Отряд Судеб

— Где он был в последний раз, когда вы его видели? — рявкнул Сириус на Отряд Судеб, столпившийся вокруг него и Гарри, который все еще слегка придерживал рукой стену. — Ты уже спрашивал! В ванной! Он сказал, что скоро придет. — от досады повизгивала Астория, запуская тонкие пальцы с длинными ногтями в белую шевелюру. — А что ты делала в мужской…ай…неважно! Есть мысли, хоть какие-то, куда он мог пойти здесь? — продолжал давить Блэк. — Мы осмотрели все камины и проверили барьеры, он точно в Академии. Нотт грыз свои губы, на которых уже выступали капельки крови, нервно нарезая круги. Судя по виду, он не имел ни малейшего представления, куда мог пропасть его друг. Гарри, наблюдавший за ним, слегка нахмурился и перевел взгляд на остальных абитуриентов. — Мне кажется, я знаю ответ… — буркнул парень, оторвавшись от стены. Он быстрым шагом подошел к Такеру Чажовски и рывком схватил его за грудки, приложив к кирпичной стене. — Какого хуя, Поттер? Рехнулся? — дернулся тот, но тут же был снова пригвозжен к стене, издав стон. Сириус и все присутствующие обступили толпу в полном недоумении, созерцая происходящее. Блэк оскалился и рванул было к Поттеру, но Нотт схватил его за рукав и покачал головой, получив недоуменный взгляд наставника. — Где Малфой? — с нажимом спросил Гарри, буравя Такера колким взглядом. — Ч..ч..чего? Ты совсем умом тронулся? Я откуда знаю? — пытался вырваться Такер, но Гарри держал его слишком сильно. — Мистер Блэк, уберите его. У него не все дома. — Не ври мне, придурок! Разозлился после стычки в столовой, а? Где он?! — Да нужен мне твой Малфой! Еще руки о него марать. Сбежал, наверное. Вы же его знаете, он трус. — начал лепетать парень. Блэк подошел к Такеру и приблизился к его лицу: — Что еще за стычка? — переводил он взгляд с Поттера на Нотта и обратно. — Какого черта я узнаю обо всем только сейчас?! — Ты газеты не читаешь, что ли? — буркнула Гринграсс, за что получила режущий взгляд наставника и смущенно отвернулась. Чажовски зажмурился и продолжил: — Малфой толкнул меня, и мы повздорили… — Херня. Все прекрасно видели, что именно ты на него налетел, а потом издевался, как школьник. — подлетела Джинни, встав за плечом Поттера, все еще сжимающего Такера за грудки. Ноздри Блэка начали опасно раздуваться, а костяшки захрустели. — В подробностях разберемся позже, а пока, мать твою, Такер… ГДЕ? СРАНЫЙ? МАЛФОЙ?

