Отряд Судеб

27 декабря 1998 года Забини сидел за одной из парт в большой белой библиотеке Отдела тайн и перелистывал записи, подготовленные им с Гермионой к презентации проектов ловушек для грядущего третьего испытания. Его коллега сидела по правую руку от него и занималась ровным счетом тем же, однако в отличие от Блейза девушке тяжело удавалось скрыть волнение. Грейнджер теребила вертела в руке небольшую металлическую закладку с изображением белого павлина и грызла несчастное перо, от которого, наверняка останется только один стержень. Ее волосы были небрежно заколоты в большой пучок на макушке, съехавший набок от того, что она постоянно дергала себя за кудри закладкой, а под глазами пролегли опасные тени. Это был и их экзамен. Самый важный, если ты хотел успешно стать невыразмицем и получить работу по интересующей тебя специализации. Поэтому у обоих ребят накануне испытания голова была забита компотом из замешательств, переживаний и непрекращающегося анализа. В их успехе Забини был все же более, чем уверен. Им удалось нарыть достаточно данных о друзьях, чтобы подготовить целевые уловки, которые точно были по зубам, что Поттеру, что Малфою и при этом подходили бы и остальным абитуриентам, но мулата все еще настораживала интрига вокруг проектов других их коллег. — Отлично, все в сборе. — с небывалым рвением появился за своей кафедрой Глава Отдела тайн Глиз Тревор Врона. Мужчина хлопнул в ладоши и посреди оазиса студентов выросла небольшая сцена с маленьким столиком для презентации. — Скажу пару слов, перед тем как начать. — прокашлялся мужчина и оглядел своих абитуриентов поверх очков. — Рад вас снова всех видеть. Прошло немало времени после нашей последней встречи и все вы добились впечатляющих результатов. Это первый раз в моей практике, когда все без проблем доходят до финального испытания. Я уже видел ваши проектные предложения и восхищен вашей работой, так что желаю вам удачи и надеюсь, что в следующий раз увижу все ваши лица тут на рабочем собрании. Глава отдела взмахнул рукой, демонстрируя кольца и кафедра превратилась в уютное кресло, на которое все абитуриенты, сидящие на жестких стульях, завистливо покосились. — Что же, приступим. — сказал мистер Врона, усаживаясь поудобнее и скрещивая длинные ноги. Гермиона и Блейз переглянулись, кивнув друг другу, а Забини похлопал девушку по плечу, выдавливая кривоватую улыбку на темном лице. Они справятся. Они должны справиться. Презентация тянулась медленно, как вязкий заветренный сироп, и по мере того, как Грейнджер и Забини слушали рассказы о проектах других невыразимцев, кровь отливала от всех доступных органов слуха, зрения и мышления. О своем проекте им посчастливилось рассказать в самом начале, избегая серьезного взгляда главы, который ни единым жестом не выдал своих эмоций. То, что приготовили некоторые, было… жутким. Со стороны казалось, что все ловушки были достаточно просты в исполнении, но при этом били точно в цель. Особенно когда дело доходило до Поттера и Малфоя. Понимал ли это глава, они не знали, однако Забини и Грейнджер уже успели несколько раз запаниковать и успокоиться по кругу, прокручивая в голове варианты, как можно предупредить ребят. Дослушав все проекты, Врона отпустил ребят на перерыв и натянув свои мантии, ставшие серыми при выходе из Отдела Тайн, слизеринец и гриффиндорка уныло побрели в столовую, чтобы залить обугленные нервы кофе и заесть стресс свежими булочками. Несколько минут они сидели молча, жуя свой завтрак. Оба не смогли взять в рот ни крошки с утра, и перемалывая в голове информацию, так что звук работающих мозгов можно было услышать даже на другом конце и без того шумной министерской столовой. — Жопа. — выдал Забини, чуть не поперхнувшись от горечи напитка в бумажном стаканчике. — Да. — протянула Гермиона, без упоения посмотрев на купленную слойку с маком и отодвинула ту куда подальше, понимая, что не сможет есть, пока они с Блейзом не придумают план. — Есть мысли? Мулат запустил пятерню в коротко стриженные кучерявые волосы и шумно выдохнул так, что по столу разлетелось несколько салфеток. — Ну, я начал прикидывать в голове стишок со всевозможными метафорами… — парень откинулся на стуле, скрестив ноги и хлопнув