В огне сгорают её чувства.

      К счастью Перидот, её опасения не оправдывались: на следующий день Лазурит всё-таки пришла в школу. Но, что всё же не радует девушку, так это то, что Ляпис почему-то начала избегать её. Может, Хризолит сделала что-то не так прошлой ночью? Может быть. Но каждый раз, когда она хочет спросить это, Лазурит просто уходит, как и всегда, стоит ей только увидеть блондинку в школе.       Что уж говорить о времени после школы? Как бы ни пыталась Перидот пойти вместе с Ляпис, у неё никогда не получается: по какой-то причине каждый день та идёт из школы в противоположную от её дома сторону. Разве она не ушла из-за того, что ей нужно было что-то сделать в нём? Или это был просто предлог, лишь бы оставить Хризолит в одиночестве?       Перидот скучает. Скучает по её улыбке, по её пленительному цвету глаз, которыми Хризолит может любоваться целую вечность. Вот же чёрт, и когда она так влюбилась? Это очень больно. Просто невыносимо.       Так проходит половина недели. Перидот пыталась ждать выходных, но, снова услышав игру на фортепиано, что доносилась из дома Лазурит, решила как минимум написать ей по приходе домой. Может, даже получится назначить встречу, чтобы наконец извиниться.       Хризолит даже написала Ляпис до того, как зашла в свою квартиру. Если бы она ответила в ту же секунду, то, Перидот уверена, она бы выбежала из дома не переодевшись и толком не сделав ничего. Но ответа не следует. Даже через час. Только вечером, спустя 5 невероятно долгих и скучных часов, приходит ответ.       — Я не против встретиться. И прости, что не ответила раньше, я была немного занята.       Немного занята? Так значит Лазурит действительно снова пробует себя в чём-то новом? Или это тоже не более, чем оправдание? Глаза Хризолит, к этому времени уже опухшие от слёз, вопреки всему снова засверкали надеждой.       Она толком и не задумывается над тем, что бы ей надеть. Какие-то джинсы, какая-то толстовка, ничего особенного. Хватая телефон, Перидот в предвкушении выбегает из квартиры, чуть не забывая закрыть её. От режущего глаза ветра и переизбытка чувств слёзы снова закрывают весь обзор, отчего весь мир расплывается.

