аккуратно. — посоветовал мальчик, растерянно глядя на Ваду. Та в ответ кивнула головой и предприняла попытку по спуску вниз. — А говорила мама, что по деревьям лазить опа… — проговаривал Баджи, ходя из стороны в сторону возле дерева, но не успел договорить, потому что в эту секунду Вада упала с дерева прямо на него, сшибая с ног. Они оба свалились на землю, точнее, Баджи на землю, а Вада на него. — Едрить колотить! — Ого, мягкая посадка. — весело произнесла Сано, поднимаясь с Кейске, который всё ещё лежал распластавшись на земле и болезненно мычал. — Кажется, у меня сотрясение. — промычал Баджи, потирая свой затылок. — Ты что совсем сумасшедшая?! Кто ж так спускается?! А если бы сломала что-то?! — от былой боли в голове будто не осталось и следа, а Баджи подскочил с земли, отряхиваясь и возмущённо глазел на Ваду. — Но ведь не сломала же. — спокойно произнесла Вада, поднимая с земли свой недавно упавший кроссовок и надела его на ногу. — Ты чуть не сломала меня! — продолжал возмущаться Кейске, бурно жестикулируя руками. — Что ты как девочка, хватит ныть, клыкастик. — Сложила руки на груди и вздёрнула бровь светловолосая. — Кстати о клыках, ты что их натачиваешь чтоли? Чего они такие острые? — заинтересованно спросила Вада, приближаясь к Баджи и чуть ли не заглядывала ему в рот. — Нет, они сами как-то. — пожал плечами Кейске, а потом спохватился. — Блин, мне ж на урок надо! — начал волноваться Баджи, чем рассмешил новую знакомую. Её звонкий детский смех заставил Баджи остановится и непонимающе уставится на неё. — Чего ты так переживаешь? Ну прогуляешь один раз, мир от этого не исчезнет. Давай лучше пойдём погуляем. — с улыбкой предложила Сано, чем удивила друга. — Но нельзя ведь… Мама говорит… — Ты всегда делаешь то, что говорит тебе мама? — перебила его светловолосая. — Ну да… — Маменькин сынок. Ты же пацан, твори беспредел, прогуливай, гуляй с друзьями, дерись в конце концов! — старалась воодушевить его Вада, но кажется, получалось не очень. — А ты разве маму не слушаешь? — с ноткой обиды спросил Баджи. Ему не нравилось, что она насмехалась над ним, называя «маменькиным сынком». Он не мог понять, что плохого в том, чтобы слушать маму? — У меня нет мамы. — пожала плечами Вада и как-то слишком спокойно об этом заявила, что заставило Баджи удивиться. — Почему? — задал очевидный вопрос Кейске. — Не знаю. Видимо я ей была не нужна. Меня растили папа с братом. Два месяца назад папа с мачехой погибли и теперь я живу со старшим братом. — начала загибать пальцы Вада. — дедушкой, младшим братом и младшей сестрой. — закончила кратко излагать свою историю Сано, но на её лице не было ожидаемой грусти, напротив, была некая радость, гордость и что-то ещё, чего Баджи разглядеть не мог. — Вот это да. У тебя такая большая семья. — В очередной раз удивился мальчишка, уже следуя за подругой в неизвестном направлении. Его настолько увлёк разговор, что он решил впервые в жизни забить на учёбу и советы матери и просто слепо шёл за светловолосой, слушая подробный рассказ о её жизни, иногда выкрикивая своё удивление. Интересная личность — подумалось ему тогда и как же, чёрт возьми, он оказался прав. Они гуляли весь день, ходя по разным местам, ели мороженное, бегали, дурачились, обсуждали разные темы и рассказывали о себе. Им обоим нравилось проводить время в компании друг друга, им было настолько весело и комфортно вдвоём, что они потеряли счёт времени и опомнились лишь к закату. — Давай провожу тебя до дома! — весело предложил Баджи. — А пошли! Как раз познакомлю тебя с братьями! — так же позитивно приняла его предложение Вада и поменяла курс на свой дом. — Ты только маму предупреди, что задержишься. — хихикнула Сано, намереваясь подколоть друга, но вот он с ужасом схватился за голову и прокричал: — Точно! Мама! — Баджи сразу полез в телефон и облегчённо выдохнул. Видимо, пропущенных от родительницы не было. — Неужели ты так боишься маму, клыкастик? — серьёзно спросила Вада, заинтересованно склонив голову на бок. — Эй, хватит меня так называть! — капризно надул щёки Кейске. — Ты называешь меня