Часть 23
8 октября 2023 г., 20:12
Тусклый свет потихоньку пробирается в окна, препятствия в виде штор ему не мешают. На улице всё ещё противная серая и сырая погода, но, кажется, солнце отчаянно борется за главенство. Свет попадает Сано на лицо, отчего она хмурится и сонно приоткрывает глаза. Моргает несколько раз, приходя в себя и пытаясь понять свои ощущения. Ощущения так себе: голова ужасно болит, на виски давит так, словно по ним вчера камнями колотили, низ живота потягивает, а ноги еле чувствуются. Голова просто бетонная и Ваде стоит огромных усилий, чтобы повернуть её в сторону. Девушка натыкается взглядом на Рана, который уже давно не спал, а может и вообще не ложился, и подперев голову кулаком, внимательно смотрел на неё.
Вада нежно улыбается, потягиваясь и зевает. Она всегда такая, когда только загружается реальность в её голове после сна. Кажется, сейчас она даже не помнит, что произошло ночью. Рана эта картина умиляет и он тоже позволяет себе улыбку.
— Доброе утро, цветочек. — ласково приветствует Ран. Вада хмурится от постороннего звука, но милая улыбка с лица не сходит.
— Доброе. — девушка разворачивается к парню, а затем вдруг понимает, что без одежды совсем. Глаза тут же округляются, память возвращается, вызывая дикий стыд и краснющие щёки. Сейчас её смело можно бросать в салат, она официально Синьор Помидор. — Уже не доброе… — растеряно произносит светловолосая, натягивая на лицо одеяло. Это заставило Рана тихо посмеяться.
— Прячешься? — лукаво спрашивает Хайтани.
— Холодно просто. — бормочет Вада, пытаясь нормализировать дыхание. Она вся горит от смущения. Вчера это почему-то не волновало.
— Вчера жарко было. — не упускает возможности подшутить парень.
После чего стягивает одеяло с лица Сано. Карие глаза беспокойно бегают по его лицу, в них кажется отразилась тысяча и одна эмоция. Пока Вада пыталась отвоевать одеяло и натянуть обратно на голову, Ран просто застыл, наблюдая за девушкой. Нет ничего прекраснее румянца на её щеках и смущения в растерянных детских глазах. Иногда Вада действительно ведёт себя как ребёнок, глаза горят невинностью, добрая, а как радуется простым мелочам. К ней особый подход нужен, нежный и оригинальный. Это тебе не украшение впихнуть очередной любительнице разукраситься и поохотиться не за парнем, с которым проживёшь жизнь, а за деньгами. Эти деньги рядом с Вадой ничего не стоят, меркнут, по сравнению с той ценностью, которую она ему даёт. Он готов преподнести к её ногам весь мир, лишь бы эти прекрасные глаза никогда не переставали светиться счастьем и искренностью. А ведь для этого ей не нужен вовсе никакой весь мир. Достаточно лишь того, что он рядом и кажется он только начинает это понимать. И вот как с ней можно расстаться? Как можно посметь потерять, не уберечь? Рану был доверен такой хрупкий, прекрасный цветок, что он просто не имеет права облажаться.
Пока Вада туго пыталась сообразить, как быть в сложившейся ситуации, Рана окончательно захлестнула нежность. Он был похож на котёнка, который ластится к своей хозяйке, показывая её важность в его глазах. Он и сам объяснить не может, но у Хайтани не пропадает чувство тревоги, что вот-вот и девушка просто испариться. Что он больше не сможет её коснуться, вдохнуть божественный запах, который за короткое время стал таким родным. А вот Сано нервничает, глаза бегают по комнате, носятся как угорелые, еле поспевая за ритмом сердца. Хайтани же полностью сносит крышу и желание дышать этой девочкой и чувствовать её тепло оказывается сильнее его разума. Парень подхватил локон пушистых золотистых волос и втянул как можно больше крышесносного запаха розы, смешанной с сиренью. Походу, сейчас он выглядит как поехавший дебил, потому что именно так Вада на него и смотрит.
— Ты только что меня понюхал? — с подозрением спрашивает Сано, будто ей это мерещится, она ещё не до конца проснулась видимо. Ну не судите её и не подумайте, Вада не совсем тормоз. Просто медленный газ… Но это только в этом случае!
— Я с тобой хочу дышать, цветочек. — выдаёт новую странную реплику Косичка, травмируя и без того плохо работающий на данный момент мозг.
Она даже думать не стала над его словами, просто сломается. Ну или же просто прикосновения парня вывели её из реальности на пару секунд и помешали функционированию мозга. Пальцы Хайтани перешли от волос на лицо и ласково поглаживали щеку, в то время как оба зависли в прострации и утопали в глазах друг друга. Которые несмотря на произошедшее у обоих светились ярче обычного, переливаясь искорками. Сано совсем обомлела под его тёплыми руками и придвинувшись ближе прижалась к парню, обнимая как можно крепче за шею, надеясь либо раствориться в этих чувствах, либо же просто втянуть парня в себя и хранить где-то там в груди, по соседству с сердцем. Жалоб у него будет много по поводу шума, сердце то совсем в разнос уходит.
Ран сначала цепенеет, не успевая среагировать и теряется. Но грохочущая грудная клетка его отрезвляет и напоминает, что вот она, его девочка. Обнимает его своими маленькими ручками, дышит в шею, обжигая кожу. Она здесь, она рядом и она любит. Искренне и наивно, несмотря на то, что он монстр. Только она смогла разглядеть в нём потерянную душу и докричаться до неё. Даже звучит по-особенному, отчего хочется довольно замурчать. Его девочка. Ран обнимает её в ответ, пытаясь впитать и сохранить всё тепло, которая она излучает и дарит именно ему. Почему именно ему так повезло, он и сам в полном недоумении, но очень счастлив.
— Что это на тебя нашло? — тихо спрашивает Хайтани, поглаживая и пропуская между пальцев золотистый водопад. Чёрт, ему хочется зарыться лицом в этих пушистых мягких волосах и поселиться там. Он готов платить любую цену за аренду.
— Не парься, Ранчик. Я сама в шоке. Просто… давай посидим так ещё немножко… — глухо раздаётся где-то в районе плеча, а вибрация от голоса посылает тёплые приятные импульсы и мурашки по телу. Он даже готов умолять, чтобы она сделала так ещё раз.
Впервые тишина не напрягала. Эту симфонию гармонии и комфорта разбавляли лишь приглушённые голоса только проснувшихся птиц за окном. Так спокойно на душе у каждого из них, хотя с каждой минутой нарастала тоска и тревога. Так или иначе, невзирая на их чувства, время назад не отмотаешь и сделанного не исправишь. Завтра предстоит тяжёлый день и осознание этого давит грузом на сердце.
Но мир не стоит на месте. И вот уже звук вопящего мобильного разорвал уютную тишину комнаты. Ран почему-то сразу понимает, кто звонит. Он вчера так и не ответил Курокаве как выполнил задание, хотя тот названивал, но Ран старательно игнорировал звонки. Не до этого было. Хотя Хайтани понимает, что лучше бы ответить, иначе этот не адекват припрётся сюда лично.
— Может возьмёшь телефон?
— Не буду. — пробубнил Ран и ещё глубже зарылся в золотистые волосы, выводя восьмёрки на обнажённой спине девушки.
— А вдруг что-то важное?
— Ты важное. Остальное не очень. — его ответ заставил всех тех самых обезьян в животе танцевать, настолько Ваду растрогали эти слова. Она важна кому-то, в ней наконец-то кто-то нуждается. И поверьте, с этим волшебным чувством мало что сравниться.
— Вдруг там что-то срочное? — не унималась Сано.
— Аналогично. — произнёс Хайтани и неожиданно шутливо укусил её за шею, вызывая улыбку на лице девушки от щекотки.
— Ран… Что нам делать?.. — Вада не то, что не знает ответа, она просто его боится.
В груди столько разных ярких чувств, сестру убил человек, которого она сейчас обнимает, а впереди чёрная и опасная неизвестность. Как ей поступить в этой ситуации? Она всё ещё ненавидит Рана за сестру, но в то же время понимает, что любит всем сердцем, впервые, и ужасно боится его потерять.
Сейчас шок спал, просыпается принятие, Вада думает на трезвую голову, ведь ничего уже не исправить. Она понимает, что против Хайтани драться не будет, потому что не хочет. Гнев к Изане тоже спал, немного, но спал. Теперь играет то, что он и Майки это всё, что осталось от родных, это её семья. Теперь у них кроме друг друга никого нет. Она пока не знает, будет ли мстить ему, но его смерти она точно не хочет. Он совершил ужасную вещь, но его можно понять в определённых моментах. Так Сано считает и очень старается это сделать. Хотя бы одну логическую причину почему именно Эмма?
И тут ответ приходит сам собой. Майки и Дракен. Они самые сильные после Вады. Втроём они могут перебить всё Поднебесье, включая Изану. Вся надежда на них, они влияют на исход боя. А теперь Майки потрясён и раздавлен, Вады рядом нет, помочь ему некому и поддержать. Дракен вроде как питал к Эмме взаимные чувства. Хоть и скрывал, но от Вады то хрен что скроешь. Дракен тоже будет не в состоянии драться, по крайней мере в полную силу. Получается, что Тосва осталась без опоры, самая главная надежда в ауте. Мицуя и Нахоя в больнице. Остаётся Мучо — капитан пятого отряда и Такемичи, ему достался отряд Баджи. Ханагаки слаб, причём конкретно. Что же до Мучо, Сано ему не доверяет с первого дня появления, хотя он и не давал повода ни разу. Просто не вызывает он доверия своим взглядом, хотя и силён, стоит на пятом месте, после Баджи. Полностью из оставшихся Сано доверяет на все сто лишь одному человеку. Чифую, но даже с ним Тосву ждёт поражение.
Получается, по мнению Изаны благодаря его плану Тосва обречена. Вот тебе и ответ. Эмма — решающий повод по устранению сразу троих. Пусть так, но даже потеря сестры не помешает Ваде собраться с мыслями и не оставить своих людей. Он же на это рассчитывает. Но Сано решила не поддаваться горю, не опускать руки, а мыслить трезво, бороться изо всех сил, что ей дарованы, чтобы спасти свою банду. Пусть даже Тосва и проиграет, больше смертей она не допустит. Изана её недооценивает. Она намного сильнее, чем он предполагает, а в гневе особенно. Если понадобиться, Сано в одиночку примет бой и разнесёт все четыреста человек. Она не сдастся и пока есть хоть маленькая надежда, Вада будет за неё хвататься и идти до конца. Помешать ей сможет только смерть.
Что же до Рана. Боль никуда не ушла, но тепло, что даёт ей именно Хайтани её хоть немного заглушает. Он её главная болезнь, но и именно он является её главным лекарством. Нужно жить сегодняшним днём и сосредоточиться на завтрашней драке, а потом как-нибудь и с чувствами своими разберутся. Сейчас ей лишь хочется тепла и успокоения, до того, как начнётся хаос. Хотя бы немного, а может и напоследок, но она хочет быть рядом с ним и ничего с этим сделать не может. Ваду не покидает чувство тревожности, вроде как чутьё, что на драке случиться что-то плохое, поэтому хочет максимально впитать эти моменты и насладиться теплом, что даёт Ран. Хочет ещё немножко побыть счастливой и любимой, а всё плохое, что ждёт её уже завтра, оставить на завтра.
Ран только хотел открыть рот, чтобы ответить на вопрос Сано, как слышит приближающийся голос брата, а затем дверь распахивается и Риндо влетает с фразой:
— Ран, хватит спать пока солнце в жопу не упёрлось! У нас… — бедный малыш Риндо, кажется у него инсульт.
Он увидел картину обнимающихся Ваду с Раном в кровати и застыл. Челюсть отвисла до пола, глаза норовят расползтись на пол лица от шока. Кажется, он забыл, что должен так-то дышать и моргать. Вада быстро среагировала и сразу спрятала лицо в плече Рана, а тот усмехнулся и накрыл её одеялом.
— «У нас» что? — с ухмылкой спрашивает Ран.
— А это… — отмирает парень и медленно переводит указательный палец на парочку. — Что это?.. — он снимает очки, протирает, снова надевает и опять ничерта не понимает. — Вада?! — он будто приведение увидел.
Девушка спускает с лица одеяло и неуверенно произносит:
— Привет, Рин-Рин. — и снова прячется. Боже, может Риндо скорую вызвать? Бедняжка побледнел, да и рискует глаза просрать, настолько он их выпучил. У него либо инфаркт, либо инсульт, либо паралич. Скорее всего всё сразу.
— Братишка, сколько пальцев я показываю? — тихонько хихикая, спрашивает Ран, выставив вперёд два пальца.
— Слышь, слон таёжный блять, поиздевайся ещё мне тут! — кажется, Риндо идёт на поправку. — Что происходит? Я умер и попал в рай или ты стёр ей память? Я всего восемь часов спал, как можно столько пропустить за восемь часов?! — похоже его «Ахуеть» слишком сильное. — Чёрная магия? Ретроградный меркурий? Вселенная сальтуху ебанула???
— Просто она поняла, насколько я идеальный и окончательно в меня влюбилась. — с самодовольной улыбкой шутит Ран. На такое заявление Вада хочет прописать ему подзатыльник, но вылезать из укрытия она не намерена, поэтому укусила парня за шею посильнее. — Ай блять! — от неожиданности воскликнул Хайтани и скривился, легонько хлопая девушку по спине.
— Она так не считает. — вскинул брови и скрестил руки на груди Рин, вставая в позу защитника. Он скорее готов поверить, что её насильно заставили. Уж точно не добровольно. Хотя и тот и другой вариант не реален.
— Риндо, выйди нахер, а. Взрослым надо поговорить. — стреляет глазами старший. А когда брат уже было раскрыл рот, чтобы возразить, Ран тут же перебил его. — Всё потом.
— Ачуметь. — возникает Риндо и всё же решает оставить все свои НАГОРЕВШИЕ вопросы и выходит из комнаты, по пути продолжая вслух громко ахреневать от происходящего. — Остановите планету, я сойду блять.
— Ушёл? — одним глазком выглядывает Вада из-под своей норы.
— Ушёл. — хмыкает Ран и тянется за телефоном. — Мне сегодня нужно заехать в клуб и к Изане.
— Сообщить, что заказ выполнен? — мрачнеет Сано, на что Ран тоже хмурится.
