От любви нет лекарств

Александр: Я медленно повернул голову вправо. Крутящийся стул повиновался моему действию, и теперь я был представлен незнакомке во всей красе. Марк, вставший с соседнего стула, одарил моё плечо хорошим дружеским хлопком и, перед тем как меня оставить одного, прикрикнул: - Не облажайся! - я кинул на него убийственный взгляд, а он лишь по-озорному подмигнул мне и показал «класс», будто отправил своего сына-подростка на первое свидание, всучив несколько сотен на букет из ларька. Он ушёл, а мне предстояло соблазнить жгучую брюнетку. - Привет, красавчик! - начала сверстница первой, а я мысленно выдохнул, что она оказалась не ропотной скромницей, тем самым прекрасно облегчая мне задачу. А то я, кажется, за последние холостяцкие годы совсем разучился флиртовать и не собирался сейчас позориться забытыми методами перед зеленоглазой. - Выпьем, для начала? - игриво выдал я своим низким голосом, хотя пить уже не хотелось. Или Марк оказался искусным манипулятором, или я в самом деле нуждался в срочной разрядке. А она всё бегала взглядом по моим рукам, начиная от выпуклых вен, заканчивая мощными трицепсами. Без сомнения, девушка знала себе цену и понимала, как нужно себя вести для привлечения внимания. Волосы у неё были цвета холодного трюфеля и гармонично сочеталась со смугловатой кожей. Густые ресницы, тщательно прокрашенные тушью, напудренные щёки и губы с сияющим блеском делали из неё чуть ли не настоящую куклу. Только та, в отличие от неподвижной игрушки, кокетливо виляла туфлей, что периодически спотыкалась об её оголевшую ступню, и вальяжно раскачивала бокал с игристым. Но весь этот искусственно созданный образ не впечатлял меня, а, наоборот, отталкивал. - Мне кажется, мы уже достигли нужной кондиции для... - она провела дразнящими пальцами с длинным маникюром по моим венам, на которые, как мне показалось за недолгие две минуты проведённого с ней наедине времени, у неё был фетиш. Сделав несложные умозаключения, я понял, что наши с ней желания совпадают, и, перехватив её руку, быстрым шагом вывел нас на улицу, не желая больше тратить времени на ненужные прелюдия. Около бара стояла целая шайка такси, поэтому, не долго думая, я открыл дверцу заднего сиденья одного из автомобилей поцивильнее и сел на мягкое кресло рядом с девушкой. - Sunflower Авеню Отель, пожалуйста! - мигом выдал я, а на моё бедро тут же приземлилась цепкая хватка соблазнительницы, что тоже не собиралась медлить. В течении пяти минут, пока мы ехали до места назначения, я старался не думать ни о чём, и поначалу это даже не плохо получалась. По большей степени благодаря моей партнёрши на ближайшую ночь, потому что она смогла меня расслабить и даже расположить на нужный лад. И даже в отеле нам повезло получить обслуживание без очереди. Я мигом закрыл дверь на ключ и, не удостоив вниманием номер, припал к губам девушки, собираясь провести время в чужих ласках. *** Моё тело врезалось в неё снова и снова, а мозг, наоборот, отчаянно пытался отвергнуть происходящее. Точнее, его здравая составляющая, которая ещё не успела потерпеть поражение настырного алкоголя. Я чувствовал, как он овладевал мной, как каждая клеточка наполнялась вредоносным веществом, а по артериям будто вместо крови текла текила вперемешку с горьким и противным виски. От этого я стал ещё злее. Внутренняя агрессия вырывалась наружу, а из моих уст нечаянно освободился звук, похожий на звериное рычание. Этот звук был криком о помощи моей души, что неумолимо твердила мне остановиться, закончить эту бессмысленную затею, отказаться от которой мне следовало ещё в баре. Она пыталась позвать на помощь и победно провозгласить: «Александр Павлов окончательно рехнулся. У него полетела кукушка, а извилины плавятся под градусами алкоголя. Кто-нибудь, заберите его из этого номера. На помощь!» - я слышал эту слова, эти оглушительно громкие слова внутри. Они заполняли меня слишком быстро. Так же быстро, как и мой орган вторгался сейчас в чужеродное тело, имя обладательницы которой мне было даже не знакомо. От этих мыслей я чувствовал, как моя эрекция неумолимо быстро уменьшалась, а возбуждение, что планировало возвысить на небеса после долгожданного оргазма, лишь дало дерзкую пощёчину. Только не по щеке (с ней всё в порядке), а по