***

Сколько раз Драко терял сознание от пыли и недостатка кислорода, он уже и не припомнит. Раза три это точно. А темнота все обступала со всех сторон. Кажется, Малфой сходил с ума. Ему уже начали мерещиться звуки, чей-то звонкий и яркий голос. Свет… Яркий луч больно ударил по глазам, а окаменевшее тело вывалилось из кладовки вслед за метлами. Пока Драко привыкал к свету, его обхватили теплые руки. Они несли его так аккуратно, так бережно. На секунду даже показалось, что это мамины объятия. Через несколько мгновений он почувствовал, как тело наполнила приятная легкость, а веки могли сморгнуть пелену слез перед глазами. Пыльно там было. И сразу же его пробила сильная дрожь. Ощущалось так, будто его кости вот-вот переломаются — настолько сильно непреодолимая судорога прошлась по телу. — Тихо-тихо, приятель. Джин, подай воду, пожалуйста. Пока он пытался проглотить прохладную влагу, разбавляя желчь в желудке, Сириус мягко поглаживал его по спине успокаивающим жестом. Сил сопротивляться не было, как и всегда. В последнее время Драко все чаще сталкивался с подобным состоянием в присутствии Блэка. Блядский стыд. Когда глаза окончательно смогли различать очертания людей вокруг, юноша обнаружил себя в самой странной компании за всю его недолгую жизнь. Поттер и Сириус сидели рядом на корточках, Нотт и Гринграсс нависали над ним с обеспокоенными взглядами, а позади них стояла Уизли, озадаченно разглядывая Малфоя. «Что так смотришь, Уизли? Противно?» — Ты как? — мягким басом спросил Блэк. — Сколько пальцев я показываю? Сириус помахал перед Драко тремя пальцами, но тот покачал головой, и вялой рукой попытался откинуть кисть наставника. — Да иди ты… — выдавил слизеринец с некоторым трудом. — Живой, похоже. — хохотнул Поттер, за что получил грозный ледяной взгляд из-под светлых бровей. — Погоди, раззадоришь же! Наслаждайся, пока молчит. — с облегчением усмехнулся Блэк и поднялся на ноги, протянув руку Драко. — Пойдем. Разберемся во всем уже на испытании, а пока зайдем в лазарет. Сможешь пережить еще кое-что за сегодня? «Да, блять, без проблем! Может еще Тихий океан переплыть?» Но Малфой только недовольно кивнул и принял руку дяди, который рывком поставил его на ноги. Слабость — это непозволительная роскошь в его положении, а отдых и вовсе ловушка дьявола. В лазарете местная Помфри, полная женщина с кричащей кроваво-красной шевелюрой и красным маленьким носом, казавшимся лишним рядом с огромными коровьими глазами, впихнула в Драко что-то едкое, буркнув про шок. Дав мятную конфету и вязкую настойку от ушибленного носа, колдунья отправила парня восвояси. Потешив все еще бурлящий от недовольства пустой лишенный завтрака желудок куском этого липкого лакомства, Малфой обогнул ждущего его Сириуса и направился к нужной аудитории, не удосужившись подождать своего наставника. Блэка это нисколько не смутило, он лишь усмехнулся себе под нос и быстро догнал нерадивого племянника: — Я поговорил с Робардсом. К тебе нет никаких претензий после этого инцидента, а с виновниками он будет разбираться сам. Драко лишь еле слышно фыркнул себе под нос: — Вот это честь. Я то думал, им даже вручат почетные награды, а Министр магии вышлет благодарственное письмо. — Чушь не неси. — спокойно выдохнул Сириус, без особенных усилий подстроившись под быстрый шаг Драко. — Я задаюсь сейчас лишь одним вопросом — Какого хрена вы мне ничего не рассказали? Малфой резко вдохнул воздух, застыв на месте: — А глаза ты дома оставляешь читать порножурнальчики? О чем ты думал, когда запихивал детей пожирателей к детям мракоборцев? Что мы вместе будем за ручки ходить и строить планы по спасению ебучей вселенной? Гнев Драко сочился из всех щелей. От бессилия и отвращения. К себе, к этому старому гриффиндорскому идиоту, решившему поиграть в Иисуса Христа и к этому блядскому месту для идиотов-недоучек, которые мозгами работают раз в год. — Знаешь, уж лучше сидеть в сраной камере и считать дни до своей смерти, чем каждый день слушать напоминания о том, какое ты, блять, ничтожество! — не успокаивался юноша. Разъяренный от разъедающей внутренности злости Малфой вентилировал прохладный воздух коридора раздувающимися ноздрями. Коротко стриженные белоснежные волосы были взъерошены после недавнего инцидента и потным ежиком торчали в разные стороны. Это была уморительная картина, если бы не налитые кровью яростные серые глаза, просверлившие Блэка насквозь своей обидой. Сириус скучающим взглядом осмотрел подопечного. — Все сказал? — спокойно засунув руки в карманы простых черных брюк, спросил мужчина. Драко, надеявшийся выпустить пар в хорошей перепалке, слегка замешкался и открыл было рот, но слова сами испарились под безразличным взглядом мракоборца. — Вот и славно, а теперь пошли. Второе опоздание нам уже не простят так просто. — с этими словами Сириус отвернулся от племянника и продолжил путь по коридору, настукивая мерный ритм форменными кожаными ботинками. Малфой еле слышно чертыхнулся, но последовал за Блэком. Злость сменилась невероятной усталостью. Как только будет можно надо вытащить Нотта в какой-нибудь бар, похер под каким предлогом. Без огневиски терпеть эту жизнь становилось просто невыносимо.