— Сегодня важное собрание в Поднебесье, завтра трудный день.
— Спасибо, что лишний раз напоминаешь. Ты так и не сказал, как мы поступим.
— Я вчера тебе всё сказал. Ты туда не пойдёшь.
— Ты ничего не…
— Вада, хоть раз в жизни подумай о себе, а не о ком-то другом. Я не стану тобой рисковать, потому что у тебя в заднице благородство играет. Ты останешься здесь, а я позабочусь о том, чтобы твой брат выжил, идёт?
— Ты пойдёшь против Изаны? — хмыкает Сано. Слабо вериться. До тех пор, пока она не слышит твёрдый и уверенный ответ:
— Да. Я и против тебя пойду если того потребует твоя безопасность. Именно это я сейчас и делаю.
— И всё же, мой ответ по-прежнему «нет». — твёрдо стоит на своём Вада.
— Не доверяешь мне? — с ухмылкой спросил Хайтани, а через секунду понял, что вопрос тупой, учитывая недавние события.
— Ещё скажи, что ты дал для этого повод. — хмурится Вада. — Я тебя не простила, Ран, даже если и не отрицаю своих чувств к тебе. Ты убил мою сестру и не думай, что это когда-то забудется. На тему драки мы ещё поговорим, но знай, что в стороне я сидеть не буду. И мне всё равно, что ты по этому поводу думаешь. Не говори потом, что я тебя не предупреждала.
Пары секунд грозных переглядок, которые длятся слишком долго. Глаза наполнены суровостью и уверенностью, взгляды мечут молнии. Это говорит о том, что каждый из них будет стоять на своём до последнего и поступать по своему. А мнение у обоих координально отличаются и это снова сулит им непростое противостояние против друг друга. Оба слишком упрямы, чтобы сдаться и переступить через свои принципы, которые тоже отличаются. На заявление Сано, Ран недолго думает, не сводя с неё стального взгляда, но на ней этот приём не работает, ведь Вада этой тактикой пользовалась лет с семи. В итоге он решает остаться при своём мнении, так проще, чем разорвать мозг, пытаясь ей его вбить, и молча выходит из комнаты.
Вада шумно выдыхает и падает на подушку. Пора бы подумать, как поступать завтра. Сано не привыкла действовать без чёткого плана и сейчас тот редкий момент, когда его совсем нет. Один раз она уже пустила ситуацию на самотёк. Ничего хорошего не случилось. Ей бы позвонить Чифую и узнать вообще, в каком положении Свастоны, но номера парня не было, а Дракен не отвечал. Столько сомнений и страхов, но красная надпись «Идти до конца, что бы не случилось» не угасает. Она серьёзно думает над словами Рана. Она до этих дней никогда не думала, что до её жизни кому-то есть дело, что кто-то дорожит ею так же, как и она своими близкими. Сейчас ей открывают глаза и чертовски приятно знать, что она кому-то нужна. Как правило, это означает, что жизнь прожита не зря.
Вада встала, оделась и подошла к окну, залезая на подоконник. Упершись лбом о стекло, она медленно подняла глаза, наблюдая за тем, как лучи солнца неторопливо пробираются сквозь дымку на небе, окрашивая его в самые спокойные и невообразимые оттенки. Пушистые облака, под которыми проносятся чёрные точки-птицы, устремляясь вдаль.
В детстве Сано любила теплую и светлую погоду, с возрастом же полюбила серость и дождь. Или может она просто к нему привыкла ведь других дней в её жизни после смерти брата и не было. Девушка так хочет изменить свою жизнь и понимает, что это уже происходит. Как прежде уже жить не получится. А всему виной трое людей, которые перевернули эту жизнь и каждый по своему. Кто-то нуждается в ней, кто-то любовь дарит, а кто-то сестру убил. Хотя последние двое вроде как один человек. Она безусловно виновата перед Эммой и оправдания поступку Рана не ищет, но сейчас самая важная задача — спасти то, что осталось, а для траура ещё будет время. Каким бы не был исход завтрашнего дня, она сделает всё, что в её силах.
Она выдыхает и спрыгивает с подоконника, намереваясь принять душ и смыть остатки вчерашней усталости. Смерть сестры по прежнему давит каменюкой на грудь, но Вада уже научилась жить с этим чувством и не замечать время от времени. Слишком горький опыт. В конце концов ей нужно извиниться перед Риндо. Он вчера пострадал хотя и не обязан отвечать за поступки старшего брата. Перед ним особенно стыдно.
— И куда ты? — стопорит брата Риндо по пути к выходу.
— В клуб и к Изане. Нужно знать, на что мы завтра идём. — чеканит Ран. Он явно не в настроении.
— И отказаться мы снова не можем, да? — хмурится Риндо, потирая переносицу. — Хуёво, братишка. Мы и не заметили, как стали марионетками. Скоро любой червяк будет осмеливаться нами помыкать.
— Рин, давай не сейчас…
— Он правильно подметил. — влезает в разговор Вада, входя в гостиную. Риндо сразу столбенеет. Он всё ещё не знает, как себя вести и как смотреть ей в глаза. — Видимо, я упустила момент в биографии Хайтани о том, что они завербованные шестёрки. — складывает руки на груди светловолосая.
— Самое время поиздеваться. — закатывает глаза Косичка. — У тебя есть другое предложение?
— Перейти на мою сторону. — серьёзно заявляет Вада и оба Хайтани опешили. Если Риндо эта идея сразу понравилась, ведь он уже раздумывал над ней ранее, то брат опять хмурится. — Зачем вам Изана? Не боитесь, что придёт день, он и от вас решит избавиться?
— Между прочим, дело говорит. Мы никогда не были чьими-то псинами, мы всегда были сами по себе. Что за сбои в системе? Когда мы упустили момент внедрения новой программы? — поддерживает девушку Риндо.
— Цветочек, как ты уважаешь свою банду, так и мы уважаем свою. — от такого заявления Рин конкретно выпал.
— Нихуя себе! — у блондина аж очки слетели, настолько яростно он подпрыгнул со стула. — Вот это новости. А я думал, что мы с Изаной потому что выгодно. Лично я нашёл другую выгоду, она стоит перед тобой. С ней мы не только целыми останемся, но и с перспективами. Сильнее её лично я ещё никого не видел, может хочешь с этим поспорить? Можешь не начинать, у тебя ни одного аргумента не найдётся. — ухмыляется Риндо, вальяжно усаживаясь обратно на стул, на что Вада благодарно хлопает того по плечу, затем на это самое плечо и облокачивается. Хорошо, что он сидит, а то не получилось бы так эффектно. Рана снова подбешивает этот шибанутый альянс.
— Двое против одного. Твой ход? — победно скалится Сано, а Ран закатывает глаза. Когда ж они уже отвалятся?
— Бесы есть бесы. Риндо, я пошёл, иначе эта труляля вынесет мне весь мозг вместе со входной дверью. Цветочек, оставляю Риндо на тебя. И пожалуйста, постарайтесь больше без жести.
— Минутку, меня на неё? Не наоборот?
— Не вопрос, Хайтани-сан. В десять часов молочко и в люлю. Я прослежу за вашим мальчиком. — шуточно отдаёт честь Вада, тихо посмеиваясь. Младшему Хайтани шутка не зашла.
— Тогда и памперс ему не забудь поменять. — не стесняясь ржёт Ран, а Сано на подхвате.
— Пиздуй уже, таракан пузатый! — психует Риндо, на что брат показывает средний палец и вылетает из квартиры.
Что самое странное, после того, что произошло и вчерашнего армагеддона в виде Вады Сано сейчас царит лёгкая атмосфера. Будто вчера Вада выпустила абсолютно всё, что держала в себе четыре года. Раньше ведь она думала, что командирам не свойственно проявлять эмоции. Они должны быть стойкими и расчётливыми, и никогда ранее не показывала своей боли. Попав в эту квартиру и перед этими людьми Сано начала раскрывать свою настоящую сущность. Потерянную, напуганную, одинокую, сломанную девочку. Но так же и добрую, весёлую и немного детскую натуру. Она и сама не помнит, когда в последний раз близкие люди слышали её чистый и искренний смех. Она превратилась в бездушный камень, в робота, которому заложена лишь одна программа — защищать брата и беречь друзей любой ценой.
С Хайтани стена рухнула, она смогла быть собой. И именно они стали ей ближе кого-либо. Стали теми, кто услышал её, кто помог и увидел, какая она на самом деле ранимая и невинная. Единственные после Баджи, кто увидел её слёзы и слабости. Появились именно в самый ужасный период её жизни и отвлекли от болезненной потери. Вытащили из той тёмной ямы, откуда ей казалось выхода уже нет. И сейчас, после вчерашнего срыва на душе полегчало. Словно весь многолетний груз разом спал через крики, слёзы и удары. Выплеснула боль, которая мешает ей жить. Она ещё вернётся, без сомнения. Такая боль остаётся навсегда. Но сейчас тот долгожданный момент, когда она может легко и свободно дышать, пусть и ненадолго.
— Итак… — начал Риндо, которому трудно подобрать слова. С уходом брата ему стало ужасно не по себе.
Он то ожидал, что Сано их прирежет ночью, изобьёт до смерти, а она стоит и улыбается. Улыбка не такая, как у маньяка перед атакой, нет. Она настоящая, живая и добрая. Он не ожидал, что так скоро останется с ней наедине и сильно нервничает. А корвалол, как назло, он не додумался купить. И как ему себя вести? Что говорить? С Вадой решение «Я а-ля стена, не говорю не шевелюсь» не прокатит. Боже, он даже попав в колонию так не нервничал. Вообще никогда не нервничал! Что сейчас то вдруг приспичило волноваться?! Такие издевательские шутки его туповатого мозга? А может это она просто так прекрасно играет и сейчас перегрызёт ему шею? Именно перегрызёт, Риндо уверен — она может.
— Рин-Рин… — парня передёрнуло.
Он уже и не надеялся услышать это прозвище. Оно его постоянно бесило, но сейчас он как никогда рад его слышать. Будто бы она и правда не сердится. Может её ночью подменили? Прилетели зелёные человечки и украли, оставив копию. Или стёрли память? Сейчас он готов поверить во всё. Слишком страшной была вчерашняя картина, чтобы сейчас получилось вот эта милая улыбка и добрые глаза.
— Я хочу извиниться за вчерашнее. — серьезно говорит Вада, и смотрит в глаза Риндо. Бедный парень от такого заявления совсем выпал. Застыл от этого взгляда, затаив дыхание.
— Чего?! Тебе извиниться?! Тебе не кажется, что ты воруешь нашу роль в этом акте? — выпучив глаза, эмоционально произносит парень.
— Да. Мне не стоило срывать свои эмоции на тебе, это только мои проблемы. Ты же не причём.
— Тут я бы с тобой пиздец как поспорил… — думает Риндо, но вслух сказать не решается. Ему всё ещё страшно, что те разочарованные глаза, полные боли и ненависти будут смотреть на него. Увидеть страшно, не то что ощутить. Как Ран вообще выдержал?
— И это так. Это моя жизнь, мои проблемы и моя война. Я не должна плакаться другим людям и срывать на них свою боль, это неправильно. И я не имею на это права. Поэтому, пожалуйста, прости. — искренне говорит Сано, растроганно глядя на Хайтани.
У того в душе буря протеста, куча эмоций. Ведь это не так. Она должна была на нём эту боль срывать, ведь возникла она из-за него. Но признаться в этом намного сложнее и страшнее, чем он думал. Риндо хотел это сделать, за вечер много раз представлял, как это будет и какие слова он подберёт. В конечном итоге, в его фантазиях он все равно получал пиздюлей. А сейчас, когда Вада живая стоит рядом и смотрит в глаза, все мысли разлетелись и тут уже не слова подобрать нельзя, не какой-либо звук издать. Просто не может перебороть волнение и признаться в содеянном. И это его неимоверно бесит. Риндо ощущает себя слабым, сопляком, который не может признать свою вину и попросить прощения. И даже не из-за гордости, а из-за долбанной трусости.
— От постоянных капризов и девичьего нытья сдохнуть можно. Но тебе то можно иногда выпустить эмоции, покапризничать или поплакать. Тебе то точно можно хотя бы разок проявить слабость, слишком долго ты терпишь. — тихо бубнит Риндо, прожигая глазами пол. Он даже ни разу не подумал о том, что её вчерашнее поведение неправильное. Оно ожидаемо от любого живого человека, тем более в той ситуации, и почему она за это извиняется ему непонятно.
Вада тепло улыбается и взъерошивает мелированные волосы парня. Тот поднимает взгляд, видит эту улыбку и невероятно добрый нежный взгляд и робеет. Кажется, даже рот немного приоткрылся. Всё-таки Вада Сано удивительный человек. Она добрая и искренняя, она умеет прощать и борется только за справедливость. Она смотрит на Хайтани так по-нежному, улыбается так по родному, словно старшая сестра. Как мама, которая подует на стёртую коленку и потреплет за щеку. Как же этого человека не хватало в жизни Риндо. Он несомненно любит и ценит своего брата, но Вада совершенно другое. Она всегда даст совет, обнимает и улыбнётся так, что в душе весна расцветёт. От одной этой улыбки все проблемы отходят на второй план и сердце радуется. Никогда не осудит и примет такого, какой есть. Мудрая и добрая. И он несказанно рад и благодарит судьбу, что она появилась в его жизни и плевать как надолго. Она — самый ценный подарок и он в какой-то мере даже сомневается. А достоин ли Риндо этого? Но если по её мнению достоин, то и говорить не о чем. Риндо будет бороться до конца, чтобы не потерять этого человека и он настроен серьёзно.
— Поможешь мне? — с улыбкой спрашивает Вада.
— С чем? — Риндо всё ещё мыслями где-то далеко от реального мира.
— Твоя комната пострадала больше всех, надо бы навести там порядок, приём? — Сано видит, что парень её слушает, но не слышит. Словно потерялся в пространстве и это выглядит забавно. Смотрит на неё так, словно она ангел, которого он боготворит.
— Давай. — очнулся наконец Риндо. — Но перед этим давай по мировой. Мы же…
— Да, с тобой я и не ссорилась.
— Всего-то отмудахала. Ерунда. За ссору то и не считается. — нервно смеётся Риндо, доставая стаканы.
Он ещё вчера прикупил алкоголя, предчувствуя, что в таком апокалипсисе он не помешает. Разливая немного спиртного напитка по стаканам, Риндо решил завести непростой разговор.