мартышкой, значит я тебя буду звать клыкастиком, всё честно — утвердила Вада, передразнивая друга. — Не боюсь я маму, просто не хочу огорчать. Я итак плохо учусь и это её разочаровывает. Я хочу её только радовать! — гордо заявил Баджи, слегка приподнимая сжатую в кулак ладошку. — Похвально. — по-доброму улыбнулась Вада и похлопала его по плечу. — Вы поглядите, какая встреча! — донёсся грубый незнакомый голос, на что Баджи с Вадой синхронно обернулись на его источник. Это был мальчишка в компании старшеклассников быковатой наружности и это заставило Баджи заволноваться. А вот Вада нацепила равнодушную маску и скучающе окинула присутствующих взглядом. — Что тебе нужно, Юске? — спросил Баджи, пытаясь унять дрожь в теле. — Ты в прошлый раз меня поколотил, я же обещал тебе, что ты ещё получишь. Я держу своё слово. Это мой старший брат и его банда, — указал на рослых парней позади себя. — и они здесь, чтобы надрать тебе задницу. — после этих слов один из старшеклассников демонстративно хрустнул шеей, отчего Баджи занервничал ещё больше. Парочку он точно уложит, но не всех же сразу. Тут было человек 10, если не больше. Он очень не хотел, чтобы подруга видела его поражение и ещё больше не хотел, чтобы по его вине и ей досталось. — Да? А у самого силёнок не хватает? — грозно спросил Баджи, закрывая спиной Ваду, предчувствуя, что после этих слов они разозлятся и сразу кинуться на него. — Ну всё, ты напросился. — произнёс один из гопников, медленно приближаясь к Баджи и уже вознёс кулак для удара, как спокойный девичий голос заставил его застыть. — Скукота. — послышалось за спиной Баджи и парень грубо оттолкнул его, открывая вид на девочку, что окинула его скучающим взглядом. — Ты что тут забыла? Тоже получить хочешь?! — громко спросил парень, разбрызгивая слюни прямо ей в лицо, отчего она поморщилась и потёрла лицо тыльной стороной ладони. — Кто тут у вас главный? — спокойно спросила Вада, чем поражала Кейске, который наблюдал за происходящим со стороны. — Ну, я. — подал голос один из старшеклассников, обращая на себя внимание. Вада окинула его равнодушным взглядом с ног до головы и побежала в его сторону. Подбежав достаточно близко, она высоко подпрыгнула и впечатала подошву кроссовка прямо ему в лицо, отчего он отшатнулся и свалился на землю, держась за сломанный нос, из которого тут же ручьём полилась кровь. Все присутствующие застыли с раскрытыми ртами от шока. Никто не мог поверить, что маленькая хрупкая девочка может вытворить такое. Она с одного удара вынесла главаря их банды. Стоит ли говорить о Баджи, который просто окаменел от ужаса и удивления. Вада же так и не сменила равнодушие на своём лице и ещё раз окинула всех присутствующих холодным взглядом. — Вы, идиоты, только в стаях на что-то способны. Умеете только чесать языками, как же бесит. Всей толпой решили напасть на одного, да к тому же ещё и младше вас. Жалкие трусы. — злобно проговорила девочка, переводя взгляд на виновника этого торжества. — Ты же мужик, а жалуешься как девчонка. Если тебя побили, учись сам решать свои проблемы и давать сдачи. А ещё лучше, подумай за что получил и сделай соответствующие выводы, ссыкло. — выплюнула Вада и перевела взгляд на всё ещё ошарашенного друга после чего мило улыбнулась, чем озадачила его ещё больше. — Не боись, клыкастик, мы вдвоём от них и мокрого места не оставим. Шок сменился на ухмылку и Баджи уверенно подошёл к подруге, поравнявшись с ней и грозно глянул на противников, которые всё еще не понимали что происходит. Он то думал, что её придётся защищать, а теперь ему кажется, что наоборот. Он в очередной раз поразился этой девочке и приятно удивился. Она и правда особенная и не только из-за выделяющейся внешности. Она поразила его своей историей, стойкостью, добротой, милой улыбкой, смелостью. Тем, что заступилась за друга, влезая в эту драку и прекрасно понимая, что ей самой достанется, но даже понимая всё это она не бросила его и не кинулась бежать, а гордо встала на его защиту. А ведь она девочка. О её умении драться вообще стоит промолчать, этого Кейске ожидал меньше всего. Ему даже