себя по острой коленке. — И как ты себе это представляешь? — осведомилась Грейнджер, подняв брови к кромке волос. — Мы возьмем стульчик, встанем под елочку и расскажем стихотворение со словами «Это спасет ваши жизни»? Забини послал в нее грозный взгляд и предпринял вторую попытку сделать глоток министерский кофе, за что поплатился резким приступом изжоги. — А есть предложения получше? Я весь внимание. — всплеснул руками мулат. Гермиона потерла пальцами лоб, расслабляя мышцы лица, а то после сегодняшнего утра ей грозило защемление нервов ответственных за эмоцию недоумения. — Нам сейчас не стоит соревноваться в креативе, Забини. Давай дослушаем, что скажет начальство, и вернемся к решению этого вопроса. Вдруг какие-то проекты и вовсе не примут. Блейз покачал головой, покусав нижнюю губу. Вероятность такого исхода была велика, но невозможно было судить без последнего слова главы. Хоть бы это все поскорее закончилось! Он так хотел наконец засесть в лаборатории до конца своих бодрых дней, разгребая тонну образцов, полученных от мракоборцев. Все эти приключения в стиле гриффиндорцев, совершенно не соответствовали вкусам Забини. Вписался на свою голову… Через сорок минут учебный кластер библиотеки снова наполнился молодыми невыразимцами и, подождав пока все рассядутся, Глиз еще раз взглянул на стопку документов перед ним и прочистил горло, рассматривая ребят. — Что же, друзья. Или лучше уже обращаться к вам, коллеги. Вы приятно меня удивили и мы со старшими наставниками не смогли забраковать ни одного проекта, хотя очень хотелось. — начальник выдавил кривоватую улыбку, пока Забини и Грейнджер белели на глазах. — С этого момента вы можете приступать к подготовке. Но… Мистер Врона щелкнул пальцами, и мантии ребят все как одна начали приобретать черный оттенок. — …до конца испытания вы не сможете попасть домой или связаться с внешним миром каким-либо образом, во избежание утечки информации. — на этом моменте глава настороженно зыркнул на присутствующих. — За всеми домашними животными и родственниками нуждающимися в опеке присмотрят невыразимцы Зала ума и Зала любви, так что можете не переживать. Вашим родителям отправят сову, с упоминанием о рабочей командировке. В министерском общежитии для вас уже подготовили комнаты, для каждой из проектных групп. В них уже находятся портключи, которые перенесут вас на место проведения экзамена. А также, для работы и, чтобы вам не было скучно, вам открыт постоянный доступ в эту библиотеку. Будьте бдительны с артефактами и желаю всем удачи. С лица Грейнджер пропало все присутствие жизни. Кровь будто совсем перестала циркулировать по телу, а ноги прибило к земле стальными цепями. «Как так?» Даже доступ ко всем знаниям мира, в самой большой библиотеке доступной волшебникам, не смог заглушить внутренний крик отчаяния. Когда Глиз удалился и ребята начали вставать с мест угрюмо перешептываясь, Забини повернулся к подруге с полупрозрачным лицом. — И что нам теперь делать? Может, если Поттеру и Малфою придет сова с упоминанием, что ты на работе, они хоть как-то насторожатся, но… –… Им не придет сова. — хриплым голосом выдавила девушка, блуждая затуманенными глазами по стеллажам с книгами. — В смысле? — удивленно выпучил глаза Забини. — Ты же слышал главу. Только родителям. У меня их больше нет. — безэмоционально протянула Гермиона. Мулат чертыхнулся и стукнул рукой по парте: — Блять. Моя мама откроет письмо только года через два, а я уже заведомо назначил сегодня встречу с Малфоем… — Забини заломил пальцы, постучав ими о дерево стола. — Он, конечно, легелимент, но не ясновидящий. А все только стало налаживаться. Мозг Грейнджер зацепился за знакомое слово и заработал с новой силой, уловив подсказку и пытался всеми способами проанализировать услышанное. Девушка схватила мулата за рукав и стащила со стула, помчавшись к путеводителю по секциям библиотеки. — Ты чего? — решил уточнить Забини, подстраиваясь под темп гриффиндорки. — Ты гений! — выпалила запыхавшаяся Гермиона. — Я в курсе, а идем-то мы куда? — с резкой жестикуляцией спросил Блейз, тщетно пытаясь вырвать рукав из хватки. — Грызть гранит науки! Ребята углубились в библиотеку, и их след растворился в бесконечных рядах книжных полок.

