Рассказы пустоты.

Яркий свет, Кроха тьмы. Ты отсвет Моей тюрьмы, Жуткий мрак Моей души, Злейший враг Моей лжи. Я снова прочитал стихотворение и радостно улыбнулся. Наконец-то получилось и теперь я смогу без страха его выложить. Хотя кто бы меня спрашивал. Если я этого не зделаю, то лучший друг Макс опять будет забрасывать меня сообщениями о том, что я трус и дурак, и вообще, если боюсь выкладывать, то не надо было и начинать писать. А я и не начинал. По крайней мере специально. Так получилось. Меня зовут Арсений. Или Арсен. Мне двенадцать. Учусь на дому. Почти не выхожу из комнаты и меня считают психом. Точнее наоборот. То, что меня считают психом и является причиной моего затворничества. И одно могу сказать точно: это тоже вышло случайно! В моей жизни вообще очень много случайностей. Кошку мы завели случайно, соседское окно я разбил случайно, и с лучшим другом познакомился случайно. Наверное это потому, что я был очень долгожданным ребенком. Противоречия, чтоб им пусто было! Вот и психом я вынужден притворяться благодаря досадной случайности. Притворяться. Просто изображать, а не быть. Дело в том, что пол года назад мы с Максом вляпались в одну историю. В один "прекрасный" день нам устроили непредвиденную контрольную по истории. Писать нам не хотелось и мы решили вылезти в окно. Кабинет истории находился на втором этаже и проблем не должно было возникнуть. Откуда мы только не прыгали и пара, тройка метров не казалась проблемой, особенно учитывая, что был конец осени и под окном оказалась огромная куча листьев. К нашей беде, наш димарш заметил директор школы. Макс спрыгнуть не успел, а вот я уже лител вниз. Испугался, и воспользовавщись, что моего приземления никто не видел, притворился, что ударился головой и потерял сознание. Крики, ругань. Кто-то куда-то помчался. Кажется за доктором. Наш физрук(я потом узнал, что это был он) поднял меня на руки и куда-то потащил. Потом меня осмотрел школьный врач, и к моему ужасу заявил, что у меня чуть ли не сотрясение мозга и возможны непридвиденные последствая. Как я только удержался, чтобы не подскочить и не заявить что я и головой-то не ударился, вот уж не знаю. Только в тот момент я понял, что простым наказанием не отверчусь. Решение возникло быстро. Дождавщись, когда в медицинский кабинет влетят мои перепугагные родители, я открыл глаза и озадаченно посмотрел на них. - Вы кто? Смешной вопрос, но им кажется было не до смеха. Меня протащили по всем городским больницам, и все врачи, как один, выводили вердикт: - Сотрясения нет, но удар по голове на лицо. Потеря памяти. Ждите. Может и вернется. Вот мои родители и ждали. Уже пол года. А у меня так и не хватидо духу сказать, что я на ноги спрыгнул. Был уже вечер. Я выложил стих, отложил телефон и открыл окно. На дворе стояла теплая, предлетняя погода. Неудивительно, ведь до лета осталось всего три недели. Родители, как мне казалось, уже спали и ничего не мешало мне осторожно выбраться на парапед и спрыгнуть на дорожку из плиток. Еще раз покосился в окно и еле успел присесть на корточки. Оказалось, родители еще не спали и едва меня не заметили. На четвереньках заполз за угол дома и бросился прочь. Макс ждал меня в парке. Друг написал мне пол часа назад и сказал, что у него есть классная идея, чем бы нам заняться. В последнее время мы часто гуляли ночью. В это время, когда нас никто не видел, я снова мог быть самим собой. Не психом, с трудом помнящим собственное имя, а смелым и умным парнем, ведущим двойную жизнь. Я казался себе одиноким волком, непредсказуемым и видимым лишь ночью. - Привет-поздоровался Макс и мы побрели прочь. Пока не знали куда. Это было забавно. Просто идти куда ноги понесут. Идти и молчать. Правда шли мы недолго. Выйдя из парка, не договариваясь, сорвались на бег. Мы с Максом дружили с самого детства и были невероятно близки. Сколько себя помню, он понимал меня без слов. Я знал точно, что только с настоящим другом, можно гулять молча. Мы пробежали несколько улиц и только тогда Макс заговорил. - Поехали за город. - Чего?