совести. И это оказалось в разы сильнее физического удара. Это было животное желание, не больше. Понял это ещё за стойкой, когда её глаза насыщенного цвета яшмы уже пожирали меня, хотя я только успел с ней перемолвиться заигрывающими приветствиями. Мои принципы не отвергают связей на одну ночь. К этому я не отношусь так пренебрежительно, как некоторые. Как медик, понимаю, что наша биологическая составляющая этого иногда требует, а наперекор организму не пойдёшь. Но сейчас, даже в состоянии лёгкого опьянения, которое, казалось, должно было меня освободить от моральных мук, ни капельки не совершало своего долга. На несколько секунд мне стало противно от себя. От неё. От этой небольшой по размеру комнатки, в которой перемешались запахи пота, аромат её сладких (слишком сладких) духов и ощущение уличного табачного дыма. - Эй, ты здесь? - незнакомка ухватилась посильнее за мои плечи и недовольно оглядела моё лицо. Только сейчас я понял, что совсем выпал из реальности, концентрируясь на своих физических и психологических ощущениях. Я растерянно кивнул и подарил ей короткую улыбку. Она сразу оживилась после моего действия и облизнула губы, возвращаясь к своим плотским утехам, которые я ей предоставлял. Последние толчки в плоть. Волна неистового экстаза закончилась также быстро, как и началась. И я понял, это было лишним и совершенно не стоящим наслаждением, которое по итогу принесло мне больше омерзения, чем блаженства. Я перевернулся на спину и думал не о девушке, что поглаживала сейчас мою правую дельтовидную мышцу круговыми движениями в ожидании заветного продолжения, а о Жене... - Чёрт! - я громко выругался вслух, не осознавая этого, пока она не перевернула к себе и не посмотрела на меня, возводя домик из бровей к переносице. Я отвёл взгляд. Почему-то на мгновение в её огромных глазах промелькнули невинные очи Евгении и отражение собственной никчёмности. Мне стало стыдно. - Тебе не понравилось? - её голос прозвучал жалко... и по чужому. Она злилась на меня и на моё отстранённое поведение. Было видно, ожидала брюнетка от нашей бурной связи яркого марафона, длинною во всю ночь, а не поразительного финала (в плохом смысле этого слова). - Понравилось, - соврал я и очень постарался выдавить соблазнительную ухмылку. - Но мне нужно идти. Извини. - Что!? - истерически воскликнула девушка и надавила на мою грудную клетку слишком настойчиво. Да, она злилась. Нет, кипела от ярости. Я отодвинул её, как наскучившую игрушку, и поскорее прошмыгнул в ванную, чтобы смыть с себя остатки полового акта. - Куда ты собрался? Мы же только начали? - продолжала жаловаться юная особа, но я ничего ей больше не ответил. Мощный напор водной струи перекрыл связь с внешним миром. Спустя пол часа: Обернув полотенце на бёдрах, я, наконец, вышел из ванной комнаты и увидел спящую девушку, которая спустя десять минут истерики устала и уснула. Её запутанные длинные пряди крашенных волос были раскиданы по подушке, а простынь закрывала лишь пятую точку и доходила до голени. Я подошёл и проверил её дыхание. Оно было ровным и тихим. Прерывисто выдохнул. Это несомненно шло мне на руку. Я незамедлительно надел свою мятую рубашку, пытаясь застегнуть неподатливые пуговицы, аккуратно проскользнул в джинсы, придерживая металлическую пряжку ремня, чтобы брюнетка не смогла проснуться от посторонних звуков. Оставил ей в качестве извинения пару тысячных купюр на тумбочке с запиской, где не слишком корявым почерком попытался ей написать, что деньги она может потратить на люксовый завтрак в постель или оставить себе на другие нужды, и что это ни в коем случае не плата за нашу «недоночь». Всё-таки, несмотря на своё свинское по отношению к ней поведение, я не желал её обидеть. Вызвал такси. Какой-то бессонный водитель сразу откликнулся на заказ, и я поехал домой. Но ни алкоголь, ни жаркий секс и даже ни получасовой контрастный душ не смогли освободить мою голову от мыслей о ней... Только придя домой, я осознал, как сильно вымотался. Но больше не от недавней физической нагрузки, а от навязчивых переживаний, что за недолгие часы смогли плотно оплести моё сознание, как умелые веточки вьюнка сковывают кору дерева колкими листьями. Как только моя голова повстречалась с подушкой, я провалился в крепкий терапевтический сон.