— Вада, что всё же происходит? Мы виноваты в смерти твоей сестры. Вчера ты была готова нас убить, а сегодня… Ну, вот это всё. Ты простила Рана? Так просто?
— Я не простила его. — хмурится Вада, а Риндо внутренне поёжился. — Просто сейчас мне не до этого. Завтра важный день, вся голова забита дракой. Сейчас я просто хочу сделать так, чтобы осталось как можно больше положительных моментов. Я не простила и не знаю, смогу ли. Знаю только, что люблю и если моей любви хватит, мы сможем найти решение. Это всё очень сложно и позже мы обязательно об этом поговорим. Но сейчас я хочу хорошо провести время и набраться сил. Я всё равно ничего изменить не могу, могу лишь защитить то, что осталось. Это жизнь и не всё происходит так, как мы хотим. Я буду играть теми картами, которые раздаёт судьба.
— А что с Изаной будешь делать?
— Я поняла одну вещь. Что бы он не натворил, он мой брат. Только он и Майки у меня остались. Они моя семья. Я ненавижу его за то, что сделал с Эммой, но и понимаю, чем вызвана такая ненависть и жажда мести. Только мстит он не тем людям. Я все ещё надеюсь, что его получиться переубедить. Семья не должна враждовать. Он и Майки мои братья, моя кровь. Я сделаю всё, чтобы защитить Манджиро, но не ценой жизни другого брата. Надеюсь, что ненависть Курокавы остынет и возможно мы даже сможем когда нибудь стать одной семьёй.
— Я поражаюсь твоему великодушию. — Риндо просто ахеревает.
Вада всё ещё намерена простить Курокаву и надеется, что получится его переубедить. Интересно, она его простила вроде как и надеется, что они втроём станут одной семьей. А сможет ли её младший брат простить его? Об этом она думала? Если раньше ненависть только от Изаны шла, то сейчас она взаимная и это вряд ли поможет сплотить семью.
— Я слишком много потеряла, Рин. Я так устала. Я ощущаю, что с каждой потерей я слабею. Но когда-то один близкий мне человек сказал: " Оставайся сильной, даже когда кажется, что всё рушится». И поэтому я держусь до последнего, потому что иногда мне кажется, что если я хоть на секунду проявлю слабость или сдамся, всё будет уничтожено. От меня многое зависит, а особенно жизни людей. Я просто хочу защитить то, что осталось и наконец зажить спокойно рядом с любимыми. Это единственная моя цель и приложу на неё все силы, которые у меня остались.
— Вада, я тебя понимаю. И хочу сказать, что… — лицо Риндо было максимально серьёзным, оттого следующие слова имеют огромный вес. — Что я пойду с тобой до конца. Ты можешь на меня рассчитывать. — это своего рода обещание, которое он клятвенно даёт не только девушке, но и себе.
Он уже всё для себя решил. Не отпустит и будет стоять за неё до конца. Потому что осознает, что этот человек значит для него и как он боится его потерять. Вчера он был уверен, что потерял и этот страх заставил наконец осознать простую истину. Сейчас, когда он понял это, насколько страшно её лишиться, ощутил и готов на всё, чтобы этого не произошло. Ценить начинают лишь тогда, когда есть страх лишиться навсегда. И слава всем богам, что ему предоставляется второй шанс. Больше он ошибки не совершит.
Сано трудно подобрать слова, чтобы ответить на такое. Её благодарности нет предела, душа и радуется и плачет одновременно. Она лишь растроганно улыбнулась и подняла стакан с алкоголем. Риндо так же улыбнулся и стукнул по нему своим, скрепляя между ними это обещание, после чего стаканы были осушены. Своеобразная клятва «вместе до конца», так она звучала в голове у каждого.
— Предлагаю, за уборку. — встрепенулся Хайтани и бодро подскочил со стула. Вада с удовольствием поддержала это предложение и оба с энтузиазмом направились в комнату Риндо.
— Работы предстоит много… — вздыхает Вада, оглядывая масштаб повреждения. Червячок, под названием «совесть» укусил. Всё-таки это её рук дело, ей и разгребать.
— Да ты гонишь?! — Риндо садится на колени, подбирая вырванные листы из комиксов. — Я их три года собирал, даже их не пощадила! Ты кровожадный изверг! — для полноты картины только слезу пустить осталось и хватаясь за голову кричать «За что?!»
— Новые купим, не реви, малыш. — неуверенно улыбается Вада. — Давай начнём с мебели, а там по порядку. — командует Сано, собирая волосы в высокий хвост.
Первым делом ребята принялись поднимать поваленную мебель. Стол и стул заняли своё законное место, а вот со шкафом возникли неполадки.
— Твою мать, что ж ты такой тяжёлый… — пыхтя шипит Сано, пытаясь приподнять деревянную громадину. — Блять! — психует светловолосая, выпрямляясь. — Ну как-то же я его вчера повалила!
— С дороги, лилипут, дай место профессионалу. — смеясь говорит Риндо, закатывая рукава толстовки до локтей. Вада лишь скептически улыбается и вздёргивает бровь. Парень предпринимает попытку поднять санный шкаф, но уровень поднятия его над полом лишь немного превысил уровень Сано.
— Проблемы, Геракл? — подтрунивает Вада, пока Риндо краснеет как помидор от того, насколько сильно напрягается.
— Блять, говорил Рану, нахера такую адароблу покупать. — Риндо сдался и оставил мебель. В силу невнимательности, парень отпустил шкаф и тот свалился и придавил ему ногу. — Ёбанный стыд! — Хайтани схватился за ногу и начал прыгать на другой, выражая весь свой матерный запас. Вада лишь тихо посмеивалась, прикрыв лицо рукой.
— Давай вдвоём, профессионал. — предлагает Сано, но по итогу даже вдвоём они не смогли поднять шкаф. Слишком он большой и тяжёлый.
— Предлагаю дождаться Рана и с его помощью справиться с этой сранью. — тяжело дышит Риндо. Его это крайне бесит, неужели он настолько слаб? Что он за мужик такой, раз не может долбанный шкаф поднять?!
— Рин-Рин, претаракань метлу, осколки надо убрать. — командует Вада, попутно включая плеер. С музыкой веселее. Далее принимается за разбросанные листы комиксов, которыми был усеян весь пол, будто ковром.
— А я думал она всегда при тебе, ты ж ведьма. — хмыкает Риндо и вместе с девушкой смеётся. — Эх, даже моя любимая чашка пострадала и… — парень натыкается на рамку с фотографией, валяющуюся на полу и поднимает её.
На ней был он с Раном, здесь им лет по 8-6, кажется. Парень хмурится, жалко фотографию. Его любимая, Рин ею дорожил. Их фотографировала мама, в тот день Риндо пошёл в начальную школу. Ему здесь вроде шесть, а Рану восемь. Оба нарядные, в школьной форме и улыбаются. Приятные воспоминания.
— Прости… — заглядывает девушка через плечо Риндо. Ей действительно стыдно. Она и сама поклонница штук, которые связанны с детством, прошлым или важными людьми, поэтому прекрасно его понимает. Ей в голову пришла одна идея, относительно этой фотографии. — У нас другая проблема. — виновато поджимает губы Вада и кивает на разбитый ноутбук Рана.
— Переживёт. — хмыкает Риндо.
— Купим новый. — серьёзным тоном заявляет Вада и парень понимает, что это её последнее слово. Чтож, повезло брату. Риндо тоже ещё давно хотел себе новый ноутбук. И почему ей под руки попался именно Рана?
Парень принёс метлу с мусорным пакетом и пока Вада подметала крупные осколки, он собирал разбросанные вещи со стола, расставляя их по местам. Риндо уже успел заплести волосы в гульку на макушке.
— Кстати… Вада, я решил подать документы в школу… — неуверенно произносит Хайтани, подавая светловолосой мусорный пакет, в который она собирает осколки и вырванные листы.
— А ты разве не учишься в школе? — удивляется Вада.
— По возрасту я старшеклассник. Но после колонии как-то не до учёбы было, поэтому меня обучал Ран. Если проще, то я был своего рода на домашнем обучении.
— Почему тогда именно сейчас решил вцепиться в гранит науки? Или на то есть какая-то особая причина? — хитро улыбается Сано. Ей почему-то кажется, что она догадалась, что это за причина. А точнее с чёрными волосами и зелёными «глазищами».
— В этой школе Хэдер учится… — признаётся парень, смущаясь.
— Ну всё с тобой понятно, лавелас. Ты уже и школу её вычислил, когда только успел?
— У меня свои связи. — самодовольно улыбается Риндо, поправляя очки.
— Чтож, хвалю. Общение со сверстниками тебе пойдёт на пользу. Только чтобы нас с Раном потом к директору не вызывали, лады?
— По рукам. Обещаю быть паинькой. — смеётся Хайтани.
— Раз уж ты решил учиться, подтянешь меня по математике? — смеётся Вада.
— Не издевайся.
— Брат знает? — спрашивает Сано, сгребая бумагу и бросая в пакет.
— О девушке или о школе? — уточняет Риндо.
— Обо всём.
— Ну, про Хэдер я ему вчера рассказал, а про школу только собираюсь.
— Рассказал? И как он отреагировал?
— Так, как отреагировал бы мой брат. Вроде и порадовался, а вроде и придурок недоношенный. — фыркает Хайтани.
— Чтож, это в его стиле. — ухмыляется Сано. — В любом случае правильно, что ты поделился с братом чем-то важным для себя.
— Это точно. Самому как-то легче стало. — улыбается Рин краешком губ. — Она так смущается при виде меня. У неё это как-то… трогательно чтоли получается… — краснея, рассказывает Риндо.
— Это ожидаемо, ты же у нас красавчик. — снова посмеивается светловолосая.
— До Рана мне всё же далеко. Иногда мне кажется, что над ним родители больше старались. — как-то шуточно произносит Хайтани, а Вада выпучивает глаза.
— Поговори мне ещё, дебилушка! Тоже мне, комплексы у него тут. Ты красавец, чтобы я больше такого не слышала. Вы обо друг друга стоите. — злиться Сано. И как это она пропустила момент, когда у Риндо самооценка понизилась? Вроде выглядел как самоуверенный напыщенный мажор. Неужели Хэдер его эта так постаралась?
— Спасибо, ты тоже ничего. — ухмыляется Риндо, на что получает локтём в бок. — Знаешь, она такая кнопочка маленькая. Даже меньше чем, ты. Миленько.
— Что значит меньше, чем я? Я не настолько низкая! — возмущается Вада. На тему её роста ещё никто раньше разговоров не заводил.
— Давай-ка подойдем с тобой к зеркалу и посмотрим разницу в росте. — самодовольно улыбается Хайтани. Ему доставляет удовольствие издеваться и шутить над Сано. — Я и то выше тебя почти на две головы, про Рана вообще молчу. Он у нас тот ещё медведь, блять. Как только умудрился так вымахать, каши вроде не так много жрал. Дрожжами чтоли втихую закидывался. Короче суть в том, что ты гном.
— Слышь, шаламандра средиземноморская, ты давай мне тут комплексы не посеивай. Маленькая да удаленькая, читал такую поговорку? — обиженно говорит Вада, швыряя в Хайтани охапку вырванных листов.
— В твоем случае удаленькая это мягко сказано. — смеётся парень, принимая бой и швыряет в Сано бумагу в ответ.
Далее они решили пропылесосить комнату, так как маленькие осколки стекла всё же остались и Вада как назло словила один ладошкой. После чего закинули стирку и устало свалились на диван. Комната выглядела как раньше, а может даже и чище. За исключением шкафа, с которым они так и не смогли справиться, решая дождаться Рана. Кстати о Ране. Двоица удобно разместилась на диване с ноутбуком Риндо и решила заказать через интернет подарок для старшего Хайтани. Новый ноутбук. Выбирали долго, чтобы и по цене подошёл и по качеству. Остановились на чём-то похожем, что был у Рана до. Заказали и довольные отбили друг другу «пять».
— Рин-Рин, метнись по магазинам, раздобудь доски, стекло, строительный клей и акриловые краски. — внезапно произносит Сано.
— Для чего? — недоумевает парень такому странному набору.
— Для нада. — улыбается Вада. Она решила сделать Риндо сюрприз, а для этого необходимы перечисленные материалы. Риндо без лишних вопросов, так как давно понял что они бесполезны, оделся и почапал добывать всё по списку, в который входила так же и еда на ужин.
Вада осталась одна, заняться было нечем. Она сильно переживала за брата и своих пострадавших командиров. Майки с ней разговаривать не хочет, Дракен не отвечает. Можно бы попробовать позвонить Мицуе, но ей кажется, что и там ответа не будет. Хоть бы с ним всё в порядке было. Бедные Луна и Мана. Ей бы по хорошему сейчас к ним наведаться, семья Мицуя наверняка сейчас в ужасе. Она долго думала, кому лучше набрать, чтобы хоть что-то выяснить о том, что сейчас твориться в Тосве. А потом вспомнила. Хаккай! Заместитель Мицуи и его ярый фанат. Он то точно в курсе событий и номер как раз у неё был. Удивительно, что при общении с девушками он столбенеет, пока его не растормошат. Исключением являлась его сестра Юзуха и Вада. Наверное, он больше воспринимал её не как девушку, а как грозного командира. Сано быстро схватила телефон и нашла нужный номер. Долгие гудки и наконец на другом конце провода звучит женский голос:
— Да?
— Юзуха? Это Вада Сано, командир…
— Сано! Госпади! Где же ты пропадаешь?! Ты ушла и тут полный армагеддон начался! — слишком эмоционально кричит Шиба, Ваде пришлось даже телефон от уха отдалять, слишком громко для её чувствительных ушей. — Прими мои соболезнования… Эмма…
— Да, спасибо. Мне нужен… Хаккай снова застыл?
— Да, видимо осознание, что это его командир пришло позже, чем твоё имя на дисплее телефона. — хихикает Юзуха и в трубке слышен приглушённый стук. Видимо опять Хаккай получил лечебный подзатыльник от сестры. — Вада-сан… Возвращайся поскорее. Здесь такая чертовщина твориться. Мицуя в больницу попал, в Токийской Свастике вообще полный кошмар творится…
— Не волнуйся, скоро это закончится. Я всё решу. Как Такаши, что с ним сделали?.. — Вада и не заметила, как начала нервно сжимать ткань на спортивных штанах.