- удивлено посмотрел я на него. Мы жили в маленьеом городе, но идти ночью в поле было страшновато. К тому же не далеко от города был лес, в котором могла водится разныя живность. От базобидных зайцев, до сверепых медведей. - Помнишь заброшку на краю города. Я хочу снять видео. Типа я стою около выбитого окна, а потом падаю вниз. Не реально конечно, но с эфектами выйднт классно. Еще ты можешь придумать четверостишие на тему, и я когда буду "падать" его пропою. Клас а? Я расслабился. Заброшка не поле, и не лес. Мы там были уже сто раз. Я точно знал, что там не опасно. Мы сели в автобус. Кондуктор с неодобрением нас осмотрел и сторого спросил. - Вам сколько лет? Макс расстерянно на меня покосился. - Пятнадцать- смело соврал я. Кондуктор не поверил, но продолжил. - Может и так. Но вы все равно несовершеннолетние. А на часах уже десять. - И что?- недоуменно возрился я на пожилого мужчину. Мелькнула предательская мысль, что дядечке пора на пенсию. - Что значит что? Мальчик, ты с луны свалился? - Нет, я память потерял пол года назад. Все никак в себя прийти не могу- с чесным взглядом пояснил я. Взгляд кондуктора смягчился и он начал нам обьяснять о комендантском часе. Моя мысль о пенсии укрепилась. Под конец его речи у меня возник новый план. - А, ясно- с озоривщимся лицом протянул я и тут же погруснел- помогите нам подалуста. Помогите. Нам очень нужно доехать до края города. Мы там и живем. В часном доме на окраине. Я из-за потери памяти долго не был в городе и вот тут впервые. Немножко загулялись. Под радосный смешок Макса, нам продали билеты. Я еле удержался, чтобы его не пнуть. Он же чуть все не испортил. Мы ехали минут сорок.С кондуктором расстались чуть ли не друзьями. - Общительный дедушка- фыркнул Макс. Под дружный смех, мы снова побежали. В нашем городе было не много заброшенных домов. Тот, к которому мы подошли, ранише являлся театром. Ходил слух, что история нашего города начался именно с него. Но я в это не верил. Дверь была заперта. Кажется мы оказались не одними такими умнами и дверь предпочли закрыть. Если бы это еще кому-то мешало. Я без проблем забрался на широкий подоконник первого этожа и помог забраться менее ловкому Максу. Хол театра был огромным. Ничего конкретного об окружающей нас обстановке я сказать не мог, но шикарные подсвечники, рамы картин и старый, красный ковер, выдавали довольно богатую обстановку. Раньше. Мы с Максом осторожно поднялись по знакомым ступеням лесницы на второй этаж. Пол был старым и в любой момент мог провалится, но мы хорошо знали безопасные места, куда можно было наступать. Вышли на широкий балкон и побрасали рюкзаки. Макс стал искать подходящее место для видео, а я смотрел на небо. Звезды всегда привлекали мое внимание. Звезды и луна. Внезапно справа послышался странный шорох. Я удивленно обернулся, но сделать ничего не успел. Кто-то резко рванулся вперед и с силой толкнул меня в грудь. Я отлетел в сторону и с грохотом влетел в кучу старых коробок, а незнакомый мужчина уже пытался спихнуть Макса вниз, с балкона. Думать было некогда; я бросился к ним и подпрыгнув, повис у маньяка на шее. Необходимо было оттащить мужчину от друга. Тот зарычал и попытался скинуть меня с себя. - Беги!