немного стыдно, что эта маленькая девочка его защитила, но в то же время он тупо радовался, что наконец-то не один. Это была гордость за подругу, иначе не назовёшь. Теперь, ему есть кого защищать и ради кого идти вперед, даже если эта защита ей и не требуется. — Давай надерём им задницы, мартышка. — бодро предложил Баджи, ударяя кулаком об ладонь, тем самым показывая, что готов к драке. Получив одобрительную ухмылку от Вады, он первым грозно кинулся вперёд, впечатывая кулак в живот противнику. Вада от него не отставала и почувствовав спиной спину подруги, что была рядом и вместе с ним дралась, он дал волю своей силе и разошёлся не на шутку и ему это нравилось. Нравился этот адреналин, даже когда он получал в ответ, все равно с ухмылкой продолжал бой. Он знал, что она смотрит и не хотел уступать Сано, хотел казаться для неё сильным, чтобы она знала, что он всегда готов защитить её, как и она защитила его в тот день. Чтобы знала, что он никогда не бросит её и всегда будет рядом. Если бы они только знали, с чем им придётся столкнуться в будущем. Но они верили, что вместе преодолеют любые проблемы и победят, как и в тот день. Вдвоём против всех, а большего и не нужно. Главное вместе. *** — Тогда поверь, что у меня всё под контролем. Я не могу тебе рассказать, поэтому прошу просто мне довериться. — мягко произнёс Баджи, чем заставил подругу нахмуриться. Она высвободила ладонь из его хватки и вновь уставилась на друга, пытаясь что-то прочитать в его глазах. Но ничего кроме уверенности и нежности она там не нашла. Что же он всё-таки задумал? Вада поднесла ладонь к забинтованному лентой запястью, который всегда был перевязан некой «реликвией» «Тосвы», которую они повязывали на самые важные драки, но Вада всегда носила её повязанной на запястье. Она начала медленно распутывать ленту и когда размотала до конца, на руке показался фиолетовый амулет, точнее его часть, который она всегда носила под лентой. Баджи недоумевающе уставился на её запястье. Он всё никак не мог понять, для чего же Сано постоянно ходит с перебинтованной рукой, но теперь его осенило. Она всегда носила реликвию в виде амулета, который они купили в день основания «Тосвы» и разделили на две части, при себе. Одну отдали Ваде, как единственной девушке и командиру, а вторую… Баджи залез в карман форменной куртки «Свастонов» и вытащил оттуда вторую половину фиолетового амулета, что вызвало тёплую улыбку на лице Вады. Им обоим было поручено хранить эту важную для «Тосвы» вещь, что всё это время являлось большой честью для них. Эта вещь священна как для них, так и для остальных основателей «Тосвы». В ней заключается дух «Тосвы». Они поднесли обе части друг к другу, соединяя две половинки в одно целое и синхронно усмехнулись, вновь придаваясь тёплым, греющим душу воспоминаниям. День основания «Тосвы» 2001 год. — А какая банда у нас будет? — спросил Майки, отпуская руку сестры. — Это хороший вопрос… — протянул Кейске, после чего с серьёзным лицом окинул каждого друга взглядом и заявил — Хочу банду, где каждый из нас жизнь положит за друзей. Хочу не просто уличную шпану, а семью, где будет царить только дружба, понимание и поддержка. И до того растроганная Вада от таких слов ещё больше обмякла. Её покорили слова друга, ведь она думала совершенно так же. Она загордилась им ещё больше, и гордо улыбнувшись сказала: — Значит так и будет. — Давайте купим амулеты в честь такого события! — взбодрился Пачин и побежал к ларьку. — Да, не просто ж так сюда ехали. — сказал Мицуя и побежал вслед за другом. Баджи подошёл к Ваде со спины и широко улыбнувшись, обнажая когда-то привлёкшие её клыки и приобнял подругу за плечи, на что в ответ получил тёплую улыбку. — Эй, давайте шевелитесь, а то амулеты закончатся. — поторапливал всех Пачин и остальные рассмеялись, побежав на перегонки до ларька, в котором продавались сувенирные амулеты. — 500 йен. Дорого! — расстроился Мицуя, глядя на фиолетовый амулет, расписанные жёлтыми иероглифами. — У меня 313 йен. — выставил руку с деньгами Дракен. — 50. — повторил за ним Майки. — 100. — сказала Вада. — 