Дом Боли

Егор Меня разбудила Лена стуком в дверь и криком, что время обед и меня ждут внизу. Я еле разлепил веки, тело было тяжелым, голова раскалывалась. Еле подняв себя с кровати, напялив спортивные штаны, умылся, и спустился на кухню. Святая троица в сборе. Лена в своем розовом халате, взъерошенный Серега и Женька. На ней то самое серое платье. Хотелось выругнуться матом. Я отвел глаза от нее, вспоминая вчерашнее свое поведение. – Спящая красавица проснулась? – Серега хохотнул. – Угу. – Буркнул я. – С добрым утром. – Лена поставила передо мной вчерашний Женькин суп. – С добрым. – Есть не хотелось совсем. Женя сидела очень тихая, не поднимая глаз от телефона, она ела суп. Сонное лицо, темные круги под глазами свидетельствовали тому, что она тоже не спала ночью. Но причины для этого у нее были другие. – Мелкая, убери телефон из рук и ешь нормально. – Серега сердито смотрел на девушку. Нулевая реакция, она его не услышала. – Женя! – Серега повысил голос. Снова никакой обратной связи. – Степанова! – он хлопнул рукой по столу. Женька подняла рассеянный взгляд на него и вопросительно уставилась. – Убери телефон и ешь нормально. – Угу. – Она молча отложила телефон и уткнулась в тарелку с тем же рассеянным выражением лица. – У тебя все хорошо? – Серегин голос звучал встревоженно. – Да, просто не выспалась. – Женька встала из-за стола, вымыла тарелку. – Спасибо за обед, я в свою комнату. Серега встал и двинулся за ней. Лена схватила его за руку. – Сереж, отстань от нее. Она была у подруги, трындели всю ночь видимо. Дай человеку личное пространство. Ты ж ей не даешь нормально дышать, одна сплошная чрезмерная опека. Он молча отвернулся и стал наливать себе чай. – Егор, ты Новый Год где справлять будешь? С нами? – просила Лена, переводя тему разговора в другое русло. – Эм, а я и не думал, не до этого как-то было. Пока не знаю. Скорее всего тут. – Хорошо, а то Женька уедет к друзьям. И мы с Серегой вдвоем остаемся. Серега с хмурым видом сел за стол и молча начал пить чай с печеньем. В два года подряд я отмечал в клубе, а до этого на хате с друзьями. С родителями отмечал последний раз праздники, когда мне было 14. В тот год они разругались до 0:00 и отец уехал. С тех пор я зарекся проводить такие мероприятия дома. А за последнее время было столько событий, что я даже не задумался, где и как проведу НГ. – Я подумаю. – Ответил я Ленке. Женька не будет тут отмечать новый год, это слегка дестабилизировало. Серега допил чай и молча вышел с кухни. Лена вздохнула. – Она будет первый раз отмечать не с нами. Он расстроился. «Папочке» пора отпускать «дочку» на свободу. Никак с этим не смирится. Конечно, понимаю, что ему нужно время. Но Женька уже взрослая, и Серегина опека ей только в тягость. Ты знаешь, я тут недавно узнала, что у нее парень есть? – Ленка хихикнула. – Как раз в ее вкусе. Видела их месяц назад, он ее утром домой привез, у машины целовались. Ага, Светка, как же! У него она ночует. Только Сереге не говори, а то вскипит, как чайник. – Девушка мечтательно посмотрела в потолок. – Эх, как я ей завидую, влюбленность, первые отношения. Милота. – Ленка тараторила без умолку. Как же все сложно в этом доме? Теперь я все больше понимал, почему мелкая хочет уехать отсюда. После обеда все разошлись по комнатам, в доме воцарилась тишина. Редкие хлопки дверей, шаги, звуки с кухни и снова тишина. Часов в семь вечера хлопнула Женькина дверь, послышался топот ног по лестнице вниз. Спустя тридцать минут, по дому стал разноситься ароматный запах жареной картошки. Мой желудок заурчал. Я решил спуститься на кухню. Как обычно, я даже улыбнулся, Женька стояла у плиты в наушниках и подпевала группе Кино Ведь я Сажаю алюминиевые огурцы, а-а На брезентовом поле Сажаю алюминиевые огурцы, а-а На брезентовом поле… Она размахивала деревянной лопаточкой как дирижер, смешно двигая пятой точкой. Левая нога подергивалась в коленке. Волосы