***

      Ляпис открывает дверь не сразу. Ещё минуту Хризолит стоит на улице, стараясь перевести дыхание. Когда дверь всё же распахивается, перед ней стоит Лазурит, руки которой довольно сильно измазаны краской, в особенности синей.       — Привет, ты можешь проходить, — Ляпис выглядит немного более раздражённой. Значит, всё же Перидот в чём-то виновата. Эта фраза застревает в голове блондинки лишь на секунду, но она, а так же все остальные вытекающие из неё мысли довольно сильно понижают позитив Хризолит, — Пери? Что-то не так?       — А, нет-нет, ничего. Спасибо, что пустила.       — Добро пожаловать, в таком случае.       — Спасибо.       Перидот входит в комнату вслед за Лазурит. Здесь всё так сильно изменилось пока её не было. Весь дом Ляпис теперь стал более пустым, но больше всего изменений претерпела её личная комната.       Ранее нежно-голубые обои стали холстом для девушки, на котором синей краской она рисует прибрежье океана, а над ним — звёздное небо. Должно быть, она решила так отобразить своё внутреннее состояние? А может, всё дело в странной привязанности ко всем водоёмам? Никто кроме самой Лазурит не знает, но выглядит это в любом случае бесподобно. Разве она занималась рисованием ранее? Хризолит не уверена в этом, ведь тогда она бы рассказала. Тогда может всё дело в её идеальности? Похоже на то.       Тем не менее, картина ещё не готова. На полу стоит много баночек: разные оттенки синего, зелёного, чёрный и белый. Стакан с грязной водой и парой кисточек в нём на столе рядом с фортепиано, рядом с ним перепачканная палитра. Всё это выглядит так прекрасно, что Перидот не может собрать все свои мысли воедино.       Блондинка ещё какое-то время продолжает сверлить взглядом стену, а затем издаёт заворожённый вздох. После этого она переводит взгляд на Ляпис, которая, видимо, даже не улыбнулась этой реакции Хризолит. Перидот снова задевает такое отношение к ней, но она старается не показывать этого. Это же необоснованно и глупо, обижаться на мелочи, разве нет?       Лазурит в это же время рассматривает свою работу и, будто замечая недочёт, снова берётся за кисть. Наблюдение за её работой, за каждым новым штрихом доставляет Перидот какое-то по-новому сладкое удовольствие, пока её не вырывает из транса холодный голос Ляпис.       — Так, ты хотела со мной о чём-то поговорить?       — Оу, точно, — Хризолит сама не понимает, как она могла забыть о цели своего визита. Она выдерживает паузу, пытаясь всё-таки сформировать в своей голове понятный вопрос, — я хотела спросить, что случилось с тобой? Я сделала что-то не так?       Кисточка в руке Лазурит на пару секунд замирает, но, тем не менее, снов продолжает своё осторожное движение. Неужели это действительно выглядело так?       — О чём это ты? — Девушка наносит краску ровным слоем, не подавая виду, что сейчас ей хочется провалиться под землю.       — Ты понимаешь, о чём я. Мне просто хочется знать, может я обидела тебя чем-то? — формировать мысли становится всё сложнее, и Хризолит начинает от волнения говорить невпопад, — я просто хотела подойти к тебе, спросить, всё ли в порядке, но ты просто уходила и… Мне жаль, правда.       Слёзы снова предательски начинают течь, но Перидот успевает вытереть из, прежде чем это увидит Ляпис. Хорошо, что всё это время она стоит к ней спиной.       — Иногда я просто хочу снова увидеть твою улыбку…       Кисть снова замирает, но уже не на секунду. Лазурит начинает сжимать её сильнее, а когда девушка поворачивается Перидот видит её лицо, искажённое гневом. Неужели она опять ляпнула что-то лишнее?       — Постой, то есть ты такая же? — всё напряжение, накопившееся за это время, выходит бесконтрольно быстро, — ты ничем от них не отличаешься? Тебе тоже от меня нужна натянутая улыбка?       Из её рта продолжают сыпаться неоправданные обвинения и оскорбления. На глазах Ляпис искрятся слёзы. Совсем не те, что она не могла удержать той самой ночью. Это слёзы от искренней и немеренной ненависти ко всему окружающему миру и от такой же нечеловеческой усталости.       Фразы не доходят до Хризолит. Она уже не способна разобрать и слова из всей какофонии звуков в голове. Ей остаётся только смотреть на разъярённую Лазурит, пока и это не перестаёт получаться: слёзы снова непроизвольно начинают литься из глаз. И чем Перидот могла вызвать такую реакцию? Она же не имела ввиду ничего плохого, разве нет?       За этот день Хризолит пролила уже слишком много слёз. Кажется, замечая их, Ляпис наконец успокаивается и замолкает. Раздражение никуда не исчезает, но хотя бы бесконечная ненависть затихает.       — Я не это имела ввиду, — Перидот действительно жаль. Она хотела извиниться, так радовалась, когда Лазурит позволила ей прийти, а теперь снова всё портит, — прости…       — Неважно, просто… — Ляпис также не хотела срываться на Хризолит. Слишком много в жизни навалилось, а вместо того, чтобы спокойно провести время с Пери, Лазурит просто поссорилась с ней, — тебе лучше уйти, пока я не сорвалась на тебя снова.       — Как скажешь, — блондинка пытается вытереть слёзы тыльной стороной ладони, но вместо этого они просто размазываются по лицу. Тем не менее, мир приобретает прежнюю, пусть и не совсем идеальную, но чёткость, так что Перидот спешит скорее удалиться из квартиры.       Ляпис опять остаётся в тихом одиночестве.

***

      Ночь для Хризолит снова проходит беспокойно. Вся работа давно сделана, так что ей нечем заняться. Опустошённая, с пробитым сердцем, она просто лежит на кровати, сжавшись в комок. Слёз на сегодня действительно слишком много, так что даже при желании она не смогла бы выдать ничего из своих глаз.       Почему Лазурит поступила так? Зачем сказала всё те жестокие, полные ярости слова? Должно быть, дело не только в Перидот? Есть только один способ узнать это, но он слишком самонадеянный.       И всё же, отставив свою гордость и обиду, Хризолит берётся за телефон. Разряженный телефон. Вот чёрт, она опять забыла вовремя поставить его на зарядку, не так ли? Ничего не поделать, придётся занять себя чем-то, пока он будет заряжаться. Может, сесть за эту чёртову физику? Ведь именно из-за неё Перидот осталась в этой дыре на второй год.       Идея неплохая, но стоит заварить себе кофе, чтобы шестерёнки в голове всё же начали работать.