— Ну, поняла я не много. Хаккай влетел и орал как в задницу ужаленный. Из слов разобрала только что Мицую сильно приложили кирпичом по голове, перед этим он дрался с каким-то отбитым парнем из новой группировки. Сейчас в больнице, но вроде пришёл в сознание и идёт на поправку. — на этих словах Сано выдохнула с облегчением.
— Кирпичом значит… — шипит светловолосая. Стиль Рана Хайтани, со спины по голове тяжёлым предметом. Ну, Косичка… Начинай молиться. — Хорошо, слава богу обошлось. Ты не знаешь, что с другими? Нахоя Кавата, с ним что?
— Это тебе лучше у Хаккая спросить, он в курсе дел вашей Тосвы. А ты сама то где? Куда пропала?
— Долго объяснять…
— Вада-сан, поговаривают, что ты предала Тосву и теперь на стороне этой новой группировки… Ты не подумай, я в это не верю. Просто хочу предупредить, что какие-то крысы распустили этот слух и навязали эту теорию Манджиро Сано. Твой авторитет сильно подшатали в кругах Тосвы. Сейчас на твоей стороне меньше половины и то благодаря Мицуе и ещё каким-то парням. Вроде как Ханагаки и Мацуно, так их звать. Короче расклад херовый. — а вот это уже интересная информация.
— Юзуха, никому не доверяйте. Это всё часть одной грязной игры. Не волнуйся, завтра я всё решу. Тосва моя банда, я её создала и я решу все её проблемы. Не смейте верить этим тварям. — зло процедила Вада. Дела обстоят ещё хуже, чем она думала.
— Я всё поняла. Передаю трубку брату.
— Юзуха, у меня к тебе просьба.
— Слушаю!
— Наведайся к семье Мицуя. Его сёстры и мать наверняка сейчас не в лучшем состоянии. Проведай девочек и передай им от меня привет, ладно?
— Будет сделано! Я и сама собиралась.
— Спасибо…
— Командир! — это уже Хаккай. — Куда вы пропали?! Тут такое твориться… Така-чан в больнице!
— Хаккай…
— Только попадись мне эти сволочи, разорву на куски!
— Хаккай! Угомонись и возьми себя в руки! С твоим кумиром всё впорядке. Мне от тебя нужна информация.
— Да, простите. Слушаю.
— По порядку. Что происходит в Тосве и в каком состоянии Нахоя Кавата?
— Кавата сейчас в той же больнице, что и Такаши. У него состояние явно лучше, чем у Мицуи.
— Что вообще у нас там происходит? Вы уже знаете о драке с Поднебесьем?
— Да, три дня подряд этот вопрос на собраниях горит. Ваша сестра… Мне жаль.
— Кто-то ещё пострадал?
— Но… Сано, вы разве не знаете? Вчера на Тосву было массовое покушение по всему Шибуя. Под раздачу попали почти все. Мицуя, Кавата, Пэян, Мацуно, Ханагаки и пару человек из первого отряда, а так же ваша сестра и ещё несколько наших ребят.
— Что… — такого Вада совсем не ожидала. Как массовое нападение? То есть, они в крысу решили перебить всех Свастонов ещё до начала драки? Что за… — А Майки? Майки и Дракен?! — тараторит Сано, боясь услышать ответ. Хайтани ей сказали не всё, большую часть утаили…
— Они вроде целы, до них не дошло. Но сегодня собрание вёл только Дракен, Майки не явился. Оно и понятно, сестра всё-таки… Да и Дракен не в лучшем состоянии, будто ослаб сильно. — чтож, это хоть что-то. Главное они в порядке. Видимо Поднебесье не настолько самоуверенны, чтобы сунуться к этим двоим. Инстинкт самосохранения всё же присутствует. — Командир… Тосва не потянет завтрашнюю драку. Нас слишком мало, почти половина в больнице, капитаны все дезориентированы и вас нет…
— Какова ситуация на данный момент? — гневно спрашивает Вада.
Ей расклад совсем не нравится. И даже не потому, что драка будет проиграна в таком положении, а потому, что пострадало слишком много человек. Устранили ещё до драки, чтобы легко одержать победу. Трусы без тормозов, моральных принципов и честности. Как же кулаки чешутся. Они уже думают, что победили. Как же они разочаруются, когда Сано явится лично и в одиночку выпотрошит всех, кто посмел поднять руку на её людей.
— Ситуация дерьмо. Случилось кое-то ещё. Тетта Кисаки, командир третьего отряда… Сегодня он покинул Тосву и забрал всех бывших Вальгаловцев. Без них и учитывая то количество, что сейчас в больницах, в Тосве осталось пятьдесят человек, которые в состоянии драться.
От такой новости Сано окончательно впала в шок. Всё, как сказал Изана. Кисаки предаст Тосву в самый нужный момент. Перед дракой свалил и забрал с собой дохрена людей. Пятьдесят человек… Эта драка заведомо проиграна при таком количестве. Что за подлый шакал Изана. Хитро, очень хитро. Но очень подло и жестоко. Вада совсем теряется и не знает, что сказать. Всё очень хреново. Херовее не придумаешь. Тосва точно будет обречена, если она не появится… Если бы девушка не сидела на диване, она бы упала.
— Чифую?..
— Ему досталось, но вроде на ногах. И ещё кое-что. Ханагаки Такемичи куда-то пропал. Полдня ни найти ни дозвониться не можем. Сано, где вы? Вы сейчас как никогда нужны Тосве. Мы проиграем, тут без вариантов. Можно сразу…
— Нет! — сурово рявкнула Вада. — Мы примем вызов и пойдём на драку. Все, кто в состоянии драться завтра придут. Тосва уже не в первый раз переживает тяжёлые времена, прорвёмся. Хаккай, я на вас рассчитываю. Мы не прогнёмся под очередных уродов, которые возомнили, что могут надрать нам зад. Я всё решу. Знайте одно, я вас не бросала и вместе с вами пойду до конца.
— Мы и не собирались верить в этот бред. Мицуя вам доверял и защищал вас, значит и я тоже. Чифую тоже вам верит. Вообщем, мы на вашей стороне и готовы к указаниям. — это облегчает душу Сано и трогает. Она посвятила жизнь этим людям и радует, что остаются те, кто верит ей, даже когда её поливают грязью. Значит она не зря жила.
— Указания такие. Мы примем бой и пойдём до конца. Тосва ни разу не проигрывала и не проиграет. Я обещаю.
— Вас понял, я позабочусь обо всём.
— Я на тебя рассчитываю.
После этого разговора настроение упало ещё больше. Всё совсем плохо. При таком раскладе, Тосва действительно заведомо проиграет. Ей бы сейчас встретиться с Изаной и вовремя остановить этот ужас. Кисаки… Мразота. Ему за Баджи итак светят адовы муки на земле, которые Сано ему с энтузиазмом обеспечит, а теперь и вот это. Прав был друг, нужно было с самого начала от него избавиться. Жаль он не успел, а Сано слишком поздно поняла всю опасность этого человека. Он ещё и с братом её рассорил, благодаря этой крысе у Майки теперь огромные сомнения на счёт верности сестры. Когда же всё пошло настолько по пизде? Кажется, это самые кошмарные дни в истории Токийской Свастики. Сейчас она переживает самое ужасное время, со времён своего зарождения. Но она их переживёт. Вада уверенна. Пусть их и меньше, но они всегда имели силу гораздо мощнее физической. Силу духа, веру в себя и товарищей. Там всегда царила любовь и уважение между парнями. Командиры любили и гордились своими отрядами и наоборот.
Тосва это не просто банда — это семья, такими её хотели видеть основатели и такой она и получилась. У неё есть душа, которая была рождена из любви, сострадания, совести и справедливости. Тосва применяет силу, чтобы защищать, это не простая хулиганская группировка. Таких раньше ещё не было. Они дерутся не за славу и статус, а за друзей и близких. Один в огонь — вся банда за ним. Кого-то обидят — встанут за него стеной. Тронешь одного — получишь всех и сразу. Называйте как хотите, суть не измениться. Токийская Свастика это свободные и принципиальные люди. И даже если эта драка будет проиграна, вера и дух этих людей никогда не уйдёт. Если и будет поражение — оно будет с гордо поднятой головой. Никогда и не перед кем эта банда не склониться, некому не удастся её запугать или завербовать. Ради этого она была создана, ради этого её защищал Баджи ценой жизни. И ради этого Вада жила и сражалась каждый день с самого момента её зарождения. И будет сражаться даже когда потерпит прямое поражение.
Как же сердце болит за своих друзей. За своих людей и товарищей. За сестру и брата. И сейчас в такой момент, когда им страшно подумать о том, что будет завтра, все в шоке и напуганы. Когда переживают такое тяжёлое положение она не рядом с ними. Не может ничего сделать, успокоить, приободрить. Её появление уже бы подняло дух Свастонов, ведь на их стороне появиться огромная многообещающая сила. Но это пока. Завтра она всё изменит. Придёт и раскатает лепёшкой по земле каждого, кто возомнил себя способным одолеть Тосву. Каждый пожалеет, что сунулся и поднял руку на её людей.
Мицуя… Всегда был рядом. Когда Баджи не стало, где бы она была, если бы не Такаши? Он её с того света вытащил в тот день и не только из-под колёс, а из ямы горя, в которую она проваливалась. Всегда был на её стороне и даже сейчас, когда её обвиняют в предательстве, а у неё даже не было возможности доказать, что это не так. Даже когда своими глазами увидел её в клубе поднебесья после внезапного исчезновения. Верил и защищал её репутацию перед своими же. За него особенно страшно и обидно. Почему она не замечала, что никогда не была одна? Что вокруг всегда были люди, любящие и готовые ради неё на всё? Она ценила лишь Баджи, пеклась лишь о Майки, думала, что ведёт этот бой в одиночку. А на деле же никогда не была одна, путь и не замечала. В самую трудную минуту помогали те, кого она раньше не особо замечала. Мицуя всегда был рядом, всегда был готов трудные моменты её жизни подставить своё крепкое плечо. И за это она безгранично ему благодарна. Вот тебе и ещё один жизненный урок: ты никогда не одинок, рядом всегда есть люди, которым ты важен. Нужно просто раскрыть глаза, увидеть их поступки и осознать, что они всегда где-то неподалёку и готовы сорваться в любой момент тебе на помощь.
Вада и не заметила, как полностью ушла в себя и сколько времени просидела вот так глядя в одну точку и погруженной в свои мысли. А их много самых разных. Нужно бы собраться и на трезвую голову принимать дальнейшие решения. От них будут зависеть чужие жизни. В это время Риндо уже вернулся с тяжёлыми пакетами и застал девушку в таком серьёзном и подавленном состоянии. Сразу внутренне напрягся, такое лицо не предвещает хорошие новости.
— Вада, у тебя всё в норме? — осторожно спрашивает Хайтани, опуская пакеты на пол. Светловолосая не сводит взгляда с места, на котором он сфокусировался и застыл и поднимает руку с телефоном.
— Вы мне не всё сказали. — хмуро произносит Вада. Риндо от этих слов сначала побледнел, потом посинел, а потом и вовсе искры в глазах прорезались. Неужели узнала, что это он… — Я звонила заместителю того командира, чьё имя вы мне вчера озвучили. — продолжает Сано и наконец поднимает глаза на парня. — Почему вы скрыли от меня настоящие масштабы ущерба?
— Ты это о чём? Мы всё тебе сказали. Нам было приказано избавиться от капитана второго и четвёртого отрядов. Ран сделал так, чтобы их изолировать, но не убить, как было сказано. — отвечает Риндо, попутно вспоминая, ничего ли не упустил из слов брата. Вроде нет, это всё, в чём заключалась их задача.
— На Тосву совершались нападения в этот же день по всему городу. Почти все перебиты, начиная от капитанов, заканчивая обычными солдатами. — грубо цедит Вада, внимательно вглядываясь в лицо парня, которое вытянулось после её слов. Он явно слышит об этом впервые.
— Но мы ничего об этом не знали. Нас не предупреждали… — хмурится Риндо. Снова их не ставят в известность и помыкают, как куклами. Какая-то игра в слепую, блять!
— Ваше Поднебесье решило в крысу перебить Свастонов по одному ещё до драки? Что за мерзость вы творите? Неужели нет чести и смелости выйти на честный бой? — недоумевает Сано.
Она слышала, что группировки часто прибегают к пакостям, не имея решительности драться честно, Тосва всё же отличается от обычных шаек. Но чтобы настолько мерзкие подлянки устраивать, после того, как бросили вызов и позвали банда на банду, это уже за гранью.
— Ещё раз повторю, нам об этом никто ничего не говорил! Изана знает, что мы с тобой поладили и не обо всём говорит. Отправил именно нас на эти задания, чтобы рассорить. Вада, мы не знали, что Изана решил действовать настолько подло.
После этих слов Сано смягчается в лице. Всё же ей кажется, хотя даже уверенна, что его слова правдивы. Это видно по лицу, которое демонстрирует, что он и сам не в восторге от ситуации. Она может поверить, что Ран ещё и мог что-то проворачивать, но не Риндо. Ему она доверяет уже на подсознательном уровне. Да и к чему ему сейчас врать, самое худшее, за что она могла их возненавидеть уже известно и признались они в этом сами и сразу. Да и теория о том, что Изана намеренно поручил это задание именно Хайтани имеет смысл. Она помнит, как он «предупреждал» вчера не доверять Хайтани и пытался посеять семена сомнения.
— Хорошо, я тебе верю. — грустно выдыхает Вада, пытаясь натянуть подобие улыбки. Хотя в такой ситуации хочется завыть от происходящего с её друзьями и собственной беспомощности.
Риндо смотрит на неё сожалеюще и садится рядом, приобнимая за плечи. Вада обессилено роняет голову на крепкое мужское плечо и пытается настроиться.
— Всё настолько плохо? Как друзья? — спрашивает Риндо. Забавно слышать это от человека, который завтра будет их избивать.
— Плохо. В Тосве осталось пятьдесят человек на ногах. Все самые сильные командиры дезориентированы. Сволочь Кисаки всё-таки предал и свалил вместе со своими людьми из Вальхалы. Нас совсем мало. И Мицуя… остальные… так мерзко оттого, что я ничего не сделала. Видимо, плохой я командир, раз сижу здесь, пока моих людей колотят.
— Ну, от Кисаки этого и следовало ожидать. — хмурится Рин. Надо будет не забыть поставить пометку начистить табло этой шавке. — Ты всё ещё думаешь, что Тосва победит? При таком раскладе лучше всего сдаться. Да, гордость и всё такое, но по крайней мере больше никто не пострадает.