на ее голове были похожи на гнездо, один бок примят, с другой стороны они торчали как пакля. Мда, внешний вид эту девушку совершенно не заботил. Я встал, прислонившись к дверному косяку и наблюдал, что серое платье облегает худенькое тело при каждом движении. В голове появилась мысль, что я хочу так стоять каждый день и смотреть на нее, на такую веселую, уютную и домашнюю. Мне хотелось, чтобы так танцевала только для меня, пела только для меня. От этого желания грудь сдавило. Я кашлянул, чтобы снять наваждение. Женька повернула голову. Снова ни капли смущения, что я застал ее за таким занятием. Сонное лицо, чуть припухшие от сна глаза. Я представил, что вижу ее такой утром в своей кровати. Вся кровь снова устремилась вниз. Да как это вообще контролировать? – Голодный? – спросила она меня. – Ага, запахи с ума сводят. – Тогда сделай салат. Овощи в холодильнике. – Ок. – я подошел к холодильнику и начал доставать помидоры, огурцы и пекинский салат. – Ленка с Серегой спят. А я собралась фильм посмотреть. Ты со мной? – Да. – Мое сердце сделало кульбит, вечер вдвоем. – Что будем смотреть? – Комедию. Хочется пересмотреть «Рок на волнах». Смотрел? – Женька начала облизывать лопаточку, на которой прилипли кусочки жареной картошки. – Мммм, нет. – Я сглотнул, глядя как ее губы обхватывают уголок лопаточки. – Ну и чудесно. – Она отвернулась и потеряла ко мне всякий интерес. Я взял разделочную доску, сел за стол и стал нарезать овощи. В голове возникла мысль, которую сразу же захотелось озвучить. – Жень, почему ты изменила свое отношение ко мне? Я же тебе не нравлюсь. Она обернулась в полкорпуса, на ее лице было легкое недоумение. Рука с лопаткой зависла над сковородкой. Затем недоумение сменилось задумчивостью. Забавно было наблюдать за сменой эмоций на ее лице. – Знаешь, особых причин нет. Я часто сужу людей по своему внутреннему восприятию, и оно часто бывает не правильным. И ты от этого не должен страдать. Вообще мне сложно сходиться с людьми, еще сложнее вести войну в одностороннем порядке, живя в одном доме с человеком бок о бок. Не скажу, что ты мне и сейчас нравишься. Но я решила, что раз ты тут надолго, то мы должны нормально уживаться, не создавая проблем друг другу и всем вокруг. Живу же со своей сестрой как-то. – Хохотнула она. – А мы с ней с детства не особо ладим. А чем ты хуже нее? Вот и вся моя логика. – Она улыбнулась. – Прости. – За что? – удивленный взгляд серо-зеленых глаз. – Что свалился на вас, как снег на голову. – Мне хотелось, чтобы она больше не смотрела на меня как на таракана. – Забей, все мы люди, все мы учимся. Учимся быть собой, учимся находить свой порядок в жизни. Кому-то нужно для этого больше времени, больше действий, больше совершить ошибок. Все имеют на это право. – Такие взрослые слова и мысли, ей точно 17? Женька просто пожала плечами. Выключила газ, перемешала картофель и начала доставать тарелки. – Слушай, я пойду, включу фильм, а ты доделай салат и положи картошку. Поедим в зале. – Она улыбнулась и двинулась в гостиную. Я увидел, что кончики ее ушей покраснели. Почему ребенок в 17 лет, так себя ведет? Ее можно ставить в пример моей матери или отцу. Казалось, что она понимает мир, людей вокруг и себя лучше, чем все остальные вместе взятые. Я вздохнул, дорезал последний огурец. Взял майонез из холодильника и намазал салат. Разложив еду по тарелкам, стал относить все в гостиную. Наверное, это был самый лучший вечер в моей жизни. Вкусный и такой простой ужин. Хороший атмосферный фильм и девушка, которая мне нравится. Логику свою, я послал к черту, после того, как вчера прокрался в ее комнату. Просто надо принять тот факт, что она мне нравится и двигаться по течению. Женька, как кошка свернулась в клубок в своем кресле мешке, спрятав ноги под уютным пледом. Смеялась и переживала вместе с главными героями фильма, а я улыбался глядя на нее. Не было Лены и Сереги, она