***

У кабинета уже почти никого не было. На стульях сидели лишь немногочисленные члены Отряда Судеб. Ребята резко подняли головы, завидев Драко и Сириуса, приближающихся к ним. — Как ты? — Нотт вскочил при виде друга и обеспокоенным взглядом пробежался по телу, осмотрев несколько ссадин на лице и руках Драко. — Они тебя били? — Все нормально, Тео, хорош кудахтать. Этот противник просто оказался мне не по зубам, но ему тоже досталось. — буркнул Драко, почесав шею. — И кто тебя так, Чажовски? — округлил глаза кучерявый слизеринец и сжал кулаки. — Деревянный пол. — ответил Малфой, слегка улыбнувшись уголком рта. — Остальные мне неровня. Нотт застыл в замешательстве, а потом легонько подтолкнул друга к двери и скорчил мину: — Иди давай, придурок, а то на похоронах своих шутить будешь. Драко хрипло хохотнул и, махнув рукой на прощание, исчез за дверью допросной под сопровождение Сириуса и патрульного мракоборца. — Это что, он посмеялся? — округлил глаза Гойл, провожая одногруппника взглядом. — Не помню, когда такое слышал в последний раз! — По голове сильно приложили, видимо. — усмехнулся Нотт. Испытание Драко Малфоя не сильно отличалось от десятка допросов, которые он прошел за последние несколько месяцев. Да и сами вопросы были на удивление адекватными. Никто не спрашивал про его мотивацию стать мракоборцем, ожидая, что он высрет ее за неделю, проникнувшись духом дебилизма и самопожертвования в стенах Академии. Спрашивали про сильные стороны, которые он мог бы применить в работе. Даже сам Малфой не ожидал, что этот список окажется достаточно большим, потому что хранители магического правопорядка занимались буквально всем от простого колдовства до чтения старинных рун и иногда даже прорицаний. Экзамен проводило двое мужчин в офицерской форме. Одного из них Драко периодически встречал в столовой — здоровый мужик с широченными плечами, а другого видел впервые. Второй мракоборец был достаточно молод по виду, но его голос был абсолютно стальным и ровным, лишенным каких-либо эмоций, а голова категорически лысой. Сириус стоял поодаль, наблюдая за испытанием, сидя на таком же жестком стуле, иногда ловя косые взгляды инструкторов в его сторону. Когда допрос подходил к концу, наставник подбрел к столу, встав между двумя мужчинами. — Я задам один вопрос, с вашего позволения, Мистер Островский. — Да, разумеется. — кивнул Блэку лысый мракоборец, откинувшись на стуле. — Мистер Малфой, расскажите, пожалуйста, как вам удалось избежать забвения сегодня, если все, кто участвовал в инциденте, кроме вас, точно думают, что заклинание сработало? Драко замялся, ища подвох. Блэк злится, что Малфой на него накричал и хочет избавиться от него таким изящным образом? — Я использовал легилименцию, чтобы сбить их с толку. Они не произнесли заклинания. Инструкторы удивленно посмотрели на парня, а мистер Островский напрягся, с интересом разглядывая юношу: — Ваша палочка была при вас, после парализации тела? — спросил лысый. — Мои пальцы смогли ее коснуться, когда она выкатилась из кармана. Сириус растянул губы в улыбке, отойдя от стола. С довольным видом Блэк плюхнулся обратно на стул, вздернув бровь, встречая ошеломленные взгляды двух мужчин. Драко оставалось только теряться в догадках, что же могла значить эта сцена, пока Сириус покупал для него билет в ряды самых ценных кадров.