***

Это утро для Драко выдалось самым необычным из всех, которые он когда-либо проживал на Гриммо 12. Утром всегда царил легкий хаос, а с появлением Гермионы жизнь вовсе била ключом во все стороны. Сириус шумно собирался на работу, иногда даже гремел по ночам ругательствами, выезжая на дела. Гермиона будила вечно просыпающего Гарри, если успевала и он носился по квартире, натягивая форму и быстро проглатывая завтрак. Даже встающий раньше всех Малфой, ощущал незримое присутствие своих соседей, отчасти потому, что Блэк чудовищно храпел. Но сегодня все было иначе. Квартира была пустой и темной. Поттер снова проспал и никто его не разбудил, а запах кофе с кухни не пробуждал сознание от дремы. Малфой спустился на кухню и растянувшись на диване мечтательно впитывал этот чудесный звук… тишину. Пока парень варил кофе, он обнаружил быстро начирканную записку Блэка. В ней говорилось о том, что он будет заниматься делом Беглых и готовиться к испытанию, поэтому домой не вернется в ближайшие дни. Что же, будет непривычно не просыпаться ночью от очередных чудовищных звуков из комнаты дяди. Грейнджер скорее всего снова улетела ни свет, ни заря, но Малфой не собирался перенимать ее обязанности и с ехидной ухмылкой дал Потному проспать окончательно и все на свете. День, казалось, длился вечность. Сегодня у Отряда судеб началась усиленная подготовка. Ребята целый день проторчали на импровизированном уличном полигоне, оттачивая навыки в боевых заклинаниях, в том числе самых опасных и непредсказуемых. К концу занятий тело Малфоя готово было развалиться на кусочки. Парень понимал, что его физические данные стремительно выросли с момента начала обучения. Теперь он встречал мышечную боль, как родную и наслаждался обновленным окрепшим телом. Дрожи в пальцах он больше не замечал, палочка в руке лежала мертвым хватом, а руки и ноги были способны выдерживать бодрые нагрузки, которые ему и не снились раньше, несмотря на спортивную подготовку. К нему возвращалась сила, а от этого и упоение. Адреналин от забегов под обстрелами разжижал кровь и приносил чувство небывалой эйфории. Выбрасываемые заклинания не утомляли, а только разжигали бушующий огонь и подогревали азарт. Драко с удивлением отметил для себя, что готов продолжать такой темп жизни и дальше. Возможно… стать мракоборцем не так уж и плохо? В какой-то момент он начал размышлять о том, что ему делать после третьего курса Академии, когда все судебные запреты будут сняты и к нему вернутся все его утерянные возможности. В своих мыслях он не наткнулся на желание смыться, сверкая пятками. Напротив, его завораживала возможность объединить умственные и физические данные в работе мракоборца. Чтобы успешно раскрывать дела, надо работать не только мускулами. В шестом часу Драко вышел из директората после финальной проверки палочки в этом году, с бумажкой об увольнительной и направился к камину, чтобы отправиться в бар на встречу с Блейзом. Несмотря на то, что Малфой не сильно хотел отвлекаться от подготовки к испытаниям, друг настоял на встрече в «Графин Дианы», пообещав, что расскажет ему нечто важное. «Уж, не в любви ли признаться хочет.» Малфоя это насторожило, но не удивило. Забини всегда вытаскивал Драко даже с самых интимных свиданий, чтобы поделиться своими домыслами или переживаниями, как правило, любовными. В такие моменты Малфой играл роль психоаналитика. В этом Блейз с Ноттом были очень похожи. Малфой прибыл на место в точно указанное время и его встретил хозяин, на этот раз не проронивший ни слова. Мужчина только угрюмо сжал губы, скорчил нос и провел парня до забронированного столика, за которым Драко пришлось провести больше времени, чем он себе представлял. Осушив стакан огневиски, который он заказал, когда Забини опаздывал на пять минут. Драко взглянул на часы и сомкнул белоснежные брови у переносицы. «Пол блядских часа» Малфой ненавидел непунктуальных людей, особенно он терпеть не мог, когда люди не являются на назначенные ими же встречи. Правда, в таких делах, Блейз был еще скрупулезнее Драко по части времени и отсчитывал все секунды, умудряясь упрекать друга за опоздания, которых не случалось. Это удивило парня, и тревога больно кольнула в поджелудочную. Оплатив выпивку, Малфой вышел из бара и направился в ту часть переулка, где был пентхаус мулата, надеясь, что Забини просто забыл, забил или заснул. Хотя, в таком случае, ему все же прилетит в щи, но зато Драко будет спокоен. На пороге Драко встретил высокий молодой консьерж и на вопрос о хозяине пентхауса номер три ответил, что Блейза не было дома с утра и никаких распоряжений он тоже не получал. Малфою ничего не оставалось, кроме возвращения домой и ожидания письма в духе: «Прости… бла… бла… Не убивай. Работа-женщины-работа-женщины.» Хоть внезапное исчезновение друга и тревожило парня, он постарался успокоиться и все же подождать пару дней, прежде чем связываться с матерью Блейза.