вела себя расслаблено, это чувствовалось в ее поведении. Когда она была рядом с ними, ей приходилось постоянно контролировать свои эмоции и поведение. Сегодня не было ее фальшивого смеха, попыток выглядеть счастливой. Она просто была самой собой. И это мне очень нравилось. Под конец фильма мелкая заснула. Сладкое посапывание доносилось с ее стороны. Я встал и подошел к ней, присел на корточки и стал разглядывать в ее лицо. Мелкие веснушки только выделяли бледность кожи, длинные густые ресницы бросали тени на щеки. Нижняя губа была обветренной и немного треснула. Почему-то это казалось очень милым. Хотелось облизнуть ее губы и поцеловать. Темные короткие волосы в беспорядке разметались. Я протянул руку и убрал одну прядь с ее лба. Она смешно сморщила нос. До нее ни одна девушка не вызывала таких сильных эмоций. Мне впервые хотелось постоянно кого-то касаться, мне впервые так нравился чей-то запах. Сердце стучало в груди как бешеное. В комнату Сереги и Лены хлопнула дверь, послышались шаги. Я вскочил на ноги и быстро сел на диван, взяв в руки пульт. Кровь стучала в висках набатом. В гостиную зашел сонный Серега. – Фильм смотрели? – спросил он зевая. – Угу. Только закончился. – О, мелкая вырубилась. Блин, шарахается не пойми где по ночам. – Парень присел на корточки в точности в такой же позе, в которой я сидел минуту назад перед ней. – Эй, Женек, кино кончилось, иди спать в кровать. – Он нежно провел пальцем по ее щеке. Девушка что-то пробормотала, но не проснулась. – Женя, Женька. – Серега слегка потряс ее за плечо. Глаза Женьки сонно открылись. Она посмотрела на Серегу, кивнула и снова закрыла глаза, сильнее закутавшись в плед. – Эээх, а завтра все болеть будет. Мартышка мелкая. – Серега легко подхватил девушку вместе с пледом на руки и понес в сторону комнаты. Она замычала, пытаясь проснуться, но потом расслабилась, снова погружаясь в глубокий сон. Глядя на все его действия, я понял, что меня накрывает злостью. Хотелось догнать его и сказать, чтобы он перестал себя так вести, словно она маленький ребенок, как будто ей до сих пор 13. Меня бесило, что он не проявлял такого внимания собственной жене, как Женьке. Его забота была на грани. Лена говорила правильно, его чрезмерная опека давит на Женьку. Я поднялся и поплелся следом за ними. Серега тяжело дышал. Я догнал их на середине лестницы. – Давай я донесу. – Сказал я ему. – Не, я сам справлюсь. Поднявшись наверх, я помог открыть дверь в ее комнату и прислонился к косяку, наблюдая, как он укладывает ее в кровать. Мне не хотелось оставлять его с ней в одной комнате. Конечно, его поведение было обосновано братскими чувствами, но они уже выходили за рамки нормы. Это уже замечали все вокруг, кроме него. – Серега, она уже взрослая. Ей не нужна такая забота от тебя. Он оборачивается и смотрит на меня с растерянным лицом. – Ты о чем? – Твоя забота ее душит, неужели ты не видишь? Она задыхается от нее. – Не понимаю о чем ты. – Он проходит мимо меня с непроницаемым лицом и двигается в сторону лестницы. – Ты все понимаешь. Пора уже принять тот факт, что она взрослеет и сама принимает свои решения. Ты ведешь себя как мои родители и сам не осознаешь этого? Ты не ее отец! – Знаешь, это не твое дело. Я сам разберусь. Не лезь, куда тебя не просят, и лучше разбирай свои проблемы. – Он зло посмотрел на меня и ушел вниз. Я повернул голову, посмотрел на спящую девушку. Теперь этот дом не казался таким уютным, как было раньше. Тут люди так же живут и задыхаются, каждый своей проблемой. Вздохнув, я закрыл дверь и пошел в свою комнату. Дни стали пролетать как поезда. Женька практически не показывалась дома, Серега пропадал на работе, Ленка моталась по больницам. По учебе все было гладко, я пару раз увиделся с матерью. Поговорил с отцом по телефону, мы даже немного наладили общение. Он разблокировал мои карты. Но денег я с них не снимал. Женька подкинула несколько сайтов для работы. Скинула тех.