***

Гарри вернулся домой около двух часов дня. Поскольку парень был на ногах с шести утра, эти самые ноги сразу же подкосились при виде мягкого дивана в гостиной. Сон унес его в пучину забвения по волнам спокойствия, даря необходимый отдых напряженному мозгу. А не надо было ли ему подумать над тем, что сегодня произошло? Уставшее тело совершенно не желало разбираться в сложных хитросплетениях мыслей своего владельца, поэтому Гарри отрубился на диване полностью облаченный в форму и даже не удосужившись снять ботинки и плащ. Именно в таком состоянии его застала Гермиона, когда вошла в квартиру. Девушка была в полной уверенности, что никого нет дома, поэтому воспользовалась своим запасным ключом, чтобы сделать сюрприз уставшим после утомительного дня Гарри и Сириусу, но оказалось, что Поттер вернулся раньше, чем она предполагала. Сама она проснулась около часа назад, быстро приняла душ и сразу же побежала проверять письма. Не обнаружив ни одной записки от Гарри в специальном совином почтовом ящике, прикрепленным к окну, Грейнджер решила, что испытания у мракоборцев еще не закончились, и собиралась загладить свою вину за длительное отсутствие сладкими булочками и согревающим какао. Пожалуй, это был самый их длительный перерыв в общении начиная с конца военных действий, потому что все лето девушка провела на Гриммо, тренируясь с Гарри. Даже когда Гермиона переехала в Июне, то не видела Поттера всего лишь один день. Во-первых, раскладывать было нечего, так как вещей после войны у нее почти не осталось, а во-вторых, их преследовала постоянная необходимость присутствовать на всевозможных слушаниях в министерстве.

***

5 июня 1998 года. Площадь Гриммо 12. Выйдя из камина, Гарри и Гермиона вымученно плюхнулись на недавно обновленный диван в гостиной Гриммо 12. Грейнджер откинула голову на спинку, распустив туго стянутые волосы, дав кудрям запружинить по плечам. Поттер уловил это движение уголком глаза и нервно отвел взгляд: — Хотел сказать, твои волосы… — промямлил Поттер, протирая глаза под непривычным стеклом новых очков. — А что с моими волосами? — встрепенулась девушка, собирая копну у плеч в попытке найти изъяны в прическе. — Я заметил, что они выглядят…иначе. — замялся Поттер. — Аааа — задумчиво произнесла девушка, сквозь внезапно подступившую неловкость. — А я то думала, что Джинни преувеличивала, когда рассказывала, что ты плох в комплиментах. — Хм… Тебе очень идет. — промямлил Гарри, потупив взгляд. — А тебе очень идет новая стрижка. Как будто стал немного старше. — усмехнулась девушка застенчивости друга и взлохматила его шевелюру. — Вот так-то лучше. — Эй! Я только научился ее укладывать! — буркнул Поттер, пихнув подругу вбок. — Как там твоя новая квартира? Гермиона не ожидала такого резкого вопроса и пристыженно отвернулась: — Неплохо. Очень даже неплохо. — Теперь нет проблем с собачьей шерстью, да? — Я привезла на одном только свитере пол-Бродяги, о чем ты вообще говоришь? Напряжение потихоньку спадало, но Гермиона до сих пор немного переживала о том, что Гарри расстроен и винит себя в ее отъезде. Она подтянула ноги на диван и повернулась к другу, заглянув в его зеленые глаза. — Гарри, — начала девушка серьезно, отчего Поттер заметно напрягся и попытался спрятать глаза за взлохмаченной челкой. — Ты же понимаешь, что мой переезд никак не связан… Поняв, о чем идет речь, Поттер расслабился и встал с дивана, запихнув руки в карманы новых прямых брюк кофейного цвета. — Да-да. Личное пространство, стремление к самостоятельности и становлению отдельной личностью, и это ни в коем случае не из-за того, что тебе некомфортно со мной или Сириусом. Я все это знаю, пойдем поедим. — Гарри развернулся на пятках в сторону кухни, но Гермиона быстро схватила парня за запястье, вынуждая обернуться: — Ты точно не злишься, не расстраиваешься и не винишь себя? Поттер вздохнул и склонил голову набок: — Я расстраиваюсь, злюсь и виню себя. Ты меня плохо знаешь, что ли? — после этих слов он залился смехом и увернулся от нахальной руки Гермионы, стремящейся к его лицу. — Поттер! Не шути так! Серьезно?! Гарри Джеймс Поттер, а ну, стой!

