Хроники Рэдли

Итак, дорогой читатель. Я поведал тебе уже много тонкостей нового звериного мира, а также много тонкостей своего большого и необычного интереса. Не знаю чем смог бы я тебя ещё заинтересовать, поэтому пожалуй начну углубляться в детали и расскажу немного о наших видах. Однажды я побывал на скачках, где мне удалось, в чем вижу причину огромнейшей гордости, защекотать чемпиона этих скачек - жеребца Далласа. Очень привлекло меня строение его копыт с двумя большими и сочными подушками, которые я с удовольствием тактильно изучил. После того мне стало интересно каковы различия этих подушек у разных копытных и я решил во что бы то ни стало изучить ещё одну такую породу. Выбор мой пал на вид зебр и я был удивлен тем, что мне удалось тогда обнаружить. Вылет мой в Африку был довольно скомканным. Сначала я не успел поймать автобус, затем купил билеты не на тот рейс и долго отвоевывал обратно затраченную сумму. Затем я без малого полчаса перепаковывал вещи, возмущая пассажиров. Во время полета меня затошнило, а во время выхода сломались колесики моего чемодана. В общем, в тот день всё шло наперекосяк. Однако это не убило моего духа, ведь меня ожидало нечто необычное для того дня - моё первое дикое Сафари. Племена зебр, которые я собирался увидеть, очень сильно отстали от нашего мира и те немногие, что выбрались за пределы Африки, были чудесными целителями и даже инженерами, но не желали вытягивать свой род из степных гущ. Мой же интерес был отчасти и спортивным, ведь в этот раз я не смог бы действовать обманом, а потому был вынужден стать самым настоящим охотником. Поставить хорошую ловушку и заманить в неё свою жертву. Этим я и собирался заняться по прибытии на дикую местность. Я нашел относительно заселенный участок с зебринскими аборигенами, который при том обладал достаточной долей растительности и мог обеспечить мне хорошее прикрытие. Сам я разоделся в песочного цвета шляпу, рубаху, шорты и ботинки. Красно-черные пятна моей шерсти местами всё же выделялись из этого одеяния и из-за этой особенности мне приходилось полагаться и на удачу. Меж двух высоких деревьев я поставил силок с веревкой и присыпал его янтарной травой. Была наверху и ещё одна небольшая конструкция, с помощью которой можно было поймать беглеца в сеть. В таких условиях стоило перестраховаться. Приготовил я и свою любимую трубочку с дротиком со снотворным. Её пришлось также перекрасить в песчано-желтый и теперь она выглядела куда более похожей на охотничий предмет. Помимо того было у меня и ружье с транквилизатором и фотокамера и бинокль для наблюдений. Много мелочей, но главная конечно - мой чемоданчик с инструментами для игр. За слежкой я провел чуть больше половины дня и выяснил какую роль в жизни зебр играют разного рода травы. Тогда я понял, что мог бы и схитрить - подсыпать что-то в их отвар и положить спать целое поселение, чтобы легко выбрать жертву. Однако, для меня это показалось слишком простым. Другим важным аспектом жизни зебр было поклонение богам и духам. Они вырезали столбы и маленькие тотемы, а найденные неизвестно где камни вставляли в амулеты и носили их на шее. Похожий камень был и у меня как сувенир из цивилизованной среды. Его я и решил использовать как приманку. Я дождался вечера и забрался на верхушку дерева, проложил себе путь по нескольким деревьям с помощью мачете, а затем спустил камень на нити, изредка подсвнчивая его фонарем, пока какая-то фигура в темноте не откликнулась на зов "чудесного амулета" и не последовала за ним. Я тихо перебирался по деревьям, а амулет тем временем "витал в воздухе" и вел зебру к каким-то неведомым тайнам. Когда силок сработал и зебру вскинуло вверх головой к верхушке дерева, действовать мне нужно было быстро. Я вскинул ружье и точным выстрелом нейтрализовал жертву до того как она издала вопль ужаса. Очнулась она (как я выяснил позже) уже в моих импровизированных кандалах. Руки её оттягивались наверх и скреплялись вместе палками, перетянутыми множеством лиан. Лианами было обвито всё тело зебры. Мне вспомнилась одна восточная техника, называемая шибари и несмотря на её совершенную неуместность здесь я всё же захотел её применить. А на необычность действий моих меня подтолкнула особенность жертвы, ведь совершенно никак не ожидал я увидеть зверя с пятипалой стопой, словно у давно погибшей расы людей. Даже в момент пробуждения моей жертвы я всё ещё сидел, держа её ногу в лапах и увлечённо, будто ребенок, рассматривая полосатые, то черные, то белые пальцы. Наконец я смог оторваться от зрелища и улыбнулся моей подопечной. Та хотела было закричать, но ей помешал большой самодельный кляп из травы, лиан, камней и всего, что попалось под руку. Частично кляп походил на узду, но без задней части. А вставить его пришлось по трем причинам. Первое - подопечная моя была аборигенкой, а значит не смогла бы сказать мне чего-либо стоящего и порадовать своей смятенностью, злостью или испугом. Второе - поселение было совсем рядом и поэтому лишний шум мне был вовсе не нужен. И третье - кляп придавал ещё больше эстетичности этой красотке перевязанной лианами! Её тело великолепно для этого подходило. Я смог обвязать лианы и пристроить кляп именно так, как это делают мастера. Так, чтобы она не получала никакого дискомфорта, была лишена движений, но какой-то минимальной подвижности