задания и рассказала, как выполнять задачи. Деньги конечно не самые большие, но я быстро вник и на карманные расходы мне вполне хватало. Я стал покупать продукты, помогать с готовкой и мелкой уборкой. Все чаще стали посещать мысли, что работа в отцовской компании не такая плохая идея, как казалось раньше. Учеба давалась легко и даже начала приносить удовольствие. С Алисой я расстался. Не смог больше выносить ее общество. Она, конечно, закатила истерику и пару дней пыталась вернуть все назад, но столкнувшись с моим холодным отношением, нашла для себя нового бойфренда, в лице моего одногрупника, и дышать стало легче. Но у нас испортились отношения с Серегой. Вернее не совсем так, он меня избегал после последнего с ним разговора. Старался меньше находиться в моем присутствии, да и вообще вел себя очень странно. Стал молчаливым, очень странно смотрел на Женьку. С Ленкой слышались частые скандалы, когда все ложились спать. Думаю, что ему тоже нужно время поменять свою точку зрения и свое отношение к Женьке. По-прежнему, пугало мое отношение к Женьке и чувствам к ней. Я стал чаще замечать за собой, что сам ищу повод, чтобы провести с ней время. То на кухне помогу, то придумаю вопросы по подработке. Хотелось к ней прикасаться, для этого я находил любые предлоги, то локтем коснусь, то беря что-то из ее рук, касался ее пальцев. Вечера с просмотра и фильмов стали для меня, как доза для наркомана. Это сводило с ума. Все сны сводились только к одному и ванная стала частым свидетелем моего позора. Отсутствие секса давало о себе знать. Но пока я не видел выхода из этой ситуации. Навязывать свои чувства, человеку, который испытывал ко мне едва ли приятельские эмоции не правильно. Новый год прошел тихо. Женька отмечала с друзьями. В дом Орловых приехали друзья Сереги и Лены, две семейные пары. Посидели, выпили, подарили друг другу подарки, запустили пару фейерверков, и я ушел спать. Еще год назад я бы посмотрел на такой праздник с ужасом, но в этом году меня устраивал покой. Слишком много событий за 2 месяца. Хотелось уединения. Второго января вернулась Женька, мы тихо посидели на кухне. От нее мне даже подарок перепал – кошелек. Она поржала, сказала, что свои деньги надо хранить правильно. Я подарил ей книгу, с какой-то фантастикой, которую посоветовала ей купить Ленка. Мелкая оценила, одарив меня легким объятием. Счастью моему не было предела. От Ленки получил нелепые домашние тапочки, От Сереги просто деньги. Ленке и Сереге подарил набор кастрюль. Прям семейный вечер. На следующий день с утра я съездил домой и был приятно удивлен спокойной обстановке, мы посидели и тоже обменялись подарками. Главным подарком от отца был возврат ключей от машины. К Орловым вернулся в радостном расположении духа. На кухне сидели Лена, Серега, Женька пили чай и обсуждали грядущее 18летие мелкой. Что дарить, как отмечать, где проводить и т.п. – Да чего париться? Тихо дома отметим, не люблю суету. Дарить ничего не надо, у меня все есть. – Сказала Женька, проглатывая большой кусок пирога. – Совершеннолетие бывает один раз в день. Может кафе какое-нибудь? – Спросил Серега. – С ума сошел? Какое кафе? У меня друзей – полтора индейца. Блин, давайте без суеты. Я все равно вечером в клуб собралась со Светкой. Отметим дома и хватит. – Какой клуб? Ты чего там забыла? – видно, что Серегу это не устроило. – Две девушки в толпе мужиков. – Сереж, ей восемнадцать, ты можешь успокоиться? – в разговор включилась Ленка. – Нет, я против. – Да мне пофиг, что ты против! – Мелкая взорвалась. – Я что до старости дома должна сидеть? Сколько можно надо мной трястить? Лена, роди ему уже скорее ребенка, чтобы он от меня отстал! Я взрослый человек и могу сама принимать решения. – Взрослая? В каком месте? – Серега орал. – Когда ты взрослой стала? – Взрослой стала, когда родители умерли, когда вы расписались, когда я сама