— Было бы так. Изана не остановиться. Нас перебьют даже если капитулируем. Тосва никогда не теряла веры и духа и тем более не прогибалась под тех, кто обидел её друзей. Если и проиграем, то хотя бы будем знать, что сделали всё, что могли. Мы не сдадимся. — клятвенно произносит Сано и бодро поднимает голову. — Всё принёс?
— Да. Всё, что ты просила. — Вада уже направилась в пакетам, как Риндо её остановил. — Э нет, я сам.
— В чём дело? — вздёргивает бровь светловолосая.
— Вот тебе твои доски, краски, клей и стекло. — Хайтани самолично достаёт из пакета нужные вещи, остальные тащит на кухню. Сано подозрительно на него зыркает, но решает не заморачиваться.
— Уже решил, что на ужин кашеварить будешь? — спрашивает Вада из гостиной, снова располагаясь на диване и распаковывая покупки.
— Я тут рецептов этих ваших русских начитался. Хочу попробовать сварганить лапшу с этими… Фри… Фре… — парень психует и выглядывает из-за стены, разделяющую кухню и гостиную. — Ай блять, как эта срань называется?!
— Ты про фрикадельки? — усмехается Сано, не отрываясь от занятия.
— Вот с ними, да. Что за билибирда такая? Как это вообще выговорить можно? Не могли попроще назвать? — причитает Риндо по пути обратно к столу и принимается за продукты. — А ты что вообще с этим инвентарём делать собралась? — орёт парень с кухни.
— Всё тебе знать надо. Занимайся своими фрикадельками и не суйся пока не разрешу. — приказывает светловолосая, рассматривая стеклянную пластину. Главное, чтоб не поцарапанная была.
— Куда не суйся? — снова выглядывает блондинистая голова из-за стены.
— Сюда не суйся. — рычит беззлобно Сано. — Рин-Рин, у вас же инструменты в доме найдутся?
— А ты что, собралась нам новый шкаф колотить? — усмехается парень, но словив скептический взгляд Вады, угомонился. — Вроде были. — с этими словами Хайтани потопал обследовать кладовку.
Маленькая пыльная квартирка для пауков, в которую они почти никогда не заглядывают. Сбрасывают туда всякий хлам из разряда «вроде и нахер не надо, но пусть будет». Еле как откопал там давно забытую коробищу со всякими разными инструментами. Нахер они вообще в этом доме? Хайтани за всю жизнь ни единой полки даже не прибили. Пыхтя как загнанный пёс, дотащил коробку до гостиной и получив благодарность от Сано, взял свой ноутбук и погнал воевать с кастрюлями, ножами и что там ещё. Риндо готовить любит и к каждому новому неизведанному рецепту подходит со всей серьёзностью и ответственностью. Готовит он отлично, поэтому для парня важно, чтобы новое блюдо с первого раза получилось идеально. Поэтому Хайтани включил видео на ноутбуке с пошаговым рецептом и приступил к готовке, плавно передвигаясь по кухне и мастерски махая ножом, напевая неизвестную мелодию под нос. Ему нравится скорее не результат, а сам процесс приготовления каждого шедевра. Открывать новые рецепты, стараться. Ему нравится процесс, он по своему расслабляет и радует.
Вада тем временем включила на задний план телевизор, чтобы было не так скучно и приступила к своей задумке. Для начала набросала на бумагу план будущего изделия и затем начала реализовывать подарочек для Хайтани. Взяв кусок фанеры и ручную пилу, которая к счастью была в коробке с инструментами, она выпилила нужную форму для подложки будущего подарка. Затем с помощью акриловой чёрной краски и строительной кисти, которая так же завалялась в коробке, она покрыла чёрным цветом прямоугольный кусок фанеры. Оставив её просушиться, Сано принялась за обработку досок. Слава богу Риндо додумался купить нужного маленького размера, поэтому работа упростилась.
Где-то полчаса она возилась с пилой и деревом, выпиливая нужные маленькие брусочки, которые по завершению так же покрыла чёрным акрилом и отложила сушиться. Риндо, как и было велено, в гостинную не заглядывал, полностью погрузившись в свой процесс. Периодически был слышен грохот посуды и психи парня, у которого что-то не получалось по рецепту. Сано не обращала внимания, стараясь вспомнить азы данной работы. Далее она приступила к обработке стеклянной пластины. Как она с ней намучалась даже не стоит и заикаться. Примерно час с лишним ушёл на то, чтобы получить нужную форму и размер пластины. Признаться, она даже успела психануть и послать подальше эту затею, но потом всё же выдохнула и сосредоточилась. Учитывая, что нужных инструментов, а именно болгарки, для выпиливания стекла в квартире не было, пришлось хорошенько погемороить.
Когда заготовки были закончены, Вада приступила к сборке подарка. Строительным клеем присобачила друг к другу заготовленные выпиленные брусочки из досок, имитируя прямоугольник. Бруски были выпилены так, чтобы во внутреннюю чать уместилась стеклянная пластина и крепко держалась на своём месте. На подложку из фанеры она маленьким гвоздиком прибила ножку, которая будет служить подставкой и маленькие железные крепления с четырёх сторон, чтобы держались с брусками. Далее светловолосая приступила к декорации. Тонкой кистью, которую она спёрла из стола Косички, и белой акриловой краской она выводила на чёрном цвете своеобразные узоры. Получалось неплохо и результатом она осталась довольна. В самом низу она оставила инициалы в виде первых букв имён братьев Хайтани и своего. Получилось прекрасно, именно то, что она себе представляла. Осталась лишь одна недостающая деталь…
— Рин-Рин, дуй сюда. — устало зовёт Вада. Всё же процесс выматывающий и требует неимоверного терпения. Но оно того стоит.
— Слушаю, командир. — шуточно говорит Риндо, появляясь в гостинной с кухонной лопаткой в руках и фартуке. Зрелище смешное.
— У меня для тебя подарок. — улыбается Сано, показывая свою работу. У парня на секунды дар речи пропал.
— Но это же…
— Да. Это новая рамка для той фотографии. Прежнюю то я разбила. — лучезарно улыбается светловолосая, а парень не верит своим глазам.
— Ты сама её сделала? Своими руками такую красивую?! Из вот этого?! — указывает парень на разбросанный по гостиной строительный хлам и выпучивает глаза.
Он берёт в руки подарок и с интересом разглядывает со всех. Такая красивая… Чёрный с белыми узорами идеально сочетается, а в углу маленькая подпись, которая представляет собой первую букву каждого имени. И самое главное в этой вещи, что она сделана руками Сано. Со старанием и любовью, которые девушка сюда вложила. И это чёрт возьми, так приятно. За душу берёт. Особенно, когда Вада так волнительно и с надеждой смотрит то на Хайтани, то на свой подарок, опасаясь, что не понравится. И так застенчиво улыбается, прикусив губу в ожидании, словно боится, что Риндо прямо сейчас назовёт это говном и выкинет в мусор. А Рину же наоборот кажется, что это самый лучший подарок в его жизни, который он сохранит на память, как частичку Сано. Как вещь, которая связана с этими незабываемыми светлыми деньками, проведёнными в её компании, как сделанное с душой этого невероятного человека лично для него. Кажется, будто сердце плачет от счастья. Новый ноутбук за кучу денег, кажется, не так бы его обрадовал. Он ведь парень, а ощущение, что прямо сейчас расплачется от счастья. Слова встали комом в горле, он просто не может их подобрать, чтобы описать свои эмоции.
— Ну что скажешь? Нравится? — с детским блеском в глазах и надеждой спрашивает Вада. Будто ребёнок подарил родителю рисунок и надеется, что им понравится и её похвалят.
— Очень… — только и может произнести Хайтани и поднимая растроганный взгляд на девушку, тепло улыбается. С этой улыбкой снег растаять может. Очень редкая картина, Риндо редко улыбается вообще, не то что именно так. — Спасибо… Ты и из дерева мастерить умеешь?
— Конечно. Кто по-твоему Майки скворечники для школы колотил? — усмехается Сано и выдыхает с облегчением. Понравилось.
— Вада, это правда афигительно… — с непередаваемой радостью в глазах произносит Риндо, снова разглядывая рамку. — Неужели у тебя только один недостаток? Сранная математика портит всю малину.
— Ничего, скоро и её порешаем. — оба смеются. — Осталось только вставить фотографию.
— Ага… — туманно произносит Рин, а потом вдруг спохватывается. — Погоди. Но я же…
На этих словах парень резко срывается на кухню и приносит оттуда пакет. Тот самый, в который не позволил девушке заглянуть. И когда он достаёт оттуда ещё одну рамку для фото, улыбка Сано стремительно ползёт вниз.
— Я уже купил новую… — виновато говорит Хайтани.
— Но моя то лучше. — хмурится Вада, складывая руки на груди. Обидно вообще-то.
— В эту рамку мы вставим ту фотографию. А твоей найдём применение поважнее. — хитро улыбается Риндо и снова тянется рукой в пакет. Достаёт бумажный пакетик и протягивает Сано. — Видишь ли, я тоже вдруг решил сделать тебе небольшой подарочек.
Вада разворачивает пакетик и достаёт оттуда фотографию. Кажется, теперь очередь Сано терять дар речи. Светловолосая медленно опустилась на диван и всматривается в картинку. На фото были изображены она и Хайтани. Вада смеётся, разместив локоть на плече Риндо и изображая рожки над его головой. Риндо в свою очередь перекинул руку через шею девушки так же показывает два оттопыренных пальца и улыбается, высунув язык и прикрывая один глаз. И рядом Ран, который был повёрнут полубоком, устроив руку на согнутом колене и ухмылялся в своём стиле. Вроде и улыбается, а вроде и нет. Ну, если можно назвать улыбкой просто приподнятый уголок губ, конечно. А спокойный и умиротворённый взгляд устремлён на весёлых Ваду с Риндо. Будто он наслаждается этим приятным зрелищем. Смотрит как родитель на своих детей, с радостью и гордостью.
Сано загипнотизированно смотрит на снимок и проводит по нему пальцами. Когда в последний раз на фото она так радостно улыбалась? Чёрт, когда в последний раз она вообще фотографировалась? Это было три года назад при помощи уговоров Баджи, а кажется, что прошло лет десять. На снимке она такая живая, такая… счастливая? Глядя на эту фотографию наворачиваются слёзы. Чёрт, сколько же она спала, что уже и не помнит, что оказывается может так искренне радостно улыбаться? Когда же её жизнь пошла наперекосяк и стёрла с лица ту детскую и счастливую улыбку, оставляя лишь вечно каменное выражение. Когда она в последний раз улыбалась брату или друзьям? А ведь завтра грядёт страшный день, последствия которого никому не известны. Увидят ли они вообще эту улыбку когда-нибудь? Они ведь заслужили. А Хайтани вот смогли её разбудить и это так важно, так ценно и радостно. Сотворили чудо, не иначе. Вроде просто фотография, а кажется, будто Риндо весь мир к её ногам преподнёс.
— Это с нашего пикника. На мой телефон снято. Я по дороге в магазин забежал в фотостудию и распечатал. — улыбается Риндо, наблюдая за реакцией Сано. Ей это не только понравилось, но и вызвало целую бурю эмоций, как радостных, так и грустных. Даже слеза скатилась. Она и забыла, что они тогда сфоткались. — Ну харош реветь, опять потоп устраиваешь.
Парень усмехается, забирает у девушки фотографию и вставляет в подаренную рамку.
— Идеально вписалась. Вот так лучше. — рассматривает фоторамку Хайтани, а на лице довольное выражение. — Так и поставим. А ту фотку в новую запихнём и так сойдёт. Такой шедевр заслуживает особой фотографии.
— Спасибо. — шепчет Вада и неожиданно обнимает парня. Это всё, что сейчас она в состоянии выговорить. Эмоции затопили огромной волной. Риндо обнимает её в ответ и хлопает по спине.
— Ну всё всё. Подбирай сопли, командир, тебе не по статусу. — шутит Хайтани и подцепив девушку под локоть и тащит в свою комнату.
Старую фотографию Хайтани они поместили в купленную Риндо рамку, а их совместный снимок в изделии Сано парень поставил рядом. Теперь на его столе стоят две рамки с фотографиями самых важных для него людей. Благодаря такой махинации, они всегда будут рядом с ним и будут радовать глаз, навевая приятные воспоминания. А над столом висит рисунок Вады, портрет Риндо, приклеенный на скотч. Полный комплект. Настроение у всех было на высоте, даже забылось на время, что предстоит им пройти завтра.
— Ты бельё, кстати, повесил? — вспоминает Вада, что они загружали стирку.
— Нет, блин, я его помиловал. — усмехается Риндо. — Слушай, может ты мне и чашку новую слепишь? С глиной я уверен, ты тоже дружишь.
— Посмотрим на твоё поведение.
После Вада и Риндо прибирались в гостиной, после работы Сано. Сложили все инструменты и оставшиеся материалы в коробищу и отправили дальше пылиться в кладовке. Далее перебрались на кухню, где Хайтани заканчивал с ужином. Помимо лапши он решил дополнить его салатом из вареных овощей. На предложение Сано о помощи он строго ответил «Я сам», поэтому светловолосой пришлось просто сидеть за столом, забравшись на стул ногами и обнимая свои коленки, и наблюдать за работой парня. Когда всё было готово, парень попросил Ваду продегустировать блюдо по новому для него рецепту и получил одобрение. Загордился собой ещё больше и Сано пришлось ещё десять минут выслушивать восхваления Риндо собственной персоны.
За разговорами и шутками, ребята даже не услышали как хлопнула входная дверь и не заметили, как вернулся Ран. Он словно тень, тихо влетел в квартиру и сняв обувь с плащом, остановился в коридоре, откуда было отлично видно кухню. Сложив руки на груди, парень облокотился на стену и тихонько наблюдал за улыбающимися лицами двух дорогих ему людей. На лице появляется совсем незаметная и известная только ему улыбка. Рану казалось, что он отец, который пришёл уставшим после тяжёлого рабочего дня, где его с теплом и любовью встречает любящая жена-красавица и мелкий сорванец. На душе так потеплело от того, что создавалось впечатление, что его ждут дома и любят. Раньше такого не было. Несмотря на приятные ощущения, лицо его было мрачным и уставшим. Новости он принёс совсем не радостные и ему паршиво оттого, что придётся разрушить эту тёплую и счастливую атмосферу. Так хочется продлить её подольше, насладиться этими моментами, ведь они очень редкие и даже слишком прекрасные, чтобы походить на реальность. Это словно волшебный сон, в котором он не прочь застрять навсегда. Жаль, что будильник под названием «реальность» против воли его оттуда вытащит.