- рявкнул я Максу, но перепуганный друг и сам уже рванул прочь. Я попытался убежать следом, но маньяк вдруг схватил меня за запястья и резко перекинул через себя, словно лошадь своего всадника. Мелькнуло выбитое окно, маньяк, испуганное лицо Максима. Мы стояли слишком близко к краю балкона. Лететь вниз было страшно. Страшно и быстро. Я не успел ни о чем подумать. Не успел почувствовать боли. Не успел толком понять. Лишь ощутил под спиной нечто мягкое и теплое. Неужели именно таким должен быть конец? *** Диск полной луны хорошо освещал огромное поле на краю города. Поле было почти пустым, лишь скраю от него стояло старое здание театра. А за полем раскинулся лес. Прекрасный лес, наполненный загадками и тайнами. Стояла тишина, прерываемая лишь шелестом травы и тихим свистом редкого ветерка. Под балконом театра лежала куча мешков, с кастюмами артистов. Когда-то этими кастюмами восхищались зрители. Их любили. За ними тщательно следили: стирали, отглаживали, держали на вешалках в шкафу. Нельзя, чтобы кастюмы для выступления помялись. Со временем театр закрыли, а актеров распустили. Кастюмы положили в мешки и оставили рядом с их родным театром. Так было правильно. Но и спустя много лет, как оказалось, старые кастюмы смогли принести пользу. Спасти кому-то жизнь. Я этого не знал, и вообще не понимал где нахожусь. Лежал и смотрел на незнакомого парня, пытающегося мне что-то сказать. Дико болела голова - Ты кто?- просипел наконец. - Максим- озадачнно пояснил он. - А я кто?- задал я главный вопрос. Тот испуганно на меня вытаращился. - Арсений. Ты мой лучший друг. Тебе двенадцать. Ты человек- выдал он самую важную на его взгляд информацию. Информационно. Ничего не скажешь. Он помог мне поднятся и мы куда-то пошли. Я еле переставлял ноги, голова жутко кружилась и вообще тянуло лечь и просто лежать. Максим едвали не тащил меня. Кагда мы дошли до остановики, луну уже почти небыло видно. Дело шло к утру. Автобусов небыло. Мы сели на молодую травку спинами друг к другу. Говорить не хотелось. Да, он кажется хорошо меня знал, а вот я его не помнил. Вообще ничего не помнил о себе. Помнил как ходить, говорить, помнил что такое автобус и как нужно здороваться и прощаться. Да, это была не полная потеря памяти, когда человек даже есть учится занова, вот только стоило попытаться вспомнить хотя бы собственную фамилию, как... пустота. - Тебе нужно в больницу- наконец заметил Максим, прерывая молчание. - Нехочу. - Но твои родители все равно отвезут тебя туда- возразил он - Нехочу- снова повторил я закрывая глаза. - Чего не хочешь? Макс обернулся, удивленно разглядывая мой затылок. - Домой не хочу. Он потрясенно замер, а потом схватил меня за плечи и с силой встряхнул. - Арсен, я понимаю, что тебе плохо и страшно, но так нельзя. И вообще, ты пол года притворялся, словно уже потерял память. Давай просто скажем, словно бы это послелствия того раза. По сути ничего не изментся! - Нехочу. Мой ответ не менялся. Я ничего не хотел, а он ошибся. Мне не было ни больно, ни страшно. Мне просто не хотелось. Зачем мне домой? К незнакомым людям, комнатам, местам, жизни. Я был чист, как белый лист и не знал пока что мне делать. У меня словно началась навая жизни, и я пока не знал, какой она должна быть. Может быть я никогда не вспомню кем был раньше и прийдется выстраивать все сначала. Может вскоре начну понемногу вспоминать.Знал только, что сейчас не хочу туда, где был раньше. Луна исчезла совсем, а из-за горизонта появилось солнеце. Ситуация была совсем не радостной, но я вдруг улыбнулся. Мне стало хорошо. Это была та минутная радость, которая может быть лишь тогда, когда нет уже ничего. Мы редко ее замечаем, ведь жизнь наполнена делами, проблемами, суматохой и беготней. Но сейчас я просто сидел и смотрел, но то, как небо из светло серого, сночала становится рыжим, а потом голубым. Эта радость переполняла меня, как переполняет волка появление луны. Захотелось завыть, как он и я не стал себе отказывать. Я запрокинул голову и закричал. Так, как может кричать только совершенно пустой человек. Или нет, чистый. Когда в мире что-то исчезает, то что-то и появляется. Я не знаю, куда подевалась моя старая личность, но сегодня в этом мире появился совершенно ноаый человек. Юный маленький волк.