зарабатывать начала, когда сама стала решать все свои проблемы! Я ни с кого из вас денег не беру. Учусь сама, поступила сама, свое дерьмо разгребаю сама! Для этого я взрослая? А для клуба нет? – ее трясло. – И ты не вправе решать, что мне можно, а что нет! Ты не мой отец! – Вскочив со стула, она бросилась наверх. Столкнувшись со мной в дверном проеме, она повернула голову к Сереге и сказала, – меня так достала твоя опека, лучше своей беременной жене столько внимания и заботы уделяй. Послышался топот ног по лестнице. На кухне воцарилась тишина. Лена сидела, понурив голову. Серега встал молча, убрал посуду и ушел в комнату. – Егор, садись, поешь. – Лена поднялась, взяла тарелки и положила мне плов. Я помыл руки, сел за стол. Аппетита не было. – Все наладится. – Сказал я Лене. – Знаю. – Тихо ответила она. – Только самое страшное впереди. Я вопросительно на нее посмотрел. – Сегодня утром у меня с Женькой был разговор, от которого даже я не в восторге. – Что такое? – Она сказала, что как только стукнет 18 и она утрясет вопросы с опекой, уедет от нас на съемную квартиру и уже сейчас ищет варианты. Серега еще не знает. – Ленка закусила ноготь на левой руке. – Что будет, не знаю, подумать страшно. Я, конечно, знал, что такой день настанет, она об этом не говорила, но не так быстро. Даже я был к такому не готов. Представить реакцию Сереги сложно. Лена вздохнула, убрала свою кружку с чаем и пожелав мне приятного аппетита, ушла. Чуть позже я поднялся наверх и постучал к Женьке в дверь. – Жень, я могу войти? – Угу. Я открыл дверь. Она сидела на кровати, поджав под себя ноги. Видно, что ревела. Нос покраснел, глаза опухли. – Ты как? – Тихо спросил я. Мы за этот месяц успели наладить нормальные дружеские отношения. Девочкой она была очень чуткой и заботливой. Если видела, что что-то не так, то интересовалась у меня, в чем причина, старалась помочь по работе. Другом она была отличным. Я в ответ старался тоже проявить заботу. – Я не знаю. – Она помотала головой. – Я очень устала. И морально и физически. Просто не вывожу это все. А он все усложняет своей опекой и заботой. Это давит. Мне хочется дышать нормально. – Я могу тебе чем-то помочь? – Хотелось ее обнять и пожалеть. Она мотнула головой и всхлипула. Я не выдержал, подошел к кровати, сгреб ее в охапку и крепко обнял. Она не сопротивлялась, а потом разревелась. Ее трясло. – Тихо, тихо, все будет хорошо. – Я тысячи раз говорил эти слова своей матери, но тут ощущения были совершенно другими. Хотелось, чтобы она перестала плакать и начала, наконец, улыбаться. Я гладил ее по волосам, шепча успокаивающие слова. Сколько прошло времени, не знаю. Она, наконец, успокоилась и отстранилась от меня. Видно, что ей было неловко. – Извини. – Ее голос охрип. – И спасибо. – Глаза опущены, пальцы теребят футболку. Рука потянулась сама к ее щеке и вытерла слезы. Она не отшатнулась. Большие серые глаза смотрели на меня с такой тоской. Как же хотелось ее сейчас поцеловать, я еле себя сдерживал. Грудь ломило. – Все наладится. Просто нужно время. – А ты взрослеешь. – Она ухмыльнулась. – Ты похожа на жабу с лицом китайца сейчас. Все лицо опухло и красное. – Тебе не привыкать к такому зрелищу. – Хохотнула Женька и неуклюже сползла с кровати. Подойдя к зеркалу, она застонала. – Какая жаба? Я гремлин или гоблин. Боже, что за ужас? – Да ладно, умоешься холодной водой, и все будет норм. – Улыбнулся я. Ее лицо стало серьезным. – Спасибо еще раз. Мне неловко, но я ценю твою заботу. – Забей, это то, что я умею лучше всего. Моим тренировочным полигоном была для меня мама. Так что обращайся. Я если что в соседней комнате. – Я ей подмигнул, она весело кивнула головой. И я пошел в свою комнату. – Не кисни. – Угу. Как за такой короткий период времени человек может стать таким важным в моей жизни? Как она умудрилась так быстро залезть мне под кожу и изменить мои полюса? Ответов, как всегда, не было.