***

Поставив на пол пакеты с продуктами, Гермиона тихо подошла к Гарри, присев на корточки у его лица. Он выглядел чарующе безмятежным в своем сне и до слез смешным. Очки съехали набок, а сам Поттер посапывал, нахмурив брови, как будто о чем-то размышляя. Девушка тихо усмехнулась и потянулась к его лицу, чтобы снять и уберечь их от падения на твердый паркет, когда глаза друга резко распахнулись. Поттер резко сел на диване, поправляя очки и потирая заспанные глаза. На щеке краснел отпечаток от неровной диванной подушки, а волосы были примяты на правый бок. Не удержавшись, Гермиона прыснула со смеху, что заставило сонного Гарри обидчиво нахмуриться: — Ты что… Давно ты пришла? — хрипло спросил парень, пытаясь поправить все до чего дотягивались руки. — Буквально минуту назад. Ты даже ботинки не снял, Гарри! — указала девушка на форменные берцы. — Сильно устал? — Который час? — Начало пятого. — ЧТО?! — Поттер выпучил глаза и подбежал к небольшим часам у камина. Действительно. Это значит он проспал целых два часа! Гарри осмотрел гостиную и обнаружил несколько пакетов, а потом перевел глаза на поднимающуюся с корточек подругу и принял самый грозный для заспанного человека вид: — Ты почему так внезапно пропала? Я места себе не находил! Как все прошло? Что сказали? Расскажи мне все в подробностях! Я надеюсь это в первый и в последний раз, когда ты так пропадаешь или я… — Гарри, успокойся, пожалуйста. — Гермиона подняла руки в защитном жесте. — Сначала, ты сходишь и приведешь себя в порядок, а я пойду сварю нам какао, а потом все обсудим. У меня тоже куча вопросов. Девушка указала на журнальный столик, где покоился свежий выпуск Пророка. Поттер схватил газету, рассматривая заголовок.

«Аристократы тоже едят кашу на завтрак. Шокирующая правда о травле детей пожирателей смерти в БАМ. Гарри Поттер теперь на темной стороне?»