15. — потряс своими монетками Мицуя. — 25. — выдохнул Баджи. — 32. — досадно произнёс Кадзутора. — Внатуре, никому из нас не хватает! — огорчился Пачин. — Ну, кстати, если скинемся, то на один как раз хватит. — озвучила свою догадку Вада. На что все задумались и одновременно кивнули. Все ребята отдали свои деньги подруге и ждали у храма несколько минут, пока она купит заветный амулет. — Купила, смотрите! — восторженно прокричала Вада, подбегая к друзьям и тряся перед их лицами тем самым фиолетовым амулетом с жёлтыми иероглифами, что был подвешен на маленькой ниточке. Он тут же начал переходить из рук в руки, ребята с детской улыбкой на лицах рассматривали приобретённую для них реликвию. — Будешь хранить, Баджи. — гордо заявил Майки, протягивая амулет другу. — Да, ведь благодаря тебе мы теперь банда. Баджи, шокированный от предоставленной ему чести, перевёл ошарашенный взгляд на Ваду, которая улыбнулась и кивнула другу, как бы говоря, что он это заслужил. Он всё еще не веря в происходящее потянулся к амулету и взял его в руки. Затем, ему в голову пришла гениальная, как он думал, мысль. — Пачин, ты же сильный. Разломай эту деревяшку пополам. — неожиданно для всех попросил друга Баджи, протягивая амулет ему. — Чего? Нафига? — задал вполне обоснованный вопрос Пачин. — Просто разломай. — недовольно буркнул Баджи, чем заставил всех удивиться ещё больше. И правда, что за бред он несёт и для чего хочет сломать приобретённую реликвию их банды? Но Пачину было как-то абсолютно пофиг, поэтому он взял и разломал деревянный квадратик пополам. — Ну и зачем было его портить? Теперь придётся новый покупать. — недовольно нахмурился Майки. Баджи лишь забрал у Пачина две половинки талисмана и повернувшись к Ваде, протянул одну из них ей. — Будем вместе хранить его. Я, как тот, что предложил идею и ты, как единственная девочка-командир в банде за всю историю и придумавшая название. — гордо заявил Баджи, улыбаясь подруге. Теперь была шокирована уже Вада. Она с неким недоверием окинула взглядом друзей, чьи недовольные лица сменились на тёплые улыбки и вновь глянула на Кейске. От такого милого поступка ей захотелось расплакаться. Теперь Вада тоже удостоена чести хранить такую важную вещь и она, давя слёзы глупой улыбкой, приняла половинку амулета. — Не потеряйте реликвию «Тосвы». — произнёс наставление Мицуя. — Обещаем! — одновременно крикнули Баджи с Вадой, зажимая свои половинки амулета в кулаки и прикладывая к сердцу, давая клятву, которую они во что бы то ни стало исполнят. *** — Если кого-то обидят, мы станем за него стеной. Ты хотел банду, где каждый будет за всех, хотел чтобы мы были семьёй. — говорила Вада, давя подступившие слёзы. — Тогда почему ты нас бросаешь? Почему бросаешь меня? — жалобно глянула на друга сквозь влажную пелену, Вада, чем заставила его сердце сжаться. Он ненавидел, когда она плакала. Был готов убить любого, кто её обидит. А что делать, если обидчиком теперь является он? Но несмотря на мокрые глаза, накатывающую истерику, готовую вот-вот вырвется наружу, не выдавало ничего. Лицо было совершенно спокойным, губы не дрожали от подступивших слёз. Её выдавал лишь отчаянный взгляд, коем она прожигала Кейске и предательски скатившаяся слеза, которую она не смогла сдержать, несмотря на все усилия, что прилагала. Баджи в очередной раз нахмурился и решил послать к чёрту свои планы. Он не хотел, чтобы кто-то об этом знал, ведь всё должно выглядеть правдоподобно, но тут же вспомнил, что Вада та ещё актриса, которая играет похуиста каждый день на протяжении четырёх лет. Он не собирается раскрывать ей все карты, но успокоить её он хочет. Вернее просто обязан, ведь она заслуживает этого как никто другой. Баджи наклонился к лицу подруги и накрыл большой ладонью щёку, стирая большим пальцем слезу, в то время как Вада гипнотизировала его тёмно-карими глазами, которые Кейске всегда сравнивал с шоколадом и просто обожал. Кажется, она даже не дышала. Вада еле слышно шмыгает носом, но вот для Баджи это звучало так, будто кто-то с силой стукнул ложкой по железной кастрюле. Это окончательно его отрезвило