— О, братишка дома! — наконец замечает брата Риндо и улыбается.
Вада отвлекается от своего рассказа и с весёлая поворачивает голову в сторону парня, так и застывая с приоткрытым ртом. Снова эти многословные переглядки. Для каждого из них глаза другого — наркотик. На них можно смотреть вечно и выработать потребность. Вада не может наглядеться в этот великолепный цвет яркой горящей сирени, а Ран тонет в сладком шоколаде. Наконец Сано отмирает и вместо приоткрытого рта, из которого так и не долетели нужные слова, демонстрирует мягкую улыбку. Вада рада его видеть и больше не пытается это скрывать. Слишком долго она подавляла и маскировала свои эмоции, а сейчас этот накопленный переизбыток жаждет вырваться на волю. Светловолосая встаёт со стула и шагает к Хайтани, который внимательно за ней наблюдает. Она подходит к Рану и робко его обнимает, словно боится, что оттолкнёт.
— С возвращением. — шепчет Сано где-то в районе груди и наслаждается теплом этого человека. Ран тут же обвивает руки вокруг её талии, прижимая к себе как можно ближе и удобно устроив голову на светлой макушке, с наслаждением прикрывает глаза и шумно выдыхает. Он дома.
Вада берёт Косичку за руку и тянет к столу, усаживаясь обратно на своё законное место. Ран же садится не решает и его лицо по прежнему не предвещает ничего хорошего.
— Ран, прикинь. Решил приготовить новое блюдо. Лапшу с этими… Фрика… — Риндо снова не может выговорить странное название.
— Фрикадельками. — подсказывает Сано, хихикая.
— Вот с этой ебаторией, да. Короче, попробуешь. Если что, отравишься ты. Торжественно обещаю, что сохраню твою телескопку. — ржёт младший Хайтани и замечая, что на лице брата ничего не дрогнуло, напрягается. — Ран, что-то стряслось? Опять?
— Плохие новости для Вады. — тянет Ран, переводя взгляд на светловолосую.
— Если ты о том, что Тосву вчера в крысу массово отпинали, она уже в курсе. — подпирая ладошкой щеку, бубнит Риндо.
— И о том, что мразота Кисаки свалил из Тосвы тоже. Кстати, ты вырубил Мицую кирпичом по башке со спины, как крыса? Неужели не смог в честном бою его одолеть? — ухмыляется Сано, пытаясь намекнуть на слабость Косички. Всё-таки Мицуя один из верхушки Тосвы, и Вада не по наслышке знает, насколько друг силён.
— Это был обычный камень. — без эмоций выдаёт Ран.
— Да хоть мрамор итальянский, сути не меняет.
— Мицуя дрался с самым отбитым из Небесных Королей и проигрывал. Его бы просто забили до смерти, эти бараны никого никогда не щадят. С моей помощью он ещё легко отделался. — вещает Хайтани.
Вада замолкает. Неужели он таким образом спас Мицую? То есть по его мнению, если бы Косичка не расправился с ним так быстро, Такаши бы просто убили? Сомнительное оправдание, но всё же лучше, чем хоронить ещё одного друга.
— «Небесные Короли». Ну и зазвездилось ваше Поднебесье. — фыркает Вада.
— Что у тебя там за новости были? — напоминает Риндо.
— Цветочек, как оказалось, и в вашей Тосве есть предатели. — неопределённо выражается Ран, а Вада хмурится в непонимании.
— На что ты намекаешь?
— А я и не намекаю. Я тебе прямо говорю. — устало выдыхает Хайтани. — Сегодня один из ваших капитанов предал Тосву и перешёл на сторону Поднебесья вместе со своим заместителем.
Тишина. Такая оглушающая. Если Кисаки изначально так и планировал, то кто ещё? Кто из капитанов мог так мерзко поступить? Тосвой руководят проверенные и верные люди, она за этим всегда тщательно следила. Каждому из них она полностью доверяет. Ну, кроме одного. Этот человек всегда казался ей мутным и даже Вада никогда не понимала до конца, что он может выкинуть.
— Кто? — угрожающе понижает тон Сано и даже не замечает, как сжала кулаки. Во взгляде застыла сталь.
— Имена Ясухиро Муто и Харучиё Санзу тебе о чём-нибудь говорят? — спрашивает Косичка, подтверждая догадку светловолосой. Именно в этом типе она никогда и не была уверена на все сто. — Из всей информации я понял лишь, что он раньше был как-то связан с Изаной.
— Вот дерьмо… — озвучивает свои мысли вслух Риндо. Он то надеялся, что Тосва может и победить, судя по рассказам, она не так уж и проста и ещё ни разу не проигрывала. А тут получается, что и стараться не придётся, она уже считай просрала.
Ясухиро Муто, а если короче, то Мучо, так его прозвали. Мутный тип с сомнительным и неизвестным прошлым. Как-то он встретил Ваду после первой драки с «Чёрными Драконами». Заявил, что восхищается Свастонами и попросился в их банду. Так как группировка тогда ещё только родилась и людей в ней особо не было, Сано приняла его, а позже и назначила капитаном пятого отряда под свою ответственность. Парень он был хоть и скрытый, но полезный. Силы ему не занимать, он одно из самых мощных приемуществ Тосвы. Без него будет сложнее, а уж если против него, то половина их людей просто будет в ауте.
Что касаемо Санзу Харучиё, о нём Вада мало что знает. У него был инцидент с Майки в детстве и благодаря ее брату, парень теперь ходит с маской на лице. Аж вспоминать страшно, она и понятия не имела, на что её младший братишка способен. Сано тогда, чтобы хоть как-то сгладить вину своего брата взяла его в Тосву и назначила заместителем Мучо. Тоже обладает неплохими навыками. Также он является братом друга Шиничиро и одного из основателей первого поколения «Чёрных Драконов». Такеоми Акаши Вада видела чуть меньше, чем Вакасу, который каждый день попадался на глаза, но отношения у них были а-ля братва. Именно поэтому ей было ужасно стыдно перед ним за случай с Санзу, но Акаши не держал зла на нее, просто потому что обожал эту девочку почти как родной старший брат. Но факт того, что этих двоих взяла под своё крыло Вада, а затем получила такой плевок в лицо её приводит в бешенство. Да где бы эти твари были, если бы не она? Токийская Свастика совсем разваливается, она уже не та, что прежде.
Ваду снова накрыла волна ярости и обиды за свою банду. Нет ничего хуже предательства, а тем более предательства друзей. Кулаки зачесались так, что она была готова пробить дыру в стене. Не удержав своих эмоций, Сано подскакивает со стула и одним рывком переворачивает стол. Хорошо Риндо успел среагировать, иначе его бы задело. Светловолосая тяжело дышит, упирая руки в бока и пытается сообразить, как Тосва сможет выкарабкаться из этого дерьма. С каждым мигом всё хуже и хуже.
— Такими темпами мы на тебя кредит повесим. Нам по твоей милости интерьер обновлять. Стол то тебе чем мешал? — досадно ворчит Риндо, а Ран сохраняет равнодушный вид.
Вада лишь молча уходит и запирается в ванной. Упирается руками в раковину, стараясь утихомирить бурю внутри. Нужно успокоиться. Одной крысой меньше, это даже хорошо. По крайней мере эти события позволили увидеть истинное лицо каждого. Кто-то остаётся верным своим друзьям и идёт с ними до конца по дороге в самое пекло, а кто-то трусливо бежит на сторону сильных. Крысы первыми сбегают с тонущего корабля. Отлично, завтра она посмотрит в глаза каждому, после чего пропишет парочку профилактических ударов. Чтобы не забывали, как Тосва решает вопрос с предателями. В этой семье нет места алчным и думающим лишь о собственной шкуре.
— И снова день испорчен. А начиналось то так афигенно. — говорит поникший Риндо, поднимая пострадавший стол. — Ран, помощь нужна.
Рин ведёт брата в свою комнату и показывает перевёрнутый шкаф, в красках рассказывая, что поднять его не получилось. Ран закатывает рукава повыше и готовиться поднимать с одной стороны, а брат с другой.
— Как обстоят дела? — задаёт вопрос Риндо. С помощью брата, со шкафом разобрались быстро. Сильный кабаняка. Оттуда повыпадало немало вещей, поэтому Хайтани приступили к их сбору и возвращению на своё место.
— Хреново. Сегодня Увидел в лицо наконец этого Кисаки. Думал прям там ему шею сверну, очканафт ебучий. — рычит Ран, вспоминая эту противную рожу.
— Полегче в выражениях, дорогой. — поправляет средним пальцем свои очки Риндо. — Тебя долго не было. Неужели собрание настолько затянулось?
В этот момент из ванной вышла Сано и уловив разговор решила стать под дверью, которая была приоткрыта и послушать, о чём идет речь.
— Я заезжал к семье этого Мицуи. — вдруг выдаёт Хайтани и от такого заявления не только Риндо, но и Вада выпучила глаза.
— Что ты там забыл, интересно?
— Хотел узнать как его самочувствие. Тосве сейчас нужны все капитаны, иначе ей придёт конец. И наткнулся там на двух девочек. Ещё маленькие такие. Когда спросил про пацана, они заревели. Так паршиво стало, Рин. Я брата их в больницу отправил. Оказывается, мать постоянно на работе и девочки всегда под его присмотром были, а теперь… Они так смотрели на меня, не знают же, что я виноват в том, что их любимый брат на больничной койке. — хмуро поведал Ран о том, чем сегодня занимался. — Ну, купил им конфет. Они обрадовались, а я ощущал себя полной скотиной. Навредил ведь даже не ему, а ни в чём невиноватым детям. Раньше со мной такого не бывало.
На глазах Сано, которая все это слышала выступили слёзы. Но больше её поразило то, что Ран так об этом говорит. Он понимает свою вину и вроде сожалеет. Это заставляет верить, что Ран Хайтани не настолько чёрствый сухарь и жестокий человек. Есть в нём чувство добра и совесть, хоть и глубоко внутри. Сразу разглядеть не получиться и Ваде потребовалось много времени.
— Это твой ангальский «цветочек», так влияет. С её появлением ты много переосмыслил и начал воспринимать мир по другому. Со мной такая же дрянь, но мне это нравится. — с ухмылкой произносит Риндо. — Быть головорезом конечно круто, но сейчас появились ценности поважнее, чем махание кулаками. Появились новые цели и планы на жизнь, и вот что по настоящему круто.
— Это хорошо. Со мной происходит тоже самое. — выдыхается Ран. — Я впервые боюсь драться, Рин. Впервые боюсь представить, что ждёт нас в будущем.
— А ты и не смотри в будущее. Живи настоящим. Мы его гробим мыслями и мечтами о будущем. Важен каждый прожитый день, братишка. В этом и смысл жить. Дорожи моментами и тем, что имеешь и тогда никогда не потеряешь.
— Ты снова меня поражаешь. — грустно усмехается старший. — Взрослеешь. Горжусь тобой.
Вада подавленная возвращается в ванную комнату и запирается, скатываясь по двери. Решение есть. Решение, при котором никто не пострадает и всё закончится. Которое повлияет на счастливое будущее. И Сано его обязательно найдёт. Обязана найти иначе подведёт не только всех, кто верил в неё, но и себя саму. А этого она себе простить не сможет. Госпади, дай ей достаточно сил, чтобы защитить то, что ей дорого.
— Пошли хоть попробуешь моё творение. Весь день же не ел. — предлагает Риндо, но брат качает головой.
— Новый клуб требует много работы, я возьму твой ноутбук. Работа хоть как-то отвлечёт от этого дерьма… — произносит Ран и его взгляд падает на рамку.
Ту самую, что смастерила Вада и которая теперь заняла почётное место на столе Риндо. Ран всматривается в декорацию и на миг даже забывает вдохнуть жизненно важного воздуха. На фото самая настоящая счастливая семья. У Хайтани её давно не было, со смерти родителей они держались лишь друг за друга. Ран отвечал за брата и защищал. Он так долго скорбил по семье, по родителям и втайне мечтал, что когда-нибудь она возродится. Глупо конечно, но что ещё оставалось маленькому мальчику в те ужасные дни? На него сразу столько свалилось и пришлось вывозить самому, брат то ещё был маленький. Сейчас же он смотрит на фото и видит настоящую семью, которая беззаботно улыбается солнечному и весёлому дню. Два дорогих для Рана человека на одном фото. Вада стала для него и Риндо семьёй. Подарила то забытое чувство тепла и спокойствия. За это он вечно будет ей благодарен. И во что бы то не стало не позволит никому ей навредить. Ради неё, ради Риндо, и ради себя.
— Вада сделала рамку, взамен на ту, которую разбила, а я решил вставить в неё эту фотку. — замечает, как завис брат, глядя на фотографию, говорит Риндо. — Мне тоже нравится. Она пожалуй самое лучшее, что случалось с нами в жизни, признаю. — Рин улыбается, разглядывая фото, а Ран лишь хмурится.
Брат прав, бесспорно прав. Ран проиграл этой девушке ещё в тот момент, когда заглянул ей в глаза. Удивительно, но это первое поражение, которое он смиренно принимает.
Ран захватил ноутбук брата, на почту которого скинул всё, что нужно с рабочего компьютера в клубе и закрылся в своей комнате. Риндо отправился ужинать в одиночестве. У каждого остался осадок и страх встретить завтрашний день. Каждый был в напряжении и погряз в своих мыслях. Вада выбралась из ванной и прошмыгнула в комнату Риндо на балкон. Перед этим захватила сигареты, которые Хайтани там оставил. Сано курила пару раз, так, чисто чтобы попробовать. Бывали моменты, когда ей было совсем хреново и она бралась за сигарету. Она знает, что никотин не облегчит душу и не решит проблемы, но иногда так хочется. А может это просто привычка старшего брата на неё так плохо повлияла.