***

Помотанный жизнью и тренировками, Поттер вернулся на Гриммо в районе восьми вечера. Он безбожно проспал, за что получил дисциплинарный выговор, пятый по счету за все время. Отрабатывал пропущенные часы после основных занятий тем, что помогал в больничном крыле, таскал оборудование и восстанавливал взорванные, порезанные, трансфигрурированные и перевернутые перегородки на поле препятствий. «Твою мать! Малфой же знает во сколько у нас занятия. Небось и глазом не повел, когда выходил из квартиры. Мог бы и разбудить разок.» Бормоча под нос все, что думает по поводу своего злобного соседа, Гарри пытался унять волнение и побрел к холодильнику за газировкой, прикрытой дизиллюминационным заклинанием от глаз Грейнджер и Блэка. Эти двое были также падки на сладкие напитки, как и он, поэтому от упаковки Колы быстро не оставалось и следа. С громким пшиком откупорив жестяную банку и сделав бодрящий глоток, Поттер плюхнулся на диван, разминая задубевшую шею. Стоит отдать должное Джинни, она погоняла его похлеще инструкторов. Как только его пятая точка коснулась дивана, с верхнего этажа послышался быстрый топот ног и в дверном проеме кухни появилась фигура Драко Малфоя. Судя по его виду, слизеринец ожидал встретить кого-то другого, потому что его лицо тут же позеленело, выражая крайнюю степень недовольства. Гарри удивленно дернул бровями, и выудив из-под задницы выпуск Пророка, стал перелистывать страницы. Драко прошастал по кухне и с громким стуком поставил на плиту турку, принявшись варить кофе, что Поттер стал замечать за ним с недавних пор. «Интересно, хорек вообще осознает, что сейчас пользуется магловским методом?» Не став упоминать об этом и вообще решив не нарушать спокойствие на кухне, что было редкостью для тех моментов, когда Малфой и Поттер находились в одном помещении дольше трех минут, Гарри потягивал газировку, пока Драко гремел посудой. Налив горячий напиток себе в кружку, Малфой усвистал наверх. Гарри закончил читать газету и уже выкинул банку, сжав ее в простой блинчик. Достав несколько своих записей и практических книг, решил все же позаниматься и повторить то, что уже давно знал. Это помогало успокоиться, и хоть как-то создать вид деятельности перед испытанием. Тщетно пытаясь сосредоточиться, Поттер барабанил ногой по полу, замечая, что каждые минут пятнадцать мимо кухни мелькала платиновая макушка, и из темноты его сверлили острые серые глаза. На пятый раз, Гарри с резким выдохом захлопнул книгу, скрещивая руки на груди и поворачиваясь в сторону заебавшего своим мельтешением Малфоя. — Может, блять, присядешь уже куда-нибудь наконец. Драко застыл на пороге и сжав губы с нахмуренными бровями отлевитировал кружку в мойку и прислонился к косяку. — Я тебе мешаю, Поттер? Ты и без меня справляешься не очень. — процедил Малфой. — Что, в этот раз Грейнджер не прибежала тебе помочь с программой очередного курса? Неужели поссорились? Гарри преодолел желание дать белобрысому по нахальному длинному носу и напрягся. Он еще не видел Гермиону сегодня, хотя время было не такое уж и позднее. Девушка часто возвращалась в глубокой ночи. — Отъебись, Малфой. Я и сам справлюсь. — отрезал гриффиндорец, отрываясь от поглощения — ничего. В голове стоял шум. — Где она, кстати? — уж слишком невзначай спросил Драко, рассматривая ногти длинных пальцев. — Неужели оставит своего питомца одного перед важным экзаменом? Малфой вовсе не волновался, просто его напрягало, что время близится к ночи, а лохматая заучка так и не предупредила никого, что будет поздно. Ему все еще вспоминался тот случай в Лютном, и ему вовсе не хотелось, чтобы прошлые старания и риск своей задницей разбился о такой же случай. Было бы глупо. — Тебе никто не помогает, вот и бесишься! Гермиона, скорее всего, задержалась в отделе, у нее тоже скоро экзамен. — рыкнул Гарри, потирая глаза под очками. «Экзамен… Забини тоже проходит подготовку в Отдел тайн. Это походило на правду, но все же эти двое просто так не пропали бы без какого-то, хоть маленького предупреждения. Блять, Грейнджер, неужели твоим друзьям настолько на тебя похуй?» — Я всю жизнь прекрасно один справлялся, в отличие от тебя. Мне нянька не нужна. — буркнул Драко, стараясь придать голосу уверенность. Поттер покачал головой. Сил на перепалку не было. Он встал из-за стола и прошастал мимо Драко, засунув руки в карманы. — Ты куда это? Неужели с крыши сброситься решил? Мы же даже не добрались до стадии агрессивного конфликта. — Малфой проводил Поттера колким взглядом. — Не дождешься. Я курить. — отмахнулся Гарри и остановился на лестнице, свесившись с перил. — Идешь? Драко вздернул бровь, но все же оценил свое желание потравиться, как максимально возможное и не стал отказываться от довольно заманчивого предложения. Так, он хоть сможет привести мозги в порядок. Ощущение тревоги ему претило и вызывало тошноту. Парень был не из тех, кто просто так паникует, но комок горечи уже подкатывал к ушам и давил на мозг. Малфой секунду пожеманничал и поднялся вслед за Гарри, потирая виски и планируя на ночь все же влить в себя стаканчик огневиски из кабинета Блэка.

