Люблю зиму,и тебя тоже

Январь всегда был любимым месяцем майора . Его морозный воздух, сияющие белоснежные пейзажи, пушистые хлопья снежинок и это чувство бесконечного праздника внутри. Словно зимние праздники стали частью души, приятно согревая оставшийся месяц, такой спокойный и размеренный, не нагруженный суетой и паникой от перезагруженности праздниками и событиями. Да и вообще, зима — удивительное время года, серебряная волшебница, которая каждый год поражала его своей блистательностью. Укрывшись белым одеялом, природа, словно в сказке, погружалась в долгий, глубокий сон. Волшебница-зима очаровала, околдовала лес. Все деревья тянут к сизому небу оголённые хрустальные ветви. Только ели и сосны стоят зелёные, да дуб не сбросил своего летнего наряда. Листва его лишь пожелтела и потемнела. Нижние ветви дуба шатром раскинулись над поляной. Снег набился в глубокие морщины коры. Толстый ствол как будто прошит серебряными нитями. Издали кажется, что это стоит отважный богатырь в бронзовой кольчуге, всесильный страж леса. Другие деревья почтительно расступились, чтобы дать старшему собрату развернуться в могучей силе. Налетит зимний ветер, зазвенит бронзовой листвой огромный и величественный дуб, но не склонится даже перед сильной бурей. Зимой знакомые пейзажи по-новому расцвечивает снег. В сумерках он синий, под серебристыми лучами луны светится загадочным блеском, играет разноцветными искорками. На рассвете снег розовеет от алой зари. И даже привычные лесные краски рядом с переменчивой снежной белизной выглядят иначе. Зима бывает разной. Только приглядеться надо. Она и холодная, и с оттепелью, вьюжная и с капелью, снежная да с солнцем. Зимний день бывает то тихий, морозный и солнечный, то хмурый и туманный, то с завыванием холодного ветра и снежной метелью. А как прекрасно зимнее утро, раннее, неслышное, с морозом, солнцем и искристым снегом. И вечер такой длинный, задумчивый. Природа будто ждёт появления волшебной сказки. Наблюдать за таким видом было отдельным удовольствием для майора. Вот и сейчас. Как только он заметил, что на улице пошёл снег, тут же выбежал в одном домашнем свитере и штанах на улицу, едва успев схватить со стола чашку горячего чая. Как ребенок, ей богу.Жгучий мороз тут же опалил щеки, нос и тыльные стороны ладоней, что заставило мужчину поёжиться и широко улыбнуться. Голубые омуты задорно засветились, как у маленького ребёнка, смотря на то, как маленькие белые снежинки медленно падают на землю. И так легко на душе от этого было! Время будто обернулось вспять, и майор словно вновь стал ребёнком, которого тогда не волновала гряда взрослой страшной жизни, несущей ему горы обязанностей и разочарований. — Сумасшедший… — послышался сонный голос позади, а после на плечи майора упал тяжелый пуховик вечно мерзнущего« друга» . — На улице морозняк, а ты тут полуголый стоишь. Опять заболеть хочешь? — И тебе доброе утро, — посмеялся майор, посильнее укутываясь в теплую вещицу. Все же он уже начинал замерзать, но восхищение пейзажем слишком его застолбило, поэтому заметить свое окоченение майор никак не мог. Он немного подумал, перебирая пальцами по кружке, а после прижался к ХРАЗу и положил голову ему на грудь. — Не ворчи. Я с чаем, так что не заболею. К тому же со мной рядом живёт надежный мужчина, на которого я могу положиться. Он всегда спасёт меня, даже от противных вирусов, правда? Учёный лишь самодовольно фыркнул и посильнее прижал к себе хитрого наглеца , потирая его плечи, а после на его хмуром и серьёзном лице появилась теплая улыбка. Всё же майор слишком солнечным что ли?чтобы рядом с ним хмурить брови, супиться да ругаться. Наоборот, хотелось улыбаться рядом с ним, смеяться и хранить в голове только светлые мысли. И это было так странно. Странно понимать, что твое настроение меняет появление человека, и ему необязательно что-то делать для того. Достаточно просто находиться рядом. Такое чудо на самом деле… Особенно для ХРАЗа— уже человека с крайне грубым и сухих сердцем, без эмпатии и сострадания, чистейшего эгоиста в своем роде. Но стоит этому майору просто посмотреть на него, как все эти грозные звания испарялись в один миг. ХРАЗ сразу таял рядом с ним, как кубик льда при плюсовой температуре. — Умеешь же ты лапши на уши навешать. — усмехнулся учёный и как толкнул майора в пушистый, как сноп гусиных перьев, снег. Сугробы были достаточно большими — стоило почистить дорожки и задний дворик после завтрака — чтобы мужчина полностью погрузился в него. Он пискнул, чувствуя, как снежинки упали на лицо, приятно его щекоча, и запорошили волосы. Майор сел, едва выглядывая из сугроба, и насупился, а после посмеялся, кидая в снежок. Тот лишь увернулся от