В голову сразу проникли звуки мегаполиса, громкие голоса, рёв двигателей автомобиля и музыка. Прохлада пускала мурашки по всему телу. Осенний ветер будоражил кожу и гладил волосы. Приятное чувство — прохлада и огни ночного города. Небо было чистым и спокойным. Звёзды рассыпались по тёмно-синей глади. Такая атмосфера всегда ей нравилась. Тишина и спокойствие. Есть ли такое место? Сано очень хочет его найти и остаться там навсегда. Где спокойно, красиво, рядом дорогие люди. Где нет смерти и печали, а царит лишь радость и любовь. В детстве ей казалось, что звездочки это души умерших людей, которые так свысока приглядывают за своими близкими, которых пришлось оставить. Так было проще. Она представляла, что это их погибшие родители присматривают за ними, что рядом. У Вады всегда была своеобразная привычка. Она любила носить при себе вещи, которые связаны с важными людьми, которых уже нет. Тот же чокер Шиничиро, тот же талисман Баджи. Таким образом она ощущает, что через эти вещи родные всегда с ней, всегда помогут. Она чувствует их присутствие и тепло через эти вещи. Ей нравится сравнивать погодные явления с умершими близкими. Так ей кажется, что она может с ними общаться. И это приносит ей утешение, пусть и незначительное. Так проще. Уж лучше, чем думать, что человек просто исчез. Пропал, растворился в пустоте. Это было бы слишком жестоко. Вада верит, что после смерти есть своя дорога, своя жизнь и все, кто покинул её на самом деле где-то там, наблюдают за ней. Что они не просто исчезли в тёмной пучине пустоты и с ними ещё можно встретиться, когда придёт время.
— Не самое верное решение. — на балконе появился Риндо. Вада и не заметила его, слишком ушла в свои мысли. И долго он тут стоит? — Брось бяку.
Парень бьёт по руке Сано и тлеющая сигарета падает вниз. Риндо смотрит на хмурое лицо девушки и вздыхает. Облокачивается на перила, сложив руки на груди и смотрит куда-то вдаль. Пару минут молчания были приятными. Прекрасно, когда можно вот так ни о чем не говоря просто наблюдать за жизнью города и безгранично красивым ночным небом. Такая умиротворенная атмосфера была Сано по душе. Она не чувствовала ни капли напряжения.
— Не думал, что каждая звёздочка в небе это чья-то душа? — нарушает тишину Вада, не сводя глаз с прекрасной ночной картины.
— Ни разу не задумывался. — отвечает Риндо. — Хотя может ты и права. Куда-то же люди попадают после смерти.
— Знаешь, а я ведь с детства мечтаю летать, чувствовать этот воздух свободы с высоты птичьего полета. Но проблемы и беды всегда тянули вниз — задумчиво-мечтательным взглядом смотрит Вада куда-то вдаль.
— Интересно. А вот меня никогда не манила свобода почему-то. Видимо, я всегда чувствовал себя на своём месте. — ухмыляется Рин.
— Я думала над словами твоего брата. — хмуро произносит Сано. — Может мне действительно начать думать лишь о себе и плевать на чувства других? Стать жестокой, хитрой и эгоистичной?
— Изменишь себе. — эти слова врезались в мозг, Вада повернула голову на Риндо, лицо которого было совершенно раслабленным. Он ведь прав. — Разве это будешь ты? Слова Рана не означают, что ты должна переключиться на себя и забить на всех. Твоя сила в друзьях и близких. Ты становишься сильнее, защищая их и это мне в тебе нравится. Когда человек защищает того, кто ему дорог, он становится действительно сильным. Ты справедливая и умеешь любить. Продолжай творить то, что делаешь сейчас, не лишай их своей защиты. Но не забывай и о себе. Не пренебригай своей жизнью, ценой других.
Парень абсолютно прав. Её сила всегда была в близких ей людях. Ради них она жила и сражалась, всегда знала ради чего она не сдаётся. Это часть её души, её призвание и главное желание. Что бы она не делала, изгнать эту её сторону не получиться, такой уж она родилась и выросла.
— Вада, тебе бы пора понять, что не всё всегда зависит от тебя и лежит на твоих плечах. Поддержка нужна даже тем, кто привык поддерживать и справляться сам. Просто осознай свою натуру и стань тем, кем всегда была и должна быть. Защитницей людских душ. Не пытася бороться с этой стороной, прими её и используй с умом. Пойми кто ты на самом деле. Как сможешь себя принять, станешь сильнее. — продолжает умозаключать Риндо.
— Пожалуй, ты прав. — соглашается Сано. Это её предназначение и смысл жизни и вряд ли когда-нибудь будет по другому.
— Ран не виноват, Вада. Единственная его вина перед тобой в том, что он защищал меня. — вдруг выдаёт Хайтани, набравшись смелости.
— Ты о чём? — удивляется Сано.
— Это я… — парень набирает в лёгкие побольше воздуха и смотрит светловолосой в глаза. — Это я убийца. Я убил твою сестру. Ран здесь не при чём.
На такое завление Сано распахивает глаза и непроизвольно задерживает дыхание. Ей словно по голове с размаху врезали чем-то тяжёлым.
— Ты что вообще говоришь?.. — спрашивает севшим голосом, шокированная девушка.
На удивление сейчас парню совсем не страшно признать свою вину. Он спокоен и искренне раскаивается. Чёрт знает, может это атмосфера на него так влияет. Или вера в то, что она его простит после того, что присходило сегодня днём.
— Это сделал я. Изана приказал убить твою сестру и двух командиров. Я хотел отказаться от этой затеи, но в таком случае он бы избавился от тебя. Я испугался, не хотел, чтобы тебя убили. Ран решил выполнить задание сам, чтобы не подставлять меня под удар. Он знает, что ты мой первый настоящий друг и что я тобой дорожу и не хотел, чтобы ты меня возненавидела, поэтому хотел встать на моё место. Я же не хотел, чтобы ты возненавидела Рана, я то вижу, что у вас не просто увлечение. Вы любите друг друга, Ран меняется, ты его меняешь в лучшую сторону. С тобой он как-будто ожил чтоли. Я не хотел, чтобы вы стали врагами, поэтому решил сделать всё сам.
Вада слушает рассказ, затаив дыхание. На глаза выступали слёзы, а прохладный ветерок смахивал их с ресниц. Она видит, как парню тяжело и важно это признание. Да ей самой тяжело его слышать.
— Я убил твою сестру. Ран хрен пойми откуда там появился и всего на секунду опаздал. Он вызвал скорую и мы смотались оттуда. Перед смертью Эмма спрашивала про тебя, сказала, что волновались за тебя и была рада, что с тобой всё впорядке. Взяла с Рана обещание, что он будет беречь тебя.
— Сестричка… — Вада уже не сдерживала слёз. Она и представить не могла, что Эмма за неё так переживает. Что так любит. От этого ещё противнее, вспоминая своё поведение по отношению к сестре. А она даже перед смертью думала о Ваде.
— Ран тогда дал мне знатной пизды. И пошёл разбираться с капитанами сам. Как оказалось, он с самого начала собирался обмануть Изану и поручить это дело кому-то другому, чтобы без смертельного исхода, но мне об этом не сказал. И капитанов он специально не убил, а всего лишь изолировал на время драки. Я конечно не Ран, стихи писать не умею и песен не посвещаю. Но признаюсь, что я к тебе привязался. Ты для меня не просто друг, ты стала родным человеком. Семьёй для меня и Рана. На тот момент я испугался, что тебя может не стать, что ты возненавидишь Рана, а ему без тебя будет в сто раз херовее, поэтому решил взять всю вину на себя, даже если потеряю нашу дружбу. И мне очень жаль, что так вышло. Всё что произошло — это только моя тупость. Я струсил, побоялся. Похоже, я трусливое дерьмо. — парень вновь устремляет взгляд вдаль.
Вада слушала с сожалением. У неё не было слов. Выходит, Ран взял всю вину на себя, защищая брата. Подставил себя под удар, зная, что между ними может быть всё конченно. Сано загордилась Раном, ведь она бы сделала точно так же для своего брата. Он не желал зла ни ей, ни её семье, а просто защищал свою. А Вада считала его жестокой и беспощадной тварью. А она ведь чувстовала, что так не может быть. Знала, что не могла ошибиться.
— Ран всё равно взял вину на себя, а я просто испугался возразить. Но я хочу, чтобы ты знала правду. Ты заслуживаешь знать правду. Не хочу, чтобы ты злилась на брата, он не заслужил. Виновен я, так что презирай меня. Я не жду от тебя прощения, сам понимаю, что натворил. — Риндо было уже развернулся, чтобы уйти, как заплаканный голос заставил его остановиться.
— Я не злюсь на тебя, Рин-Рин. — парень в удивлении оборачивается и видит, как Сано ласково улыбается сквозь слёзы. — И тем более не ненавижу. Да, ты натворил ужасного, но главное это уметь признать свои ошибки. Я понимаю, почему тебе пришлось так поступить. Большинство людей иногда творят зло по необходимости, а не потому, что им нравится портить людям жизнь. И я тебе верю. — парень шокирован, смотрит на Ваду с непониманием и страхом в глазах. — Я прощаю тебя. — шепчет светловолосая и в груди Хайтани что-то громко взрывается.
— Но я же…
— Ты мне тоже не чужой человек. Люди имеют право на ошибки, а близких нужно уметь прощать, что бы они не натворили. В этом и заключается дружба.
— Вада, ты… Не устаёшь меня удивлять… — Риндо кажется, что он готов запрыгать от радости. Так легко на душе стало, что признался, что получил прощение, на которое и не надеялся.
Сано с улыбкой стирает слёзы и расставляет руки для объятий. Парень опасливо подходит к девушке и резко заключает её в объятия, шумно выдыхая все переживание и вдыхая новый запах. Запах розы и сирени, с которым в душу проникает чувство тепла и спокойствия. Сано цепляется парню за шею, но маленькая совсем, не дотягивается. С этим теплом ушли все переживания, все страхи улетели, оставляя лишь дикую радость. Риндо кажется, что он готов расплакаться. Весь груз с сердца свалился в один момент, дышать стало легче. Он не может сдержать своих эмоций и приподнимая девушку над полом, чтобы Ваде было удобно обнять его за шею, и кружит в воздухе. Сано смеётся сквозь слёзы, обнимая парня покрепче и выдыхая с облегчением. Затем ставит девушку на пол и покачивает из стороны в сторону, словно убаюкивая в объятихя. Этот разговор был важен для обоих. Вада наконец-то узнала правду, пусть и горькую. Она наконец поняла, что значат для неё эти люди. Если Рана она любит всем сердцем, что бы он не натворил и каким бы не был, то с Риндо совершенно другое.
Она ощущает тепло и доверие. Сано осознаёт, что в её жизни есть ещё один человек, на которого она может положиться, который пойдёт с ней хоть в ад рука об руку. Их связывает нечто большее, чем просто дружба. Они связанны узами, похожими на семейные. Вада ощущает Риндо своим младшим братом, которому хочет помогать, хочет стать для него наставником и путеводной звездой. Сано готова ради него на столько же, насколько за родного брата Манджиро. Именно он подарил ей то чудесное и такое нужно чувство семейности. Стал ей братом, который был так необходим, о котором она так мечтала. Принял такой, какая есть, выслушивал её и поддерживал в трудные моменты. А их с засранцем Косичкой было немало. И Риндо всегда был на её стороне. Пошёл на это жестокое дело лишь потому, что хотел защитить её. Был готов к тому, что Сано его не простит или даже покалечит, но всё равно сделал это ради её безопасности. А ведь она ещё в первый день из двоих Хайтани именно от него не чувствовала угрозы, подружилась сначала именно с ним. Для неё Риндо — младший брат, которого она хочет поддерживать и оберегать. Быть рядом «и в горе и в радости» и знает, что он тоже будет рядом. На него можно положиться, он никогда не предаст.
Вада замечала лишь Рана, беспокоилась лишь о нём, зацикливалачь лишь на чувствах к нему. Не замечала, насколько ей повезло подружиться с Риндо. Не замечала, как он переживал за неё постоянно, защищая даже от собственного брата. Был с ней на одной волне и в печальные моменты старался преободрить. Имеено с ним Сано навещала брата и Баджи, а это значит для неё намного больше, чем кажется. Он стал ей незаменимым другом, душевным братом. Вада обещает себе, что будет рядом с ним в любые моменты его жизни. В беде протянет руку помощи. Раздалит с ним и боль и радость. Станет для него старшей сестрой, мудрой наставницей по жизни. Не даст ему опускать руки и поддерживать в любых начинаниях. Всё таки какой же он ещё ребёнок. Ребенок, который просто испугался. Это «Похищение» подарило ей двух по своему прекрасных людей. И она их полюбила. Всем телом и душой рада, что встретила и узнала их. Смогла разглядеть их внутреннее «я». Она даже благодарна Изане за такой подарок и рада, что попала в этот дом. Она нашла здесь вторую семью. Дом, в который она всегда может вернуться, зная что её там ждут и примут что бы не случилось. Они изменили её жизнь и внутренний мир. И никакая вражда двух банд этого не изменит. Плевать, чем закончится завтрашняя драка, Сано теперь точно знает, что не сможет расстаться с этими парнями.
— Вада… Мы ведь даже после чёртовой драки останемся друзьями? — с надеждой спрашивает Риндо. Боиться, как маленький ребёнок.
— Обещаю. Чтобы не случилось… Отныне и навсегда, я буду рядом. — шепчет Сано, прижимая парня ещё крепче.
Вада распахивает глаза, в которых блестели слёзы в свете ночных фонарей горящего ночного города. Заглядывает за спину парня, смотрит в небо и видит, как в этот момент по тёмной небесной глади скользит белая полоса. Падающая звезда озарила своим светом эту клятву. Сано завороженно наблюдает, как звёздочка удаляется и загадывает желание. Просит дать ей достаточно сил, чтобы защитить всех, кто ей дорог и всегда быть рядом с близкими. Эта клятва «Отныне и навсегда» была придумана её братом Шиничиро и использовалась в семье Сано. Она звучала как обещание, что чтобы не случилось и как бы не повернулась жизнь, семья всегда любит и будет рядом в любые моменты. Сейчас она дарит её Риндо, только начиная осознавать всю её важность. Как родные всегда были рядом с ней, так и она его не бросит. Это похищение подарило всем новую дорогу в жизни, перевернули мир и помогло осознать себя. Для каждого это «Похищение» оставило особый отпечаток в душе и подарило новые мечты и цели. Как же удивительная бывает жизнь. Что не делается, всё к лучшему. Раньше Сано не любила перемены, а теперь так им благодарна.
— Спасибо за прощение… — шепчет Риндо с улыбкой.