***

      Хризолит растворяется во времени, а возвращается в реальность, не состоящую целиком из всевозможных формул, лишь ко второму часу ночи. И как она могла так забыться? Телефон, должно быть, уже зарядился до предела, так что Перидот спешит включить его.       Стоит ей сделать это, как устройство начинает разрываться от входящих сообщений. Неужели опять Аметист потеряла?       Хризолит не ошибается, пара сообщений от подруги есть, но большую часть уведомлений составляют СМС от Ляпис. Перидот страшно открывать окно диалога.       Как бы ни властвовал над ней прямо сейчас страх, любопытство и нужда берут верх, так что блондинка морально готовится к абсолютно всем вариантам их следующего диалога.       — Привет, Пери. Мне всё ещё очень жаль, что я позволила себе накричать на тебя. Всё же, я ничем не лучше своей матери. В общем, я искренне хочу как-нибудь загладить свою вину. Просто дай знать, если тебе что-то будет нужно, хорошо? P.S. Я пойму, если ты не хочешь больше видеть меня. Я заслужила это.       — Эй, Пери? Всё в порядке? Я надеюсь, ты ничего не сделала с собой, ведь так?       — Я понимаю, если ты возненавидела меня, но, пожалуйста, скажи хотя бы, что с тобой всё в порядке.       Ещё несколько сообщений похожего содержания. Это выглядит довольно странно. Может, она просто смеётся? Но, похоже, она всерьёз беспокоится о Хризолит. Чтобы выяснить это, можно только спросить напрямую.       — Привет, Ляпис. Со мной всё относительно хорошо, я просто пыталась разобраться с этой чёртовой физикой, хах. Я действительно не понимаю, написала ли ты все эти сообщения с целью извиниться, но я очень надеюсь, что это так.       — У меня остался только один вопрос без ответа. Я так полагаю, дело не только во мне, раз твоя реакция была такой бурной. Могу я спросить, что с тобой всё же произошло за то время, пока мы не общались?       Несмотря на довольно позднее время, Лазурит появляется в сети почти сразу после отправки первого сообщения Хризолит. Может, её тоже бессонница мучает?       — Пери, хвала богам, что ты жива. Я бы хотела это обсудить при встрече, но, раз уж сейчас так поздно, а ещё дольше ждать никто из нас не хочет, может, мы могли бы созвониться? Не думаю, что есть нужда идти сейчас кому-то из нас к кому-то домой, ночь всё-таки.       Хризолит снова наивно улыбается. Это странно? Чёрт возьми, да. Этого олуха ещё сегодня вечером откровенно ненавидели, а сейчас она улыбается? Она и сама себя понять не может, только вот правду узнать всё равно необходимо.       — Я не против. По видео же?       — Конечно.

***

      Тем временем у Ляпис дома атмосфера толком не отличается. С самого вечера она так и не притронулась к краске снова. Вина гложет изнутри, а по ощущениям она будто начала распадаться на атомы.       Пери не отвечала на её сообщения несколько часов, даже в сеть не заходила. Но сейчас, когда Хризолит снова подаёт признаки жизни, Лазурит немного легче. Сейчас ей хочется всего лишь увидеть её лицо.       Звонок начнётся с минуты на минуту. Ляпис не уверена, что после долгого безделья её волосы выглядят подобающе, но времени и желания думать об этом нет.       Наконец, трель звонка раздаётся в тихой комнате, а девушка воодушевлённо принимает вызов.       Её желание исполнилось.

***

      — Привет ещё раз, Ляпис, — раздаётся уставший, немного изменённый из-за плохой связи голос Перидот, — так, что ты хотела рассказать?       Ляпис не сразу отвечает. Какое-то время она молча любуется лицом Хризолит, надеясь, что может списать это на медленный интернет или что-то вроде.       — Оу, точно, — мечтательная улыбка, что была на её губах только что, исчезает, а взгляд переводится на звёздное небо за окном. Может, хоть оно сможет успокоить её, — секунду, я соберусь с мыслями.

***

      Перидот же в то время остаётся в прежней позе перед открытой тетрадкой по физике. Она нетерпеливо крутит карандаш в руке, пытаясь не показывать всё своё беспокойство. Как бы она ни была жестока иногда, Хризолит любит её.       — Хорошо, я готова, — после этого следует выдох, а за ним короткая пауза, — Джаспер, она снова…       Глаза блондинки тут же округляются. Джаспер? Значит, она и до Ляпис добралась?Воспоминания из начальной школы тут же всплывают в голове Перидот.       Карандаш в руке даёт небольшую трещину.