Гарри чертыхнулся, откидывая выпуск в сторону: — Вот старая су… — он бросил испуганный взгляд на Гермиону и осекся. — Да-да, старая сука, а теперь в душ. — Грейнджер вытолкнула ошеломленного Поттера из гостиной, а сама взяла пакеты и направилась на кухню. Через десять минут Гарри спустился на кухню под чарующий аромат какао, облачившись в домашнюю одежду и тщательно вытирая волосы махровым полотенцем. Он занял свое привычное место за столом и стал наблюдать, как Гермиона задумчиво помешивает слегка бурлящее варево деревянной лопаткой. На ней был простой спортивный костюм песочного оттенка, состоящий из штанов с растянутыми коленками и худи с широким капюшоном. Завершив методичное помешивание, девушка сняла небольшую кастрюльку с огня и разлила содержимое по чашкам. — Сириус опять задерживается? — спросила Гермиона, садясь напротив Гарри и передавая ему кружку горячего напитка. — Видимо. Ты же его знаешь. Иногда, мне кажется, что он уже втайне от нас женился на своей работе. — вопрос сердечных дел Сириуса часто возникал в головах всех, кто его знал, но всегда оставался без ответа. Блэк был слишком самодостаточным человеком и не было похоже, что ему вообще нужен кто-то рядом, а вот своему делу Бродяга всегда отдавался целиком и полностью. Гарри аккуратно подул на чашку, обхватив ее двумя озябшими руками. — Чего ты так подозрительно притих, Гарри? — сузила глаза Грейнджер, высматривая в фигуре друга подвох. — Неужели еще дуешься? — Я? А, нет. — Поттер почесал затылок резким жестом. — Нет, просто лезет в голову всякое. Всякое действительно плотно обосновалось внутри его мыслей, а теплый спокойный душ только усиливал замешательство парня. Он терпеть не мог легилиментов в его голове, а образ рыжих волос, покрытых кровью все не хотел уходить. — Ладно, тогда я начну первой. Мне сложно будет рассказать в подробностях, но у нас была небольшая экскурсия. — Грейнджер отхлебнула горячий напиток и поджала губы. — Ну как небольшая, на два с половиной дня. Гарри чуть не поперхнулся: — Что? — Ну… — Гермиона ехидно улыбнулась себе под нос. — Там кое-что сломано после нашего последнего визита, поэтому время в одном из мест работает иначе. Поттер откинулся на стуле и подогнул под себя ногу, с надеждой спросив: — Я надеюсь, ты не этот отдел выбрала для работы, а то мы так будем видеться от силы раз в год. — Посмотрим. — задрала нос девушка. — Ладно-ладно, точно не туда. Боюсь, мне будет стыдно смотреть невыразимцам в глаза после того инцидента. Гарри издал смешок, который утонул в энергичном булькании какао. — Потом у нас было испытание. Оно было похоже на просто спокойную беседу. Как ваше прошло? Поттер замялся и на мгновение застыл, рассматривая веснушки на носу у подруги. Этим две спутницы его судьбы были удивительно похожи. Неудивительно, что тот придурок смог так ловко перевоплотить одну в другую, поняв, что ошибается… Гарри понял, что медлит, и встрепенулся: — Ну…странно. Вопросы, мягко говоря, слишком прямолинейные. — Но ты справился, а это уже хорошо. Надеюсь, Джинни тоже в порядке. Напишу ей, как вернусь домой. Гермиона уловила тень нервозности на лице Гарри при упомнании Уизли и решила сменить тему: — Так что там у вас случилось такого, что Скиттер выкатила очередной поганый текст? Гарри прикусил щеку и сделал гневный глоток: — Над подопечными Сириуса сильно издеваются. Иногда приходится вмешиваться. Вот на выходных отпрыск того Чажовски, который приходил на слушание, сцепился с Малфоем в столовой, а сегодня его вообще оглушили и заперли в кладовке. Говорят, стерли память, а на деле оказалось, что заклинание не сработало. Видимо, хотели, чтобы он не пришел на испытание, а там бы и разбираться не стали. Грейнджер нервно покусала ноготь. Разве можно было ждать чего-то другого? Малфой для всех сейчас, как красная тряпка для быка. — Стали бы. Сириус бы там всем глотки перегрыз. — хмыкнула девушка при мысли о разъяренном Блэке, переходящем на лай во время бурных споров. — А почему не сработало заклинание? Поттер пожал плечами: — Пересказываю, что знаю. Надо будет спросить у Сириуса, он там с ними потом остался. Грейнджер стала шерстить воображаемую книгу своих знаний об Обливиэйт, но на ее памяти заклинание такого простого уровня не сработало бы только со сломанной палочкой Рона. — А зачем ты вообще заступился? Зная Малфоя, он бы и сам справился с