***

28 декабря 1998 года. Гарри проснулся от того, что звенел пятый по счету будильник, а внизу что-то громко бренчало и топало, как слон. Потянувшись в постели, Поттер нехотя выполз на холод и, еще находясь в полудреме, стал натягивать на себя форму, уперевшись головой в шкаф. Парень наспех умылся, кое-как пригладил взъерошенные волосы и спустился на кухню, где застал Малфоя с кофе в руках, необычно бледного взъерошенного и довольно злого даже по меркам его стандартов. Решив не нарываться и игнорируя соседа, Поттер сварганил себе бутерброд и вяло прожевывал затвердевший хлеб с колбасой недельной давности, запивая все это теплым травяным чаем. Пока Поттер поглощал завтрак, Драко стучал каблуком форменных ботинок по полу. Пытаясь, видимо, достучаться до крыс в подвале, и прихлебывал кофе, уставившись в окно. Он будто ожидал, что под его суровым и недовольным взглядом, весь снег на улице растает, и запорхают бабочки. В руке парень вертел маленький металлический шарик, подаренного ему на Рождество снитча. Когда Гарри закончил с завтраком, и наспех руками сполоснул за собой тарелку с чашкой, в окно раздался стук. Малфой подскочил на месте, открывая окно и выдергивая сверток у бедной замерзшей совы, которая угрюмо клюнула его в палец и уселась на кормушку. Громко матерясь он развернул посылку и, увидев только газету, тут же яростно кинул ее в огонь, плюхнувшись обратно на диван. — Эй, ты чего творишь? Там же кроссворды! — встрепенулся Поттер, палочкой, притягивая к себе успевший полыхнуть Пророк и восстановил быстрым Репаро, разглаживая страницы. Хорек лишь злобно зыркнул и быстро, одним глотком влив в себя кофе, удалился с кухни, залетая в камин. Поттер списал это на ретроградный Меркурий, как рассказывала Трелони, и пожал плечами. Ну хоть не доебался и слава Мерлину.

***

Целый ебанный день Малфой не мог найти себе места. Совы от Забини он не получил, за что друг уже должен был испепелиться на месте, будучи обматеренным с ног до головы. Грейнджер тоже не оставила ничего, даже записки. Да и, судя по запыленным книжкам, дома не появлялась со вчерашнего утра. Пресловутое спокойствие на Гриммо теперь казалось гнетущим и просто омерзительно неестественным. Драко уже подумывал подойти и допытаться до Уизли, потому что его чересчур рациональный мозг терпеть не мог резкие перемены в привычном распорядке. Неожиданностей в его жизни и так хватало с лихвой, он и так долго привыкал к Гриммо и постояльцам. Еще и чертов Блэк провалился сквозь землю, а он точно должен был быть в курсе хоть о чем-то, что касается невыразимцев. У Малфоя уже основательно начала плавится крыша. От гнева, негодования и безалаберности людей вокруг. Поттер ведь даже глазом и не повел, а когда ему привезут хладный заучкин труп, будет себя винить до конца своих дней, слепой кретин. Своей молчаливой угрюмостью и постоянными резкими взглядами, Малфой распугал всех своих соотрядников. Даже Нотт избегал друга, выжидая момент, когда он немного успокоится и можно будет без риска для жизни спросить в чем дело. Но к концу дня спираль нервов затянулась настолько, что у Драко защемило лицевую мышцу и глаз стал дергаться в ритме Собачьего вальса. В таком состоянии он вернулся домой и не разуваясь прошмыгнул на второй этаж, выламывая дверь в комнату Поттера и застав того за одинокой игрой в волшебные шахматы. — Надо поговорить! — рыкнул Драко, вытаскивая брыкающегося Гарри в гостиную, который так и не успел доиграть сложную партию.