всё же могла добиться. Когда я приблизился к мордашке зебры, я встретил удивленный взгляд. Не испуганный, а именно удивленный. Кто-то (не хищник!) поймал её в ловушку. Кто-то был также развит как и она, а то и более. Это внушало ей лишь безумное любопытство, но его как лапой сняло, когда я приступил к своему любимому делу. Для начала я достал парочку перьевых метелок из кейса и поласкал её шею. Она вздрогнула и поерзала, уже отходя от стадии "что здесь происходит" и переходя к "не к добру всё это!". Моя любимая стадия, между прочим! Люблю осознание жертвой своей роли. Меж тем я спустился чуть ниже и уже заскользил по рёбрышкам, которые вследствие "аборигенской диеты" были очень четко выражены и довольно чувствительны! Зебра попыталась завизжать, но кляп исполнил свой долг и перебил этот вопль, оставив лишь сдавленное мычание. Я сладко улыбнулся и отложил метелки, начав бегать коготками по бокам и желая ответить на возникший коммичный вопрос - какие же полоски щекотливее - белые или черные! На удивление моё, ответ нашелся! Белые полоски победили. Позже я сделал вывод, что солнце сильнее припекает на черный и поэтому хорошенько закаляет те части тел зебры, которые были черны как уголь. К счастью моему, все нужные мне части её тела были белы как зефир (и не менее воздушными чем он же!). Я с удовольствием вытянул пару кисточек и взобрался на зебру, охаживая ими подмышки. Она запрыгала и завертелась, и неожиданно для меня была непомерно сильна. Я оказался скинут и мне пришлось пристроиться рядом. По крайней мере я надеялся что сначала добьюсь того, что у неё уйдут все силы. Этого я и начал потихоньку добиваться. На тот момент мне уже очень не терпелось! Я скользнул к необычного вида ножке и начал крутить на ней пальчики, радуясь визгам и мычанию аборигенки. По пространству между пальцами я бегал перышком, разводя по два и встречая нервные подергивания. Спускаясь ниже я понял, что самое мягкое место это центр стопы. Равно как и самое чувствительное. После подушечек как у всех зверей для меня это было крайне вдиковинку и я снова и снова водил по этому центру жесткой щеткой, а для проверки и по другим участкам, встречая описанный мной результат. Наконец я решил добить зебру в этом месте и достал флакончики с маслом, поливая им ножки и наччиная быстро-быстро бегать по стопам пальчиками. Зебра яростно фыркала, визжала, колотилась в лианах и жмурилась. Её хвост метался по земле со скоростью света и хлестал меня по бокам, а щёки покрыл багряный румянец. Когда я наконец закончил, я заметил, что жертва моя дрожит всем телом и потому дал ей немного отдохнуть. В кляп я протянул трубочку, она напилась и уже готова была провалиться в сон, но чудодейственная трава, одна из тех что мне удалось приглядеть, привела её в прежнее состяние как нашатырь. Я стянул с неё импровизированный лифчик и трусики из листьев ( что на деле её ничуть не смутило и тем смутило меня.. ) и пристроил на сосках и в щелочке небольшие вибраторы. После моих пыток они даже напугали её и она смотрела на меня жалостливыми глазами, но стоило мне включить их, как жалость снова переросла в удивление. Я заметил как челючти её сжимаются и выделяют блаженную слюну. Как соски постепенно твердеют, а щелочка расширяется и смягчается прозрачной смазкой. И всё же я преподнёс ей это раньше чем планировал, и поэтому снова поднял с знмли метёлки. Многочисленные перья забегали по её грудям, делая дыхание прерывистым и заставляя ворочаться в своих зеленых оковах. Ложбинка между ними тоже заслужила свое внимание и я прокрутил в ней кисточкой, заставив зебру лишний раз пискнуть, то ли от восторга, то ли от щекотки. Когда я увидел как стекают на хвост её соки, я убрал вибратор и примкнул к щёлочке, пробуя их и доставляя зебре удовольствие язычком. Она уже осознавала что и к чему, поэтому не оказывала сопротивления. Наслаждение от моих действий ей явно нравилось, а настрвивать меня на дальнейшую пытку ей не хотелось. Когда она кончила в первый раз, я отпрянул и пустился изучать её тело коготками. Она уже не скакала как прежде, а лишь подергивалась, ведь понимала что сопротивление бесполезно. Я же в благодарность к её терпению был очень нежен и вскоре обнаружил по всему телу множество точек, которые вызывают и приятные и щекотливые ощущения одновременно. Не спрашивайте как именно я понял что это за точки. Имея мою практику вы бы и сами научились понимать это тактильно, без всякой наводки.Я проделал длительный массаж, слушая сладкий смех. Смех удовольствия это одна из самых приятных вещей, если вам доведется её услышать. Глаза её уже были полны слёз, но они стали преданными, может даже любящими. Она уже почти не сопротивлялась когда пёрышки и щетки мои чиркали по её бёдрам и ягодицам, дразнили участки под коленями и заставляли тонко пищать. Она была в эйфории как и я. Окончилась та ночь, как вы понимаете, шалостями более бурными и откровенными чем те, о которых вы сейчас услышали. Следующим утром она вернулась в поселение, и, о чудо, начала распростанять моё дело! Я разбил лагерь на несколько недель и наблюдал как щекотка постепенно превращается в откровенную традицию и чтобы как-то снять напряжение между собой возлюбленные ничуть не брезговали пользоваться этим методом. Я покидал Африку полным торжества и восторга. Так окончилось мое дикое Сафари.