задирами. — фыркнула Гермиона. Думать о хорьке явно не входило в ее планы сегодня, но он продолжал навязчиво появляться в ее жизни. Гарри покачал головой: — Ему вряд ли можно сейчас показывать свой характер, иначе его снова упекут. Этим и пользуются всякие Голдстейны и Чажовски. Будь у Малфоя все его полномочия в оскорблениях, он бы и мокрого пятна от них не оставил. — Верно… — не желая снова обсуждать их белобрысого слегка мудаковатого однокурсника, девушка решила сменить тему. — Слушай, Гарри… Наше следующее испытание не совсем испытание и я хотела попросить тебя кое о чем. Поттер отставил какао и обеспокоенно посмотрел на подругу. — Но если ты вдруг не захочешь, то это ничего страшного, я понимаю, что это может быть сложно… — начала тараторить Гермиона, вращая в руках старую керамическую кружку, пока не почувствовала как та медленно исчезает из ее пальцев. Она осторожно подняла глаза: — Гермиона, ты же прекрасно знаешь, что я сделаю все что угодно, чтобы помочь. Выкладывай. Растаяв от такой поддержки Грейнджер осторожно выдохнула, сморгнув стыд, надеясь, что треклятое заклинание позволит ей рассказать подробности: — Я бы хотела, чтобы ты стал Хранителем моей памяти. — увидев замешательство на лице Гарри, она быстро продолжила. — Это не совсем хранение, скорее это как коврик под которым есть запасной ключ, если ты потерял свой. — То есть я для тебя коврик? Не думал, что ты считаешь меня тряпкой, Гермиона. — усмехнулся Поттер и тут же получил щелчок в нос. — Годрик, я тут серьезные вещи рассказываю, вообще-то. — буркнула девушка. — Если на невыразимца нападают, то он может экстренно стереть все свои воспоминания, а Хранителю его памяти дана возможность вернуть их, произнеся контрзаклинание. Гарри замешкался при упоминании возможного нападения, но решил не подавать виду. Подруге нужна его поддержка, а не жесты гиперопеки, как назвала бы это Джинни. — Так, допустим. И что надо делать? — Так ты согласен? — округлила глаза Гермиона. — Конечно. Я бы согласился, даже если бы тебе мой мозг понадобился как жесткий диск, а тут всего лишь ключик под ковриком. Грейнджер показала другу язык, но тут же вскочила с места и через несколько секунд вернулась с записной книжкой и палочкой. — Это несложное заклинание. Очень похоже на Непреложный обет, но никто не умрет. — Что ж, это радует. Спасибо, что предупредила. — ехидно хохотнул Гарри, но про себя облегченно выдохнул и протянул руку, цепляясь за предплечье подруги. — «Hunc hominem mentis meae, memoriae ac identitatis custodem constituo». — произнесла волшебница, взмахнув палочкой над руками. Их опоясала еле видная золотая нить, переплетаясь в замысловатом узоре. — А теперь прочти вот это. Поттер подвинул к себе блокнот и, выудив палочку из кармана домашних брюк, зачитал: — Memoriam tuam, mentem tuam, personam tuam accipio assentior, eam ut meam retinens. — нить стала приобретать красные оттенки. — Теперь нам надо придумать слово или фразу, которое ты будешь произносить после контрзаклинания. Вот я выписала его отдельно, на листочке. Гарри придвинул листочек и аккуратно обернул вокруг палочки, чтобы не потерять. Слово или фраза… В моменты, когда надо придумать что-то подобное, как будто весь словарный запас улетучивается из головы. — ДА ВЫ ИЗДЕВАЕТЕСЬ?! — прозвучал звонкий знакомый голос откуда-то стороны дверей. Друзья резко вскинули головы и обомлели от увиденного. На пороге стоял не кто иной, как Драко Малфой. Он с ужасом взирал на картину, открывшуюся перед ним в столовой, пока Гарри и Гермиона отходили от удивления. — Какого хрена?! — вырвалось у Поттера до того, как он понял, что наделал. Испуганно взглянув на нить, он увидел как та резко испарилась, запомнив его слова. Гарри чертыхнулся и снова перевел взгляд на взъерошенного Драко, чье лицо, казалось, должно было лопнуть от кипящих в нем чувств. Позади него материализовалась фигура Сириуса, который источал искреннее удовольствие, наблюдая эту сцену. — Добрый вечерочек, ребята. О, я смотрю, вы приготовили какао. Сварите и на нас тоже. — Блэк прошел в столовую, упав на ближайший стул. — И, кстати, Гарри, теперь Драко будет жить с нами. Гарри и Гермиона ошеломленно переглянулись не пытаясь скрыть испуга и что-то похожего на отвращение. Спасать хорька от избиений со стороны других — это одно, а вот спасать его от себя будет уже гораздо сложнее.