— Спасибо за правду, братишка…
Кстати, об этом. Теперь она знает правду и ей предстоит ещё один разговор…
***
Сано остановилась в дверном проёме. Глаза жгло от высохших слёз и она ощущает, что ужасно устала. Эти два дня были для неё особенно тяжёлыми. Она складывает руки на груди, подпирая плечом дверной косяк и наблюдает за Хайтани. Он так сосредоточен на экране нотбука, что не замечает её. Лицо такое суровое и уставшее, ему тоже тяжело.
— Ты соврал.
— О чём? — спрашивает Хайтани, не удостаивая её взглядом. Хотя признаться, он внутренне вздрогнул, услышав её голос в глухой тишине. Слишком увлёкся.
— Ты не убивал мою сестру. — произносит Вада, опуская голову на деревянную балку. Только теперь парень поднял на неё суровый взгляд из подо лба. Лишь на секунду в глазах проскочило удивление.
— Сама догадалась или Риндо подсказал? — спрашивает Ран, снова отвлекаясь на ноутбук.
— Сомневаешься в моих умственных способностях? Сама. — лукаво улыбается светловолосая проходя в комнату и устраивается пятой точкой на столе.
— Врёшь. — хмыкает парень. — Придурок. Он хоть жив там?
— Даже в такой ситуации, ты прикрыл брата. Косичка, я тебя зауважала. — усмехается Сано. — Я ведь с самого начала знала, что это не может быть правдой. Я не могла в тебе ошибиться.
— И что это меняет? — устало спрашивает Хайтани, переключая внимание на светловолосую.
— А ты считаешь ничего? — хмурится Вада.
— Поздравляю, тайное стало явным, я не убийца твоей сестры. Только это не отменяет факт того, что завтра нам придётся драться.
— Лично я с тобой драться не намерена. И не думаю, что ты захочешь.
— С чего такая уверенность?
— Потому что ты проиграешь. — Ран усмехается, закатывая глаза.
— Вада Сано… Ты меня недооцениваешь, как всегда. — лукаво произносит Хайтани, склоняясь к ней ближе.
— А ты себя, как всегда, перееоцениваешь, Ран Хайтани. — тоже поддаётся вперёд Сано, задевая кончиком носа нос парня.
— Ты простила Риндо?
— Простила. И тебя прощаю.
— Какое великодушие.
— Взял вину брата на себя, зная, что потеряешь меня. Не боялся, что я тебя убью?
— Что бы он не натворил, он мой брат. Я всегда буду его прикрывать.
— Хорошие слова. Я тоже хочу им следовать. Сегодня я многое переосмыслила.
— Что будешь делать?
— Пойду на драку и позабочусь о том, чтобы никто не пострадал. И постараюсь не подставлять себя под удар. — с улыбкой заявляет Сано, на что Хайтани выражает недовольное лицо. Он не собирается рисковать, но и спор сейчас бесполезен. Он всё равно сделает по-своему.
— Хорошо.
Вада оставляет невесомый поцелуй на его щеке и шепчет:
— Не волнуйся, Косичка. Я сильная девочка, в состоянии за себя постоять. — после чего захлопывает крышку ноутбука. — Спать. Завтра важный день.
Ран усмехается и соглашается с этим заявлением. Завтра предстоит серьёзный день, исход которого повлияет на будущее. Он по прежнему не знает, что ждет их с Вадой после этого события и чем оно обрнётся. Знает лишь, что не допустит, чтобы она пострадала. Для этого он примет все меры. Он рад и может спать спокойно, зная, что Сано его простила. И сейчас, ощущая в тёплой постели девушку под боком может расслабиться и с лёгкой улыбкой провалиться в сон, не думая о том, какое жестокое испытаение ему сулит завтрашний день.
***
Пока Риндо разбирается с формой, Ран задумчиво смотрит на просыпающийся город, перебирая в голове недавние события.
— И что мы вот так по тихому свалим? — недовольно спрашивает Риндо, который уже собранный стоял в коридоре.
— Так будет спокойнее и тебе и мне. — поясняет старший. — Ты забрал ключи от её байка?
— Да, они у меня. — для подтвержения парень крутит ключи между пальцев.
Ему всё это не нравится, но здесь он склонен к тому, что брат прав. Сано не следует идти на эту драку. Так они хотя бы будут уверенны, что она в безопасности. Тогда почему в груди засело противное чувство, словно они её предают?
— Отлично. Изана здесь, верно?
— Ждёт внизу. Хочет сам проконтролировать, что она останется под замком.
— Кто под замком? — спрашивает внезапно появившаяся сонная Вада, потирая глаза. Хайтани замирают. Тихо свалить не получилось… — Что уже выходим? Я думала мы хотя бы позавтракаем.
— Да, только ты останешься здесь. — голос Рана непоколебим и серьезен, а его лицо мрачнее самой тёмной тучи.
— Завтрак на плите. — пытается смягчить ситуацию Риндо, но кажется, Сано уже не до завтрака.
— Ты пошутил так сейчас? — девушка мгновенно проснулась и непонимающе уставилась на Хайтани.
— Похоже, что я шучу? — строго спросил Ран, нахмурив брови.
— Но мы же вчера договорились! — нервно повышает голос Вада. Неужели он снова её обманул?
— Вада, я не смогу драться и смотреть, чтобы тебя не убили. Ты остаёшься здесь, в безопасности.
— Твоего мнения спросить забыла. Тебе на пальцах объяснить или снова лицо разукрасить? — агрессирует светловолосая, напрявляясь к выходу.
Но к кроссовкам она не успела подойти, Ран схватил её за локоть и поволок в свою комнату. Вада не была намерена так просто отступать, речь ведь идёт о её друзьях. Девушка начала вырываться и когда поняла, что парень будет стоять на своём до конца, решила действовать напрямую. Сано зарядила Хайтани ногой в живот, что поспособствовало ослаблению хватки. Вада вырвалась из захвата и отвесила парню пощёчину. Та такую звонкую, что даже Риндо обосрался.
— Что же с вашим купидоном не так? Бухой чтоли?.. — тихо сам себя спрашивает Риндо, наблюдая очередную ссору влюблённых.
— Ты мне не помешаешь. Я не брошу друзей. Даже если ты меня запрёшь, я вышибу долбанную дверь, вместе с тобой. — тяжело дышит Вада. Неужели Косичка думал, что она так просто сдасться и будет сидеть на жопе ровно, пока над друзьями нависла страшная угроза. — Ран, в Тосве по вашей милости осталось пятьдесят человек. Они без меня не справятся. Одумайся, чёрт тебя раздери.
— Нужно было с самого начала запереть тебя в подвале. — последняя капля спокойствия Хайтани иссякла. В глазах вспыхло дьвольское пламя. Он решил больше не циримониться.
Парень закинул Сано на плечо и понёс в свою комнату, несмотря на её усиленные брыкания и терпел мощные удары. Он защитит её любой ценой.
— Риндо!.. — Вада с надеждой смотрит на младшего Хайтани, но тот лишь виновато опустил глаза в пол. — Вы же обещали!
— Прости, Вада. Твоя безопасность для нас важнее, чем сохранность твоих друзей. Ты без геройства не обойдёшься. — Сано распахивает глаза и звучно выдыхает с полу криком и продолжает ещё яростнее отбиваться от Рана.
Хайтани приносит её в комнату и ставит на пол. Как только Вада встала на ноги, не теряя времени, решила вдарить ему ногой по виску с разворота, он блокировал удар. Вада предприняла ещё несколько попыток его ударить, но всё безуспешно. Ран терпел недолго и из защиты перешёл в нападение. Иначе её не утихомирить. Когда Сано в очередной раз воснесла руку для удара, Ран перехватил её и ударил коленом в живот. Вада такого не ожидала и моментально скрутилась пополам. Ей и не так до этого прилетало, так что девушка быстро оправилась. Вада хотела применить свой манёвр и оказаться позади парня, нанося удар со спины, но как только она сдвинулась с места, Хайтани ударил её ногой по животу, отчего девушка отлетела в стену и задела головой батарею. В глазах тут же появились искры и всё поплыло. Адская боль запултсировала в затылке. Она попыталась прийти в себе и встать, но не получалось. Тело словно окаменело.
— И ты в таком состоянии драться собралась? — Ран опускается на корточки напротив Сано, пока та пытается избавиться от пелены в глазах. — Признай, что ты потеряла своё приемущество и расчетливость. Ты уже не так сильна, как раньше и противники на этот раз опаснее, чем ты когда-либо встречала. Слепо дерешься на эмоциях и проигрываешь. Ты не собрана и будет лучше если ты туда не пойдешь. Я не допущу еще одной смерти.
Рана по прежнему гложет чувство вины за смерть Эммы Сано. Пусть он и не своими руками это сделал, но факт того что он это предотвратить тупо не успел, грызёт его изнутри. Поэтому он сделает всё, чтобы Вада не пострадала. Даже если ради этого он будет монстром в её глазах и сделает ей больно. Главное — она останется цела.
— Я не прощу тебя, слышишь? Не смей этого делать, Ран. — шёпотом тараторит Вада, у которой сбилось дыхание и кружиться голова. Она из последних сил старается держаться, чтобы не отрубиться.
— До встречи, цветочек. — шепчет Ран, мималётно целуя девушку в лоб и спешит покинуть комнату.
— Нет! Ран, не надо! Риндо, стойте! — Вада старается подняться на ноги, игнорируя боль, что берёт начало в затылке и разливается по всему телу. Она пытается ползти на четвереньках и наконец встаёт на ноги. Ей кажется, что она бежит, а на деле же еле передвигается пошатываясь в разные стороны. Боль в голове заменилась животным страхом
— Ты поступаешь как мразь. — говорит Риндо, подпирая дверной косяк и прожигая брата глазами.
— Я такой и есть. — отвечает старший, в темпе натягивая кроссовки.
— Она тебе этого не простит. — продолжает давить на совесть брата Рин.
— Знаю.
— Ты понимаешь, что потеряешь её?
— Прекрасно понимаю.
— Это её младший брат, ради которого она живёт. Она должна там быть и защищать его. Она сильнее, чем ты думаешь.
— Хватит, Риндо, я не передумаю. — уже рычит опасным зверем Ран.
— А что ты бы чувствовал, будь на её месте? Ты бы смог спокойно сидеть на жопе ровно, зная, что меня хотят убить?
— Заткнись! — Рявкает Ран. Он прекрасно всё понимает, но убеждён, что таким образом защищает её. Представить себя на её месте паршиво, но её безопасность важнее. Да и не выйдет она отсюда, у входа Изана и охрана, на случай, если она попытается вмешаться. — На выход.
— Хайтани!
Парни оборачиваются и видят Сано, которая пытается до них дойти. Ран выходит в подъезд, а Риндо в последний раз виновато смотрит на девушку.
— Рин, прошу… — слёзно произносит Вада, прожигая парня обречённым взглядом.
— Прости…
Хайтани выходит вслед за братом, хлопая стальной дверью. Вада добегает до выхода и ударяет ладонями по железке и слышит, как дверь запирают.
— Ран, не надо! Я никогда тебе этого не прощу, слышишь! Открой дверь! Я должна быть там! — но ответом ей служила тишина. Девушка психанула и ударила ногой по двери, но это мало чем поможет. Сано обернулась, зарываясь руками в волосы и судорожно соображала, что ей делать. Так страшно ей ещё не было никогда.
Вада спешит на балкон и перегнувшись через перила смотрит вниз. И в тот же момент замирает. Сердце сначала сжимается до размера горошинв, а потом разрастается пульсирующим волнением, которое норовит вырваться наружу, разорвав в клочья грудную клетку.
Сано видит там несколько байком и даже с высоты может разглядеть Изану и сволочь Кисаки. Там ещё и Ханма впридачу. А через секунду там появляются и сами Хайтани.
— Ран! Не надо, не делай этого! — обречённо зовёт парня Сано, на что все, кто стоял внизу подняли головы. Даже с высоты Вада могла разглядеть коварную улыбку Изаны и сожалеющий взгляд Риндо. Они расселись по байкам и… Чёрт! Риндо забрал её байк и уехал на нём! — Твою ж мать!
Вада вернулась в квартиру и от страха и злости крушила всё, что попадёт под руку. С замком на наручниках она справилась проще, с дверным так не получиться. В несчастную дверь даже стул полетел. Зеркало, которое было встроенно в дверь разлетелось вдребезги. Сано металась судорожно по квартире, пытаясь найти хоть что-то, что поможет ей выбраться. Она даже не заметила, как порезалась стеклом. Физическая боль отошла на второй план, сейчас в сердце и голове пульсировал лишь страх. Девушка вывернула все шкафы и полки и когда дошла до стола Рана обнаружила нечто жуткое. В шкафчике стола лежал пистолет. Вада понятия не имеет, как такие штуки работают и зачем он вообще Хайтани, но он не поможет в данной ситуации.
Сано обессилено свалилась на пол, стараясь сдержать слёзы и спокойно подумать, что ей в такой ситуации делать. Крушение квартиры, обыск и истерики заняли не меньше, чем полчаса. Там наверняка всё уже началось, а Вада даже понятия не имеет, где будет проходить драка. Даже если она выберется, куда ей бежать? Она проклянает себя за тупость, что раньше не узнала место сбора, что вообще позволила запереть себя в четырёх стенах, пока её друзей там избивают. Девушка свернулась калачиком на полу и покачиваясь старалась рассуждать.
— Думай, Вада, думай… — тараторит в панике светловолосая. — Должны быть ещё одни ключи. Должен быть выход отсюда. — только вот ничего, что похоже на ключи Сано не нашла. — Ты должна выбраться отсюда. Ты обещала, ты обязана. Ну же, соберись, тряпка. Должны быть ещё одни ключи!
От паники её отвлёк звук телефона в гробовой тишине. На её телефон пришло сообщение. Сейчас вообще не до этого, но может ей пишет кто-то из банды. Полюбому, всё уже началось и идёт плохо. Да, конечно, какой идиот в разгаре драки и окружённый со всех сторон, в перерывах между получанием по морде будет ей писать? Но когда пришло ещё одно уведомление Сано психанула и взяла телефон в руки. Увиденное заставило её сильно удивиться.
Неизвестный номер: Через балкон на нижний этаж.
Неизвестный номер: Поживее, если хочешь спасти друзей.
— Ты ещё кто… — задаёт риторический вопрос Вада. Да и похрен, кто это. Главное, он подсказал ей выход.
