Художественное училище, для детей из приютов

Здание было из тех, что в ночи выглядят жутковато, но днём вновь приобретают обычный вид, только наоборот. Днём внутри нельзя было разглядеть бурлящей, кипящей жизни внутри. Днём худ.корпус отталкивал и выглядел безлюдно, он закрывал шторы перекрывал окна растениями, чтобы не один прохожий не сумел разглядеть внутренность здания. Оно не хотело в себя пускать никого, и специально пряталось и шипело на проходящих мимо, словно бездомная кошка. Но стоило только улицам опустеть, стоило прохожим скрыться по домам, а преподавателям разойтись, как худ.корпус становился ласковым, мурлыкал и тёрся об ноги. Открывал тем кто внутри улицу, и открывал улице себя. Окна внутри зажигались теплым светом, теперь жизнь варилась в этой кастрюле ещё сильнее, то и дело выплескиваясь из нее, брызжа учениками который возвращались в жилой корпус,или направлялись в магазин закупиться всем ,чего не было у тех кто внутри. Это здание выглядело странно, немного криво, за многие годы его существования заимело множество пристроек, чего только стоил 3 этаж. Хотя этажом его трудно назвать, скорее чердак, но такой обжитой, что при желании можно назвать его этажом. У здания было множество окон, и все они располагались в очень странных местах, то слишком далеко друг от друга, то наоборот налезающие, пожирающие друг друга. То слишком высоко, так что изнутри не удалось бы заглянуть в окно. А иногда слишком низко, настолько что приходилось лечь чтобы посмотреть в него. Подоконники были отдельным видом искусства. Иногда они находились над окнами, и если такое случалось у слишком низкого окна, то образовывали некое скрытое от посторонних глаз убежище. Такие называли ячейками и ими очень часто пользовались ученики, прячась от назойливых учителей или воспитателей. Ещё входов в здание было 5. И всеми очень много и часто пользовались служебными, пожарными. Но только не главным. В этот вход заходили только новички, и это считалось чем то унизительным. Чем то слишком глупым? Хотя этот вход был хорош, кафельные ступеньки, что казались новыми из за редкого использования, блестели чистотой. Два больших винтажных фонаря возвышались над входом, они были старыми, но всё равно выглядели очень даже неплохо. Совсем наоборот обстояли дела с другими входами и одновременно выходами. Первым из них был проход соединяющий жил и худ корпуса. Он был стар, потемнел и покрылся несмываемой грязью из за которой ступеньки стали неравномерными, кривыми. Некоторые стали слишком высоким ,из за чего малолетки часто спотыкались на них, и чтобы не падать ползли по ступенькам. Всё остальные используемые входы были похожи на этот. Всё кроме входа на крышу, на него вела длинная и осень узкая железная лестница. Она была стара ,как пожалуй все лестницы в худ. корпусе. Давно почернела и местами разваливалась. Некоторые перекладины были сломаны, некоторых вообще не было. Нельзя было сосчитать число учеников которые падали с этой лестницы. Но на неё отчаянно продолжали влазить , и вновь падали.