и он твёрдо принял решение признаться. Он приблизился лицом почти вплотную к подруге, касаясь своим лбом её и с лёгкой улыбкой тихо произнёс: — Ты как всегда права, мартышка. Я действительно не предатель. И всё. Больше ей ничего и не нужно слышать. Она шумно выдохнула через рот вместе с жалобным полукриком и кинулась на Баджи, обвивая руками его талию. Она действительно всё это время не дышала, боясь услышать то, что разрушит её изнутри в очередной раз. Вада вцепилась в ткань его куртки мёртвой хваткой, словно за спасательный круг и наконец разрешила себе выплеснуть эмоции. Как бы она не скрывала, во время разговора она ужасно переживала. Что ошиблась, что Баджи действительно бросает её, и теперь отпускала этот страх вместе со слезами облегчения. Он её первый и самый лучший друг, она бы просто не смогла отпустить его. Вада не рыдала в голос, просто тихо плакала, смачивая куртку друга солёной жидкостью и слегка подрагивая плечами. Кейске единственный человек, с которым она могла быть собой. Настоящей. Только при нём она могла показать слабость и выплеснуть эмоции, которые скапливались большим комом из-за того, что она их мастерски скрывала, который в такие моменты сваливался на голову, тяжким грузом давя на сердце и вызывал боль и отчаяние. Кейске обнял её в ответ, кладя свой подбородок на её макушку и шумно выдохнул, прикрывая глазам. Его напряжение тоже ушло, стоило ему зажать в объятиях тёплое тельце подруги и вдохнуть родной цветочный запах. По сравнению с ним, Вада была малышкой из-за заметной разницы в росте и Баджи это всегда умиляло. Такая маленькая, хрупкая, но такая сильная девушка достойна его уважения без сомнения. — Ну всё, хватит реветь. Всю куртку мне намочила, хоть выжимай. — усмехнулся Кейске, пытаясь разрядить обстановку. — Иди ты в задницу, я не плачу. — приглушённо послышалось где-то в районе груди парня. Вада нагло соврала, вытирая слёзы об форменную куртку друга и пустила смешок. — Так ты расскажешь мне что происходит? — вновь попытала счастье светловолосая. Но затылком почувствовала как Кейске покачал головой, давая отрицательный ответ. — Просто верь мне, хорошо? Обещаю, что это ненадолго. — Хорошо. — сдалась Сано и просто обнимала друга, наслаждаясь этой атмосферой, слушая успокаивающее её размеренное сердцебиение. Но странное тревожное чувство не покидало её, будто предвещая что-то плохое. Они долго простояли вот так в обнимку. Словно каждый предчувствовал, что они обнимают друг друга в последний раз и это чувство давило на грудь сковывая дыхание. Это был страх. Страх что потеряют дорогого человека, какими они друг для друга стали. Никто из них не знал сколько они так простояли, но первым нарушить эту тёплую атмосферу решил Баджи, отрываясь от подруги. — Мне пора. — расстроенно произнёс Кейске после чего похлопал её по спине, намекая чтобы Вада его отпустила. Ей было гораздо труднее это сделать, но все же пересилив себя, она отпустила куртку друга и отошла, чтобы вновь заглянуть в его глаза. В них читалась грусть и сожаление, ровно так же, как и в её. Баджи развернулся и уже начал уходить, но Вада прислушиваясь к странному беспокоящему её чувству, не смогла вот так просто его отпустить. — Клыкастик, — позвала Сано друга, на что он тут же обернулся. — Будь осторожен. — предостерегла напоследок Вада, не сводя с друга переживающего взгляда. На эти слова Баджи улыбнулся через плечо своей фирменной тёплой улыбкой, которую дарил только ей и клятвенно произнёс: — Обещаю. На этот раз он развернулся и действительно ушёл, оставляя Ваду наедине со своими переживаниями и давящими на голову мыслями. Она не может вот так это принять и теряется в догадках, для чего же друг это делает? Она с силой зажала кулак, в котором всё ещё находилась половинка амулета и решила довериться другу. Он никогда не подводил её и не разочаровывал, так что заслуживает доверия. — Прошу, Баджи… — тихо прошептала светловолосая, прижимая зажатую в кулаке половинку амулета к груди. — Ты обещал... — если бы она только знала, что это было единственное обещание, которое он не сможет выполнить.