такой атаки, не желая мокнуть и мерзнуть сильнее. Он победно вскинул горделиво нос и облокотился плечом о крыльцо, складывая на груди руки. Майор в снегу показался ему достаточно милым: большой зайчик с сугробом на макушке то супится, то чихает от пушистеньких снежинок. Учёный был готов лицезреть это вечно. На его лице появилась теплая ухмылка. — И это ты мне ещё про болезни затирал, а? Иди нафиг! — прозвенел мужчина , стряхивая с головы снег. Он прищурился, собирая снежинки с ресниц, и ловко смахнул их. — Ух, ты жесток даже ко мне, подлец. — Ладно, задраматизировал чуток. Тебя никакая простуда не берёт. А если так и случается, то узнаю я это лишь тогда, когда у тебя осложнения начинаются, и мне приходится тебя в постель тащить с высоченной температурой. А ты всё: «Пусти меня, пусти. Мне надо работать. А еще я забыл, мне резко понадобилось сделать все и сразу.» — начал изображать майора ХРАЗ. За это и получил снегом в лицо. Как никак и былые снайперские навыки при Мальчишке остались еще остались, так что снежок метко прилетел прямо в нос эмитанту. — А тебя вспомнить, а? «О, нет, Серёж, мне так плохо. Я чувствую, сейчас умру вовсе. Температура? Представь себе! 36 и 9!» — Майор приложил тыльную сторону ладони ко лбу и ахнул, подобно королеве драмы, падая обратно в снежок. Ему так нравился его приятный мороз, что совершенно не хотелось подниматься. — Т-так, прекращай… — стыдливо пробурчал учёный. Неужели он правда выглядит так со стороны? Мужчина подошел к майору помогая ему подняться. — Ладно, хватит тебе этих холодных купа-… ААА! Учёного обвили руками, повалили спиной в снег и как начали закапывать, звонко смеясь.Майор нагло восседал на любимом и безжалостно топил его в белом снегу. Учёный же усердно старался отбиться от этих атак, но они были слишком напористыми и только топили его сильнее. Он был беспомощен. — И вновь Великий Майор плутоний одержал победу. Да, снег — моя стихия! — Майор встал на ноги и уперся руками в боки, насмешливо хихикая. — Ах, да ты симбиоз с природой. Как ты вообще это делаешь? — возмутился учёный, садясь и отряхивая с лица ком снега. — Я поражаюсь. Ты точно не диснеевская принцесса, а? Ну, не бывает такого. — А это мой маленький секрет, — он усмехнулся, смотря на жалки попытки учёного встать. Мужчина все время проваливался в снег все больше, каждый раз стараясь найти опору. — Ладно. Ты просто лезешь в систему, в которой плаваешь как топор. Даже сейчас. Ты словно рыба, которую выбросили на берег. — Аааай! Умолкни! Я пытаюсь, ага! — психанул учёный в итоге, разбрасывая снег вокруг себя, чем вызвал очередную волну звонко смеха Майора. — Не злись, ладно. Я помогу. Весёлые кувыркания в снегу отлично подняли настроение с утра. Жаль, такие развлечения нередко ведут к серьёзным заболеваниям, если вовремя не согреться. Поэтому ХРАЗ сразу же повел Майора принимать теплую ванну, схватив его за шиворот. А тот и не смел сопротивляться. Только затащил любимого за собой. Теперь они оба сидели в горячей ванне: Майор расслабленно лежал, потягивая никотин из сигареты, и лежал на груди учёного , А учёный порой воруя «табачную дрянь» у майора, чтобы тоже немного расслабиться. А горячая вода приятно колола их тела, позволяя полностью обмякнуть в её объятиях. — Мда, веселое ты утро нам устроил. — проговорил учёный , Руками он массировал голову своему любимому, старательно пытаясь вымыть шампунем кожу его головы. Но на самом деле ему просто нравилось, как урчит он от блаженства в его руках.— Хей, ты тоже к этому пррричастен. Мм, еще немного на макушке. Мх, дааа. — томно выдыхал майор, порой ёрзая на месте от удовольствия. Длинные и сильные пальцы учёного каждый раз творили с ним чудеса. Маленькая слабость сурового майора. Учёный самодовольно фыркнул. Каждый томный выдох, мычание и стон будоражили самую душу, заставляя его тело пылать и едва ли не дрожать от жгучего чувства возбуждения. Ещё на улице мужчина поймал себя на мысли, что военному белый очень к лицу. Но сейчас эта дума начала приобретать свой особый смысл. Он утробно рыкнул и прижался к загривку майора носом. Мужчина провел по нему языком, а после резко пронзил кожу зубами. Он часто кусал майора, пытаясь снять напряжение от возбуждения. Этот раз не стал исключением. — Айх. Ммм, что это ты? С чего так завелся? — майор прикрыл глаза и склонил голову чуть в бок. Немного ухмыляясь. — Ах, я просто не могу сдержаться. Ты так охаешь… Специально, а? — вполголоса урчал учёный, поцарапывая загривок любимого острыми зубами. — Н-нет. Ты же знаешь, я не могу устоять перед твоими ловкими пальчиками. — уши майора загорелись от смущения. Учёный видел только их, так что мог только представить, как мило выглядит его любимый